Поделиться
Фото: PxHere
Одним из главных литературных событий начала нового века явилось для меня — в 2003 году — присуждение Литературной премии Александра Солженицына поэту Юрию Кублановскому. Формулировка жури гласила: «...за языковое и метафорическое богатство стиха, пронизанного болью русской судьбы; за нравственную точность публицистического слова». В конце своего Ответного выступления, Кублановский упомянул того, чьё имя — в названии премии.
«...Быстро уходит из сознания непоколебимая прежде убеждённость в предназначении. А без неё какая ж поэзия? И уж ежели сам поэт недопонимает, зачем, собственно, пишет, то тем более не знает этого теплохладный читатель. Так в лирическом слове гаснет энергетийный заряд и остаётся один муляж. И сам творческий процесс, и его результат уже отдают никчемностью. Творить с таким размагниченным сознанием сложно. Но ведь „сверхзадача“ всё же имеется!.. Лет десять тому назад Солженицын написал мне: „Вместо красного колеса по России катится теперь жёлтое“. В связи с чем хочу дать один совет молодым: мы крепчали в противостоянии красной идеологии. Крепчайте в противостоянии жёлтой, бульварной. Именно крепость духа и чистота языка споспешествуют рождению настоящей поэзии...»
Из финала своего Ответного слова на церемонии вручения Литературной премии Александра Солженицына нам читал лауреат 2003 года — Юрий Кублановский.
...А в 2006-м, в серии книгоизданий, посвященных той премии, вышел том избранной поэзии и публицистики Кублановского. В сборник «На обратном пути» вошло и большое эссе «Поверх разборок», написанное в конце 1990-х, куда автор включил старинное (Юрию Михайловичу было тогда 28 лет), пылкое обращение «Ко всем нам», написанное в день рождения Александра Солженицына и пущенное в 1975 году в «самиздат» — по случаю двухлетия высылки писателя из России. Давайте послушаем строки из того давнего открытого письма-обращения поэта Кублановского о писателе Солженицыне:
«...Он принадлежит к редкому и потому особенно драгоценному в русской истории типу православного делателя. Существуй такой человек в начале столетия, много бы потрудился во спасенье России, увлекая других, талантливых, порой гениальных, чьё молчание ввиду наступающей революции звучит в наши дни особенно оглушительно. И ныне в таких, как он, чувствуется надежда. Да, надо признать, что ничего более ясного, твёрдого и реального, чем говоримое Солженицыным, от наших современников мы уже не услышим. Где найдётся человек, совмещающий в себе такой опыт, талант и независимость от доминирующей тенденции века?
И если мы не отзовёмся на это, то не отзовёмся более ни на что.
Но может быть, всё только кажется неподвижным?
Может быть, где-нибудь в глубине, „под глыбами“, истина и чувство свободы завоевывают всё новые души и небесполезны призывы писателя, целителя, снявшего с наших глаз последние бельма? 11 декабря 1975 года...»
Я попросил, друзья, перечитать Юрия Кублановского эти старинные строки ещё и потому, что и в новом веке — пусть и с выпавшими спицами, да спущенной шиной — то самое «красное колесо», о котором в 1990-х наш классик русской прозы писал современному поэту, — увы, ещё продолжает катиться.
Губительная ностальгия по безбожной коммунистической религии (иначе этот морок и не назовёшь), подпитываемая клеветническими поношениями трудов и личности Солженицына («злостный-де графоман», «наймит, мол, антисоветчик», «развалил-де СССР») растёт — сужу хотя бы по видеоблогам — как на дрожжах. Всё это звучит на пошлом и безответственно-лживом русском языке, повторяя зады ушедшей, казалось бы, в прошлое, агрессивной риторики охранительной совпропаганды. ...Очень надеюсь, что эти поношения не смогут быть принятыми на веру моими — особенно молодыми — соотечественниками, давно научившимися жить своим умом. ...Теми, кто издавна и самостоятельно берёт в руки книги, кто не разлюбил и не утратил, завещанное классиками, «великое русское слово».
Напомню, что у стихотворения Анны Ахматовой, откуда я вытащил сей оборот, — выразительное название: «Мужество».
Все выпуски программы Закладка Павла Крючкова
«Память о подвиге сестер милосердия». Мария Веснина
ПоделитьсяУ нас в гостях была журналист, коллекционер, автор проекта «Женщина. Война. Милосердие» Мария Веснина.
Мария рассказала, с чего начался ее личный интерес к подвигу сестер милосердия, и как она начала собирать коллекцию разных предметов, включая подлинные письма, медицинские инструменты, повязки и личные вещи сестер милосердия. Разговор шел о том, почему современному человеку важно знать и помнить о самоотверженном служении женщин во время военных действий. Наша гостья поделилась, как ей удается пробудить интерес у детей к данной теме, а также как связаны милосердие и вера.
Ведущие программы: Тутта Ларсен и пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности Василий Рулинский.
Все выпуски программы Делатели
Дмитрий Мамин-Сибиряк. «Серая Шейка»
Поделиться
Сказку Дмитрия Мамина-Сибиряка «Серая шейка» большинство из нас, пожалуй, знает ещё с дошкольного возраста. Трогательную историю о маленькой уточке со сломанным крылом, которая не могла улететь в тёплые края вместе со своей стаей. Однако не секрет, что многие произведения, хорошо знакомые с детства, порой раскрываются новыми гранями, когда читаешь их в зрелом возрасте. «Серая Шейка» — определённо из таких. Это подтверждают и знатоки творчества Мамина-Сибиряка. Литературоведы считают, что «Серая Шейка» — одно из его самых глубоких произведений. Недаром эта небольшая, буквально в несколько страниц, сказка так часто выходит отдельными изданиями, а не только в составе сборников.
Художественный образ Серой Шейки, уточки-калеки, навеян личными обстоятельствами жизни и переживаниями писателя. В 1892-м году появилась на свет его дочь Алёнушка. Супруга в родах скончалась, а у девочки обнаружилось тяжёлое неврологическое заболевание. Друзья и знакомые были уверены, что Дмитрий Наркисович отдаст ребёнка в приют. По крайней мере, многие прямо советовали ему это сделать, уверяя, что один он не справится. Но Мамин-Сибиряк над колыбелью дочки дал обещание: «Буду жить и работать для этого маленького существа». В 1897-м, когда девочке исполнилось 5 лет, писатель издал сборник «Алёнушкины сказки». Туда вошло и произведение «Серая Шейка».
В собраниях сочинений Мамина-Сибиряка сказку принято включать в раздел рассказов о животных. Автор, действительно, много писал о родной природе, всем сердцем её любил. Однако сказка «Серая шейка» совсем не похожа на рассказ из жизни водоплавающих пернатых. Она звучит как притча — о смирении, и надежде, о милосердии и сострадании. Учит не проходить мимо чужой беды.
Вдаваться в подробности сюжета, пожалуй, надобности нет. Большинство читателей его наверняка вспомнят. И, перечитывая, узнают, словно старых знакомых, уточку, хитрую лису, пугливого доброго зайца и старика-охотника. Сказку «Серая Шейка» без преувеличения можно назвать самым известным произведением Дмитрия Мамина-Сибиряка. Вот уже больше века пробуждает она в наших сердцах доброту.
Все выпуски программы Литературный навигатор
Церковь Казанской Божьей Матери (г. Никольск, Вологодская обл.)
Поделиться
На юго-востоке Вологодской области есть маленький городок Никольск. Расположился он на Северных Увалах — живописных холмах на правом берегу реки, которая носит название Юг, хотя и протекает по территории Русского Севера. Совсем не по северному выглядит и одна из главных достопримечательностей Никольска — Церковь Казанской Божьей Матери. Её можно представить, скорее, где-нибудь в Крыму или Абхазии. Храм построен в типичной византийской архитектурной традиции. Историки называют Казанскую церковь уникальным и совершенно нехарактерным явлением для Вологодской губернии. И всё же, именно таким захотели видеть храм жители Никольска, на пожертвования которых он был построен в 1905-м году.
Вытянутая по сторонам форма здания, единственный широкий и величественный полусферический купол. Высокие арочные окна. Строгий, но выразительный декор белокаменного фасада. Проект храма создал вологодский губернский архитектор Фридрих фон Фриде. Возводилась церковь на добровольные пожертвования горожан. Кирпичи для храма делали из местной глины. Добывали её прямо рядом со стройкой, поэтому до сих пор неподалёку от храма сохранилась большая впадина.
В декабре 1905 года церковь освятили в честь Казанской иконы Божьей Матери. В Никольске этот образ Богородицы почитают особо. В 1667 году один из жителей тогда ещё села Никольского рыбачил на берегу речки Дуни́ловки. Вдруг у самой кромки воды он увидел икону. Мужчина разглядел Казанский образ Богоматери. С почтением он поднял икону и поместил в дупло высокого дерева. Потом поспешил в село и рассказал всем о чудесном явлении образа Божьей Матери. Люди пришли к иконе и в благоговении усердно перед Нею молились. Дуниловский образ Казанской Божьей Матери по сей день пребывает в Сретенском соборе Никольска. А в Казанской церкви — список с этого чудотворного образа.
Огромный купол Казанского храма, увенчанный золотым крестом, был виден из окрестных селений. Далеко разлетался и храмовый благовест — его слышали даже в деревнях по другую сторону реки. Богослужения в Казанской церкви Никольска продолжались до начала 1930-х годов. Потом большевики арестовали всех священников, а храм передали колхозу. В нём разместился зерновой склад и мельница. Только в 1990-м храм вернули верующим. В том же году, 4 ноября, на престольный праздник, в Казанской церкви прошла первая Литургия после пятидесятипятилетнего перерыва. Сегодня возрождённый храм стоит в центре Никольска, окружённый берёзами и елями. Так непохожий на церкви Вологодчины. И всё же — плоть от плоти этой древней русской северной земли.
Все выпуски программы ПроСтранствия
