Поделиться
Фото: Евгений Дмитриев / Unsplash
Недавно я получил от своего дорогого друга и заядлого книжника электронную весточку. К вопросам о том, как протекает моя жизнь, была приложена фотография, которая оказалась сканированной страницей старинной книги, — пожелтевшая бумага, ушедшая орфография.
Файл назвался просто: «Козлов».
А на странице — стихотворение, всего восемь строк:
Святее дружбы чувства нет.
И Тот, кто жертвою чудесной
Спасает мир и льёт нам свет,
Даёт тому пример небесный.
Он исцелял, благотворил
И Бог — изведал сердца нужды;
Но величайшее для дружбы
Своё он чудо сотворил.
Иван Козлов, «Дружба»
Кстати, одно творение этого «ослепшего барда с прозревшею душой», как писал о нем пушкинист Леонид Гроссман, — известно всем.
Это — «Вечерний звон», вольный переклад стихов ирландского поэта Томаса Мура, положенный на музыку Александром Алябьевым.
«Вечерний звон» не раз отзывался эхом у многих — от Дениса Давыдова и Фета до Полонского и Анны Ахматовой. Песню исполняли Иван Козловский и Борис Штоколов, её названием именовали полотна, романы, радиостанции и даже конфеты. Она звучит в фильмах «Калина красная» и «Бег», в кинокомедии «12 стульев» и военной картине Леонида Быкова «В бой идут одни старики».
Она обрела бессмертие.
...Земной жизни Ивану Козлову отпущено было чуть менее шестидесяти лет, из которых последние сорок он жестоко болел, страдая параличом ног и слепотой.
«Несчастье сделало его поэтом — и годы страданий были самыми деятельными годами ума его», — писал близко знавший Козлова Василий Жуковский.
Несмотря на бесконечные физические мучения, жизнь Ивана Ивановича была наполнена занятиями. Смолоду знавший французский и итальянский языки, уже будучи слепым, он выучил немецкий и английский. У него была великолепная память: он знал всего Байрона, Вальтера Скотта, лучшие места из Шекспира и Данте.
Но наибольшее утешение доставляло ему то, что он знал наизусть Евангелие и все молитвы православного богослужения.
Прости мне, Боже, прегрешенья
И дух мой томный обнови,
Дай мне терпеть мои мученья
В надежде, вере и любви.
Не страшны мне мои страданья:
Они залог любви святой;
Но дай, чтоб пламенной душой
Я мог лить слезы покаянья.
Взгляни на сердца нищету,
Дай Магдалины жар священный,
Дай Иоанна чистоту;
Дай мне донесть венец мой тленный
Под игом тяжкого креста
К ногам Спасителя Христа.
Иван Козлов, «Молитва», 3 декабря 1839 года.
«Это был последний звук его арфы», — напишет позднее Жуковский. Провожая своего старшего друга в жизнь вечную, он сказал о его творениях, что прелесть многих из них «...заключается в том, что они с величайшею верностью выражают правду, состояние души глубоко страждущей, глубоко верующей и смиренной...»
Ну и еще две строки этого «слепого музыканта» нашей литературы, — написанные, когда перед ним, говоря словами Пушкина, «во мгле сокрылся мир земной».
Из новогоднего послания другу Жуковскому:
При тёплой вере горя нет,
она дружит нас с небесами...
Все выпуски программы Рифмы жизни
16 мая. О любви и снисхождении
Поделиться
О любви и снисхождении — клирик московского храма Сорока мучеников Севастийских в Спасской слободе протоиерей Максим Первозванский.
Снисхождение — это, по сути дела, ситуация, когда я позволяю другому любить себя. Я принимаю его любовь. Это неправильное, это тяжёлое состояние; если мы говорим о браке, это тоже не всегда заканчивается хорошо, потому что другой человек, тот, который любит, чью любовь я соглашаюсь принять, он же ждёт от нас не такой любви, он ждёт от нас не снисхождения, и, позволяя любить, мы обманываем и себя, и его.
Любовь деятельна, любовь направлена на благо другого человека. Если мы говорим о христианской любви, то в контексте слов Нового Завета это, конечно, жертвенная любовь, когда «нет больше той любви, если кто душу свою положит за друзей своих». Душу свою положить — это жертвенная любовь.
Или филия — это сердечная близость к другому человеку, когда, как говорится в браке, «будут два в плоть едину, так что они уже не двое, но одно», когда у всех верующих, как сказано в книге Деяний апостолов, было одно сердце. Вот что такое филия. И в этом тоже, конечно, нет какого-то снисхождения.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Деяния святых апостолов
Поделиться
Деян., 37 зач., XV, 35-41
Комментирует священник Антоний Борисов.
Чем Церковь отличается от секты? Тем, что в Церкви есть свобода, существуют как норма различные мнения по тем или иным вопросам, но, при этом, ровно так же, как норма, проявляет себя стремление к единству. Единству во Христе, которое, опять же, свободу воли не упраздняет. Иллюстрацией данного положения вещей служит отрывок из 15-й главы книги Деяний святых апостолов, что читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 15.
35 Павел же и Варнава жили в Антиохии, уча и благовествуя, вместе с другими многими, слово Господне.
36 По некотором времени Павел сказал Варнаве: пойдем опять, посетим братьев наших по всем городам, в которых мы проповедали слово Господне, как они живут.
37 Варнава хотел взять с собою Иоанна, называемого Марком.
38 Но Павел полагал не брать отставшего от них в Памфилии и не шедшего с ними на дело, на которое они были посланы.
39 Отсюда произошло огорчение, так что они разлучились друг с другом; и Варнава, взяв Марка, отплыл в Кипр;
40 а Павел, избрав себе Силу, отправился, быв поручен братиями благодати Божией,
41 и проходил Сирию и Киликию, утверждая церкви.
Среди книг, входящих в новозаветную часть Библии, особе место занимает книга Деяний святых апостолов. Она представляет собой одновременно историческую хронику и как бы словесную икону, созданную апостолом Лукой, благодаря которой мы сегодня имеем не только сведения о существовании древней христианской Церкви, но и чёткое понимание, какой должна быть Церковь в смысле устроения своей внутренней жизни. Повествование святого Луки охватывает период от Вознесения Христа до заточения апостола Павла в римской тюрьме — то есть до начала 60-х годов первого века.
Апостол Лука, человек со многими талантами (художника, врача, писателя) в составленном им историческом повествовании не пытался романтизировать церковную действительность или сглаживать острые углы. Перелистывая страницы книги Деяний, читатель находит упоминания о непростых моментах в жизни древней Церкви. Говорится, например, о периодически возникавших конфликтах между христианами из евреев и бывшими язычниками. В Иерусалиме они, в частности, спорили об очерёдности раздачи продуктового довольствия для бедных вдов.
Находим у Луки мы и рассказ о недопонимании среди апостолов. Речь идёт, конечно, не о вражде или открытых конфликтах, а скорее о разности восприятия ими способов ведения проповеди христианского вероучения. Кто-то из апостолов, рассказывая жителям Римской империи о Христе и Его учении, делал акцент на милосердии Божием (так поступал апостол Павел), а кто-то больше внимания уделял строгим нравственным идеалам христианства (как, например, апостол Иаков, брат Господень).
В прозвучавшем отрывке мы встречаем упоминание ещё об одной непростой ситуации. А именно, оказываемся свидетелями разногласий, возникших между апостолами Павлом и Варнавой. Первоначально они хотели вместе совершить миссионерское путешествие по тем городам, где уже проповедовали Христа. В тот момент Павел и Варнава находились в Антиохии Великой, столице римской провинции Сирия и одном из главных центров существования христианства в те годы. Именно в Антиохии в середине первого века последователи Спасителя стали называть себя «христианами».
Неожиданно между апостолами возникает недопонимание. Возникает в тот момент, когда Варнава предлагает взять с собой в путешествие своего двоюродного брата (по другим сведениям — племянника) Иоанна Марка, в будущем — автора одного из четырёх Евангелий. У Марка уже был опыт участия в миссионерском путешествии — он был прежде спутником Павла и Варнавы, но по какой-то причине оставил их в городе Пергии, расположенном в Малой Азии на берегу Средиземного моря (это теперь Турция). Павел посчитал, что Марк слаб духом, и поэтому отказался брать его вновь в миссионерское путешествие.
Варнава же хотел дать Марку ещё один шанс. В результате пути давних друзей разошлись — Павел отправился с проповедью по провинции Сирия, а Варнава отплыл на Кипр. Один из толкователей книги Деяний — святой Иоанн Златоуст — указывает, что между Павлом и Варнавой конфликта не было и что их пути должны были рано или поздно разойтись, так как у апостолов имелись разные подходы к проповеди.
Павел был в словах и поведении более строг, а Варнава — мягок. Расставание апостолов не было лишено обоюдной скорби. Но, как известно, Господь способен человеческую неправоту обернуть ко благу. Возможно, благодаря случившемуся конфликту что-то изменилось к лучшему в апостоле Марке. И тот впоследствии написал своё Евангелие с покаянием и смирением. Он из причины разногласий между Варнавой и Павлом превратился затем в мостик их примирения. Именно Марк был рядом с Павлом в последние годы его жизни, которые прошли в римской тюрьме, разделяя его скорби. И это служит прекрасным примером того, что покаяние способно исцелять ошибки прошлого, а также того, что в Церкви мы призваны ради Христа беречь друг друга и сохранять с любовью своё свободное единство в Боге.
Христос воскресе! Воистину воскресе Христос!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 4. Богослужебные чтения
Поделиться
У одного из выдающихся святых XIX века, святителя Феофана Затворника, есть такое необычное слово, которым он описывает правильное состояние души верующего человека — «внутрьпребывание». Давайте послушаем 4-й псалом, который сегодня читается в храмах за богослужением, где это состояние очень точно описывается.
Псалом 4.
1 Начальнику хора. На струнных орудиях. Псалом Давида.
2 Когда я взываю, услышь меня, Боже правды моей! В тесноте Ты давал мне простор. Помилуй меня и услышь молитву мою.
3 Сыны мужей! доколе слава моя будет в поругании? доколе будете любить суету и искать лжи?
4 Знайте, что Господь отделил для Себя святого Своего; Господь слышит, когда я призываю Его.
5 Гневаясь, не согрешайте: размыслите в сердцах ваших на ложах ваших, и утишитесь;
6 приносите жертвы правды и уповайте на Господа.
7 Многие говорят: «кто покажет нам благо?» Яви нам свет лица Твоего, Господи!
8 Ты исполнил сердце моё веселием с того времени, как у них хлеб и вино и елей умножились.
9 Спокойно ложусь я и сплю, ибо Ты, Господи, един даёшь мне жить в безопасности.
Прозвучавший псалом описывает «внутрьпребывание» — о котором много говорил святитель Феофан — не просто как «сосредоточенность» или «уединение». Это состояние, когда человек собран внутри себя вокруг Бога — через что человек возвращается к себе самому, в свой внутренний центр — откуда только и можно «предстоять» перед Господом Богом. Давайте поразмышляем, почему это важно понимать — именно в настоящее время.
Наверное, многие задумывались над вопросом, а вот я — настоящий — это какой? Какая из множества социальных ролей — моё настоящее лицо? В каком состоянии души я — это настоящий я, а не «травмированный», «аффективный» или просто «расстроенный»? Как уловить то самое сущностное в самом себе, лишение которого тебя словно бы уничтожает по сути, — и ты превращаешься в условного «зомби»?
Ответ мы видим в сегодняшнем псалме. Тот самый важный центр, который мы мучительно пытаемся отыскать, действительно находится внутри — но это не «нечто», а ... «ничто», точнее, пустота, освобождённость от любых ролей, эмоций, переживаний, даже памяти — «высвобожденность» пространства — для присутствия в нём только Одного Господа Бога, Его Света и Его действия. Именно об этом присутствии и просит псалмопевец словами: «Яви нам свет лица Твоего, Господи! Ты исполнил сердце моё веселием!»
И когда в эту «точку присутствия» человек помещает свой внутренний фокус внимания — тогда он на опыте может увидеть, что значит — спать, как младенец, посреди неразрешимых проблем и полной неопределённости!..
Псалом 4. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 4. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
