Поделиться
Московские булочники Иван и Дмитрий Филипповы состояли поставщиками Двора Его Императорского Величества. В России выпечка хлеба всегда считалась почётным делом. Пекарей было великое множество, но первыми булочниками империи середины 19-ого века считались именно Филипповы.
Иван Максимович был вторым в династии Филипповых. Его отец – бывший крепостной крестьянин перебрался в Москву из деревни, приобрёл крошечную пекарню, записался в купечество и со временем сумел стать заметным лицом на хлебном рынке города. Своего сына он с раннего детства обучал премудростям трудного ремесла пекаря: Ваня умел и тесто замесить и отстояв у горячей печи, вынуть из неё готовый хлеб. Поэтому, когда отца не стало, Иван Максимович не только сохранил, но и приумножил фамильное наследие. Он, одним из первых в стране, открыл хлебную лавку прямо при пекарне. Она стала прообразом популярной сегодня системы «пекарня – магазин». Ассортимент продукции Ивана Филиппова радовал глаз: хлеб множества сортов, булочки, ватрушки, сайки, калачи, пироги с разной начинкой. Филипповские изделия не черствели, даже если несколько дней лежали на открытом воздухе. Их поставляли в самые знатные дома Москвы и Петербурга. Ухитрялись продавать даже в далёком Иркутске, привозя туда в замороженном виде. В булочных Ивана Максимовича не было отбоя от покупателей. И если одной из визитных карточек Петербурга считались магазины купцов Елисеевых, то в Москве таковой стали булочные Филиппова.
Иван Максимович стоял у печи наравне со своими работниками. Лично проверял качество теста и готовый хлеб. Накрывал его чистым полотенцем и со всего маху бил рукой, превращая пышный каравай в тонкий блинчик. Если через полминуты хлеб поднимался и восстанавливал свою первоначальную форму, Иван Максимович говорил своё традиционное: «С Богом!» и отправлял выпечку на прилавок. Особенно любил Филиппов простой чёрный хлеб. Говорил: «Хлебушко чёрненький - труженику первое пропитание».
Простые люди хорошо знали о доброте и отзывчивости богача Филиппова. Он постоянно отправлял большие партии своей продукции арестантам Бутырской тюрьмы. И в отличие от многих торговцев, никогда не посылал туда лежалый товар, а только самый свежий. Иван Максимович жертвовал осуждённым крупные суммы денег. Он заботился о бедных вдовах, о детях-сиротах, опекая московские приюты и отправляя им в больших количествах продукцию своих пекарен.
Сын Ивана Максимовича – Дмитрий – продолжил дело отца, не уронив фамильной чести. Жил по совести, по-христиански. Дмитрий оказался предпринимателем ещё более удачливым, чем его отец. Так же как Иван Максимович, Дмитрий посылал в тюрьмы подаяние арестантам или, как их тогда называли, «несчастненьким». Так же, как отец, никогда не сбывал с рук испорченную продукцию.
Дмитрий Иванович был владельцем не только пекарен и булочных, он открыл в Москве кофейни, ресторан, гостиницу. А на Тверской улице построил фабрику, где для рабочих были созданы приличные условия. Люди получали хорошее жалованье, трудились посменно, пользовались перерывами на обед и чаепития, имели выходные и праздничные дни. При фабрике Филиппов выстроил для рабочих бесплатное общежитие с отоплением, освещением, горячей водой, баней и питанием.
Дмитрий Иванович не дожил до смутных времён. Он умер за несколько лет до революции. Понимая, что она неизбежна, говорил своим наследникам: «Не бросайте Отечества! Без филипповского хлебушка простому мужичку не выжить...». Большевистский переворот не пощадил династию. Кого-то ждала эмиграция, кого-то репрессии. Предприятия были национализированы. Когда-то Иван Максимович Филиппов завещал своим детям ни в коем случае не давать разрушить пекарню на Тверской улице. Сегодня по этому адресу нет ни пекарни, ни булочной. Но осталась добрая память о добрых людях и их добрых делах.
Дефис и тире. Как их не перепутать и почему это важно
Поделиться
Всего две чёрточки, а какая между ними разница! Это не загадка. Просто сегодня мы поговорим о двух графических знаках в русской письменности — дефисе и тире.
Они, оказывается, похожи не только внешне, но и по происхождению. Оба слова заимствованы из других языков, в отличие от русских названий остальных знаков — точки, запятой, кавычек и прочих.
Наименование дефиса, короткой чёрточки, пришло из немецкого, а происходит оно от латинского divisio — что значит «разделение». Слово тире восходит к французскому глаголу «тянуть» и обозначается длинной чертой.
Оба знака стали применяться во второй половине XIX века — из-за усложнения графической системы языка и развития типографского искусства.
А впервые знак тире под названием «молчанка» описан в 1797 году в «Российской грамматике» профессора Антона Алексеевича Барсова. Одним из популяризаторов тире был писатель Николай Карамзин, живший в конце XVIII — начале XIX века.
Чем же отличается употребление этих графических знаков? Дефис ставится только внутри слов и, можно сказать, является их частью. Например, он присоединяет особую приставку кое-: «кое-кто». Или суффиксы -то, -либо, -нибудь: «где-нибудь», «кто-либо». Дефис нужен, чтобы создавать сложные слова, такие как «тёмно-красный», «юго-запад», «плащ-палатка». Недаром в XVIII − XIX веках дефис назывался «знаком единительства» — он объединяет части слов, при этом разделяя их на составные части.
А тире нужно, чтобы разграничивать части предложения, это настоящий знак препинания. С помощью него, например, мы отделяем подлежащее от сказуемого, если оба являются одной частью речи: «Солнце — (тире) это звезда». Или тире может обозначить, что перед нами сложное предложение, например: «Придут гости — (тире) сядем за стол». Также этот знак препинания используют при оформлении прямой речи.
Тире играет свою роль внутри предложения, а дефис — внутри слова. Но это ещё не всë. Среди специалистов издательской сферы — типографов, дизайнеров, редакторов — известны два типа тире: короткое и длинное. Более длинный знак используют как пунктуационный знак тире, а более короткий — как «технический знак», например, при обозначении интервала, выраженного цифрами: взять три − пять яблок.
И в деловой переписке, и в обычном интернет-общении стоит обратить внимание на правильное использование дефиса и тире. Ведь графическое оформление письменной речи — это важная часть родного языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Почему мы оправдываемся и стоит ли это делать
Поделиться
Оправдания — дело привычное. Почти каждый сталкивался с необходимостью объяснить свои действия: «не успел», «не заметил», «всё пошло не так». Почему же мы пытаемся сгладить наши недочёты оправданием?
Дело скорее всего в том, что мы защищаем своё самолюбие, маскируем ошибки или хотим избежать конфликтов. Сказать «это не моя вина» проще, чем признать: «Да, я поступил неправильно». Оправдания — это защитный рефлекс.
С другой стороны, если что-то пошло не так, то нам хочется объяснить, почему. Бывают ситуации, которые не позволили выполнить обещанное. Иногда оправдания необходимы: если обстоятельства действительно помешали, объяснение поможет избежать несправедливости, обиды, недоверия.
Но если приходится часто оправдываться или просто объясняться, это повод задуматься. Возможно, причина в отсутствии дисциплины или в излишней беспечности.
Зачастую мы оправдываемся, когда чувствуем вину. Или подозреваем, что нам не верят. Да, в самом слове «оправдание» кроется корень «прав». То есть мы хотим остаться правыми, несмотря на совершённую ошибку. Верен ли такой подход? Это каждый решает сам.
Как писал в дневниках Михаил Пришвин: «Если судить самого себя, то всегда будешь судить с пристрастием или больше в сторону вины, или в сторону оправдания. И вот это неизбежное колебание в ту или иную сторону называется совестью».
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
6 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Isaac Quesada/Unsplash
Для младенца, находящегося под сердцем матери, для формирования его личности важно всё, чем родительница живёт и что делает: её образ мысли и жизни; устроение духа и настроение души, питание, среда обитания и прочее. Вот почему нам, словесным младенцам, совершенно необходимо теснейшее общение с Матерью Церковью: посещение богослужений, взирание на святые иконы, слушание церковных песнопений, и особенно — участие в таинствах. Останься христианин вне Церкви — и его духовное развитие затормаживается, либо пресекается вовсе.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
