Медведниковы

Поделиться

Открытия новой гимназии в Староконюшенном переулке москвичи ждали с нетерпением. Когда строительство ещё только начиналось, сразу пошла молва о том, что гимназия станет самым большим и красивым учебным заведением в городе. Иначе не могло и быть: ведь строилось оно на деньги Александры Ксенофонтовны Медведниковой – вдовы золотопромышленника Ивана Логгиновича Медведникова. Перед смертью Иван Логгинович завещал свой капитал супруге, а когда наступил её черёд предстать пред Божьим Судом, Александра Ксенофонтовна передала всё своё состояние в размере пяти миллионов рублей – гигантская по тем временам сумма! - в собственность города «на нужды благотворительности и просвещения». Особо в её завещании было оговорено открытие гимназии. Александра Медведникова поставила определённое условие, при котором деньги на её строительство можно будет снять с банковского счёта. Для этого требовался официальный документ, закрепляющий право на обучение в гимназии детей не только из богатых семейств, но и из самых беднейших, которые обучались бы в ней за счёт специальных стипендий, выделенных из ею же завещанного капитала.

Вот почему, когда в первый день нового учебного года Медведниковская мужская гимназия широко распахнула свои двери для учеников, по её мраморным лестницам затопали не только начищенные лакированные ботинки отпрысков обеспеченных московских фамилий, но и скромные стоптанные башмаки ребят из простых и бедных семей.

Дух, при виде великолепия внутреннего убранства школы, одинаково захватывало у тех, и у других. Здесь были высоченные потолки с лепниной, просторные классы, больше похожие на бальные залы, площадки для игр, душевые, и даже лифты! Гимназистам казалось, что они попали в сказку, и долго ещё не могли они привыкнуть к небу над головой, видному через стеклянную крышу одного из коридоров.

Щедрости, душевной чуткости и заботливому отношению к ближним Александра Ксенофонтовна научилась у мужа, а тот, в свою очередь - у своего отца и дяди. Старшие из Медведниковых, братья-купцы Логгин и Прокопий, строили церкви - к примеру, на их деньги в Иркутске был возведён большой пятиглавый Успенский храм; заботились о сиротах – открыли и содержали за свой счёт приют для малолетних.

Иван Логгинович немало жертвовал сам, и активно поощрял к этому других. Он учредил банк, условием вкладов в котором было отчисление доли процентов на нужды бедняков и благотворительных учреждений.

Когда супруг Александры Ксенофонтовны умер, любящая жена достойно продолжала его дела милосердия. В своём подмосковном имении неподалёку от Звенигорода она открыла богадельню для престарелых священников и лиц духовного звания. В родной город Иркутск отправила шестьсот тысяч рублей, чтобы поддержать строительство городской больницы.

Завещанные ею на благотворительность миллионы помогли не только поступить в прекрасную современную гимназию тем, у кого на это никогда не нашлось бы денег. На средства Медведниковой в Москве, близ Нескучного сада, открылась больница с богадельней, был устроен приют для душевнобольных и учреждены ежегодные пособия неимущим москвичам христианского вероисповедания.

Александра Ксенофонтовна и сама всю жизнь была глубоко верующей православной христианкой. Поэтому за то добро, которое делала для людей, не требовала наград и почестей. Когда Московская городская дума присвоила Медведниковой звание Почётного гражданина, она скромно заметила, что предпочла бы не придавать сей факт огласке. Не удивительно, что даже близкие и знакомые узнали о почётном гражданстве Александры Ксенофонтовны лишь после её смерти.