Николай Николаевич Петров, хирург, основоположник отечественной онкологии, первым из российских медиков научно обосновал медицинскую деонтологию — то есть, учение о морально-этических нормах во взаимодействии врача с пациентом. Не только лечить болезнь, но и проявлять участие к самому больному, укреплять его в намерении выздороветь, относиться с пониманием, поддерживать — всё это доктор считал неотделимой и важной частью лечебного процесса, как в онкологии, так и в любой другой области медицины.
Николай Петров родился в 1876-м году в Петербурге. Отец его был учёным-механиком, инженером и изобретателем. Сына же с юных лет привлекала медицина. По окончании гимназии, в 1894-м году, Николай поступил в Императорскую Военно-Медицинскую академию с намерением стать не только практикующим врачом, но и учёным. Его заинтересовала онкология, которая к тому времени начала формироваться как самостоятельное направление медицинской науки. После окончания академии, защиты диссертации и практики в европейских клиниках, в 1910-м Петров опубликовал первую большую научную работу в этой области. В ней он затрагивал вопросы диагностики, лечения и профилактики злокачественных образований. Считается, что именно этот труд Николая Николаевича стал основополагающим для дальнейшего развития онкологической науки в России.
В 1914-м началась Первая Мировая война, и Петров отправился на фронт военным медиком. В перерывах между операциями занимался научной деятельностью. На фронте Николай Николаевич написал ещё одну монографию, посвящённую лечению инфекционных ран в полевых условиях. Впоследствии эта его работа переиздавалась семь раз; ею руководствовались полевые хирурги и медики во время Великой Отечественной войны. Однако главной сферой научных интересов Петрова по-прежнему оставалась онкология.
В 1925-м году он смог убедить руководство петербургской больницы имени Мечникова, где работал, организовать отдельную палату для онкологических больных. Это позволило доктору и его помощникам сосредоточиться на нуждах таких пациентов, вести за ними усиленное наблюдение, вовремя оказывать необходимую помощь. Вскоре стало понятно, что одна палата — это очень мало. И тогда Петров добился открытия специализированного отделения, которое сам же и возглавил. А спустя всего полтора года отделение превратилось в первый в России Научно-исследовательский практический онкологический институт. Важнейшими направлениями его работы стали изучение опухолей, своевременное лечение, предотвращение рецидивов и, конечно же, профилактика. Причём, в самом широком смысле слова: Николай Николаевич писал и издавал научно-популярные просветительские брошюры, которые пользовались у населения большим спросом. «Расскажите людям правду о раке, и они перестанут его бояться. Внушайте им, что разумными мероприятиями многие формы рака можно предупредить», — говорил Петров коллегам.
Даже во время Великой Отечественной войны, в годы Ленинградской блокады, онкологический институт не закрывал свои двери. А в победном 1945-м увидела свет работа Николая Николаевича Петрова «Вопросы хирургической деонтологии» — по сути, первое научно сформулированное учение о врачебной нравственности, морали, этике и долге. В то время, когда советские методички для врачей прямо предлагали сбросить этику «с парохода современности» как пережиток империалистического прошлого, Петров сумел обоснованно доказать, что внимание к пациентам, неформальное, душевное отношение к больным, играет в процессе их выздоровления важную роль. «Больной — это всегда человеческая личность со всеми её сложными переживаниями, а отнюдь не безличный случай», — писал Николай Николаевич. И сам следовал этому принципу. Те, кому посчастливилось знать доктора лично, вспоминали его простоту и сердечность в общении. Перед операциями он всегда беседовал с пациентами, успокаивал и подбадривал их.
«Вопросы хирургической деонтологии» Петрова стали не меньшим событием в медицине, чем его труды, посвящённые злокачественным опухолям. За свою долгую жизнь — а скончался доктор в 1964-м, когда ему было уже девяносто — он опубликовал более трёхсот научных работ. В 1966-м году имя Николая Николаевича Петрова присвоили его детищу — Национальному медицинскому исследовательскому центру онкологии в Санкт-Петербурге.
Все выпуски программы Жизнь как служение
«Метель»

Фото: Mark Rolfe/Unsplash
Метель, похоже, становится ныне архаичным явлением и относит нас едва ли не к пушкинским временам. По крайней мере, это справедливо в отношении Москвы и Петербурга. И всё же — метель прекрасна в её свободном, ничем не сдерживаемом движении. Как не вспомнить здесь гениальную музыку Свиридова! И душа наша, устав от условностей и ограничений человеческого общежития иногда ощущает в себе жажду подобной свободы. Однако обретается эта свобода не во внешней разнузданности поведения, а в глубинах «кроткого и молчаливого духа», когда тот всем своим существом устремляется к Богу в молитве. «Где Дух Господень, там свобода», — говорит апостол Павел.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Дождь. Анна Тумаркина

Анна Тумаркина
Недавно яторопилась навстречу вметро, мне должны были передать теплую шаль ручной работы, связанную назаказ.
Стоило выйти запорог дома, как всерьез пожалела, что неслушала прогноз погоды. Сначала мелкие капли, потом все сильнее, ивот, -— ливень, гроза! Кое-как добралась дометро, перепрыгивая через лужи. Вголове:«Господи, нупочему именно сегодня, сейчас этот дождь?»
Доехала донужной станции, сижу ввестибюле, сволос капает, одежда прилипает. Снова начинаю роптать:«Господи, ну, может быть, вЗемле Обетованной, взасушливом ипустынном климате дождь -— благо, новМоскве... Холодно, Господи... мокро...»Смотрю начасы: пришла начас раньше! Ну, всё, сиди, Аня, час вметро, кайся вгреховных помыслах.
Внезапно подходит молодой человек сгустой бородой иширокой детской улыбкой:
—ВыАнна?
Забываю все печальные мысли ирадостно здороваюсь сним. Молодой человек сбородой привёз мою шаль. Оказалось, его раньше отпустили сработы, исразу поехал нанашу встречу, решив меня дождаться наместе.
Сблагодарностью принимаю унего сверток. Мыпрощаемся. Разворачиваю шаль: она прекрасна, настоящее произведение искусства. Спешу побыстрее закутаться вэту теплую красоту. Забываю, что волосы иодежда— мокрые. Натуральная пряжа воды небоится. Господи, какже хорошо... тепло... мягко...
Только вэтот момент понимаю, что насамом деле произошло. Всю дорогу дометро яроптала. Все этовремя жаловалась надождь, который, между прочим, наверняка ждали растения иживотные после жарких дней. АГосподь. Послал утешение именно тогда, когда явнем нуждалась, нацелый час раньше, чем предполагала. Подарил тепло, радость, красоту иуют, словно доброй отцовской рукой поголове погладил: ничего, мол, дитя, итебе дождь полезен— тепло ценить научишься!
Вспомнила также, что сама, будучи матерью, часто сталкивалась исталкиваюсь сгрубостью ирезкостью сына. Хорошо знаю, что вполне вмоей власти наказать или просто резко осадить его. Ногораздо лучше— вместо порицания просто обнять дерзкое дитя исказать три самых главных слова:«ятебя люблю». Пусть иневсегда, ночасто именно любовь вразумляет лучше всякого наказания.
Спасибо, Господи, за такую щедрую и трогательную милость. Дождь я больше ругать не стану. Постараюсь не ругать. Но зонт впредь буду брать с собой обязательно.
Автор: Анна Тумаркина
Все выпуски программы Частное мнение
18 января. Об истории и значении Переяславской рады

Сегодня 18 января. В этот день в 1654 году состоялась Переяславская рада.
Об истории и значении события — пресс-секретарь Пятигорской епархии протоиерей Михаил Самохин.
Все выпуски программы Актуальная тема











