Поделиться
У нас в гостях были основатели и руководители Русского духовного театра «Глас» — Заслуженный деятель искусств России Никита Астахов и Заслуженная артистка России Татьяна Белевич.
Мы говорили с нашими гостями о том, как могут быть связаны Церковь и театральное искусство.
Ведущий: Константин Мацан
К. Мацан:
— "Светлый вечер" на Радио ВЕРА, здравствуйте, уважаемые друзья. В студии у микрофона Константин Мацан, а в гостях у нас сегодня создатели и многолетние руководители духовного театра «Глас» в Москве, не в первый раз мы об этом замечательном театре говорим. У нас в гостях Никита Сергеевич Астахов, художественный руководитель театра, заслуженный деятель искусств России. Добрый вечер.
Н. Астахов:
— Добрый вечер.
К. Мацан:
— И Татьяна Георгиевна Белевич, директор театра, тоже заслуженная артистка России. Добрый вечер.
Т. Белевич:
— Добрый вечер.
К. Мацан:
— Ну, во-первых, мы поздравляем вас, Никита Сергеевич, с юбилеем — 1-го мая 80 лет вам исполнилось. Ну, что тут сказать? Помощи Божией вам, дальнейших благословений, потому что мы знаем и слушатели Радио ВЕРА знают, что без помощи Божией и без постоянной поддержки духовной и благодатной не было бы такого уникального проекта, как театр «Глас». В общем-то, любое человеческое творчество, оно питается, а если оно направлено к Творцу, то и благословляется Творцом, а ваше — тем паче. Дальнейших вам и театру вашему желаем успехов, на достигнутом не останавливаться, как псалом говорит: годы нашей жизни — 70 или 80 лет, а дальше, как Бог управит, но вот, Бог управил. Много-много ещё впереди вам создать спектаклей и других творческих проектов.
Н. Астахов:
— Спасибо вам большое.
К. Мацан:
— Ну, может быть, я начну с такого философского что ли, вопроса: но вы с каким чувством подходите к этому возрасту и к этой дате, вернее, уже переступили её порог?
Н. Астахов:
— Ну, вы знаете, такая странная вещь: как-то я всю жтзнь был уверен в том, что 60 лет — это много, а за 70, вообще, как говорится, думать о чём-то другом уже надо. А вот это какое-то отношение к своему возрасту, со стороны подглядываешь, а вроде как бы даже и не участвуешь в этом. Ну, есть, конечно, моменты физиологического внимания к своим изменениям, но такого серьёзного отношения я не чувствую. Может быть, это плохо, но как преподобный Серафим (Саровский) говорил: телом я ко всему мёртв, а духом я как бы только что родился. Вот, это — интересное ощущение такого как бы всё время момента открытия: то это открываешь, то другое, какие-то интересные знания появляются с возрастом. А такой солидный возраст: он даёт сравнительную степень, есть с чем сравнить. Ну, предположим, театру 34 года, и 34 года тому назад просто невозможно было подумать, что Святейший Патриарх может в храме Христа Спасителя взять и наградить актёра, представителя театра. Как мы знаем, сложные вопросы полвека тому назад были у Церкви с театром, очень много было вопросов, и вдруг ты понимаешь, как изменилась жизнь, тебе есть с чем сравнить, вот это удивительная вещь. И я просто желаю всем как можно дольше жить, чтобы испытать вот эту степень сравнения, большое видится на расстоянии. Поэтому, конечно, здорово, когда человеку много лет, очень здорово.
К. Мацан:
— Татьяна Георгиевна, а вы что Никите Сергеевичу на юбилей бы пожелали?
Т. Белевич:
— Ну, все желают многая лета и я, естественно, тоже желаю многая лета, желаю терпения, сил духовных и телесных, потому что сложности не прекращаются с возрастом, и с возрастом театра, в том числе. Потому что думаешь: ну, сейчас-то уже всё должно быть нормально — и, на тебе, начинается то одно, то другое, испытания идут всё время, и надеяться на покой, который нам только снится, не приходится. Поэтому, конечно, желаю сил духовных, понимания ситуации, потому что с возрастом ты вспоминаешь себя и оцениваешь молодых сейчас, которые рядом с тобой находятся, с сегодняшней позиции. А я говорю: ты вспомни, какими мы были, мы тоже так реагировали. Я понимаю, что сейчас — другое время, гораздо больше познания, какие-то вещи сейчас открыты и разрешены, но, тем не менее, людей-то довольно долго воспитывали без Бога, и до сих пор у многих отсутствует понимание. Поэтому, я расскажу о том, что произошло сейчас, в юбилей Никиты Сергеевича: пришло очень много людей замечательных, близких по духу — и это такая радость, что параллельно с тобой идут люди, с которыми мы не видимся и не обнимаемся каждый день, но мы знаем, что есть такой человек и есть другой, есть прекрасные, замечательные люди, невозможно не порадоваться тому, когда они приходят: Наталья янарачницкая, например, наши друзья из Попечительского совета: Ляхов, Дашина, ещё Печерский, замечательные актёры, народные артисты — Валерий Баринов и Людмила Зайцева, они столько доброго сказали, чего, допустим, в определённом возрасте, когда более плотно общались, учились все вместе, Никита Сергеевич с Бариновым и Люда Зайцева, снимались вместе у Шукшина ещё молодыми студентами — это было одно, а сейчас, проходит время, и вдруг меняется оценка этих людей, и то, о чём они говорят, становится открытием. Ну, например, меня Баринов поразил, он вышел и говорит — он пришёл на курсы к Цыганкову, а потом его в армию забрали, он на курсах у Чуриковой учился, были в очень хороших отношениях. Потом его забрали в армию, он три года служил в Германии, хотя мог не идти в армию, у него отец был определённой шишкой в культуре, ему даже давали эту возможность, но нет, он специально вошёл не в ту дверь, его со всеми отправили. Три года прослужил, вернулся в щепкинское. И вдруг Баринов говорит: Никита, раньше мы об этом не говорили, но сейчас тебе уже 80 лет, зачем что-то скрывать? Мы все знали, что ты — талантливый человек, мы завидовали тебе, но ты должен был чего-то достичь. Понимаете, таких вещей никто не говорил, когда мы раньше встречались. Был момент какой-то соревновательности, кто из нас более звёздный, особенно, если ты в кино всё время снимаешься, ты вроде звезда. А внутренне, понимаете, была совершенно другая погода, и вдруг она открылась. И это было так радостно, потому что не было какие-то самовыпячивания, потому что, бывает, люди выходят и все о себе рассказывают: а помнишь, я... и начинают всё о себе. А здесь этого не было, а бы очень добрый и искренний разговор. Или Люда Зайцева вдруг вышла и говорит: Никита, я вообще никогда не думала, что ты — сын из актёрской семьи, что мама была актрисой, а отец — актёром и режиссёром, но потом он стал управленцем по культуре, ты такой русский, понимаешь, вот, всё нутро прёт! И это тоже такие моменты, о которых мы раньше не договаривались и не знали, мы здоровались, а здесь просто очень много слов было замечательных. Был праздник, и большим праздником стало то, что состоялось в воскресенье, в Храме Христа Спасителя — это вообще чудо! Меня спрашивают: о чём тогда думали? Какая первая мысль была? А тогда привезли Феодоровскую икону Божией Матери из Костромы на поклонение. О чём первая мысль? Конечно, о мире! И Святейший слово потрясающее говорил о том, что время покаяния ещё даёт нам Господь для того, чтобы подумать: что сделать, как победить, как исправить свои недуги. Вот, и второе, что меня потрясло, что театру 34 года, 35-й год. И в то время, когда создавался театр, начиналось движение по воссозданию храма Христа Спасителя. И вот, отец Георгий, который это начинал, собрал общину, и мы там были, и Братство храма Христа Спасителя, которое молилось у бассейна, нас гнали артисты и говорили: Вы что, с ума сошли?! У нас тут бассейн, наш сектор, здесь мы паримся и купаемся. Пенсионеры какие-то, которые плевались из бассейна, а мы крестным ходом там с батюшкой ходили, молитвы совершали. Совершенно удивительное время. Рождество на улице там встречали — это просто чудо было: из снежков делали подсвечники, ставили свечи, и не было холодно. Это всё было чудо, конечно, и мы не думали... мы собирали какие-то подписные листы, я помню, как долго уговаривала в поезде одного негра, чтобы он подписал, мы ехали откуда-то, из Риги, что ли, и он ничего не понимал, но подписал. И мы собирали эти листы, и мы не думали, что увидим этот храм. Я не думала, что его увидят даже наши внуки — это же сколько должно времени пройти! Какие-то деньги собирали, концерт делали. Вы понимаете, я проезжаю мимо, и мне иногда кажется, что это — открытка. Вы понимаете, это чудо. И я смотрю, храм стоит, в этом храме идут службы, в этом храме сам Святейший награждает Никиту Сергеевича. Это такая честь! В этом храме мы в первый раз сыграли в Зале Церковных Соборов постановку о Великой княгине Елизавете Феодоровне Романовой. А у нас такое особое почитание Феодоровской иконы, ассоциации сразу, думаешь о том, что идут там и английские, и немецкие, и русские корни, и чего мы сейчас делим, когда у нас есть святыни такие, причём, даже замешанные на крови?! И сейчас, конечно, о мире первая такая молитва, а вообще — всё чудо. Мы стоим в этом храме, и я думаю: Боже мой, ну разве можно было подумать?! Это — такая красота, такая служба красивая была!
К. Мацан:
— Никита Сергеевич Астахов, художественный руководитель театра «Глас» и Татьяна Георгиевна Белевич, директор театра «Глас» сегодня с нами в программе «Светлый вечер». Ну, вот, сказали вы, Никита Сергеевич, что не могли вообразить 30-35 лет назад, что Патриарх в храме Христа Спасителя будет вручать награду актёру. С одной стороны, есть в массовом сознании представление о том, что у Церкви к театру отношение скептическое. С другой стороны, мы и у нас, на Радио ВЕРА говорили о том, в чём истинное содержание этого скепсиса и любили вспоминать о том, что Ермолову отпевал в храме один из очень видных и уважаемых епископов. Какого-то такого институционального антагонизма в этом случае не было. А вот, когда вы говорите, что не могли подумать, что актёра будут награждать в храме, какую мысль вы при этом имеете в виду: что Церковь окрепла, что вашему театру 35 лет, и уже выстроено некое взаимодействие, или за эти годы как-то поменялась рефлексия Церкви о театральном искусстве. Как вы это чувствуете?
Н. Астахов:
— Вообще, очень такой серьёзный и деликатный вопрос, отвечать на него надо вдумчиво. Мировоззрение меняется, в силу многих причин, у каждого человека. И когда человек говорит: я был коммунистом — и останусь коммунистом, я не предам своей юности — ты слышишь такие ответы и фразы. Но закрадывается сомнение: как это, с возрастом меняется человек или нет, меняется ли общественная мысль или нет, или всё застывает? Нет, какие бы преграды для развития общественной мысли не ставили — а их можно ставить, и, всё равно, это остановить невозможно, это касается личности каждого человека и его духовного возрастания. Вот, Фёдор Михайлович Достоевский, Лев Николаевич Толстой, Антон Павлович Чехов, они говорили в своё время, что культура и литература России вступает в духовное пространство. Они, в силу своего таланта или же какой-то информации, которую они, как художники, получили на каком-то уровне, они об этом говорили. И что произошло? Вроде бы, хорошее время наступало, но революция ответила им своим атеизмом на много десятилетий, понимаете? И произошла катастрофа. То есть, Россия была готова совершить какой-то гигантский общественный поступок, в смысле или изменения духовного пространства, или усиления в него, вхождения в него более усиленно, и вдруг, раз — и пришло такое испытание для всей страны, кровавое, страшное испытание. Это — не случайное явление, потому что ни однв страна этого не пережила: всегда все цеплялись за свои традиции, за свою религию и видели в ней спасение. А тут вдруг, такое испытание, взяли и пошли, встали на линию такого атеизма в стране. Всё это закончилось, потому что каждое испытание имеет сроки, одно поменьше, другое — побольше, 70 лет, почти целый век, проходили родители наши и мы это испытание, наше поколение, прошли через это, я скажу, с достоинством: страна закалилась и стала внутренне сильнее после этого испытания. И сейчас, когда всё это, слава Богу, закончилось, мы, конечно, оказались в новом мире. Сегодня это — абсолютно новый мир: к нам в театр приходят молодые актёры, абсолютно все они знают Отче наш и Символ веры, все они прошли цикл такого воцерковления. Совершенно другая молодёжь, с ней легко разговаривать: там вообще ничего атеистического нет, страна становится православной.
К. Мацан:
— К вам, видимо, приходят люди мотивированные: они знают, в какой театр они идут работать.
Н. Астахов:
— Да, но я это к тому говорю, что с Церковью, хотя она — самый главный такой организм, который сохраняет традиции, платформу, фундамент русского человека и всей России, и в ней происходят изменения, потому что она состоит из людей, она же не что-то такое застывшее. Вообще, очень многие рассуждали на эту тему: застыла Церковь или какую-то новую жизнь начала, Константин Леонтьев говорил, это очень интересно. И церковные люди меняются при сохранении фундамента, меняется не просто молодёжь, которая приходит в священство — а там совершенно молодёжь, которая приходит в священство — а там совершенно молодые люди, им по 20-30 лет — меняются и наши архиереи, уже я чувствую, какое уважение появилось. Когда у нас контакты происходят, по- другому начинают смотреть на театр, с точки зрения Николая Васильевича Гоголя, что театр может много добра принести в общество. Ну, и я говорю конкретно про театр, мы же театральные люди: очень много добра, но театр может принести и очень много зла, очень много пошлости. Один монашествующий батюшка говорил о том, что театр может заворачивать грех в красивую обёртку, вроде конфета красивая и вкусная, а она вредная. К сожалению, эту функцию может исполнить не только театр, но и любое средство массовой информации, потому что дана власть через микрофон или видео, как угодно. И в этой сфере, если найдутся люди нехорошие, мягко говоря, они могут принести очень много вреда.
К. Мацан:
— Я тут недавно наткнулся на цитату — по крайней мере, так её подписали, я по источникам не проверял — из Феофана (Затворника): Театры правительством придуманы для тех, кои не ищут спасения, чтобы они не предались злейшему какому пороку. Ну, то есть, мысль в том, что, лучше уж в театр, чем в кабак, в театр, конечно, тоже не совсем хорошо, но, чтобы чего похуже не вышло, лучше уж в театр ходить. Вот, как вы к такому относитесь?
Т. Белевич:
— Ой, кто это распространяет?! Я, конечно, спорить мо старцами не берусь. Нет необходимости спорить с Феофаном (Затворником), но театральному человеку сложно адекватно на это реагировать. Понимаете, я ещё хотела сказать по поводу духовенства: вы спрашивали о том, какие изменения, вернусь к этому вопросу. Конечно, огромные изменения, потому что мы стояли в храме Христа Спасителя, и я видела огромные шеренги в красивом красном облачении, я смотрю — и я мало кого знаю, потому что раньше мы приходили... Вы знаете, а вчера мы встретились с одним товарищем из Союза писателей, я говорю ему: понимаешь, я стою — и почти никого здесь не знаю. Раньше, приходили, и я сразу понимала: это — Владыка такой-то, это — Владыка другой, а тут...И ведь, действительно, огромная армия духовенства влилась, оно расширилось, оно тоже очень изменилось, то есть, если раньше мы могли постоять в храме, а потом все пойти на трапезу, всего несколько в храм приходили, из интеллигенции — вообще единицы. А сейчас, смотришь — и звёзды о чём-то духовном говорят, и Евангелие читают, и батюшки на телевидение выходят, разговаривают, ведут передачи. И даже те, которые при нас только начинали как священники, выходили из светских профессий, теперь они уже солидные епископы, протоиереи, которые поднимают один храм, другой...Поэтому, здесь идёт такое сильное взаимопроникновение, и это вот очень сильный знак, что Никиту Сергеевича в храме награждали, это — не просто потому, что он такой хороший и театр такой замечательный, конечно, это тоже есть, но, главное, что Святейший подчеркнул соединение Церкви и культуры. Насколько это сегодня важно! Это крайне необходимо. Потому что мы слышали такой разговор, что Церковь — это отдельно, и вообще, когда мы начинали, нас посылали так: идите в свою церковь, вы — не наши. А сейчас, это было подчёркнуто, что мы вместе, и культуру запустили, и здесь доминирующее значение имеет слово, потому что в начале было Слово. А что такое актёр театра и кино или радиоведущий? Это — живое слово, которое ты излагаешь и вносишь своё отношение, потому что это слово может быть искажено по смыслу, там всякие могут быть подтексты, издевательские, вдохновляющие, и так далее. Тем более, что наш русский язык очень богат разными эпитетами и даже настроениями, поэтому, театр — это важно.
К. Мацан:
— Да, и Евангелист Матфей говорит нам: от слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься. А вам приходится об этом помнить, что за каждое слово, в том числе, сказанное со сцены, придётся отвечать?
Т. Белевич:
— Конечно, обязательно, а как же иначе? Наверное, многие об этом и не думают, считают, что, если мне дали эту роль, я должен её играть. Но здесь очень большое значение имеет руководитель, к чему и куда он ведёт. Вот, я стояла в храме несколько лет назад, и около меня стояла блаженная какая-то. Она стоит и говорит, ни к кому не обращаясь, но я понимаю, что она вроде как и для меня это говорит. Она говорит: вот, как важно, куда он вас поведёт, как волк стало, важно, куда, а ведь может привести и к обрыву, и все туда упадут. Вот, что-то в этом духе, понимаете? Поэтому, конечно, ответственность драматурга, режиссёра и актёра тоже, который должен понимать, что он делает.
К. Мацан:
— Об этом мы поговорим после небольшой паузы. А я напомню, сегодня с нами в студии Никита Сергеевич Астахов и Татьяна Георгиевна Белевич, создатели и руководители русского духовного театра «Глас». У микрофона Константин Мацан, скоро вернёмся, не переключайтесь.
К. Мацан:
— "Светлый вечер" на Радио ВЕРА продолжается, ещё раз здравствуйте, уважаемые друзья. Сегодня с нами в студии создатели и руководители духовного театра «Глас» Никита Сергеевич Астахов и Татьяна Георгиевна Белевич, мы продолжаем наш разговор. Ну, вот, мы затронули тему ответственности за слово. Никита Сергеевич, вы хотели что-то добавить?
Н. Астахов:
— Понимаете, не просто за каждое слово, а за каждое молчание. Когда ты промолчал, а надо было заступиться за человека, сказать слово какое-то или проголосовать, как это было в советское время. За всё человек будет отвечать, за всё. Не хочется говорить, что он будет отвечать и за мысли, потому что мысли приходят совершенно разные. Насколько человек может развивать одну мысль, а другую притормозить, которая пришла, а он считает, что это — не хорошая мысль с точки зрения христианина. Надо уметь сдерживать ту информацию, которая приходит очень неожиданно в голову каждого человека, независимо от возраста. Да, вы сказали про кабак, что лучше, что хуже, и так далее. Этой темой темы касался и писатель Никифоров-Волгин, и Фёдор Михайлович Достоевский, если помните монологи Мармеладова: Мы, пьяненькие, придём к Богу и скажем Ему: прости нас, бедных. Вы понимаете, какое мощное религиозное мышление у этого пьяницы Мармеладова. И я не знаю, наверное, эти несчастные люди, они, как нам советуют наши писатели-классики, у них добра больше.
К. Мацан:
— Ну, а одновременно, знаменитые строчки Блока можно вспомнить: грешить безумно, беспробудно, счёт потерять ночам и дням, и с головой, от хмеля трудной, прийти сторонкой в Божий храм. То есть, тут другая логика: не согрешишь — не покаешься, гульнёшь — а потом пойдёшь замаливать. Хотя я в этих строках Блока как раз покаянное чувство слышу: мы так живём, но так жить неправильно, мы, может быть, хотели бы жить по-другому, но не получается, и мы с головой, от хмеля трудной, хоть и сторонкой, но идём в Божий храм. Потому что, ну, а куда ещё, нет другой дороги.
Н. Астахов:
— Когда мы касаемся этого времени — а вы коснулись Серебряного века — мы поставили спектакль, очень интересный в плане того, что это — какой-то новый взгляд на лучших представителей Серебряного века, и взяли такое произведение Анны Андреевны Ахматовой как «Поэма без героя», то есть, закодированная, зашифрованная, и я выбрал путь очень неожиданный, сначала я хотел всё это как-то разжевать и ответить, но я пошёл другой дорогой, чтобы не было какого-то такого примитивизма, пошёл неожиданным ходом, что надо наоборот ещё больше вопросов поставить, а не разрешать эти вопросы. И, как ни странно, это привело к очень неожиданному результату, то есть, мы как бы на интуитивном плане вышли на сердцевину, на болевую точку Анны Андреевны, что она, прожив большую жизнь, очень серьёзно о ней задумалась: что она сделала хорошо, а что — не очень хорошо. И здесь тоже, Александр Александрович Блок, это же, как говорится, одна компания, она же очень любила Блока, и, насколько я помню, у неё было в жизни две истерики: одна — связанная с мужем, когда они ругались, и Ахматова падала в обморок, а вторая — на могиле Блока, для неё это было трагедией. А сам Александр Александрович... они гениальные люди все были, вот этот салон в Петербурге «Бродячая собака», и когда пришёл брат мужа Ахматовой в первый раз в этот салон, он сказал, что это — странное место, где все говорят стихами. Вы представляете, это же вообще, сумасшедший дом! Вот, мы сидим втроём в передаче, вы в стихотворной форме задаёте вопросы, а мы в стихотворной форме на них отвечаем, это просто что-то уникальное. Но, при этом, у него такая фраза была, что более омерзительного места он не видел, хотя все, кто посещал этот салон, стремились к красоте. Уникальная, просто уникальная оценка! Как художники, собираясь, говорят таким слогом высочайшим, при этом, всё сопровождается мерзостью, но люди стремятся к высоте отношений и поиску смысла жизни.
К. Мацан:
— Вы как-то для себя эту антиномию объясняете, что можно быть гением и нравственно непривлекательным человеком одновременно?
Н. Астахов:
— Ну, есть у нас такая зарисовка, но она не входит в спектакль: идёт пьяный Блок по улице и шатается, а за ним идёт папа с ребёнком и говорит своему сыночку: Петя, смотри, кто впереди нас идёт? Алкоголик! Видишь, Петя, как он шатается? Но запомни, Петя, это — наш гениальный русский поэт! Вы понимаете, какое соединение?! Нельзя однобоко ни к одному человеку относиться, нельзя. Может быть, он скажет плохое слово или совершит плохой поступок, но мы же не знаем, о чём он плачет ночью. Может быть, он сейчас такое переживает, чего даже праведник не сможет пережить?!
К. Мацан:
— Я слышал от одного современного режиссёра, уже возрастного, что современным молодым людям, даже студентам театральных ВУЗов, тяжело играть Достоевского. Тяжело в каком смысле, что нужно себе такие вопросы поставить и проблемы, которые им неведомы. Они не всякому взрослому-то ведомы, но глубина личности должна быть такова, чтобы в ней эти проклятые вопросы могли ужиться, чтобы из себя что-то на эту тему достать, тогда его можно играть. Вот, вы что- то подобное наблюдаете среди тех людей, с которыми вы работаете?
Н. Астахов:
— Вы знаете, приходят актёры чаще всего для того, чтобы устроиться на работу, потому что актёров много, а театров — мало, и надо где-то зарабатывать на жизнь. Поэтому, люди приходят для того, чтобы устроиться, хоть на зарплату попасть. И их можно понять. Когда они приходят, они часто не думают о том, в какой театр они приходят, на какое направление — им лишь бы где-то зацепиться. И я на эту тему много разговариваю с актёрами, я говорю: наш театр — это такой простой советский, основанный на русской школе, театр, обычный профессиональный театр, но он называется духовным, и, поэтому, волей-неволей, пройдёт месяц, второй, третий, и вы задумаетесь, чем этот театр отличается от других, вы никуда не денетесь от этого, тем более, у вас определённые разговоры идут на эти темы. И здесь надо сказать о том, что мы — обыкновенный высокопрофессиональный театр, потому что я требую от актёров выше среднего, намного выше среднего, существования на сцене, как Станиславский говорил: надо добиться выражения на сцене человеческого духа, а это уже серьёзно, это — уже отличие, когда мы начинаем говорить на тему: что это значит — построение жизни человеческого духа, и как это сыграть? Вроде, красивая фраза, хотя, он от неё отказался потом, когда наступило атеистическое государство. Он понял, что в антирелигиозном обществе эта фраза обречена на смерть, но именно с этой фразы он начал. То есть, он пошёл по линии духовного театра, по крайней мере, разбора роли с точки зрения духовности: вероисповедания, атеизма, может быть, это тоже проявление веры — безбожие, я верю в то, что Бога нет, сама эта поступательная линия очень сильна. И вот, здесь театр делает открытие. В каком плане? Я говорю : ну, вы умеете играть других людей, соединяться с ними, искать «Я» в предлагаемых обстоятельствах, по Станиславскому — вот, это вы умеете. А вот, попытаться, дорогие друзья, основываясь на направлении Константина Сергеевича, соединиться с ролью по его греховности — вот, здесь это открытие, причём, очень лёгкое, кстати — меня любой профессионал поймёт. Почему лёгкое? Ведь мы же все в грехах, начиная, извините, с директора и заканчивая худруком, все в грехах находимся. И, если в тать на эту позицию греховности, — а каждый герой, которого я играю, имеет в себе разные грехи — то, по этой линии можно с ним соединиться. И вот, здесь чудо происходит, даже, я вам скажу, открытие такого своеобразного что ли актёрского мастерства. Грех моего героя, которого я играю, надо поискать в себе, да и 99% ты его найдёшь в себе, найдёшь обязательно. Но, если уж ты такой гордый и ты без греха живёшь — бывают и такие люди, которые мне говорят на полном серьёзе, что у них нет ничего, кроме добродетелей. Поэтому, если вдруг ты загордился до такой степени, тогда возьми этот грех с человека, тебе близкого, например, друга, и при помощи этого ты можешь соединиться с ролью. И вот, когда происходит эта скрупулёзная, духовная работа над ролью, тогда зритель в зрительном зале сидит, раскрыв рот. Почему? Потому что все грехи актёра или его героя, которого он исполняет, они — в зрительном зале. И вот, это открытие, когда зритель ощущает это, он не может это назвать как-то, но он начинает волноваться, потому что он чувствует, что внутри него задевают что-то такое, что требует от него повышенного внимания к сцене. Вот, это дело очень серьёзное и очень интересное. Человек начинает волноваться. И я скажу вам больше. Он уйдёт со спектакля и начнёт анализировать: чего это я волноваться, что со мной? И он начнёт копаться в себе, начнёт искать, почему он волнуется на одном спектакле и не волнуется на другом. Как мне один театровед сказал, и я ему верю, сказал интересную фразу: у вас странные спектакли, странные потому, что я — театральный человек, и я хорошо знаю, что такое сцена, что такое театр, и знаю богатые театры с огромными декорациями, восхищаюсь придуманной в них театральной формой, но меня это не трогает, а вот у вас интересно: бедненький театр, денег мало дают на постановку, сцена маленькая, а я сижу и волнуюсь, и я никак не пойму, почему. Потому что в каждом спектакле я, как режиссёр и худрук, заряжаю религиозные смыслы в роли. То есть, основываясь на всём профессионализме, я ещё добавляю вот этот ход Станиславского — поиск выражения человеческого духа на сцене. И, как ни странно, как бы не ругали театр, мы должны помнить фразу, что Дух дышит, где хочет?
К. Мацан:
— Создатели и руководители духовного театра «Глас» сегодня с нами в программе «Светлый вечер»: Никита Сергеевич Астахов и Татьяна Георгиевна Белевич. Вот, хочу спросить об одном авторе, который для вашего театра важен. Да и биографически, насколько я могу судить, для Никиты Сергеевича важен Василий Шукшин. Интересная тема: Василий Шукшин и православная. С одной стороны, у нас, насколько я знаю, нет повода — может быть, вы меня поправите — говорить о Шукшине как о каком-то церковном человеке, человеке, интересовавшемся этой областью. Есть очень провокационный для верующего человека рассказ «Верую». Верую во что? В механизацию, в технику, во всё, что угодно, кроме Бога. С другой стороны, так откликается русской душе и православному зрителю литература Шукшина и фильмы, и смыслы считываются то ли помимо автора, то ли автор просто прикровенно закладывает, то ли он творит так, что не может творить по-другому — это, получается, про ту самую жизнь человеческого духа. Вот, как вы это чувствуете, и что вы об этом думаете?
Н. Астахов:
— Вы знаете, правильный вопрос, такой жёсткий и очень точный. Не просто рассказ «Верую», а возьмите, например, рассказ «Обида». Что такое обида для православного человека — это скрытый вид гордости, а он в этом рассказе выстраивает так, что мы начинаем жалеть человека, который в этой обиде находится, потому что его там обманули, и так далее. То есть, он делает, не хочется говорить это слово, но такой, в общем-то, антихристианский подпольный ход. То есть, он переворачивает православное мышление, начинает оправдывать этого человека. Но, при всём при этом, две вещи у Василия Макаровича: во-первых, я не помню, какой номер, но, предположим, 17-й съезд кинематографистов, полный коммунизм в стране, полная установка на то, как воспитывать молодого человека в духе строителя коммунизма. И за этим очень точно мледят, очень точно, внимательно следят, и, кто не выполняет указ сверху, этого художника убирают сразу, без всяких разговоров, и у меня такое было. Но в это время Василий Макарович вдруг выходит на трибуну, в разгар безбожия, и говорит: Вы знаете, я тут прочитал четыре Евангелия — у всего парткомитета подбородки поехали вниз — и я задумался о судьбе художника. Это была заявка. Его не тронули, но сформулировали отношение к нему. Но он же это сказал! Попробуйте сказать эти слова в такое время, это мы сейчас можем свободно говорить о Православии! И, поэтому, это — голос крайне дерзновенного поведения художника, хотя бы в поиске, что художник не имеет права проходить мимо того, что было в мировой истории. Это — поступок грандиозный. И второе. Мама у Василия Макаровича была глубоко верующим, религиозным, деревенским человеком. Он очень любил её, как и она — его. И у меня есть фотография, где они смотрят друг на друга, это — с ума сойдёшь, что там нарисовано в глазах: и у сына, и у матери, которая понимает сына очень хорошо. Это — серьёзное религиозное соединение, даже если он, предположим, не молился каждый день, правило не читал, но он собирал иконы Рублёва — это мне Лида рассказала, очень интересно — из журналов вырезал, а на своей книге он взял — и сам нарисовал силуэт храма. То есть, а самое-то главное — его публицистика: нравственность — и есть правда. Он эти слова подобрал, потому что слово духовность нельзя было произносить, и он припрятал её за этими словами, которые всем были понятны. Поэтому, мы, во- первых, выбираем определённые рассказы, которые бы нам помогали в этом направлении, во-вторых, мы вставляем в эти рассказы очень серьёзные и глубокие религиозные тексты, идёт трудный подбор, сценарий — это очень сложная вещь, он даёт зрителю совершенно по-другому посмотреть на Шукшина. И самое главное. Когда я снимался у него в фильме «Печки-лавочки» и два месяца жил в Сростках, на его родине, я видел, что это за человек: у него были приступы язвы, очень сильные боли, в это время над ним очень сильно смеялись и издевались даже окружающие его люди. Такая делёжка была на городских и деревенских писателей, дескать, нам не нужны деревенские, нам нужен город, и так далее. Вот, эти страдания он пережил, и я видел, какой удивительной доброты был этот человек.
К. Мацан:
— Татьяна Георгиевна, а вы что по этому поводу можете сказать?
Т. Белевич:
— Да, я всё рвалась сказать о том, что, всё-таки, у нас в спектакле звучат рассказы Шукшина «Письма матери», и мы играем эти рассказы. И, когда мы писали сценарий, у нас были два рассказа, которые меня зацепили больше всего. Один из этих рассказов — это «Сон матери», он имеет ярко выраженный религиозный характер, мышления религиозное. Он думает о том, что будет там, на том свете, а какое это место, а кого там можно встретить? У него там есть образ девушки, матери которой являются во сне отроки и говорят, что им там хорошо, напоминают о невыполненных обещаниях. Конечно, у него было религиозное мышление, хотя и не ярко выраженное, как мы любим сейчас, но, по сути, он прожил жизнь христианина, очень искреннего человека, братолюбивого, не фальшивого, страдающего за Россию. Мы сейчас можем только мечтать о таких людях, таких людей очень мало. Мы научились красиво говорить, прятаться за это, даже цитировать, платочки одевать и ходить в храмы. Даже анекдоты такие есть: одна женщина говорит: «Прости меня!», а вторая ей отвечает: «Нет уж, это ты меня прости!» Тоже есть какое-то фарисейство, а это — потрясающий человек. Даже Владимир Владимирович Путин о нём сказал: «Когда ты слышишь, что с экрана говорит Шукшин, его ни с кем не перепутаешь. Это говорит Шушкин!» Конечно, это — гений, потому что в нём всё сложилось: актёр, режиссёр, писатель, сценарист, это всё настолько разное и, в то же время, объединяющее. Потому что мы, как люди, проработавшие в театре 50-60 лет, возьмёшь писателя — да, хорошо его читать, а со сцены его произносить очень сложно, он не такой живой. Да, мыслящий и интересный, но перевести его на язык сцены очень трудно, и мы отказываемся от этого. А по Шукшину мы два спектакля сделали, потому что он изнутри правдив. Его и актёры чувствуют, потому что для того, чтобы его понять, не надо быть каким-то очень религиозным человеком, надо быть просто правдивым. Мы знаем евангельские заповеди: блаженны изгнанные за правду — и это всё соединяется в Шукшине, в нём это есть. И нельзя так огульно, я бы сказала, даже примитивно относиться к многообразию того, что написано. Как бы там ни было, это — человек, которого мы должны чтить как замечательного писателя и замечательного русского художника.
Н. Астахов:
— Кстати, я хочу добавить, у нас в середине мая был день воспоминания встречи Иисуса Христа с самарянкой, и это такой день очень серьёзный. И потом мы, как раз, слушали Святейшего Патриарха, и он сказал проповедь по поводу этого дня. Удивительной совершенно оказалась история самарян и иудеев: они заспорили между собой о том, что они не могут молиться в одном храме, в Иерусалимском храме, и, поэтому, самаряне взяли и построили на горе свой храм, и произошло непонимание двух народов в этом плане. И после этого Святейший сказал такую фразу, что дело, в общем-то не в храмах, а дело в поклонении в Духе. И тогда можно человеку можно задуматься о своём, человеческом пути к Истине. Жить в Духе. Поэтому, что касается, например, Василия Макаровича, я думал о том, что, даже если он правило утреннее и вечернее не читал и очень редко в храм ходил, а может быть, даже и не ходил — я просто не знаю этого. Но он был человеком в Духе. Как вам сказать? Я знаю и очень воцерковлённых людей, и высоко религиозных, как-то я их не очень понимаю, какие-то они — вот, есть такая фраза удивительная: когда любовь исчезает, тогда появляется стремление к справедливости. Шикарная фраза, надо её обязательно запомнить. Пропадает любовь. А у Шукшина любовь была ко всем, он был буквально ею пропитан. А научился он этой любви, конечно, у матери, это она ему её дала.
К. Мацан:
— Спасибо вам огромное за нашу сегодняшнюю беседу! Ещё раз поздравляем вас, Никита Сергеевич, с 80-ти летием, с юбилеем, Божией помощи, многая и благая лета, и пусть будет много новых свершений в русском духовном театре «Глас». Создатели и руководители духовного театра «Глас» были сегодня с нами в программе «Светлый вечер», Никита Сергеевич Астахов и Татьяна Георгиевна Белевич. Спасибо вам большое за этот разговор. В студии у микрофона был Константин Мацан. До новых встреч на волнах Радио ВЕРА.
Т. Белевич:
— Спасибо вам большое! Всего хорошего!
Н. Астахов:
— Спасибо! Всем привет!
Все выпуски программы Светлый вечер
18 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: Mikel Mirjane/Unsplash
Священник, участвуя в церковном таинстве брака, подносит к устам Богом венчанных супругов чашу со сладким вином, напоминая им о необходимости участия в святой Евхаристии, о причащении Пречистых Тела и Крови Христовых. Троекратно и до дна испивая из кубка, супруги обновляют в себе решимость угождать Богу взаимным радостным подвигом любви.
Мы, христиане, каждое воскресение стараемся припадать к Источнику бессмертия, вкушая Тело и Кровь Христовы под образом хлеба и вина,
исполняясь спасительной и животворящей энергии Духа Святого.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 19 апреля 2026г.
Поделиться
Утро 19.04.26
Неде́ля 2-я по Па́схе, апо́стола Фомы́.
Антипа́сха.
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный да́ждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Антипа́схи, глас 7:
Запеча́тану гро́бу,/ Живо́т от гро́ба возсия́л еси́, Христе́ Бо́же,/ и две́рем заключе́нным,/ ученико́м предста́л еси́,/ всех Воскресе́ние,/ дух пра́вый те́ми обновля́я нам,// по вели́цей Твое́й ми́лости.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Антипа́схи, глас 8:
Любопы́тною десни́цею/ жизнопода́тельная Твоя́ ре́бра Фома́ испыта́, Христе́ Бо́же,/ созаключе́нным бо две́рем я́ко вшел еси́,/ с про́чими апо́столы вопия́ше Тебе́:// Госпо́дь еси́ и Бог мой.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся. От гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не, и полещу́, и почи́ю? Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Антипа́схи, глас 7:
Запеча́тану гро́бу,/ Живо́т от гро́ба возсия́л еси́, Христе́ Бо́же,/ и две́рем заключе́нным,/ ученико́м предста́л еси́,/ всех Воскресе́ние,/ дух пра́вый те́ми обновля́я нам,// по вели́цей Твое́й ми́лости.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Антипа́схи, глас 8:
Любопы́тною десни́цею/ жизнопода́тельная Твоя́ ре́бра Фома́ испыта́, Христе́ Бо́же,/ созаключе́нным бо две́рем я́ко вшел еси́,/ с про́чими апо́столы вопия́ше Тебе́:// Госпо́дь еси́ и Бог мой.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 19 апреля 2026г.
Поделиться
Утро 19.04.26
Неде́ля 2-я по Па́схе, апо́стола Фомы́.
Антипа́сха.
Боже́ственная литурги́я святи́теля Иоа́нна Златоу́стого
Нача́ло литурги́и от Неде́ли Фомино́й до отда́ния Па́схи:
Литургия оглашенных:
Диакон: Благослови́ влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Открываются Царские врата
Священнослужители поют в алтаре:
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Дважды)
Третий раз до середины:
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в
Хор завершает:
Хор: И су́щим во гробе́х живо́т дарова́в.
Царские врата закрываются и диакон произносит Великую (Мирную) ектению:
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н, псало́м 145:
Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н , блаже́нны:
Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Антипасхи, глас 1:
Ирмос: Утверди́ мене́ Христе́,/ на недви́жимом ка́мени за́поведей Твои́х,/ и просвети́ мя све́том лица́ Твоего́:// несть бо свят па́че Тебе́, Человеколю́бче.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Тропарь: Но́выя вме́сто ве́тхих,/ вме́сто же тле́нных нетле́нныя,/ Кресто́м Твои́м, Христе́, соверши́в нас,// во обновле́нии жи́зни жи́тельствовати досто́йно повеле́л еси́.
На 6 Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Тропарь: Во гро́бе заключе́н опи́санною пло́тию Твое́ю,/ неопи́санный, Христе́, воскре́сл еси́:/ две́рем же заключе́нным,// предста́л еси́ Твои́м ученико́м Всеси́льне.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Тропарь: Я́звы Твоя́, Христе́,/ я́же во́лею претерпе́л еси́ за нас,/ ученико́м Твои́м сохрани́в, свиде́тельство показа́л еси́// Твоего́ сла́внаго Воскресе́ния.
На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Тропарь: Фомы́ не оста́вил еси́, Влады́ко,/ погружа́ема глубино́ю неве́рия,// дла́ни просте́р на испыта́ние.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Тропарь: Фомы́ не оста́вил еси́, Влады́ко,/ погружа́ема глубино́ю неве́рия,// дла́ни просте́р на испыта́ние.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Спас наш глаго́лаше:/ осяза́вше Мя ви́дите ко́сти плоть нося́ща,// Аз не премени́хся.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Ре́бра осяза́, и ве́ровав позна́ Фома́,// не сый в пе́рвом вхо́де Твое́м, Спа́се наш.
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Тропа́рь Антипа́схи, глас 7:
Запеча́тану гро́бу,/ Живо́т от гро́ба возсия́л еси́, Христе́ Бо́же,/ и две́рем заключе́нным,/ ученико́м предста́л еси́,/ всех Воскресе́ние,/ дух пра́вый те́ми обновля́я нам,// по вели́цей Твое́й ми́лости.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Антипа́схи, глас 8:
Любопы́тною десни́цею/ жизнопода́тельная Твоя́ ре́бра Фома́ испыта́, Христе́ Бо́же,/ созаключе́нным бо две́рем я́ко вшел еси́,/ с про́чими апо́столы вопия́ше Тебе́:// Госпо́дь еси́ и Бог мой.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен Антипа́схи, глас 3:
Чтец: Проки́мен, глас тре́тий: Ве́лий Госпо́дь наш, и ве́лия кре́пость Его́,/ и ра́зума Его́ несть числа́.
Хор: Ве́лий Госпо́дь наш, и ве́лия кре́пость Его́,/ и ра́зума Его́ несть числа́.
Чтец: Хвали́те Го́спода я́ко благ псало́м: Бо́гови на́шему да услади́тся хвале́ние.
Хор: Ве́лий Госпо́дь наш, и ве́лия кре́пость Его́,/ и ра́зума Его́ несть числа́.
Чтец: Ве́лий Госпо́дь наш, и ве́лия кре́пость Его́,/
Хор: И ра́зума Его́ несть числа́.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Дея́ний святы́х апо́стол чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Антипа́схи (Деян., зач.14: гл.5, стт.12-20):
Чтец: Во дни о́ны, рука́ми апо́стольскими бы́ша зна́мения и чудеса́ в лю́дех мно́га: и бя́ху единоду́шно вси в притво́ре Соломо́ни. От про́чих же никто́же сме́яше прилепля́тися им, но велича́ху их лю́дие. Па́че же прилага́хуся ве́рующии Го́сподеви, мно́жество муже́й и жен. Я́ко и на сто́гны износи́ти неду́жныя и полага́ти на посте́лях и на одре́х, да гряду́щу Петру́, поне́ сень его́ осени́т не́коего от них. Схожда́ше же ся и мно́жество от окре́стных градо́в во Иерусали́м, принося́ще неду́жныя и стра́ждущия от дух нечи́стых, и́же исцелева́хуся вси. Воста́в же архиере́й, и вси и́же с ним, су́щая е́ресь саддуке́йская, испо́лнишася за́висти. И возложи́ша ру́ки своя́ на апо́столы, и посла́ша их в соблюде́ние о́бщее. А́нгел же Госпо́день но́щию отве́рзе две́ри темни́цы, изве́д же их, рече́: Иди́те и ста́вше глаго́лите в це́ркви лю́дем вся глаго́лы жи́зни сея́.
Руками же апостолов совершались в народе многие знамения и чудеса; и все единодушно пребывали в притворе Соломоновом.
Из посторонних же никто не смел пристать к ним, а народ прославлял их.
Верующих же более и более присоединялось к Господу, множество мужчин и женщин,
так что выносили больных на улицы и полагали на постелях и кроватях, дабы хотя тень проходящего Петра осенила кого из них.
Сходились также в Иерусалим многие из окрестных городов, неся больных и нечистыми духами одержимых, которые и исцелялись все.
Первосвященник же и с ним все, принадлежавшие к ереси саддукейской, исполнились зависти,
и наложили руки свои на апостолов, и заключили их в народную темницу.
Но Ангел Господень ночью отворил двери темницы и, выведя их, сказал:
идите и, став в храме, говорите народу все сии слова жизни.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий Антипа́схи, глас 8:
Чтец: Глас осмы́й: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Прииди́те возра́дуемся Го́сподеви, воскли́кнем Бо́гу Спаси́телю на́шему.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Я́ко Бог ве́лий Госпо́дь, и Царь ве́лий по всей земли́.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Иоа́нна.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Иоа́нна, да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Аминь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: От Иоа́нна свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Антипа́схи (Ин., зач.65: гл.20, стт.19-31):
Диакон: Су́щу по́зде в день той, во еди́ну от суббо́т, и две́рем затворе́нным, иде́же бя́ху ученицы́ Его́ со́брани, стра́ха ра́ди иуде́йска, прии́де Иису́с и ста посреде́, и глаго́ла им: мир вам. И сие́ рек, показа́ им ру́це и но́зе и ре́бра Своя́. Возра́довашася же ученицы́, ви́девше Го́спода. Рече́ же им Иису́с па́ки: мир вам. Я́коже посла́ Мя Оте́ц, и Аз посыла́ю вы. И сие́ рек, ду́ну и глаго́ла им: приими́те Дух Свят. И́мже отпустите́ грехи́, отпу́стятся им: и и́мже держите́, держа́тся. Фома́ же, еди́н от обоюна́десяте, глаго́лемый Близне́ц, не бе ту с ни́ми, егда́ прии́де Иису́с. Глаго́лаху же ему́ друзи́и ученицы́: ви́дехом Го́спода. Он же рече́ им: а́ще не ви́жу на руку́ Его́ я́звы гвозди́нныя, и вложу́ пе́рста моего́ в я́звы гвозди́нныя, и вложу́ ру́ку мою́ в ре́бра Его́, не иму́ ве́ры. И по днех осми́х па́ки бя́ху внутрь ученицы́ Его́, и Фома́ с ни́ми. Прии́де Иису́с две́рем затворе́нным, и ста посреде́ их и рече́: мир вам. Пото́м глаго́ла Фоме́: принеси́ перст твой се́мо, и виждь ру́це Мои́, и принеси́ ру́ку твою́, и вложи́ в ре́бра Моя́, и не бу́ди неве́рен, но ве́рен. И отвеща́ Фома́ и рече́ Ему́: Госпо́дь мой и Бог мой. Глаго́ла ему́ Иису́с: я́ко ви́дев Мя, ве́рова: блаже́ни не ви́девшии и ве́ровавше. Мно́га же и и́на зна́мения сотвори́ Иису́с пред ученики́ Свои́ми, я́же не суть пи́сана в кни́гах сих. Сия́ же пи́сана бы́ша, да ве́руете, я́ко Иису́с есть Христо́с Сын Бо́жий, и да ве́рующе живота́ и́мате во и́мя Его́.
В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус, и стал посреди, и говорит им: мир вам!
Сказав это, Он показал им руки и ноги и ребра Свои. Ученики обрадовались, увидев Господа.
Иисус же сказал им вторично: мир вам! как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас.
Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святого.
Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся.
Фома же, один из двенадцати, называемый Близнец, не был тут с ними, когда приходил Иисус.
Другие ученики сказали ему: мы видели Господа. Но он сказал им: если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю.
После восьми дней опять были в доме ученики Его, и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были заперты, стал посреди них и сказал: мир вам!
Потом говорит Фоме: подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим.
Фома сказал Ему в ответ: Господь мой и Бог мой!
Иисус говорит ему: ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие.
Много сотворил Иисус пред учениками Своими и других чудес, о которых не писано в книге сей.
Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [1]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́: 1
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных:
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и дру́г дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную// и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́, и любы́ Бо́га и Отца́, и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице единосу́щней и неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Задосто́йник Па́схи:
Припев: А́нгел вопия́ше Благода́тней:/ Чи́стая Де́во, ра́дуйся!/ И па́ки реку́: ра́дуйся!/ Твой Сын воскре́се/ тридне́вен от гро́ба,/ и ме́ртвыя воздви́гнувый:// лю́дие, весели́теся.
Ирмос: Свети́ся, свети́ся,/ но́вый Иерусали́ме:/ сла́ва бо Госпо́дня/ на тебе́ возсия́./ Лику́й ны́не/ и весели́ся, Сио́не./ Ты же, Чи́стая, красу́йся, Богоро́дице,// о воста́нии Рождества́ Твоего́.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́, и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию и щедро́тами и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят,/ еди́н Госпо́дь,/ Иису́с Христо́с,/ во сла́ву Бо́га Отца́./ Ами́нь.
Прича́стен Антипа́схи:
Хор: Похвали́ Иерусали́ме Го́спода,/ хвали́ Бо́га твоего́ Сио́не.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
По́сле Прича́стия:
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Единожды, протяжно)
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов, и Тебе́ сла́ву, и благодаре́ние, и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Отпу́ст:
Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, свята́го сла́внаго апо́стола Фомы́ и всех святы́х, поми́лует и спасе́т нас, я́ко Благ и Человеколю́бец.
И осеняет предстоящих Крестом на три стороны, громко произнося при каждом осенении:
Иерей: Христо́с воскре́се!
Люди: Вои́стину воскре́се!
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды, поскору)
И нам дарова́ живо́т ве́чный, покланя́емся Его́ тридне́вному Воскресе́нию.
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
