Поделиться
Фото: Kirill F / Unsplash
В 2017 году на одной из улиц Санкт-Петербурга была установлена забавная скульптура — памятник в знак дружбы питерского поребрика и московского бордюра. Как известно, это разные названия одного и того же предмета. Вы, наверное, слышали о том, что петербуржцы многие слова говорят иначе, чем жители других городов, в том числе Москвы. Действительно, уже стали мемами, то есть запоминаемыми образами и фразами: «шаверма» вместо привычного «шаурма», или «парадная» вместо «подъезд».
Основной причиной появления таких различий в лексике и фонетике многие лингвисты считают историю становления Петербурга. Для возведения города царём Петром I в начале XVIII века было привлечено большое количество специалистов, чиновников, купцов, рабочих как со всей России, так и из-за границы. Можно представить, какое языковое и диалектное разнообразие царило в столичном обществе того времени.
Такая ситуация сбивала с толку: неясно было, как разговаривать, чтобы тебя поняли. Особенные сложности испытывали иностранцы, которым необходимо было освоить русский язык. Поэтому жители новой столицы стали ориентироваться на письменную речь, в частности, на деловые бумаги и публицистику. Вследствие этого и произношение петербуржцев стало тяготеть к точному воспроизведению книжной речи. Они произносят так, как читают, не меняя ни одной буквы. Потому и слышим мы от коренных питерцев «Что», «конеЧно», «скуЧно», «Чтобы» вместо московского «што», «конешно», «скушно» и «штобы».
Одной из особенностей питерского говора является употребление звука Э на месте Е в словах, заимствованных из других языков. Это тоже следствие взаимовлияния иностранцев, живших в России в XVII-XIX веках, и русских граждан, пытавшихся походить на образованную элиту. Слова «крэм», «рэльсы», «музэй» — признаки петербургского говора. В конце XIX и начале XX века данная буква и соответствующий ей звук повсеместно использовались в заимствованных словах, ещё не вполне усвоенных русским языком. Кстати, вплоть до середины XX века употреблялась петербургская норма произношения в слове диета: говорили диЭта, диЭтический. В это же время нормой было произносить крЭм. Затем на месте Э стали употреблять и писать букву Е, поскольку слова ассимилировались в русском языке. Однако жители северной столицы продолжали говорить слова с Э, стараясь придать тем самым себе статусность и элитарность. Сегодня такое произношение звучит юмористически: пионэры, розэтка, фанэра.
В наше время отдельного петербургского говора в чистом виде нет, он сохранилось разве что у старшего поколения. И говорить «булка хлеба» вместо «батон» или «бадлон» вместо «водолазка» — это сейчас скорее дань культурному колориту Санкт-Петербурга.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
«Необычный путь»
ПоделитьсяВ этом выпуске своими светлыми историями о людях, которых Бог вел к Себе сложным непрямым путем, поделились ведущие Радио ВЕРА Константин Мацан, Марина Борисова, Сергей Платонов, а также наш гость — благочинный приходов Сурожской епархии Московского Патриархата в Северной Ирландии, доктор философии, член Союза писателей России протоиерей Георгий Завершинский.
Ведущие: Константин Мацан, Марина Борисова, Сергей Платонов
Все выпуски программы Светлые истории
15 июня. «Девятый вал»
Поделиться
Фото: Art Institute of Chicago/Unsplash
Все опытные мореходы знают об этом опасном для судов явлении, о котором мы ведаем по шедевральному живописному полотну Айвазовского. Проходят первая, третья, пятая волны и наконец является он — девятый вал, несущий с собой гибель, встреть он на своём пути борт небольшого корабля. В жизни духовной, всеусердно храня мир сердца, мы, тем не менее, должны быть всегда настороже, памятуя об «огненном искушении», которое норовит застигнуть врасплох христианина, потерявшего бдительность и вознамерившегося «опочить на лаврах» мнимого преуспеяния.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июня. Об одиночестве
Поделиться
О важности человеческого общения — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Православная модель назидания уделяет много внимания тому, чтобы описать соблазны, которые ждут христианина на пути к Богу. Здесь всё понятно и на поверхности. Никому не удастся совместить следование за Христом с развратом, воровством, злом другому человеку. Всё это всегда было в жизни человечества, поэтому не теряет актуальности.
Но что-то и меняется. Уклад общества, сама модель жизни очень изменились за последние десятилетия. Я бы сказал, что это сформировало другой, гораздо более опасный соблазн, неплохо накладывающийся на внешнюю модель благочестия и религиозности. Этот соблазн — выбор одиночества.
Другой человек воспринимается нами как проблема, как лишнее обстоятельство, как то, что выводит нас из равновесия, покоя и гармонии. Мы ограничиваем контакты, оценивая их необходимостью и функциональностью. Мы забываем, что не можем видеть Бога и что-либо сделать для Него, но зато Он разговаривает с нами через других, которые Его образ и творение.
Все выпуски программы Актуальная тема:
