Поделиться
Монахи на Соловках, где в 1903 году побывал Михаил Нестеров, творили особую молитву: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня». Художник был потрясён их душевным спокойствием и миром, и постарался передать это в картине «Молчание».
— Знаете, Маргарита Константиновна, почему я полюбила приходить сюда, в Третьяковскую галерею?
— Причин здесь может быть множество, Настенька. Давай, попробую угадать. Ты любознательная, интересуешься живописью, любишь делать открытия.
— Да, это всё так. Но главное — потому что я слишком разговорчивая!
— Разве? Не замечала за тобой.
— Правда, правда! Мне так даже мама говорит. А здесь я учусь молчать. Могу часами бродить по залам, ни с кем не разговаривать, и мне не скучно!
— Да, это хорошее упражнение. Погружаясь в мир живописи, ты питаешь сердце чувствами, а разум — мыслями. Тишина не в тягость, когда она наполнена ценным содержанием. Здесь, в Третьяковке, есть картина, которая очень ярко это иллюстрирует. Пойдём, покажу её тебе. Вот, смотри. Она так и называется — «Молчание».
— Мой любимый художник Михаил Нестеров! По реке плывут две лодки, в первой — старик с седой бородой, во второй — молоденький юноша с длинными волосами. Шапки у них необычные. Это монахи?
— Да, насельники Соловецкого монастыря. Художник побывал в северной обители в 1903 году и посвятил ей несколько полотен.
— У монахов удочки в руках. Они молчат, чтобы рыбу не спугнуть?
— Нет, монахи молятся.
— Про себя, беззвучно? Они помнят молитву наизусть?
— Нестеров писал в своих воспоминаниях, что монахи на Соловках творили особую молитву. Она краткая, её несложно запомнить. Главное слово в ней — имя Божие. Монах непрестанно призывает: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня».
— А не скучно вот так всё время повторять одно и то же?
— Скучно бывает, когда в голове роятся, как мухи, суетные мысли. Пустые переживания, досадные воспоминания сменяют друг друга, и человек не властен над этим потоком. Он устаёт, и хочет отвлечься — спешит посмотреть фильм, поболтать, поиграть в компьютерную игру. Ему трудно оставаться наедине с самим собой, и жизнь проходит мимо, оставляя ощущение бессмысленности.
— А повторение молитвы помогает найти смысл в жизни?
— Не просто механическое повторение, а сосредоточение на Иисусовой молитве, пребывание в ней. Мысль о Спасителе у монаха не только в уме, но и в сердце. Это радость о Христе, которая тихим огоньком горит внутри, и освещает душу, и согревает. Жизнь наполняется присутствием Бога — полнее и глубже этого смысла невозможно представить. Такая практика называется исихазмом. В переводе с греческого языка это слово означает одновременно покой, тишину, молчание.
— Именно поэтому Михаил Нестеров так назвал свою картину?
— Да, именно поэтому. Он побывал на Соловках как простой паломник, жил среди монахов. И был потрясён их душевным спокойствием, миром, который не могли поколебать ни бытовые тяготы, ни тяжёлый труд. Непрестанная молитва, священное безмолвие пронизывало всё течение жизни в обители и преображало его. Михаил Нестеров постарался передать это в картине «Молчание». О благодатном покое говорит и золотое небо белой летней ночи, и зеркальная гладь реки, и лодки, плавно скользящие по ней, словно несущие своих седоков в вечность.
— Так хочется прикоснуться к такой тишине.
— В какой-то мере ты уже к ней прикоснулась. Как и всякий человек, который побывал в Третьяковской галерее и вдумчиво созерцал полотно Михаила Нестерова «Молчание».
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
22 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Когда в жилище вносят новорождённого младенца, все домочадцы, от мала до велика, затихают, начинают двигаться бесшумно и общаться между собой полушёпотом — только бы не потревожить дитя, не разбудить его, если оно уже почивает сладким сном. Подобным образом должен бы вести себя всегда и со всеми каждый из нас, чад Церкви. В каком смысле и почему? В сердцах крещёных людей почивает Богомладенец Христос, предназначивший нас быть сосудами Его благодати. Благоговейное и деликатное обращение с людьми свойственно тем, у кого «Христос за пазухой», по русскому выражению.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
22 марта. О пребывании в молитве как приобретении
Поделиться
О чистосердечной молитве как приобретении — исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Само пребывание в молитве уже есть приобретение. Почему не стоит ждать результатов от разговора с Богом? В жизни каждого верующего однажды наступает момент усталости. Мы приходим к Богу с просьбами, читаем правила, выстаиваем службы, но внутри возникает горький вопрос: а есть ли результат? Грехи те же, чудес нет, настроение не поднимается. Зачем тогда всё это?
Мы с вами привыкли жить логикой мира. Если я вложил труд, должен получить зарплату. И ту же логику мы переносим на молитву, ожидая от Бога оплаты эмоциями или сверхспособностями. И здесь нас поджидает главное заблуждение. Святые отцы предупреждали: человек, не очистивший сердце от гордости, не выдержит дара чудотворения. Он тут же присвоит его себе и падёт.
Именно поэтому преподобный Иоанн Лествичник оставил нам удивительное наставление. Он говорит: «Долго пребывая в молитве и не видя плода, не говори "я ничего не приобрёл”, ибо само пребывание в молитве уже есть приобретение». Состояние, когда нам сухо и скучно, а мы всё равно стоим перед Богом, это и есть высшая школа веры.
Святые стремились не к способностям, а к одному — жить с Господом. Когда мы приходим к любящему отцу, нам не нужен подарок каждую минуту. Нам нужно побыть с ним рядом.
Существует и смертельная опасность — ждать от молитвы только сладости. В православии это называется прелестью, самообманом. Бог приходит к нам не как анестезиолог, чтобы дать приятные эмоции, а как хирург. Ему важно исцелить нашу душу, часто через боль и скуку молитвы. Потому что именно в этой тишине рождается настоящая любовь, которая говорит: «Я здесь, потому что люблю Тебя, а не потому что жду награды».
Все выпуски программы Актуальная тема:
