Москва - 100,9 FM

«Церковная жизнь в Краснодарском крае». Прот. Виктор Бандурко

* Поделиться
прот. Виктор Бандурко

У нас в гостях был настоятель Покровского храма города Апшеронска Краснодарского края, духовник детского православного центра «Горний посад» протоиерей Виктор Бандурко.

Мы говорили с нашим гостем о церковной жизни в Краснодарском крае, об организованном при Покровском храме детском центре и летнем лагере, а также о других проектах, действующих при этом храме.


А. Пичугин

— Здравствуйте, дорогие слушатели. Меня зовут Алексей Пичугин. Рад вас приветствовать в студии светлого радио. Сегодня вместе с нами и с вами эту часть «Светлого вечера», ближайший час проведет гость из Краснодарского края, из Апшеронска, протоиерей Виктор Бандурко, настоятель Свято-Покровского храма в Апшеронске, благочинный Апшеронского церковного округа и духовник детского православного центра «Горний Посад». Добрый вечер.

Прот. Виктор Бандурко

— Добрый вечер.

А. Пичугин

— Но для начала, прежде чем мы будет говорить про Краснодарский край, про Апшеронск, про лагерь детский, центр, хотим поздравить всех с замечательным праздником святых апостолов Петра и Павла, который сегодня отмечается. Закончился Петровский пост, начался какой-то новый период в нашей церковной жизни.

Прот. Виктор Бандурко

— Действительно, праздник Петра и Павла всегда сопровождается добрыми не просто воспоминаниями, а добрыми воспоминаниями тех посланий, которые они нам оставили.

А. Пичугин

— Это хорошая традиция, ведь Всенощное бдение как раз и заключало в себе чтение различных посланий.

Прот. Виктор Бандурко

— И мы, читая их послания, паки паки будем прославлять их за тот дар, который они нам оставили.

А. Пичугин

— Краснодарский край мы все хорошо представляем, где он находится на карте России. По крайней мере, я надеюсь, что все представляют, где у нас Краснодарский край. А город Апшеронск, если мы представим себе Краснодар, карту России, — где он?

Прот. Виктор Бандурко

— Это предгорье Кавказа, сам Апшеронск на высоте уже больше 200 метров над уровнем моря, и территория Апшеронского района — это 85 процентов лес. Считается, что это один из лучших по воздуху экологических районов, потому что там нет никакого производства, и даже, к сожалению, сельского хозяйства.

А. Пичугин

— Это достаточно сильно его отличает от других мест Краснодарского края, где степи, где поля возделываются. Мы представляем себе Краснодарский край, извините за такое советское устаревшее — житницей. Украину называли житницей, Краснодарский край называли житницей. А там лесные какие-то части, где Апшеронск, на берегу моря.

Прот. Виктор Бандурко

— Вообще-то, Краснодарский край является житницей, просто он разделялся. И тогда и сейчас до реки Кубани — это Кубань называлось. А это — Закубанская область, там, где предгорья и местное население — это горцы: адыги, шапсуги, разные горские народы.

А. Пичугин

— Кстати, про горские народы очень интересно. Они там сейчас проживают или это было когда-то?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, проживают и сейчас. И исторические места остались с такими названиями, правда, не все, возможно, народности, в основном адыги. У нас рядом проживают адыги. Мы граничим с Адыгеей, дружно живем — с одной реки воду пьем. У нас есть река знаменитая — Серебрячка, высоко в горах, большее 1000 метров, протекает через серебряные рудники и оттуда по трубопроводу идет на Апшеронск, Апшеронский район весь питает и город Майкоп.

А. Пичугин

— 26 лет вы служите в Апшеронске, это мы перед программой выяснили. В Свято-Покровском храме. И соответственно, через все 90-е годы, большую часть двухтысячных годов вы наблюдали за возрождением церковной жизни. Насколько я знаю, при вашем храме существует огромное количество разных проектов, которые, наверное, не единомоментно, а постепенно появлялись в разные годы. Расскажите, пожалуйста, про то, как всё начиналось, про то, что было в 90-е годы и как вы пришли к тому, что есть сейчас?

Прот. Виктор Бандурко

— Это, вероятно, повсеместно — вот такое изменение. У нас, когда я пришел в 1993-м году, было три прихода. В настоящее время всех церковных зданий, домовых храмов, молитвенные комнаты при учреждениях, при тюрьмах...

А. Пичугин

— Пенитенциарные учреждения.

Прот. Виктор Бандурко

— Да, исправительные учреждения. Открылись монастыри, и даже скиты, и всего на сегодняшний день 33 у нас таких духовных центра.

А. Пичугин

— Можно ли говорить о том, что в советские годы в Краснодарском крае церковная ситуация была несколько лучше, чем, скажем, в Центральной России. Не берем северную часть, но Московская область, Тульская, Орловская — там кое-где приходы подчистую закрывались. Насколько я себе представляю — никогда не был в Краснодарском крае, даже в Сочи никогда не был, — но вот какие-то фоновые знания о церковной жизни в советские годы мне доносят то, что в Краснодарском крае ситуация была получше.

Прот. Виктор Бандурко

— Знаете, мне кажется, что наоборот. Краснодарский край, как казачий край, он был очень репрессированный.

А. Пичугин

— Конечно, да.

Прот. Виктор Бандурко

— Некоторые станицы подчистую, просто бульдозерами сгребали. И если взять районы — сейчас у нас 44 района — не в каждом районе были храмы. В 1987-м году, когда я пришел служить после окончания Московской духовной семинарии, у нас в епархии было 79 приходов. В настоящее время более 600.

А. Пичугин

— Да, значительно.

Прот. Виктор Бандурко

— И сравнить, что их было до революции еще больше, то есть они были, и осталось 79 храмов. Были единицы — в самом Краснодаре 3 храма, и то, с трудом сохранившиеся.

А. Пичугин

— А в Апшеронске?

Прот. Виктор Бандурко

— Не было.

А. Пичугин

— То есть ваш Свято-Покровский храм вы сами открывали в 1993-м году.

Прот. Виктор Бандурко

— Нет, храма не было, а был молитвенный дом. Просто дом.

А. Пичугин

— И в советские годы там происходили службы?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, в советские годы. В 1945-м году возобновились богослужения в доме. Трижды меняли их места, потому что власть все-таки преследовала Церковь. И все время не на том месте оказывался храм — их принуждали переходить с места на место. И место последнего служения — с 1953-го года — по сегодняшний день оно существует.

А. Пичугин

— Вы служите уже в церковном здании, построенном?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, старый храм Покровский, мы его расширили, когда я пришел. И построили новое здание, школу, вместе с храмом в честь святителя Тихона, Патриарха Московского, новомученика, исповедника российского. И школа у нас Свято-Тихоновская, она имеет такое название. Воскресная школа.

А. Пичугин

— Помимо воскресной школы, я знаю, что у вас достаточно много проектов. Расскажите, какие сейчас есть.

Прот. Виктор Бандурко

— Помимо воскресной школы... Конечно же, это не сразу и не вдруг открывалось.

А. Пичугин

— Да, вот именно это и интересно — как вы это открывали, как на это реагировали местные жители?

Прот. Виктор Бандурко

— Это благодаря, конечно, тем людям, которые пришли в храм, особенно в двухтысячных годах, даже в конце 90-х начался приток людей к Богу. Знаете, 90-е годы непростые были — может, это и послужило толчком обратиться к Богу. Это был, действительно, такой толчок. И те люди, которые пришли, они оказались искренними — не просто по какой-то нужде пришли и ушли, поставили свечку и забыли. Нет — люди пришли трудиться. И то, что создано, существует именно усилиями и трудами этих людей. Молодых людей, которые пришли после учебных заведений. Два человека, которые у нас особенно трудятся. Один — это руководитель нашего детского хора, у нас детскому хору в этом году уже 20 лет. Детский хор — это отдельная тема, и такая особая любовь...

А. Пичугин

— Они у вас поют церковные песнопения или очень широкий репертуар?

Прот. Виктор Бандурко

— Они не просто церковные песнопения поют, они участвуют в богослужениях. Дети самостоятельно поют Литургию, особенно большие праздники: Пасха, Рождество, Крещение. Потому что служба не одна совершается.

А. Пичугин

— И одна из них — детская.

Прот. Виктор Бандурко

— Одна из них — это детская.

А. Пичугин

— Наверное, красиво очень.

Прот. Виктор Бандурко

— Да, конечно. И не просто красиво, но мне кажется, и умилительно — слушать эти детские голоса, действительно, они искренне поют.

А. Пичугин

— Так надо же вспомнить, что до ХХ-го века, до начала ХХ-го века, женщин на клиросе практически никогда не было. Часто говорят, что никогда, но это неправда — иногда бывали случаи, но все эти «девушка пела в церковном хоре», это было в новинку. Стихотворение Блока как раз открывало новую эпоху в церковной певческой истории, когда женщины стали приходить на клирос. А до того, например, вот эти все высокие голоса пели в основном мальчики. Так что дети в церковном хоре — это достаточно старая традиционная история. И такие детские хоры — это возрождение в какой-то мере.

Прот. Виктор Бандурко

— Ну, с мальчиками у нас, конечно, немножко проблема, как и везде. Но есть мальчики, слава Богу, которые трудятся, поют и не стесняются школьников. Потому что все равно, как бы то ни было, казалось бы, что и государство повернулось к Церкви, но все равно отголоски прошлого советского периода — даже бывают насмешки, издевательства какие-то. Но не настолько, как было в советское время, я по себе помню. Но, однако, насмешки есть.

А. Пичугин

— А вы воспитывались в православной семье?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, в православной семье. Слава Богу, это милость Божья.

А. Пичугин

— А тяжело? Наверное, это 70-е годы были, да? Такое ваше активное детство пришлось на 70-е?

Прот. Виктор Бандурко

— 60-е.

А. Пичугин

— 60-е даже? А какого вы года рождения?

Прот. Виктор Бандурко

— 1960-го.

А. Пичугин

— Да, это 60-е и первая половина 70-х. И вы вступали в пионерию, в комсомол?

Прот. Виктор Бандурко

— В пионеры — да. Но поступал как — просто пришли, повязали галстук. У нас два мальчика носили в карманах галстуки. И это было, знаете, это было преступлением большим. И часто педагоги наказывали. Вытаскиваешь из кармана этот мятый галстук и, конечно же, его как повязывать? Крики какие-то, даже истерические, педагогов. Но как-то даже нам смешно было, наверное, мы относились, может, и не очень нерадиво к этому...

А. Пичугин

— Это был праздник непослушания? Или таким образом вы свою принадлежность к Церкви?..

Прот. Виктор Бандурко

— Да, это протест был. Не просто непослушание, а нежелание участвовать.

А. Пичугин

— Следовать системе. Я понимаю.


А. Пичугин

— Мы напомним, что в гостях у светлого радио сегодня протоиерей Виктор Бандурко, настоятель Свято-Покровского храма в городе Апшеронске. Дело происходило в Краснодарском крае, да?

Прот. Виктор Бандурко

— Да.

А. Пичугин

— А учителя, которые с вами ругались — они как-то порицали именно вашу церковную жизнь?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, было. Знаете, я начинал учиться на Украине, в Донецкой области, где сейчас идут бои, как раз территория сейчас принадлежит... я забыл, как называется, Нацгвардии? Там я начинал учиться, это район города Макеевки, поселок Ясиновка. Наших родителей все знали, что они люди верующие, что они ходят в церковь.

А. Пичугин

— Но там с этим было попроще, как я понимаю.

Прот. Виктор Бандурко

— Не совсем. Сейчас расскажу случай. Первый класс и одна четверть второго класса, такой случай расскажу. О нас знали, что мы ходим в церковь. И не трогали. И вот в понедельник мы приходим после выходных, и учительница, классная руководитель, вызывает девочку: «Дуся, выйди к доске». Она выходит. «Девочки и мальчики, а вы знаете, что Дуся вчера была в церкви?» А мы были вместе с ней. Меня не вызывают, знают, что это бесполезно. «Давайте вместе смеяться». Все начали смеяться: «Ха-ха, Дуська в церкви была». Пальцем тычут.

А. Пичугин

— Ломали психику детей таким образом нещадно, конечно.

Прот. Виктор Бандурко

— Да. «Дуся ты почему ходила в церковь?» Она плачет: «Меня бабушка повела». — «Дуся ты больше не будешь ходить в церковь?» — «Нет, не буду», — со слезами.

А. Пичугин

— А на вас это какое впечатление производило?

Прот. Виктор Бандурко

— Непросто, конечно, было...

А. Пичугин

— У вас не возникало желания: раз так, раз все высмеивают, то и я тогда не буду туда ходить? Или наоборот: вы понимали, что это... В вас кипел этот протест, скорее.

Прот. Виктор Бандурко

— Нет, не возникало желания не ходить, а просто отношение как-то внутреннее против таких педагогов. И еще один случай. Первый класс, этот же педагог, мы дети маленькие. И она рассказывает, что скоро вы вырастете, через 10 лет закончите школу. Девочки выйдут замуж, мальчики пойдут в армию, с армии придут... А я уже буду такая согнутая старушка, и они мне пинком под зад. Это учительница начальных классов.

А. Пичугин

— Что в голове у людей было — я не понимаю. Я таких случаев много знаю.

Прот. Виктор Бандурко

— Я до сих пор думаю — ну как? Она сразу выстраивала отношение к себе. И потом, через время, отношение к этой девочке.

А. Пичугин

— Вы верно подметили, что это от большой нелюбви к себе. Может быть, от несложившейся жизни какой-то. Поломанной судьбы. Ну, всякое бывает. Может быть, этот человек потом как-то по-другому стал смотреть на эти вещи.

Прот. Виктор Бандурко

— Возможно. Хотелось бы верить, что все-таки человек пришел к покаянию, осознанию своей...

А. Пичугин

— У вас был выбор, куда поступать после школы?

Прот. Виктор Бандурко

— Да. (Вздыхает.) Вообще, желание стать священником у меня зародилось в детстве, до школы. Но все-таки — школа, общество, возможно, не то что изменили мое намерение — оно осталось и жило всегда во мне. Но после школы, конечно же, я поступил в железнодорожное училище. И после 8-го класса, потому что меня сразу предупредили: «Витя, мы тебе не дадим окончить 10 классов». 8 классов я окончил, перешел на вечернее, год искал, куда поступить. И потом поступил в железнодорожное училище. Окончил, работал по специальности. В армию пошел, конечно, намного позже, на 2 года позже своего призыва. Служил в Германии. Возвратился. По профессии не продолжил работать, а возвратился уже домой. А работал я на Куйбышевской железной дороге в городе Сызрани. Возвратился в свою родную станицу и с отцом работал на РВК «Денской» наладчиком промышленного оборудования.

А. Пичугин

— А потом семинария уже?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, потом семинария. И начал после всех этих странствий опять ходить в храм, потому что, честно, во время учебы, хотя и храм был в Сызрани, но очень редко туда заходил. Только, когда приезжал домой. Там как-то, все-таки на волне современности... Или скрывал. Конечно же, скрывал свою веру. Может, даже боялся сказать, заявить.

А. Пичугин

— Как вы считаете, в вашем современном служении — уже в 2019-м году, когда мы с вами здесь беседуем, — ваш советский опыт церковной жизни помогает сейчас в общении с людьми, в понимании людей, в понимании того, как они меняются, ваши прихожане? Насколько другими или, наоборот, такими же точно были люди, которые приходили в начале 90-х, в конце 80-х, еще советские верующие, верующие в 90-е годы, и люди, которые стали ходить в церковь уже в наше время?

Прот. Виктор Бандурко

— Знаете, в тот период все-таки мне как-то было, может, и понятней. Это сейчас, будучи священником, наверное, я понимаю, все-таки более искренняя, наверное, вера была. Хотя и были разные люди. Один случай, который запомнился мне. Тоже были просто захожане, случайные люди, которые даже не обращали внимания, что происходит, как, ни на кого из рядом стоящих. И исповедь. У меня к пожилым людям появилось тогда какое-то... Как назвать? — ну, немножко не то что недоверие, а я как-то меньше сочувствую им. Почему? Вот, случай расскажу, который на детскую психику мою отпечатлился. И я теперь даже у себя на приходе завел такой порядок, что дети всегда к Причастию, к исповеди — чтобы люди даже пожилого возраста, стояли и ждали.

А. Пичугин

— Может быть, им тяжело ждать.

Прот. Виктор Бандурко

— Может быть. Расскажу такой случай. Праздник Преображения. Трое маленьких детей. Пять лет, четыре года и годовалый ребенок. Их мама всегда, храм недалеко был, провожала. Пошли также на службу Преображения Господня, освящение приношений. И только батюшка прошел, и женщины, немолодые, как подхватились, как побежали, свалили этих детей, растоптали всё — маленький узелочек. И не заметили.

А. Пичугин

— А вы им что-то сказали?

Прот. Виктор Бандурко

— Это я один из этих детей был.

А. Пичугин

— А, это в вашем детстве, понятно. Ну да, такие детские воспоминания порой на всю жизнь вырабатывают какое-то отношение.

Прот. Виктор Бандурко

— И я немножко к старикам... И сам буду стариком, понимаю, что и меня что-то коснется, может, и ко мне так будут относиться. Но снисхождение к детям больше делаю, чем к старикам.

А. Пичугин

— Давайте перейдем к нашей теме, которую мы изначально заявляли — про лагерь. Нам важно сегодня про это говорить. Когда мы представляли отца Виктора в начале нашей программы, мы сказали, что он духовник детского православного центра «Горний Посад». Он при вашем храме действует, правильно?

Прот. Виктор Бандурко

— Сам этот детский центр находится в 20 километрах от города. Это раньше был пионерский лагерь, потом лечебница. И с 1953-го года там... У нас же в Краснодарском крае очень много скважин нефтяных. И не все скважины дают нефть, а некоторые — термальные воды или лечебные воды. Одна из таких скважин находится на территории этого лагеря. И воды очень в этом лагере лечебные, нервные расстройства, опорно-двигательные. В 90-е годы это всё разрушилось. Нашелся человек, который место то приобрел. Скажу, что нам очень хотелось иметь где-то место для детей, потому что воскресная школа большая и детский хор... И просто воскресная школа. Один только детский хор — 30 человек. Нас 65 человек. Может, это и немного, но для нас это немало — 65 человек в воскресной школе. Хотелось бы им тоже какой-то отдых. Хотя мы, казалось бы, в таком крае живем, в курортной зоне, но хотелось бы такое место, где можно было бы отдельно позаниматься с детьми, оторвать их от суеты мира...

А. Пичугин

— Вообще, вывезти их из города.

Прот. Виктор Бандурко

— Оторвать их от телевизора, от телефона. Вывезти их из города и вообще отвлечь их чем-то. И появился человек, который выкупил. Он приехал, предложил. А это я принял, как дар Божий, потому что мы об этом мечтали, мы хотели иметь такое место. И милостью Божией, 10 лет назад этот лагерь у нас...

А. Пичугин

— А почему вы его назвали «Горний Посад»?

Прот. Виктор Бандурко

— У него было прежнее название «Горное здоровье», потому что в горах.

А. Пичугин

— А, это еще пионерлагерь.

Прот. Виктор Бандурко

— Да. Но мы так подумали, и помог в этом названии отец Киприан (Ященко). Он приехал...

А. Пичугин

— Мы знаем его, конечно, прекрасно знаем. Видимо, то, что он сам из Сергиева Посада, вернее, он не из самого Сергиева Посада, а он преподает в Лавре, в академии, поэтому, видимо... Я тоже думал, что это должно быть связано — вы учились в Загорске тогда еще, в Сергиевом Посаде, теперь в Лавре... Ну да, «Горний Посад».

Прот. Виктор Бандурко

— Именно связано.

А. Пичугин

— Мы прервемся на минуту. Напомню, что в гостях у светлого радио сегодня протоиерей Виктор Бандурко, настоятель Свято-Покровского храма в Апшеронске, духовник детского православного центра «Горний Посад».


А. Пичугин

— Мы возвращаемся в студию светлого радио. Я напомню, что в гостях у нас сегодня протоиерей Виктор Бандурко из Апшеронска. Отец Виктор — настоятель Свято-Покровского храма и благочинный Апшеронского церковного округа и духовник детского православного центра «Горний Посад». У Центра есть сайт — https://pokrov-center.ru/. Православный детский центр «Горний Посад». Здесь много всякой информации собрано. Но отец Виктор подробнее нам рассказывает о том, что есть. Где находится лагерь?

Прот. Виктор Бандурко

— Лагерь находится в станице Нефтяной, она названа так, потому что вокруг нефть.

А. Пичугин

— Но моря там нет, правильно?

Прот. Виктор Бандурко

— Море от нас 100 километров.

А. Пичугин

—А что есть из природных, и, может быть, инфраструктурных вещей?

Прот. Виктор Бандурко

— У нас две речки стекаются, на территории есть скважина йодо-бромной воды.

А. Пичугин

— Это горная территория, правильно я понимаю?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, это горная территория.

А. Пичугин

— А высоко?

Прот. Виктор Бандурко

— 215 метров.

А. Пичугин

— Ну, прилично. Тут хорошая компенсация моря. Ведь далеко не все, это такое расхожее мнение, что всем нравится загорать на пляже. А на самом деле, кто-то и в горах любит. И там не очень высоко, там и воздух чище. И, наверное, должно быть очень красиво.

Прот. Виктор Бандурко

— Это лес. Вокруг множество родников. Мы назвали и храм в честь Живоносного источника, потому что первая служба получилась у нас на Живоносный источник. Поэтому и решили так назвать свой храм. Первоначально храм был отделен от трапезной. Сам лагерь сохранился неплохо, как домовый храм. А в настоящее время на средства благотворителя, раба Божия Александра, выстроен огромный пятикупольный храм на территории. Сама территория — 16 гектаров.

А. Пичугин

— Это прилично. А сколько детей в одну смену могут там отдыхать?

Прот. Виктор Бандурко

— В одну смену только в палаточном 100 человек. И, если Бог даст, чтобы восстановить домики — 8 домиков. Еще 100 детей можно в домиках разместить.

А. Пичугин

— А палаточный — что значит? Вот я смотрю, у вас на сайте есть фотогалерея — здесь такие аккуратные милые деревянные домики стоят.

Прот. Виктор Бандурко

— Но он сначала был палаточный — солдатские палатки, армейские палатки были. Потом пошили палатки, как нам хотелось, по нашим проектам. И потом эти палатки перестроили в такие домики. Но он все равно называется палаточным.

А. Пичугин

— Ну да, очень современно. А инфраструктура вся есть?

Прот. Виктор Бандурко

— Есть.

А. Пичугин

— Ванна, туалеты? Где можно искупаться...

Прот. Виктор Бандурко

— Да, всё есть. Душевые — всё это есть.

А. Пичугин

— А возраст детей какой, которые к вам приезжают?

Прот. Виктор Бандурко

— Вообще, у нас возраст не ограничен — от 0 с мамами, и до 7 лет. А если ребенок сам может за собой ухаживать, были случаи и с 5 лет детки были.

А. Пичугин

— И до?

Прот. Виктор Бандурко

— До 17.

А. Пичугин

—Как день проходит? Мы говорим о том, что центр православный. Что такое православный центр или православный пионерлагерь, если уж так популярнее объяснять? Что там происходит такого, что отличает его в сторону православия, от других подобных лагерей?

Прот. Виктор Бандурко

—Ну, во-первых, это сам распорядок дня. День начинается с молитвы и заканчивается молитвой. Кроме того, что утром и вечером молитва, и перед каждой трапезой. У нас пятиразовое питание.

А. Пичугин

— Пятиразовое — это как? Завтрак, обед, ужин, полдник. А еще раз когда?

Прот. Виктор Бандурко

— И сонник.

А. Пичугин

— Это до сна, до тихого часа?

Прот. Виктор Бандурко

— Нет, перед сном, перед отбоем.

А. Пичугин

— А что перед отбоем дают?

Прот. Виктор Бандурко

— Соки, яблочко, может, печенье, прянички — такое вот.

А. Пичугин

— Хорошо. Молитва перед едой. Молитва утром и вечером.

Прот. Виктор Бандурко

— После еды. И беседы с духовником. Дети готовятся к Причастию. Каждую смену мы совершаем богослужения, литургии. И Причастие.

А. Пичугин

— А посещение служб обязательно?

Прот. Виктор Бандурко

— Обязательно.

А. Пичугин

— А храм прямо на территории лагеря?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, храм на территории лагеря. А пока он не был выстроен, возили в наш храм. Приезжали дети и на Всенощное бдение, на праздники большие. И участие в крестных ходах. 

А. Пичугин

— Но это такая распространенная история, если мы говорим о православных лагерях, там практически везде эти составляющие есть. Они неудивительны, не отличают его от других. Но я смотрю на вашем сайте — у вас какие-то спектакли проходят, постановки, экскурсии, поездки. Чтобы не складывалось ощущения, что дети постятся, молятся и таким образом как бы отдыхают. Или не отдыхают — вот вопрос.

Прот. Виктор Бандурко

— Это не монастырь. Хотя, конечно, мы опекаем детей, возможно, очень сильно. Очень много педагогов, разных мастерских. Кроме того, что они молятся, они могут заниматься каждый по своему желанию — кто лепит, кто рисует, кто вышивает. Даже и проверять свои силы в издании газеты, корреспонденты. И поездки обязательно — по святым местам — это у нас обязательно. У нас в районе много святых мест. Рядом Адыгея, Михайловская пустынь, очень древний монастырь. Ну, как древний — он довольно старый, потому что он был построен выходцем с Афона, архимандритом Мартирием. Когда в 19-м веке турецкое правительство начало притеснять монастырь, и думали, что, может, оставить монастырь исчезнуть, и было построено два монастыря: в Абхазии и на территории Кубани, это Закубанская Михайловская пустынь. И там пещеры, и там пещеры. Монастырь в настоящее время восстанавливается, он действующий. Конечно же, мы ездим в эти монастыри.

А. Пичугин

— А что детям больше всего нравится? Ведь наверняка они возвращаются, происходит какое-то межлагерное общение. Между сменами дети дружат, общаются, хотят вернуться? И вы общаетесь с этими детьми. Что они отмечают для себя и для вас, как незабываемое? Почему им хочется туда возвращаться?

Прот. Виктор Бандурко

— Все-таки те отношения, которые выстраиваются у детей. Я думаю, что телефоны, которых они лишаются, они помогают...

А. Пичугин

—А, они лишаются телефонов?

Прот. Виктор Бандурко

—Да. У них общение с родителями только полчаса, они после ужина общаются и телефон сдают. Они приезжают, телефоны сдают. И они раз в день только могут телефоны брать, чтобы позвонить родителям.

А. Пичугин

— А в чем ценность такого подхода? Я его иногда встречают среди разных, не обязательно православных. Сейчас кто-то из слушателей скажет: а, ну конечно, это естественно, что при входе в православный лагерь телефон отбирают. Я такое встречал в разных местах, в разных детских досуговых центрах, учреждениях. Люди, которые это устраивают, считают, что детям какое-то время нужно отдохнуть от средств общения. Но это вопрос спорный. Я слышал как множество аргументов в пользу такого подхода, так и множество аргументов против. Вот вы как это объясняете?

Прот. Виктор Бандурко

— Знаете, начну с того, что телефоны не отбирают.

А. Пичугин

— Да, они их сдают.

Прот. Виктор Бандурко

— Они предупреждены. Хотя, скажу, что в последние годы некоторые умудряются по два телефона привозить с собой.

А. Пичугин

— Конечно, естественно. А вы думали, что так просто вам сдадутся?

Прот. Виктор Бандурко

— Действительно, когда человек без телефона, а в настоящее время они вообще тонут в этих телефонах. Особенно мне нравится произносить слово «гаджет» — «гад-же-ты». (Смеется.)

А. Пичугин

— Нормальное слово — гаджет.

Прот. Виктор Бандурко

— Как можно общаться...

А. Пичугин

— При помощи гад-же-тов? Вы понимаете, тут говорит разница поколений. Для вас слово «гаджет» имеет вполне определенный корень определенного значения. А для этих ребят, которые выросли в пространстве уже двуязычном, слово «гаджет» — оно более англоязычное. Они даже этот корень, который вы сейчас вычленили, оттуда не выловят. Впрочем, даже дело не в этом. Вот я как раз из лагеря тех людей, которые противники того, чтобы дети отдавали телефоны. Потому что я вот как на это смотрю: мы с вами не можем жить без телефона. Передо мной лежит телефон, правда, с выключенным звуком и перед вами лежит телефон тоже с выключенным звуком. Но мы что делаем? — мы всегда рядом с собой кладем, это уже привычка. Когда звук работает, он тоже лежит рядом, и мы все время им пользуемся. Так что же мы можем объяснить детям, как объяснить детям необходимость им этого не делать?

Прот. Виктор Бандурко

— Я себя оправдываю, конечно, пользуясь телефоном, что это необходимо для звонков, должность и прочее. Хотя он меня тяготит, честно сказать. Я просто вспоминаю свое детство — насколько это интересно было без телефона.

А. Пичугин

— А я уже не помню, как это было.

Прот. Виктор Бандурко

— И они что? Первые дни им тяжело. Потом они так втягиваются в жизнь лагеря, что они забывают — они забывают родителям звонить. Они не звонят родителям. Родители звонят и спрашивают: почему мой сын или дочь мне не звонят? Мы приглашаем: «Позвони, позвони!».

А. Пичугин

—Но вам, конечно, как организаторам, виднее, как дети себя ведут и как они без телефона чувствуют. А что еще? Мы так зацепились за то, что они телефоны сдают, я зацепился. А на самом деле, досуг должен быть настолько интересным, чтобы телефон брать не захотелось. Что еще? Вы говорите, что поездки, экскурсии, театр. Я смотрю по фотографиям на сайте, у вас театр есть.

Прот. Виктор Бандурко

— Знаете, вот для того, чтобы провести Екатерининский бал...

А. Пичугин

— Ну-ка, подробнее.

Прот. Виктор Бандурко

— В конце каждой смены у нас Екатерининский бал проводится, то есть каждый готовит какие-то сценки, выступления, песенки. Но и начинается с этого же наша смена. Сначала взрослые детям готовят концерт хороший. Потом дети взрослым, через три дня. Это такой, на скорую руку, концерт. В конце — Екатерининский бал, который почти 2 часа идет на одном дыхании. И это же надо подготовить — сценарий и всё. И они настолько заняты всеми этими песнями, танцами, репетициями, что у них просто и времени нету. Иногда они даже говорят: когда же будем отдыхать?

А. Пичугин

—Откуда дети приезжают в основном?

Прот. Виктор Бандурко

— Эта смена была в основном из Краснодарского края, из разных мест.

А. Пичугин

— Краснодарский край огромный — это одно из самых больших образований на территории России. То есть про вас хорошо знают и приезжают со всего Краснодарского края? 

Прот. Виктор Бандурко

— Даже из Ноябрьска приезжали.

А. Пичугин

— Ничего себе. А из Центральной России?

Прот. Виктор Бандурко

— Это Москва?

А. Пичугин

— Не только Москва.

Прот. Виктор Бандурко

— Москва, Воронеж, Липецк.

А. Пичугин

— Из Москвы тоже приезжают?

Прот. Виктор Бандурко

— Да. По 30 человек бывает. Несколько лет подряд по 30 человек из Москвы.

А. Пичугин

— Ничего себе. А откуда о вас узнают?

Прот. Виктор Бандурко

— Я думаю, средства современные.

А. Пичугин

— Понятно, что они позволяют. Но на протяжении долгого времени я наблюдал жизнь очень хорошего, классного православного лагеря, который от Подмосковного Богородского благочиния, это Ногинский район Московской области, неподалеку от Москвы самой, действовал в Ивановской области. Это был совершенно потрясающий лагерь, в который приезжали дети отовсюду, его всем ставили в пример. Я не очень хорошо понимаю, как о нем люди узнавали? Где-то в приходе, может быть, висит листочек небольшой: «Лагерь „Дружина“ ждет летом ваших детей». Но опять же листочек в храме, мне кажется, это не такая большая реклама. Или, может быть, я ошибаюсь.

Прот. Виктор Бандурко

— Знаете, мы первоначально, почему край узнал, да и не только край, — я каждый год беру благословение у владыки на рассылку информации, и рассылаем по епархиям и по благочиниям, и даже вначале — по каждому приходу. Каждый приход, сколько у нас приходов — около 500 писем мы ежегодно рассылали для того, чтобы пригласить и рассказывать о своем лагере.


А. Пичугин

— Я напомню, что в гостях у светлого радио сегодня гость из Апшеронска — благочинный Апшеронского церковного округа, настоятель Свято-Покровского храма в Апшеронске, и также духовник детского православного центра «Горний Посад», о котором мы сегодня и говорим — протоиерей Виктор Бандурко. Давайте я еще раз напомню адрес сайта православного центра «Горний Посад» — https://pokrov-center.ru/. Здесь есть все возможные адреса и контакты, если вдруг вы захотите отправить своего ребенка летом отдохнуть в Краснодарский край под Апшеронск. Это не море. Сразу скажу, что моря там нет. Но это та часть Краснодарского края, которая граничит с очень красивыми местами — с Адыгеей, например. Это уже такие предгорья, чуть-чуть повыше — это не степная равнина, а это повыше. Если вы видели где-нибудь в интернете, по телевизору, или сами бывали на заливных лугах Адыгеи, там, правда, очень красиво. Так вот, это как раз начало этих мест, это всё там — там лес и эти красивые луга, где пасется скот. Я прав, отец Виктор? Отец Виктор кивает — всё так. Если кто-то из наших слушателей заинтересовался и захотел отправить своего ребенка в ваш лагерь, как он может это сделать? Во-первых, есть сайт. А еще какие варианты?

Прот. Виктор Бандурко

— Наверное, это лучший вариант — на сайте.

А. Пичугин

— И вот здесь на сайте, если открыть раздел «Услуги и цены», здесь есть вся информация. Я смотрю, что следующая смена начинается 21-го. И длится она до 5-го августа. А следующая смена с 11-го по 26-е августа. То есть, если вы заинтересовались и захотите отправить своего ребенка в лагерь «Горний Посад» в Краснодарском крае, то у вас есть возможность еще застать 2 смены: одна из них с 21-го июля по 5-е августа, другая с 11-го по 26-е августа. Жарко там в августе?

Прот. Виктор Бандурко

— Жарко. Там и сейчас жарко.

А. Пичугин

— Но там лес.

Прот. Виктор Бандурко

— Но благодаря лесу, в лесу спасаемся. Отрядные дела — всё это в лесу. У нас теперь весь лагерь в лесу.

А. Пичугин

— А сколько от самого Апшеронска?

Прот. Виктор Бандурко

— 20 километров.

А. Пичугин

— Всего 20 километров. А вы, пока длятся смены, бо́льшую часть времени проводите там? Понятно, что сейчас идет тоже смена, а вы у нас в Москве. Но пока вы в Апшеронске, вы большую часть летнего времени там находитесь?

Прот. Виктор Бандурко

— Да. Практически ежедневно я приезжаю и общаюсь с детьми и вожатыми.

А. Пичугин

— А в чем заключается ваша должность, как духовника лагеря?

Прот. Виктор Бандурко

— Разрешение духовных вопросов и вообще, нравственное воспитание. Мы, конечно, не ставим себе цель переделать детей. Нам бы хотелось что-то насадить — это главная цель. Мы не воспитываем, а хотелось бы быть...

А. Пичугин

— У вас на сайте значится двое священников: вы и архимандрит Петр. А отец Петр — это кто?

Прот. Виктор Бандурко

— Отец Петр был настоятелем Заиконоспасского монастыря, покойник, он благословил раба Божьего Александра...

А. Пичугин

— Всё, я понял — это известный московский священник, который служил в Заиконоспасском монастыре (Никольская улица), в самом центре, неподалеку от Кремля. Я понял — по его благословению всё это происходит. Что касается светских дел: у вас есть полный штат воспитателей, педагогов, врачей, администрации, которая имеет большой опыт работы с детьми.

Прот. Виктор Бандурко

— Да, всё это имеется, потому что мы же открываемся официально, не просто, как приходской лагерь, семейный или какого-то отдыха. А официально открываемся, выполняя все требования: и санэпидемстанции, и надзора — всех. Так что мы под надзором не только церковной власти, владыки Исидора, но и также всех светских служб.

А. Пичугин

— А дети между собой общаются после окончания смен, дружат между сменами?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, не только общаются, даже ездят друг к другу в гости. Мой сын после этой смены, он был вожатым, ему 17 лет. И он так сдружился со своими воспитанниками, что пожелал после смены поехать к ним в гости. Они пригласили его.

А. Пичугин

— Спортивный досуг какой?

Прот. Виктор Бандурко

— Спорт — начиная с зарядки... Вообще, я сам приверженец военно-спортивных занятий, даже имею и оружие. Мы стрельбы устраиваем на полигоне для детей.

А. Пичугин

— Что еще у вас происходит такого, о чем стоило бы рассказать? Я-то ведь не был никогда.

Прот. Виктор Бандурко

— Главное, когда походы, вообще, главное — любовь к природе, вообще к творениям Божьим. Любой поход, любая поездка — это развить у человека бережное отношение друг к другу и к Божьему творению. Потому что когда мы начали это место обживать, оно просто было завалено мусором. Вокруг было невозможно.

А. Пичугин

— Но ведь это какой-то пионерский лагерь был, как я понимаю, да?

Прот. Виктор Бандурко

— Да, это был пионерский лагерь. Но рядом же населенный пункт. И когда лагерь перестал функционировать, лень было людям куда-то везти мусор — сыпали здесь. Во-первых, они начали всё разбирать, грабить.

А. Пичугин

— Инфраструктура вам в достаточно удручающем состоянии досталась.

Прот. Виктор Бандурко

— Слава Богу, не совсем, не до конца разрушенная. В настоящее время мы имеем свои очистные сооружения и всё, что необходимо для того, чтобы по настоящим требованиям он мог существовать.

А. Пичугин

— А тяжело организовать детский лагерь?

Прот. Виктор Бандурко

— Одному тяжело.

А. Пичугин

— Но если есть несколько человек, то было бы желание.

Прот. Виктор Бандурко

— Да. Даже дело не в средствах, хотя, конечно, сейчас средства найти везде проблематично. Чтобы люди горели сердцем, душой.

А. Пичугин

— Но они могут гореть, но где-то еще ведь надо найти денег на всё это.

Прот. Виктор Бандурко

— А где-то и жертвенность должна быть, без этого не будет положено начало. В основном, конечно, здесь те люди, которые трудятся, жертвуют своим временем, своим умением, своими знаниями. То есть прежде всего это люди, это труд.

А. Пичугин

— Я напомню, что мы сегодня говорим про детский лагерь «Горний Посад». Контакты все есть в интернете — https://pokrov-center.ru/. Там есть и телефоны и раздел, где можно посмотреть. Если вы захотели отправить своего ребенка отдохнуть в Краснодарский край в лагерь «Горний Посад», православный детский центр, вы можете зайти на его сайт https://pokrov-center.ru/ и узнать, что необходимо. Здесь есть всё — и «Инстаграм», «ВКонтакте» и другие соцсети. И есть красивые картинки из лагеря, которые можно посмотреть, загореться и привезти в этот лагерь своего ребенка, тем более что, по словам отца Виктора, детей привозят отовсюду — не только из Краснодарского края, но даже из Ноябрьска, с севера везли. Из Москвы приезжают десятками дети. Так что, наверное, лагерь очень неплохой. Спасибо большое за этот разговор, отец Виктор. Я напомню, что сегодня у нас в гостях был протоиерей отец Виктор Бандурко, благочинный Апшеронского церковного округа, настоятель Свято-Покровского храма в Апшеронске и духовник детского православного центра «Горний Посад». Еще раз мы поздравляем вас с замечательным праздником святых апостолов Петра и Павла. Как говорила моя бабушка: Петр и Павел час убавил, Илья-пророк второй уволок. Начало темнеть уже, я уже заметил, что день не такой длинный, ночь не такая светлая. Но ничего, доживем до следующих светлых дней, тем более, что по-настоящему светлые дни со светлым радио продолжаются. Спасибо большое. До встречи, до свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Встречаем Пасху
Встречаем Пасху
Притчи
Притчи
Притчи - небольшие рассказы, наполненные глубоким духовным смыслом, побуждают человека к размышлению о жизни. Они несут доброту и любовь, помогают становиться милосерднее и внимательнее к себе и к окружающим.
Часть речи
Часть речи
Чем отличается кадило от паникадила, а насельник от местоблюстителя? Множество интересных слов церковного происхождения находят объяснение в программе «Часть речи».
Беседы о Вере
Беседы о Вере
Митрополит Волоколамский Иларион – современный богослов, мыслитель и композитор. В программе «Беседы о вере» он рассказывает о ключевых понятиях христианства, рассуждает о добре и зле, о предназначении человека. Круг вопросов, обсуждаемых в программе, очень широк – от сотворения мира, до отношений с коллегами по работе.

Также рекомендуем