Москва - 100,9 FM

«Документальный фильм о старце Григории Дохиарском (Зумис)». Архиепископ Обуховский Иона (Черепанов), протодьякон Александр Плиска

* Поделиться

У нас в гостях были архиепископ Обуховский Иона и клирик Свято-Троицкого Ионинского монастыря в Киеве, продюсер фильма «Где ты, Адам?» протодьякон Александр Плиска.

Мы говорили об афонском старце Григории Дохиарском, и о том, почему создателям документального фильма «Где ты, Адам?» было важно поделиться своим опытом общения со старцем, а также рассказать о жизни монастыря Дохиар в целом.

Ведущая: Елизавета Горская


Л. Горская

— В эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». И сегодня мы будем говорить о фильме, который, может быть, некоторые, и даже многие из вас, посмотрели, а многим еще предстоит — это удивительный фильм «Где ты, Адам?» — о жизни Афона, афонского старца. У нас на связи Киев. Архиепископ Обуховский Иона и протодиакон Александр Плиска, продюсер фильма. Владыка, архиепископ Иона, очень много общался со старцем и хорошо знал его. И вот об этой живой истории, об этом соприкосновении с удивительными духовными явлениями и о том, как можно этим делиться, делиться этим опытом и передавать его в том числе через документальные фильмы, мы и будем говорить. Здравствуйте, владыка. Здравствуйте, отец Александр.

Архиеп. Обуховский Иона

— Здравствуйте. Рады приветствовать вас.

Протодиак. Александр Плиска

— Приветствуем, дорогие друзья.

Л. Горская

— Давайте начнем с истории. Как вы познакомились с героем истории, владыка?

Архиеп. Обуховский Иона

— Я думаю, что, наверное, сначала начну я, а потом свою версию изложит отец Александр. Началось с того, что братия духовенства нашего монастыря были в паломничестве на Святой горе Афон. И когда обходили греческие монастыри, зашли в том числе и в монастырь Дохиар. И по своему обыкновению старец Григорий, который очень любит людей и очень общительный человек, встретил их у ворот монастыря и стал расспрашивать: кто вы, откуда, куда путь держите? Они рассказали, что они из Киева, из такого-то монастыря, путешествуют по Святой горе. И он вдруг неожиданно предложил: «А не хотите ли приехать и пожить у нас в Дохиаре?» Конечно, предложение было удивительное, тем более что это были еще двухтысячные годы, когда особо никто надолго на Афон не ездил. Это было удивительное предложение. И двое из наших братьев согласились — один наш монастырский брат и отец Александр, наш сегодняшний собеседник. И как ни удивительно, им оформили все необходимые документы. И они приехали на Святую гору и прожили там больше, чем полгода. И вот, собственно, с этого и началось знакомство нашей братии, и в том числе и меня, со старцем Григорием. То есть первопроходцами были отец Александр Плиска и наш монастырский иеродиакон Силуан, которые прожили тяжелых полгода в монастыре Дохиар. А теперь мы слушаем версию отца Александра.

Протодиак. Александр Плиска

— Версия немножечко глубже. Есть удивительный храм, он находится вблизи Ялты, в так называемой Большой Ялте, место называется Нижняя Ореанда, там есть храм Покрова Пресвятой Богородицы. В этом храме молился и служил несколько раз святой Иоанн Кронштадтский, его посещала святая Елисавета…

Л. Горская

— Преподобномученица?

Протодиак. Александр Плиска

— Да, Елисавета Федоровна. И такое удивительное мистическое место, в 2000-м году я там познакомился с удивительным, владыке тоже знакомым, отцом Николаем Доненко, который сегодня является епископом Ялтинским Нестором. И вот в этом месте в 2000-м году произошло знакомство с неким Данилой, который пел в этом храме. До этого он был такой любитель монашества, сегодня он сам монах, у него путь жизни такой: он был послушником на Валааме, в то время, когда мы познакомились, он устремлялся всей душой на Афон. Но до Афона у него еще был такой период, что он сначала в Сербию поехал, потому что в 2000-м году очень сложно было попасть на Афон. Гораздо сложнее, чем сегодня. Ему пришлось чуть ли не год прожить в Сербии. Но вот до того как он поехал в Сербию, он приехал в Киев. И, представляете, он идет по лавре, а моя супруга, она работала в швейной мастерской в лавре, она видит спину Данилы, это после крымской поездки, осень 2000-го года, и она выбегает и кричит: «Данила. Данила! Куда ты идешь?» Он говорит: «Не знаю. Я вот приехал и не знаю, где остановиться». А она говорит: «Иди в Ионинский, там братья хорошие, они тебя примут». И Данила тогда, до Афона, прожил недели три, наверное, или месяц в Ионинском монастыре. И тогда он познакомился со всей ионинской братией тогдашней. И когда мы приехали в 2005-м году, когда познакомились с герондой, на Афон, мы в Дохиар все пришли, уже зная Данилу, он уже тогда был монахом Макарием. И мы пришли, чтобы его увидеть. И вот таким образом произошло знакомство с герондой. Конечно, это удивительно было. Мы до вечера никого не увидели, братия работала допоздна, это нас тоже удивило. Потом до ночи разговаривали с монахом Макарием, с Данилой. А затем утром вдруг нам предложили петь Литургию — это было как гром среди ясного неба. Эта Литургия была в маленьком храме, в параклисе так называемом. Но после Литургии геронда решил с нами пообщаться, мы проговорили два часа с ним. Нас было четверо человек. И в этой беседе геронда вдруг начал нас уговаривать остаться, посмотреть жизнь изнутри. Я даже на сегодняшний день не понимаю, честно говоря, почему мы потом решили поехать. Отец Силуан, говорит: «Ну что, поедем?» Это его была первая фраза. Но почему я согласился, ради чего, зачем? — честно говоря, это абсолютная мистика в хорошем смысле этого слова. Но я не могу на сегодняшний день дать ответ на вопрос почему, зачем мне это надо было. А уже дальше владыка всё правильно рассказал, так что здесь как бы пазлы сошлись.

Архиеп. Обуховский Иона

— Да, собственно, с этого и началось знакомство с Дохиаром. Братья приехали и рассказали о старце, рассказали и нашей братии, и нашим прихожанам. Когда я приезжал летом… По-моему, я тогда приезжал забирать вас с Афона, да?

Протодиак. Александр Плиска

— Да, владыка, абсолютно верно.

Архиеп. Обуховский Иона

— Да, я тогда приехал, чтобы вернуться вместе в Киев. И я тоже имел возможность пообщаться со старцем Григорием. И, конечно, его личность, и вообще сам монастырь Дохиар, который является одним целым, как мне кажется, со старцем Григорием, потому что они совершенно неразрывны — Дохиар как явление и старец Григорий как игумен Дохиара. Пребывание в этой среде наложило неизгладимый отпечаток, потому что я увидел в этом монастыре то, о чем читал в святоотеческих книгах — я увидел то общежитие, о котором писали святые отцы, которые существовали в первые века монашества, в IV-V веке. Я увидел реальные иллюстрации и древних патериков, увидел отображения тех преподобных, подвигами которых я и многие другие восхищались. Действительно, Дохиар это явление. И старец Григорий это личность, наверное, глобальнейшего масштаба. Интересно, что в Дохиаре есть книга, которая была написана об истории этого монастыря и издана еще в 90-х годах. Толстый альбом, где подробно описана история обители, архитектура, там отмечены достопримечательности, то есть такой серьезный исторический труд. И эта книга называется «Парусия», то есть «пришествие». Мне кажется, что явление старца Григория как личности это именно парусия, пришествие глобального масштаба на дохиарскую почву этого старца, ученика двух святых.
Мы знаем, что старец Григорий в юном возрасте начинал подвизаться под руководством двух монахов, один из которых уже канонизирован, а канонизация другого ожидается. Это преподобный Амфилохий Патмосский и старец Филофей (Зервакос). Это удивительные монахи, исихасты, наследники колливадов, это настоящие подвижники благочестия ХХ века. Старец Григорий под их непосредственным руководством начинал свой монашеский путь. И он это благое учение, этот опыт общения со старцами, умноженный на свой личный подвиг, на свою личную молитву, и, конечно, на помощь всесильной благодати Божией, принес в Дохиар. Мы знаем, что братия пришла в Дохиар в 1980-м году, та братия, которая возглавлялась старцем Григорием. Потому что до этого монастырь был в запущенном состоянии, в нем жило только несколько старых монахов, уже таких ветхих старичков. Монастырь имел огромные долги, постепенно разрушался, потому что на Афоне есть такая особенность: если у здания прохудилась крыша, то оно стоит очень-очень недолго. Потому что оно обычно сложено из камней на известковом растворе, и как только туда получает доступ вода, эти камни мгновенно разрушаются, и здание исчезает с лица земли буквально за пару десятилетий. Я видел на Святой горе много заброшенных келий — это небольшие монашеские поселения, в которых буквально 30-40 лет назад была монашеская жизнь. И это уже просто голые камни, в которых никто не живет, которые заросли растениями, потому что растительность буйная, субтропическая, и всё мгновенно зарастает, и теряется всякий след пребывания здесь человека. И Дохиар был уже на грани именно такой трагедии, потому что он уже начал разрушаться, крыши были дырявые.
Старец Григорий рассказывал, что когда они пришли в Дохиар, то было только одно помещение, где можно было переночевать, потому что везде всё заливалось водой, осыпалось, всё было разрушено и грязно. И вот они, это братство, пришло на Святую гору, их было, наверное, около 10 человек, не больше. И с этого и началось возрождение Дохиара. Братья были молодые, ревностные, очень энергичные. И они начали буквально сразу восстанавливать монастырь, потому что старец Григорий считал, что монах не должен находиться ни одной минуты в праздности, что он должен настолько выкладываться на работе, чтобы, когда он приходит в келью, у него было сил только дойти до кровати и упасть на нее, чтобы проспать небольшое количество времени, которое отведено на ночной сон, совсем короткий, совсем маленький. И за эти годы, с 1980-го года, монастырь Дохиар был полностью восстановлен. Конечно, опыт восстановления монастырей и храмов мы все имеем перед своими глазами. У нас чуть позже, с 90-х годов началось возрождение монастырей и храмов, и мы видели, как многие святыни были буквально из руин восстановлены. Но самое главное, что старец Григорий восстановил монашескую жизнь в Дохиаре. И восстановил монашескую жизнь именно на древних святоотеческих принципах, потому что, наверное, нет ни одного человека, который так бы любил святых отцов, так бы любил монашество, как любил старец Григорий. Это действительно было пришествие в монастырь Дохиар. Собственно, почему его выбрали? В то время многие афонские монастыри находились в таком плачевном состоянии. И как раз в то время многие из этих монастырей были заселены молодыми братствами с материка. Это был и монастырь Симонопетра,  и некоторые другие монастыри. И вот в то время как раз предлагали старцу Григорию на выбор несколько монастырей. Насколько я помню, среди них был Дохиар и еще какой-то монастырь, уже сейчас не помню. Но он выбрал именно Дохиар, потому что он очень любил икону «Скоропослушницу», очень почитал ее.

Л. Горская

— «Скоропослушницу», да?

Архиеп. Обуховский Иона

— Да, мы знаем, что в монастыре Дохиар находится эта чудотворная икона. И из-за этого и был выбран небольшой, скромный монастырь Дохиар. И еще раз повторюсь, что это было действительно настоящее пришествие, которое его изменило и под воздействием которого монастырь находится и сейчас. Хоть он имеет уже другого игумена, но все равно старец Григорий очень явственно пребывает невидимо в этом монастыре. Тем более, что когда он отошел к Господу, его похоронили не на обычном кладбище за стенами монастыря, а похоронили в ктиторской могиле. Дело в том, что практически в каждом монастыре есть ктиторские могилы, то есть могилы, где захоранивались основатели монастыря. И вот одна из таких могил была возле стены храма. И когда уже было видно, что старец скоро отойдет, ее подготовили для погребения старца. И когда сняли каменную крышку, которая прикрывала могилу, увидели, что там осталось несколько косточек от предыдущего захоронения, их аккуратно переместили, и освободилось место для захоронения старца, потому что он является тоже ктитором монастыря. Ктиторы — это создатели монастыря. И монастырь каждый имеет не одного, а нескольких ктиторов. То есть, в первую очередь, это основатель монастыря, который его изначально создал, и это те люди, которые на различных этапах существования обители внесли какой-то очень важный вклад в ее существование, в частности возрождали после периода ее запустения. И вот как раз старец Григорий по всем параметрам подходит под это понятие ктитора обители. Его захоронение находится прямо во дворе монастыря, и любой брат, любой паломник может подойти и попросить помощи у старца. То есть его присутствие не только физически чувствуется, не только физически имеется, потому что его тело находится на территории монастыря, но и мистически, духовно, его забота и его присутствие очень явственно ощущаются.


Л. Горская

— У нас на связи Киев. С нами Архиепископ Обуховский Иона и протодиакон Александр Плиска, продюсер и один из создателей фильма «Где ты, Адам?». Документальный фильм о жизни старца Григория, о монастыре на Афоне. Владыка Иона много времени провел со старцем Григорием и общался с ним. Отец Александр, расскажите, пожалуйста, теперь, как происходило ваше знакомство со старцем? И в какой момент вы поняли, что надо снимать и начали это делать?

Протодиак. Александр Плиска

— Фильм был готов еще при жизни старца Григория. Единственно, что версия немножечко, процентов на десять, изменилась после смерти старца Григория. А так, фильм практически монтировался на протяжении его создания. Съемки начались весной 2015-го года. Я помню, как владыка приехал весной 2007-го года, когда мы заканчивали свое пребывание. И владыка тогда с герондой познакомился. И я помню, мы на работе находимся, владыка приходит и говорит мне: «Ну что, ты, наверное, поедешь потом в Крым отдыхать после этого?» Я так с удивлением поворачиваюсь, владыка тогда еще был архимандритом, говорю: «Отче, как? Меня же полгода не было на службе в Ионинском». Он говорит: «Я думал, вы здесь чего-то учите, по-современному, тусите. А здесь так жестко, у вас тут такая работа. Я не против, если ты немножко отдохнешь». На самом деле, честно говоря, наверное, таким большим блаженством было в Дохиаре, после двух недель пребывания, когда мы приехали уже на полгода. Представляете, мы приехали и надо не ударить лицом в грязь, надо держать марку и быть всегда и везде вовремя? Помню, через две недели самым блаженным состоянием и самым большим счастьем это было лечь на кровать. И я засыпал буквально за 10-15 секунд после того, как ложился на кровать. Но со старцем Григорием... он был ловцом человеков на самом деле. Он одному нашему общему с владыкой знакомому предложил приехать на рыбалку на Афон, на сколько хочешь. А рыбалка оказалась: в первый день бетон, на второй день бетон, на третий день бетон, четвертый день бетон — все вместе с герондой, вся братия. А потом, после бетона, ему в один из дней говорят: «Ну что, теперь бежим на рыбалку вечером?» Он говорит: «Какая рыбалка? Я еле ноги волочу». Поэтому геронда был таким ловцом, который умел с людьми общаться, он видел глубину человека. И, когда мы приехали, я помню, тоже мы наслушались, что 4 часа работа, у тебя время книжечки почитать, у тебя время для занятий, время для отдыха. Но всё было немножечко по-другому: работа заканчивалась за 10 минут до начала службы, ты бежал в келью, быстро там, даже не успевал умыться, руки помыл и бежишь на службу.
Но, конечно, это всё было абсолютно в спокойном ритме, в смысле внутренних каких-то переживаний относительно этого. В том смысле, что это все вместе. И все старшие по чину всегда на передовой. И первый человек, который меньше всех спит, это игумен монастыря. Как и тогда было при геронде, так и сегодня. И, конечно, у нас стоял вопрос в первые месяцы: тот ли монастырь мы выбрали? В смысле того, насколько мы сможем выучить греческий язык хоть немножко или византийское пение. Это те задачи, которые мы ставили в первую очередь, первоочередные задачи. Но, вы знаете, мы приехали на Архангела 20 ноября 2006-го года, мы приехали с отцом Силуаном, а затем мы попали на престольный праздник Симонопетра. Геронда нас отправил после Рождества — там на следующий день после Рождества праздник престольный. Мы приехали, там было очень много святогорских монахов. И, вы знаете, я помню свое состояние, что я очень хотел побыстрее вернуться в Дохиар. Прекрасные лица были на празднике — светлые, замечательные, чистые у всех глаза, то есть всё прекрасно. Но я так хотел увидеть изможденные трудом руки отца Нила, он в фильме хлеб печет, я так хотел увидеть изможденные лица этих монахов, то есть я хотел домой. На самом деле, меня тогда это потрясло, и я понял, что нас Бог благословил тем, что мы оказались именно в Дохиаре.
И отец Николай (Генералов), есть такой замечательный священник, когда мы с ним встретились чуть позже, весной 2007-года, он, когда услышал, что мы приехали на полгода в Дохиар, он сказал: «Я не знаю, за что вас Господь так любит, что Господь привел вас на Афоне не в какой-либо другой монастырь, а именно в Дохиар». В первые месяцы пребывания в Дохиаре у меня практически для всех монахов были прозвища — не то что их надо было придумывать. Это, как у Киево-Печерских святых: Книжный, Некнижный, Молчаливый, Послушливый. Практически к каждому монаху у меня внутри вызрело какое-то прозвище.

Л. Горская

— А себе придумали прозвище?

Протодиак. Александр Плиска

— Да — Лентяй, Тунеядец. (Смеются.)

Л. Горская

— Это уже занято мной.

Протодиак. Александр Плиска

— Относительно фильма — идея возникла достаточно быстро, просто я стал после этого периода ездить в Дохиар весной и осенью. Где-то на 6-7 недель. Но где-то в 2008-м году… То есть идея возникла 13 лет назад, а начала реализовываться 5 лет назад. Просто геронда не давал добро из-за скромности, из-за того, что не хотел, чтобы … Он прекрасно понимал, как я к нему отношусь, и не хотел, чтобы мы идола из него создали или памятник воздвигли ему. Поэтому он всячески уходил от этого момента, чтобы мы снимали фильм. В это время были и другие фильмы. «Люди Церкви, которых я знал» — есть такой фильм Алексея Злотикова. Немного до нашего приезда французы фильм сняли о Дохиаре — как бы это не о Дохиаре, а о монашеской жизни фрагменты, можно сказать. Но вот геронда всячески уходил, потому что он был человеком, которому присущи такие качества, как скромность и достоинство, это человек, о котором можно сказать, что он бегал от славы.

Архиеп. Обуховский Иона

— Но слава все-таки отца Григория нашла, хотя он и стремился бегать от нее, он много раз и нам, и в фильме тоже говорит, что он стремился к безвестности и к поношению. Надо сказать, что ему были присущи и некоторые черты юродства, то есть некоторые его поступки были непонятны для других людей, в том числе даже для святогорцев. Потому что не во всех афонских монастырях его воспринимают одинаково. То есть в одних монастырях, где братья его знают хорошо и имели более тесное общение с ним, его действительно почитают, и почитают как святого. В других монастырях какими-то его словами, какими-то его жесткими словами, потому что старец Григорий максималист в полном смысле этого слова, потому что он по максимуму относится, максимально требовательно относился к себе. Я даже не буду говорить о нем в прошедшем времени, потому что для меня он живой. Для меня он до сих пор жив и находится рядом. Вот он по максимуму относится к себе и по максимуму очень желает, чтобы и святогорцы тоже относились к Святой горе. И когда он видел, что в каких-то святогорских монастырях происходят какие-то даже самые минимальные отступления от традиций, от принятых святыми отцами норм, его это очень возмущало. И он на Киноте, когда собираются игумены святогорские, достаточно часто жестко обличал других игуменов, причем таких маститых, значимых для Святой горы, он в лицо обличал и достаточно жесткими и горькими словами. То есть не все могли воспринять его такую прямоту и его максимализм.
И вот, слава все равно его нашла, потому что не может светильник укрыться, стоя наверху горы. Это действительно светильник, который стоял на вершине Афонской горы и к которому какие-то чахлые и трепетные мотыльки слетались — израненные человеческие души. Любой человек, который хотя бы один раз с ним пообщался, вновь и вновь стремился увидеть это вроде бы внешне некрасивое, внешне не особо благообразное, но совершенно удивительное, освещенное внутренним светом лицо. Это человек, для которого… Может быть, вы знаете, есть одна из книг о преподобном Паисии Афонском, которая называется «Когда чужая боль становится своей». И старец Григорий как раз был тот человек, для которого чужая боль становилась своей. Я видел, с какой болью он говорил о чьих-то проблемах, когда слышал о чьем-то горе, как он переживал, как он плакал с теми, кому было тяжело. Как он волновался за тех людей, которые отпали от Христа, которые совершили какой-то грех, которые имели какую-то немощь, — как он переживал. Наверное, он за себя так не переживал, как за этих людей. И эти люди массово стремились. Наши прихожане, нашего Ионинского монастыря, наверное, практически все, кто имел какую-то возможность, почти все побывали в Дохиаре и имели общение со старцем Григорием. И стремились вновь и вновь приехать к нему, чтобы хотя бы рядом посидеть, потому что понятно, что его не хватало на всех, чтобы индивидуально с каждым поговорить. Так хотя бы рядом посидеть во время общей беседы, чтобы насладиться его удивительной речью, образной, яркой, пропитанной святоотеческой мудростью.

Л. Горская

— А он на греческом говорил?

Архиеп. Обуховский Иона

— Да, он говорил на греческом, но всегда были переводчики, которые хорошо переводили, и это было очень доступно. Это действительно было явление. И забыть его совершенно невозможно.

Л. Горская

— А вы можете сказать, как на вас, на вашу жизнь повлиял старец? Или это очень сокровенно?

Архиеп. Обуховский Иона

— Об этом мне несложно сказать, потому что я в своей жизни вижу только свою немощь и свои грехи. Но я вижу маяк. Знаете, спортсмену в каком-то виде спорта нужно ориентироваться не на друга по команде и не на соседа по лестничной клетке, а нужно ориентироваться на тех, кто в этом виде спорта преуспел. Так же и в духовной жизни: чтобы хоть на полмиллиметра преуспеть, нужно ориентироваться на какие-то духовные вершины. И вот есть вершины — это святые отцы и святоотеческие писания. Но очень важно все-таки увидеть жизнь тех людей, которые смогли осуществить жизнь по святым отцам, которые жили так, как жили преподобные отцы. Старец Григорий очень вдохновляет на это. Всегда, когда даже хоть чуть-чуть получилось сделать нечто доброе, то я всегда сравниваю себя с ним и понимаю, насколько тебе еще далеко до того совершенства, сколько еще нужно над собой работать, чтобы хоть чуть-чуть, на какой-то маленький миллиметрик приблизиться к Царствию Небесному. И его пример очень отрезвляет, потому что мы знаем, что у всех христиан, у всех людей есть такая немощь, как самолюбование, — когда мы в чем-либо хоть чуть-чуть преуспеем или что либо сделаем хорошее. Но общение со святыми людьми это самолюбование сводит полностью на нет. Как только начинают возникать какие-то подобные суетные мысли, сразу начинаешь вспоминать, каким должен быть христианин, каким должен быть монах, какие есть настоящие монахи — и понимаешь, что тебе очень и очень далеко.
У меня был один интересный случай, который доказывает прозорливость старца. Мы слышали о таком феномене, как прозорливость, и слышали об оптинских старцах, некоторые из которых были прозорливы, недавно почивших старцев. Знаем такой феномен. И я был свидетелем именно такого феномена, который старец Григорий, как настоящий подвижник, скрывал и не использовал его направо и налево для достижения какого-то внешнего эффекта: дай-ка я тебе что-нибудь прозрю, — а исключительно в таких терапевтических и очень важных целях. У меня как-то был один вопрос, который, можно сказать, меня мучил, но который я, приехав на Афон, стеснялся озвучить через переводчика. Проходит день, второй, третий, пятый и уже приближается время отъезда, а я всё не могу его озвучить, но я понимаю, что мне нужно его как-то разрешить. И вот я хожу по двору и вижу, что старец Григорий беседует с какими-то паломниками. Он часто останавливался посреди двора, подзывал паломников, и начиналась какая-то непринужденная беседа. Причем он практически на любые темы говорил, отвечал на вопросы или что-то рассказывал. Я подошел, паломники были русские, он говорил с ними через переводчика. Это были и миряне и духовенство. Я тоже подошел послушать. И вот он стоит, рассказывает: «А вот у меня есть один знакомый монах. И этот монах считает, что нужно так-то, так-то и так-то, потому что у него такая-то и такая-то проблема. Но он неправильно считает, потому что правильно так-то, так-то и так-то, потому что то-то, то-то и то-то». И вот он буквально по полочкам, пошагово разложил весь мой вопрос, который я хотел ему задать. То есть то, что он это рассказывал для меня, понял только я один. То есть все слушали про некого монаха, у которого есть некая проблема. Но как только я подошел, он начал отвечать именно на тот вопрос, который был у меня, но который я стеснялся озвучить. И я, грубо говоря, полностью получил пошаговую инструкцию, что делать. Это меня очень поразило.

Л. Горская

— Максимально корректно и чтобы вас не смутить.

Архиеп. Обуховский Иона

— Такой вот был у меня случай.

Л. Горская

— Конечно, удивительное событие, что мы тоже можем соприкоснуться с этим человеком — фильм о нем вышел на большой экран, его можно посмотреть в кинотеатрах. Мы продолжим разговор об этом через минуту.

Л. Горская

— Напоминаю, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». Лиза Горская здесь, в Подмосковье, под пасмурным небом. И архиепископ Обуховский Иона в Киеве, где идет дождь, там же в Киеве — протодиакон Александр Плиска. Мы говорим про фильм «Где ты, Адам?» и про жизнь удивительного старца Григория Дохиарского. Мне кажется, чуть ли не впервые такой документальный фильм об Афоне можно увидеть на широком экране в кинотеатрах.

Протодиак. Александр Плиска

— Да, впервые.

Л. Горская

— Отец Александр, расскажите, как воспринимает публика? Как вам идея в голову пришла этот фильм показать всем?

Протодиак. Александр Плиска

— Да я сам до сегодняшнего дня не понимаю, как это всё произошло и почему мы не дали заднюю, как говорят, почему мы не остановились. На самом деле, вначале очень сложно было. Мы, практически как два безумца, с Александром Запорощенко, режиссером фильма, который согласился на вот это безумие, на юродство, я бы сказал — у нас не было средств, у нас не было бюджета. Александр Запорощенко, так же, как и я, не получил ни за одну минуту ни монтажа, ни съемок, ни режиссуры. Не было ничего оплачено с моей стороны ему. И я вам скажу насчет кинопроката. Кинопрокат — это тоже безумие. Полгода назад, когда начался карантин, это было большим искушением. Нам предложения были невероятные в коммерческом плане, и несколько людей, которые знакомы с этой темой, которые работают в киноиндустрии, на пальцах мне всё объяснили о том, что кинопрокат документального кино просто априори не прибыльное мероприятие, а иногда убыточное. Например, на сегодняшний день относительно кинопроката в Украине. Кстати, мы практически не нашли ни меценатов, никого, кто бы пошел с нами вместе в этот путь кинопроката, не смогли. Наверное, я виноват в том смысле, что не смог объяснить необходимость этого, не нашел слова́. А с другой стороны, какие слова нашел, такие и нашел. Мы вместе с Александром Запорощенко свои средства вложили в кинопрокат, зная, что в лучшем случае мы выйдем в ноль. Но мы продолжаем это движение, потому что для нас это свидетельство. Евангелисты написали Евангелие не для православных и даже не для христиан, а для всех людей. И для меня, как прекрасно владыка сказал, что свеча должна стоять на столе, а не под спудом.

Л. Горская

— Владыка говорил про светильник на горе.

Протодиак. Александр Плиска

— Про геронду, да. Но для нас тоже, если мы что-то свидетельствуем, то нужно… Понимаете, фильм, который не был в кинопрокате, это как ребенок, которому забыли надеть штаны. Кино не просто необходимо снять, ему необходимо дать жизнь, его необходимо одеть. У любого фильма должна быть обычная история: фестиваль, кинопрокат, и дальше уже платформы, телевидение и так далее. И вот если какая-то одна из этих… То есть от фильма до домашнего видео как бы два шага, поэтому необходимо было бороться за этот проект для того, чтобы это было свидетельством. Для меня большой печалью является то, что все, скажем так, не все, но многие закрылись в скитах, в монастырях, оттуда не выходят, и для меня очень важный момент свидетельства — то есть если мы что-то делаем, о чем-то свидетельствуем, то чтобы фильм был не просто... Мы ведь фильм создали для всех людей. И на протяжении всего создания фильма все время тестировали у зрителя, показывали его людям абсолютно других мировоззрений — индусам, буддистам, других наций, других политических взглядов, разных конфессиональных принадлежностей. Для нас было очень важно, чтобы мы говорили языком, для всех понятным. Фильм ведь о человеческом сердце, о поисках человеком себя на пространстве бытия. И, конечно, удивительно, что Дохиар, их эта жертвенность и их бытие, которое мы там наблюдаем, которое всех нас поражает, вот мой отец так же, как и владыка, приехал и не ожидал увидеть то, что он увидел в Дохиаре. Что я хочу сказать? То, что Дохиар дает возможность нам увидеть красоту нашей жизни на нашем пространстве — там, где находимся мы. Этот фильм и то, что мы видим в этих персонажах на экране, в героях фильма, дает нам возможность увидеть не просто свои немощи и недостатки, а также увидеть красоту вокруг нас, красоту, которая находится рядом.
И мне задают вопрос такой, чем отличаются афонские монастыри от здешних монастырей у нас в России или в Украине. Я сказал бы по-другому: здесь такие же монахи, они так же борются с собой, так же устремляются, так же отрекаются от всего ради того, чтобы найти Бога, чтобы Его обнять. И практически ничем не отличаются. Но этот фильм дает возможность вот это всё приоткрыть, приоткрыть завесу. Прекрасно один человек написал, что тем, кто бежит куда-то и суетится, он является тормозом. Для тех, кто спит, он является пробуждением. И вот для меня этот фильм является приоткрытием какой-то завесы — то, что нам мешает увидеть ближнего возле себя или красоту наших монастырей. Я бы сказал, что этот фильм про Дохиар в то же время дает возможность увидеть не просто красоту наших монастырей. Для нас самой большой победой, — конечно, такие векторы ставились, но я очень сомневался, что нам удастся это, — для меня самой большой победой является то, что люди после фильма о монастыре Дохиар «Где ты, Адам?» выходят из зала и не говорят о монашестве, и не говорят об Афоне. И нет религиозной экзальтации, и нет какого-то фанатизма или какого-то религиозного ажиотажа. Люди выходят и говорят о своих семьях, о своих детях, о своем отечестве, о своем городе, о том, где они живут, где они находятся, что им сейчас близко в настоящее время. Вот это, мне кажется, самый потрясающий эффект, который произошел — то, что фильм начинает жить в человеческих сердцах и всё это имеет преломление на той, скажем так, культурной и религиозной почве, на которой находится каждый зритель персонально.


Л. Горская

— Продолжаем этим светлым вечером общаться с нашими киевскими друзьями. У нас на связи архиепископ Обуховский Иона и протодиакон Александр Плиска. И мы говорим о фильме «Где ты, Адам?». Наверное, я не буду делать вид, что я не смотрела этот фильм, хоть я и смотрела его давно и мечтаю посмотреть еще раз теперь, когда есть возможность сделать это на большом экране, потому что я смотрела его перед нашей первой встречей с вами у себя дома. То есть это действительно про каждого, и про жизнь здесь и сейчас, как сейчас модно говорить, но это, правда, очень важно. И у меня такой вопрос. Наверное, сначала к владыке, который поделился удивительной сокровенной историей про то, как старец корректно ответил ему на вопрос, который он не решался озвучить через переводчика. У меня были такого рода случаи в жизни, но не настолько значительные. У меня был случай, когда я облила случайно греческого иерарха грейпфрутовым соком. Мне было дико стыдно. А он настолько дал мне понять, что он не заметил, что я успокоилась. А мне тогда было 16 лет, я просто могла от стыда сгореть и там остаться в виде угольков. Он смотрел в другую сторону, начал с кем-то разговаривать в другом конце помещения, всеми жестами показывая, что он не тут, и он не видит, что он по колено мокрый, в грейпфрутовом соке. У меня был случай, когда я во время паломнической поездки в каком-то заброшенном, очень жуткого вида монастыре пошла на исповедь, как бы оттарабанила, не очень готовясь, своё обыное: бум-бум-бум… Какое-то место было страшное. И меня священник в ответ спрашивает: «Ну, хорошо. А вот такие, такие и такие вопросы — всё в порядке?» И каждым своим словом он выковырял у меня по такой огромной занозе, которые где-то внутри сидели и уже нарывали, и которые я, знаете, как человек привычное воспаление не замечает уже. Он меня так потряс. То есть у него каждое слово было про меня. И вот это ощущение, что ты у человека как на ладони на самом деле, оно уникально. Вот как им делиться? И вообще, насколько корректно этим делиться? Это же всё на самом деле, получается, чудеса, да?

Архиеп. Обуховский Иона

— Вы знаете, старец Григорий никогда не показывал никому, что человек у него как на ладони, хотя это реально так и было. То есть сейчас я понимаю, что он реально видел каждого человека, наверное, как рентген, насквозь, но он никогда этого ни малейшим намеком, ни движением не показывал. То есть он был скромнейшим человеком. И, общаясь с людьми, он стремился к тому, чтобы человека привести ко Христу — не к себе, а ко Христу. И это подтверждается тем, что многим людям достаточно было только одной встречи со старцем Григорием, чтобы они воцерковились, чтобы они начали жить церковной жизнью, чтобы они изменили свою жизнь, чтобы они стали жить совсем по-другому. Потому что люди приезжали разные. Некоторые наши прихожане привозили своих совершенно нецерковных друзей в Дохиар, чтобы они хоть чуть-чуть пообщались со старцем. И они после этой поездки совершенно преображались. Я был свидетелем одного случая, когда приехали такие дядьки серьезные, очевидно, имеющие какой-то вес в своей местности, не буду говорить, наши или не наши, киевляне или нет. В общем, серьезные дядечки приехали. И вот с ними общается, и обычно старец у каждого человека спрашивал, сколько у него детей. «У тебя сколько детей?» — «Один». — «Почему всего один? У тебя должно хотя бы трое или пятеро детей». Другой говорит: «У меня четверо». — «Молодец, дай я тебя обниму».
И подходит к очередному, спрашивает: «А у тебя сколько детей?» — «Двое». Он говорит: «А от любовницы сколько?» И видно, как человек мгновенно краснеет. Ну, представьте, его спрашивают при всех, вокруг стоят люди, которые его знают. И он говорит: «Тоже двое». — «А почему ты о них не заботишься? Это твои дети. Ты хоть ее и оставил, но это же твои дети, ты должен о них заботиться, как о своих. Они должны поступать учиться, они должны иметь деньги на учебу. Почему ты бросил этих детей? Это твои дети, ты должен о них тоже беспокоиться». И этого человека настолько это поразило, мне потом его друзья рассказывали, что он приехал, нашел этих детей. Они действительно бедствовали. То есть у него когда-то была какая-то связь давно, много лет назад, и дети уже подрасти успели, оканчивали школу. И он увидел, что они бедствуют, ходят чуть ли не в обносках, потому что его бывшая любовница еле-еле выживает. И он стал опекать этих детей. Понятно, что втайне от своей семьи, чтобы не смутить никого, взял детей на обеспечение, помог окончить хорошо школу и поступить в вуз. То есть он изменился, он стал ходить в храм, покаялся во всех своих романах, искушениях и прошедших грехах. То есть буквально одним словом старец был способен менять людей. И это действительно самое главное чудо было, что он мог привести человека ко Христу. Собственно, это самая главная цель любого священника. То есть это совершение Таинств церковных, которые старец совершал с изумительным благоговением. Мы многих видели иерархов, у нас есть митрополит Киевский Онуфрий, который действительно тоже является праведником нашего времени, он является святым человеком, который живет свято и молится благоговейно. Мы знаем многих других людей такой возвышенной духовной жизни. Но то, как совершал Литургию старец Григорий, это нужно было видеть. Видно было, что человек не находится здесь, на земле, что он находится в другом измерении, что он совершенно в ином мире. И вот с таким благоговением, конечно, хотелось бы и мне совершать священнодействие, как совершал старец Григорий. Любой священник, кроме совершения священнодействия, он является еще и человеком, который помогает людям идти ко Христу. И старец действительно был и совершителем церковного Таинства благоговейнейшим и пастырем, который очень и очень многих людей привел к нашему Господу.
А относительно фильма, о котором мы сейчас говорим, многие задают вопросы: почему не выложить этот фильм куда-то в сеть, в интернет, в «Ютьюб», чтобы все могли его посмотреть легко и без всяких затруднений. Но я, который посмотрел этот фильм 7 раз, причем в разных ситуациях и в разных обстоятельствах, прекрасно понимаю, что этот фильм нужно обязательно смотреть на большом экране с хорошим звуком, чтобы иметь полное погружение в жизнь Дохиара, полное погружение в жизнь Святой горы Афон. И фильм очень гармоничный, в нем очень гармоничное сочетание сравнительно небольшого контента тех слов, которые говорит старец, это действительно небольшой объем: если их напечатать на листке, то будет, может быть, один лист А4 формата. Но эти слова ложатся на сердце каждого человека очень ярко и очень запоминаются. И вот сочетание слов старца, удивительных картин Святой горы, удивительных лиц монахов Дохиара и музыки, которая сопровождает весь этот фильм. Интересно, что есть феномен, который многие, кто был в кино, наблюдали по завершении этого фильма — люди сидят на местах до конца титров. То есть фильм закончился, идут в конце титры, а люди сидят, не встают и ждут до самого конца. Мне кажется, что, во-первых, это следствие того, что фильм не дает сразу начать суетиться. А во-вторых, что до конца титров звучит волшебная, чарующая музыка, которая, мне кажется, является очень правильным и очень трогательным аккордом, который завершает это кино. Поэтому я всем слушателям рекомендую сходить именно в кинотеатр на этот фильм. Понятно, что через какое-то время он будет в интернете, его можно будет увидеть в сети, но чтобы полностью погрузиться в жизнь Афона, чтобы фильм достиг максимального эффекта, нужно, конечно, сходить и посмотреть его в кинотеатре.

Протодиак. Александр Плиска

— Я хотел бы еще два слова о геронде сказать, подтвердить слова владыки. Знаете, многие говорили, что они познакомились с герондой после того, когда вместе с ним были в алтаре. Это говорили люди, которые уже знали его пять лет, некоторые три года. И вот после совместной с ним Литургии, я от человек десяти это слышал, они подходили и говорили мне: «Ты знаешь, наверное, сегодня я геронду увидел впервые». То есть это было совершенно потрясающим явлением — как геронда служил.

Л. Горская

— Отец Александр, а куда еще можно сходить, чтобы посмотреть этот фильм в России?

Протодиак. Александр Плиска

— Относительно кинотеатра. Смотрите, человек выделяет время и пространство, преодолевает какой-то путь, чтобы доехать до кинотеатра. Он уже определенно настроен. А самое главное, что в зале происходит общение человеческих сердец — это как в храме. Есть понятие частной молитвы, уединенной и так далее. Но никак ее не сравнить, когда мы вместе собираемся в храме и происходит общение человеческих сердец. Никак не сравнить, когда ты принимаешь пищу один или когда ты принимаешь пищу вместе со своими друзьями, с братьями и со своей семьей. То же самое происходит и в кинотеатре — в кинотеатре происходит вот эта «химия», когда все человеческие сердца воспринимают одну информацию, и они ее переживают. Это всё так же, как в храме, так же работает. Где его можно увидеть? Слава Богу, относительно Москвы я должен сказать, что в эту субботу уникальная возможность в кинотеатре «КАРО 11 Октябрь» на Новом Арбате, дом 24, вновь будет фильм в Большом зале, в зале № 1 — это самый большой зал России, это самая уникальная площадка в России. Но, кроме этого, фильм демонстрируется в Петербурге, в Самаре, в Калининграде, в Екатеринбурге, в Белгороде, в Вологде, в Коврове. Могу долго перечислять. В эти выходные, 10, 11, 12, 13 числа во всех перечисленных городах фильм стоит в показах. Это сеть «Каро» или сеть «Формула кино», или она еще называется «Синема Сити».

Л. Горская

— Много городов, во многих из них уже есть вещание радио «Вера», слава Богу. А до которого числа планируется прокат фильма?

Протодиак. Александр Плиска

— Сколько будет зрителей, столько и будет... Если зритель будет ходить, то будет увеличиваться количество городов. Весь вопрос в активности зрителей.

Л. Горская

— Ну, примерно? Вот сейчас кто-то слышит нашу программу и думает: ага, надо сходить. У него неделя есть на раздумья? Или если он не придет в течение недели, то может прокат свернуться?

Протодиак. Александр Плиска

— Необходимо понимать, что мы живем во время так называемой пандемии, и где-то показы закрываются. Вот в Калининграде в прошедшие выходные показы не прошли — был закрыт кинотеатр. Но они были перенесены на будни, и зрителей как бы разместили на несколько дней, на большее количество показов, в связи с тем, что есть спрос на фильм. Так и сказали. Кинотеатр пошел на такие действия, то есть кинотеатр сделал еще больше показов, чтобы зрителей было меньше в зале. Но сделал это в будние дни. То есть здесь нужно спешить, потому что одного просмотра будет недостаточно. (Смеются.)

Л. Горская

— Семь раз, как владыка.

Протодиак. Александр Плиска

— Владыка — семь. Но есть человек, который и 17 раз посмотрел. Но владыка тоже рекордсмен. Некоторые смотрели четыре раза, шесть. Поэтому спешить необходимо, если честно. И потом же, понимаете, для нас очень важно не просто наше присутствие в кинотеатре. Абсолютно честно, искренне вам это говорю, дорогие друзья: для нас важно не просто наше присутствие с фильмом в кинотеатре — для нас крайне важно ваше присутствие в кинотеатре. Это тоже ваше свидетельство. Мы не должны прятаться где-то, мы часть общества, монашество — это часть человеческой культуры, часть человеческого общества. Можно больше сказать: монашество есть практически во всех религиях. То есть люди, которые от всего отказываются, чтобы найти смысл бытия, чтобы обнять Бога, есть практически в каждом народе и среди всех существующих религиозных течений. Это уникальное явление — монашество. Это потрясающее явление, что люди приносят всего себя, всю свою жизнь в жертву, чтобы встретиться с Богом лицом к лицу — это ведь потрясающе. Поэтому нам не надо прятаться, необходимо стремиться к офлайну, общаться и приходить в кинотеатр смотреть фильм.

Л. Горская

— У меня такой вопрос: есть ли какое-то место в интернете, где была бы собрана информация о предстоящих показах, где можно было бы уточнить актуальную информацию? Зайти и посмотреть: завтра в моем городе есть этот фильм или нет? Или отменили, или будет, или планируется?

Протодиак. Александр Плиска

— Это очень легко: мы пишем на русском языке «Где ты, Адам?» и дальше пишем слово «сайт».

Л. Горская

— В поисковике пишем?

Протодиак. Александр Плиска

—Да. Первое, что откроется, это откроется сайт фильм, который называется www.denpeirazei.com. Denpeirazei — это первое слово лексикона дохиарского, оно буквально означает «не переживай».

Архиеп. Обуховский Иона

— Дословно это означает «не искушение», то есть «не проблема».

Протодиак. Александр Плиска

— Да, «не проблема», «не переживай», «проехали», «успокойся» и так далее. Они на всё так реагируют: всё нормально, всё нормально. Поэтому когда мы забиваем в поисковике «Где ты, Адам?— сайт», то открывается сайт фильма. И там есть вся информация о показах в Украине и в России.

Л. Горская

— Спасибо большое, отец Александр и спасибо большое, владыка Иона. И надо бы закончить нашу программу по времени, но меня всё это время мучил вопрос, который я все-таки задам владыке. Владыка, в начале программы, рассказывая про пришествие старца Григория в монастырь Дохиар и описывая ситуацию со строениями на Афоне, вы сказали, что если не прикладывать усилий, то строения мгновенно исчезают с лица земли, мгновенно — всего лишь за несколько десятков лет. Вот у меня к вам вопрос: для вас несколько десятков лет — это мгновение? Вы вот уже так мыслите? Просто для меня, и, я думаю, что и для многих людей, несколько десятков лет — это несколько десятков лет. Видно, что вы уже с какой-то другой точки смотрите на время. Расскажите про это.
Архиеп. Обуховский Иона

— Вы знаете, всё гораздо проще. Я смотрю, как человек, имеющий некоторое отношение к реставрации и к восстановлению старинной архитектуры. И знаю, что у нас несколько иная архитектура.

Л. Горская

— В Киеве?

Архиеп. Обуховский Иона

— Вообще, скажем, на пространстве постсоветском, постимперском. И здания строились из более долговечных материалов — из кирпича, на хорошем растворе. И мы знаем массу примеров, когда храм мог простоять много десятилетий без крыши и мог быть успешно восстановлен уже в наше время. На Афоне здания строят из булыжников на известковом растворе, и этот раствор мгновенно размывается водой. То есть всё проще, а не то, что я уже достиг какого-то уровня, что я живу уже в состоянии какой-то вечности — нет. Просто чисто из практических соображений, из опыта.

Л. Горская

— Спасибо большое.

Протодиак. Александр Плиска

— Хотел бы поблагодарить владыку Иону за то, что много лет я служу диаконом в Ионинском монастыре, за то, что меня туда пригласили в свое время. На самом деле, эти встречи в жизни крайне важны, и это является большим благословением в нашей жизни. И я даже не знаю, как это всё происходит. И благодарю владыку, что на протяжении всего нашего проекта создания фильма «Где ты, Адам?» всегда была его крепкая поддерживающая рука. И было также предоставлено много свободного времени и пространства для того, чтобы это осуществилось, как и сегодня.

Архиеп. Обуховский Иона

— А я благодарю отца Александра за то, что он и был и до сих пор является главным коммуникатором нашей обители и прекрасного монастыря Дохиар.

Л. Горская

— Спасибо. А я поблагодарю архиепископа Обуховского Иону и протодиакона Александра Плиску за то, что они потрудились в создании замечательного фильма «Где ты, Адам?» и нашли сегодня время из Киева пообщаться с нами в этот «Светлый вечер». Всего доброго.

Архиеп. Обуховский Иона

— Благодарим. Помощи Божией всем радиослушателям.

Протодиак. Александр Плиска

— Благодарим и ждем в кинотеатре.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Прообразы
Прообразы
Программа рассказывает о святых людях разных времён и народов через известные и малоизвестные произведения художественной литературы. Автор программы – писатель Ольга Клюкина – на конкретных примерах показывает, что тема святости, святой жизни, подобно лучу света, пронизывает практически всю мировую культуру.
Ступени веры
Ступени веры
В программе кратко и доступным языком рассказывается о духовной жизни, о православном богослужении, о Новом и Ветхом Завете. Программа подготовлена по материалам проекта «Ступени веры» издательства «Никея».
Стихи
Стихи
Звучат избранные стихотворения поэтов 19 – начала 20 веков о любви и дружбе, о временах года и праздниках, о лирическом настроении и о духовной жизни, о молитве, о городской жизни и сельском уединении.
Сказания о Русской земле
Сказания о Русской земле
Александр Дмитриевич Нечволодов - русский генерал, историк и писатель, из под пера которого вышел фундаментальный труд по истории России «Сказания о Русской земле». Эта книга стала настольной в семье последнего российского императора Николая Второго. В данной программе звучат избранные главы книги Александра Дмитриевича.

Также рекомендуем