Домашние задания

Поделиться

Ваня с тоской уставился в раскрытую рабочую тетрадь по английскому. Уже десятый час вечера, пора ложиться спать, но уроки не сделаны. Его взгляд уныло бродит по иностранным непонятным словам, которые никак не хотят не то чтобы открывать своё значение, но даже складываться в удобопроизносимые звуки. На другом конце стола я пью чай и с интересом наблюдаю за происходящим. Голова мальчика обессиленно переваливается то на одну руку, то на другую. Глубокий вздох — его почти плачущие глаза с мольбой обращаются ко мне.

«Папа, я тут ничего вообще не понимаю! Помоги сделать, пожалуйста!»

Я продолжаю пить чай. Во мне борются несколько желаний одновременно. Первое, и самое сильное — я хочу спать. Очень хочу. Но пока я не уложу детей, это невозможно. Поэтому надо взять — и быстро продиктовать ему все эти элементарные ответы. Оценка будет отличной, ребёнок — счастливым отправится спать, довольным, что его папа — просто такой вот самый лучший в мире папа.

Но тут же, рядом — другое желание. Пусть сам разбирается. Продирается мучительно сквозь пелену обволакивающего сна и заросли чужеродных слов. Учится быть мужчиной. Преодолевать себя, свою лень и косность. Нести ответственность. Что ему мешало сесть за уроки два часа назад? Ничего! Фильм можно было бы и завтра, в выходной день, посмотреть. Зато в следующий раз хорошенько подумает, а надо ли смотреть фильм, когда есть шанс получить двойку. Да, больно будет. Да, будут слёзы. Но зато — бесценный жизненный опыт.

В итоге — решаюсь на компромиссный вариант.

«Ваня, что именно ты не понимаешь? Как выполнить упражнение?»

«Да. Что это слово значит?»

«Для этого у тебя есть словарь!»

Ваня тяжко вздыхает и начинает искать слово.

«И что теперь? Всё равно не понимаю!»

«Смотри: сначала надо понять значение всех слов. Затем, как их соотнести друг с другом. Пример — вот он. Теперь понятно?»

«Понятно...» — совсем обессиленным голосом говорит ребёнок. Маячившая слабая надежда на то, что папа сделает вместо него задания улетучилась напрочь.

Выпью-ка я ещё одну чашечку.

Какие же они полезные, эти детские проблемы! Для нас, взрослых, прежде всего. Ведь гораздо проще — сделать уроки за ребёнка. Но это — неправильно. Ведь и Бог не может за нас выучить уроки нашей жизни. Он стоит рядом — но не хочет снова идти в школу, которую должны мы пройти сами. Он не хочет подменять Собой — нас. Даже когда мы Его об этом умоляем со слезами: приди и наполни меня Собой — то есть упраздни меня Собой! Я ведь такой плохой — а Ты — такой хороший! Но Бог нас очень любит, и всё ещё очень верит в нас, чтобы убивать таким образом и упразднять нашу уникальность. Даже дурные и грешные, мы все равно ему очень дороги.

Он никогда не «нянчится» с нами, как навязчивая мамаша, отождествляющая свою жизнь — и жизнь ненаглядного сыночка. Превращая сына своей безрассудной любовью — в инфантильного, зависимого, легко управляемого травматика. Бог с нами не нянчится — но Он — всегда рядом. Особенно когда мы — на самом краю. Он многое что может: подбодрить, подсказать, одёрнуть, пригрозить и даже наказать — но задания наши вместо нас делать никогда не будет!..