Поделиться
Фото: Piqsels
Живописец Михаил Васильевич Нестеров в мемуарах признавался, что безмерно благодарен отцу, который дал ему возможность идти в жизни по собственному пути. «Благодаря этому жизнь моя прошла так полно, без насилия над собой, своим призванием, и отец мой смог убедиться, что я не обманул его доверия», — писал художник. С нежностью вспоминал Нестеров и любимую мать, о которой говорил: «Никто и никогда так не слушал меня и не понимал, как она, такая чуткая, жившая всецело мной и во мне — моя матушка. Сколько было у нее веры в меня, в моё хорошее будущее».
Художник родился в Уфе, в купеческой семье. Его отец, Василий Иванович Нестеров, занимался галантерейной торговлей. Мать, Мария Михайловна, вела домашнее хозяйство. Будущий живописец появился на свет 31 мая 1862 года. Мальчик родился слабеньким и постоянно болел. Когда Мише исполнилось два года, с ним случился припадок. Дыхание остановилось. Родители решили, что ребёнок умер. Отец отправился хлопотать о погребении. Ожидая его возвращения, Мария Михайловна горячо молилась святителю Тихону Задонскому и преподобному Сергию Радонежскому, прося у них утешения в своём горе. Вдруг женщине показалось, что ребёнок пошевелил ручкой. Мария Михайловна перекрестилась и с надеждой подошла к кроватке. Миша открыл глазки, громко задышал и улыбнулся. Нестеровы благодарили Бога — они были уверены, что их сына спас Господь по молитвам Его святых угодников.
В своих мемуарах Михаил Васильевич Нестеров с теплом вспоминает первые детские ощущения. Мальчик любил играть в комнате у матери. Она проводила время за шитьём или вышиванием, а Миша сидел рядом на деревянной лошадке. Смотрел, как проворно снуёт иголка в руки матери, как теплится перед образами лампадка. «На душе становилось так славно, так покойно...», — писал художник впоследствии о детских впечатлениях.
Ребёнком он много времени проводил с матерью — отец частенько бывал в разъездах по торговым делам. Михаил Васильевич помнит, как ждал возвращения отца с ярмарки. Однажды Василий Иванович привёз сыну из Нижнего Новгорода целый ящик игрушек. Они были яркими, пахли свежей краской и клеем. С особенным теплом вспоминал живописец, как праздновали в его семье Пасху. Ночью все вместе шли в Церковь. А к обеду в домашней зале накрывали большой праздничный стол. Отец и мать, нарядно одетые, принимали гостей. За трапезой вели благочестивые беседы. «Приезжали священники, славили Христа», — вспоминал Михаил Васильевич.
В 1872 году Миша поступил в Уфимскую гимназию. Там впервые он почувствовал тягу к рисованию. Свою первую работу — рисунок средневекового замка — Михаил преподнёс в подарок отцу на День Ангела. Но со всей очевидностью дар художника проявился у Миши во время учёбы в Московском реальном училище. Туда определили его родители после окончания гимназии, чтобы мальчик получил техническое образование. Миша тосковал от разлуки с домом, скучал по отцу и матери. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, он стал рисовать. Через некоторое время все в училище знали о таланте Михаила. Кто-то из преподавателей написал в письме Василию Ивановичу о способностях его сына к рисованию. И однажды Мишу вызвали в приёмную директора. Юноша с удивлением увидел там отца. Василий Иванович приехал из Уфы, чтобы задать сыну один-единственный вопрос: «Желаешь ли ты быть художником?» Михаил не стал медлить с ответом. С разрешения родителей он ушёл из Реального училища и поступил в Московское училище живописи и ваяния. Так начался его путь в искусстве.
Став известным художником, Михаил Васильевич Нестеров часто навещал отца и мать. А в остальное время вёл с ними постоянную переписку. Сообщал обо всех подробностях своей жизни, прислушивался к советам. «Дорогие папа и мама! — писал Нестеров в одном из посланий домой. — Я перечитал ваше письмо несколько раз, и оно прояснило мою голову».
В 1890 году. Третьяков приобрёл у Нестерова его полотно «Видение отроку Варфоломею». Оно стало одной из жемчужин Третьяковской галереи. Там же, в Третьяковке, хранятся с любовью написанные Нестеровым портреты его дорогих отца и матери.
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
24 июня. «Медузы»
Поделиться
Фото: TEDDY2 H/Unsplash
Как необычны и загадочны медузы, эти молчаливые полупрозрачные обитательницы моря, в такт волнам танцующие посреди синеватой влаги в своих роскошных нарядах! Но и как коварны — они тотчас обожгут незадачливого пловца, едва лишь он неосторожно прикоснётся к их токсичному оперенью. Таковы все мечтательные образы, всплывающие в нашем уме и наводняющие воображение, — от них должно всячески уклоняться, сопрягая ум единственно с молитвой.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Добро без награды. Алексей Шириков
Поделиться
Недавно, когда я ехал по авторстраде за рулём, пропустил перед собой обгоняющую машину, которая не могла перестроиться в плотном потоке. Она проехала — и всё. А я поймал себя на мысли: «Могли бы и поблагодарить».
Меня тогда зацепила не сама ситуация — мелочь же, — а то, насколько естественно внутри возникает ожидание ответа на добро. Причем не обязательно чего-то большого. Иногда достаточно простого «спасибо», включенной аварийки.
И, наверное, в этом нет ничего плохого. Человек вообще так устроен: мы живем в отношениях, во взаимности. Очень многое в нашей жизни держится именно на этом. Когда ты заботишься о человеке и чувствуешь заботу в ответ — это нормально.
Но мне кажется важным другое: не остановиться только на логике обмена.
Потому что, если всматриваться в христианство, то видно, как оно постепенно расширяет сердце человека. Сначала ты делаешь добро и ждешь чего-то в ответ — хотя бы человеческого тепла. Потом начинаешь понимать, что далеко не всегда его получишь. И тогда возникает следующий шаг: делать добро ради Бога, ради той самой «награды на небесах», о которой говорит Христос.
Это уже очень многое меняет. Человек перестает быть полностью зависимым от реакции окружающих. Добро больше не обесценивается от того, что его не заметили или не оценили.
Но и это, как кажется, не полнота возможного. Есть и еще более глубокая точка, в которой добро начинает восприниматься не как способ что-то получить — благодарность ли или Царство Небесное, а просто как естественное состояние души. Когда мы дышим, мы ничего не ждем взамен — вот так и с добром. Разве нужна еще какая-то награда?
Нет, конечно, нам-то пока нужна. Но и научиться дышать добром тоже хочется.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
24 июня. О воцерковлённости
Поделиться
О признаках воцерковления — настоятель храма блаженной Ксении Петербургской в Казани священник Александр Ермолин.
Что значит быть воцерковленным? Это прекрасное слово, которое многие знают, и, наверное, многие задумываются: а вот можно ли меня назвать воцерковленным человеком?
И конечно же, нет какого-то универсального критерия, нет такого списка: вот вам список, вот первое, вот пятое, десятое — критерии, которые сказали бы, что этот человек воцерковленный, а этот — нет. Но давайте попробуем сформулировать просто на основании опыта жизни Церкви.
Конечно же, в первую очередь воцерковленный человек — это тот, кто участвует в жизни Церкви, тот, кто причащается, тот, кто участвует в Таинствах, участвует в богослужении. Воцерковленный — это тот, кто читает Священное Писание.
И конечно же, в большом, в глобальном смысле этого слова, воцерковленный — это тот человек, который ставит церковный ориентир в центре своей жизни, для которого Бог — это центр его жизни, Церковь — это самое важное, что есть в его жизни. И вот такой человек может называть себя воцерковленным.
Все выпуски программы Актуальная тема:
