Поделиться
Где только ни строили монастыри в разное время. На вершинах гор, в ущельях, на равнинах. И в пещерах. Именно о пещерном монастыре пойдет сегодня речь.
Воскресенский Белогорский монастырь - одна из святынь Воронежской епархии - расположился в 4 километрах от села Белогорье Подгоренского района. Село получило свое название от окружающих его стометровых меловых гор. Именно здесь в 1796 году был основан монастырь. Его первая настоятельница, Мария Шерстюкова, родилась в 1740 году в семье казака в уездном городе Бирюче Воронежской губернии. В соседней слободе Белогорье девушка провела юность и вышла замуж за войскового жителя Самуила Шерстюкова, у них родились дети. Самуил был человеком весьма нетрезвой жизни. Овдовев после 20 лет брака, Мария предалась порокам и расточила все имущество. Дети ее с малых лет были в услужении у разных людей. Оставаясь без средств и не в силах нигде прижиться, Шерстюкова стала добывать пропитание шарлатанством и ворожбою. Чем еще больше оттолкнула от себя жителей слободы. Так она жила до 1795 года. Тогда Мария устроила детей у родственников и пешком отправилась в Киево-Печерскую лавру, чтобы принести искреннее покаяние Богу. В Киеве она провела около года: питалась подаянием и ежедневно для молитвы посещала лавру и другие монастыри. Исповедовалась у лаврского иеромонаха, чье имя неизвестно. Именно этот иеромонах благословил Марию вернуться в Белогорье для повторения подвигов пещерокопателей.
Отшельница уединилась на высокой скале на правом берегу Дона и начала рыть. Ей на тот момент шел пятьдесят шестой год. Однако жители Белогорья не поверили перерождению Марии и вскоре местные власти арестовали копательницу. Ей велели бросить работы и отпустили. Но Мария вернулась в пещеры. Стали приходить местные жители: кто посмотреть, а кто и помолиться и помочь. Тогда восстало священство. Недавнее увлечение колдовством и порочная жизнь подрывали доверие к подвигу Шерстюковой. Тем более что ее духовником был не приходской священник, а неизвестный Киевский старец. Было решено вынести все иконы и кресты из пещеры, а вход заложить.
Преследования прекратились, когда по приказу императора Александра Первого провели расследование дела белогорской подвижницы. Благие намерения Марии подтвердились, и работникам в помощь выделили деньги из казны. В знак благодарности, пещерный храм был посвящен благоверному князю Александру Невскому – небесному покровителю императора. Случилось это в 1819 году.
В последние годы жизни Мария не могла копать - она только учила, как правильно вести работы. В середине 19 века здесь трудились уже 25 человек. Пещеры росли, поток паломников увеличивался. Появились огород, пчельник и несколько хозяйственных и жилых деревянных построек над землей. В 1865 году встал вопрос о придании белогорским пещерам официального статуса монастыря. И вскоре поселение, основанное Марией Шерстюковой, было приписано как скит к Успенскому Дивногорскому мужскому монастырю. А в 1882 году был учрежден самостоятельный Белогорский мужской монастырь. На территории действовали наземные храмы - Вознесенский и Воскресенский, а также пещерный - Александра Невского.
Расцвет обители, увы, не был долгим. В начале 20 века пещеры взорвали, храмы уничтожили, а монахов сослали. Мощи настоятельницы Марии бесследно исчезли. На месте обители организовали зернохранилище.
В 2003 году усилиями местных жителей монастырь начал возрождаться. И уже через год состоялась первая Божественная литургия. В 2005 году в пещерный храм была передана частица мощей святого благоверного князя Александра Невского. Кроме того, в обители есть ковчежец с мощами великомученика Пантелеимона, праведного воина Феодора Ушакова, святителей Тихона Задонского и Димитрия Ростовского, Оптинских старцев: Амвросия, Нектария и Анатолия Младшего, а также многих других.
В настоящее время богослужения в пещерном Александро-Невском храме совершаются с апреля по октябрь по пятницам, выходным и праздничным дням. А с октября по апрель - на подворье монастыря в Троицком храме села Белогорье. Здесь же вам подскажут самую близкую дорогу к обители.
Послание к Евреям святого апостола Павла
Поделиться
Рембрандт (1606—1669) Апостол Павел
Евр., 321 зач. IX, 11-14
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Некоторые, уже давно ставшие для нас привычными, мысли Нового Завета для его непосредственных адресатов звучали чем-то немыслимым, невозможным и даже кощунственным. Так и со звучащим сегодня во время литургии в православных храмах отрывком из 9-й главы Послания апостола Павла к Евреям, в котором содержатся крайне непростые мысли, если же в них вдуматься, то они способны вызвать оторопь.
Глава 9.
11 Но Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения,
12 и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление.
13 Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело,
14 то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!
Ветхий Завет не знает человеческих жертвоприношений. Единственное исключение, которое до сих пор волнует умы читателей Библии, — это история жертвоприношения Исаака. Однако тогда оно не было доведено до конца: Бог дал Аврааму повеление принести в жертву Исаака, но в последний момент Ангел Господень остановил Авраама, сказав: «Не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего, ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня» (Быт. 22:12). Конечно же, для иудеев рассказ Послания к Евреям о Крови Христовой, то есть о Христовом Жертвоприношении, а также о вечном искуплении был чем-то совершенно немыслимым, ведь получалось, что весть о Христе входит в противоречие с одним из важнейших принципов Ветхого Завета.
Более того, в прозвучавшем только что отрывке Послания к Евреям мы услышали и упоминание «большей и совершеннейшей скинии», которая, к тому же, «нерукотворённая». Это тоже нечто странное, непонятное и удивительное, особенно если вспомнить, что скиния собрания, а позже созданный по её образу Иерусалимский храм, были самыми важными вещественными святынями Ветхого Завета.
Кажется вполне очевидным, что рассказ апостола о жертвоприношении и новой скинии был необходим по двум причинам: во-первых, он должен был привлечь пристальное внимание его адресатов, а во-вторых, дать им понять, что речь в Послании к Евреям идёт о чём-то принципиально новом, таком, что превосходит все представления Ветхого Завета. То, что описывает услышанный нами сегодня отрывок апостольского послания, можно назвать новым творением, которое соотносится со старым творением как образ с прообразом. Да, у них один и тот же Творец, но качественно новое творение радикально отличается от старого, оно имеет иные законы, иные принципы, оно устроено иначе, начало же его — Христово Воскресение.
Если мы будем внимательны к евангельским свидетельствам о Воскресении, то мы заметим, что эти рассказы существенным образом отличаются от того, что было до Распятия и Воскресения. В них как будто бы иная логика, и это действительно так, ведь после Воскресения мы видим столкновение и взаимопроникновение двух, если можно так выразиться, реальностей: реальности Царства Божия и реальности нашего мира, а потому рассказы о явлении Христа Воскресшего апостолам вызывают массу вопросов и недоумений. К примеру, мы не можем и никогда не сможем компетентно, аргументированно, и, самое важное, корректно объяснить, почему ученики Христовы не всегда могли узнавать своего Учителя. Не сможем мы объяснить и «механику» самого Воскресения. Нам навсегда останется неясным, к примеру, откуда Господь взял одежду после Воскресения и какими законами физики можно объяснить Вознесение Господне.
Впрочем, апостольское Послание к Евреям и не призывает нас искать ответы на эти безответные вопросы. Его цель совсем другая: оно указывает нам путь в реальность нового творения, туда, где нет ни печали, ни воздыхания, ни боли, ни смерти, и путь это лежит через вкушение Христовых Тела и Крови, которые очищают «совесть нашу от мёртвых дел, для служения Богу живому и истинному» (Евр. 9:14).
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 10. Богослужебные чтения
Поделиться
Знаете ли вы, что даже самый большой храм может быть... свёрнут до небольшого предмета, помещающегося в ладони? Не верите? Давайте послушаем 10-й псалом Давида, который сегодня читается в храмах за богослужением, и я поясню свой вопрос.
Псалом 10.
Начальнику хора. Псалом Давида.
1 На Господа уповаю; как же вы говорите душе моей: «улетай на гору вашу, как птица»?
2 Ибо вот, нечестивые натянули лук, стрелу свою приложили к тетиве, чтобы во тьме стрелять в правых сердцем.
3 Когда разрушены основания, что сделает праведник?
4 Господь во святом храме Своём, Господь, — престол Его на небесах, очи Его зрят на нищего; вежды Его испытывают сынов человеческих.
5 Господь испытывает праведного, а нечестивого и любящего насилие ненавидит душа Его.
6 Дождём прольёт Он на нечестивых горящие угли, огонь и серу; и палящий ветер — их доля из чаши;
7 Ибо Господь праведен, любит правду; лицо Его видит праведника.
В центре прозвучавшего псалма — слова Давида: «когда разрушены основания, что сделает праведник?» Этот вопрос выглядит риторическим — то есть не предполагающим прямого ответа, но вот история Русской Церкви дала буквальный, очень конкретный ответ в страшные времена гонений начала ХХ века. Когда храмы массово закрывались, духовенство изничтожалось, вера становилась предметом издёвок и надругательств — любой священник хорошо знал: если храм — обречён, если его невозможно отстоять — надо забрать прежде всего антиминс с престола, и тогда, где бы ни привёл Господь оказаться, можно будет совершать самое главное богослужение Церкви — Божественную Евхаристию. Антиминс — это небольшой матерчатый плат, на котором изображено положение во гроб Христа Спасителя и есть подпись епископа о том, что в данном храме благословляется совершать Литургию.
Это я и имел в виду, когда в начале передачи спросил — можно ли «свернуть» храм в ладошку? Да, можно — потому что без антиминса совершать Литургию нельзя — каким бы огромным, роскошным, богато обставленным храм ни был. Почему? Потому что Церковь — это прежде всего общность всех верных, гарантом которой и является епископ, — в этом прежде всего заключается его служение. Представляете, как интересно? Не какая-то чудотворная икона. Не мощи почитаемых святых. Не богато украшенные священные сосуды. А — ткань, которая подписью связана с епископом, — не «богословской формулой», не «изысканной гимнографией», не «проникновенной музыкой», а — живым человеком.
Не это ли и является главной тайной Церкви — какие бы внешние формы религиозной жизни ни были в истории, как бы они ни возвышались или, напротив, обрушивались и разваливались — пока есть живая вера в живых преемниках апостолов — Церковь будет крепко стоять, даже когда вокруг всё будет в прах разваливаться!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«5-е воскресенье Великого поста. Преподобная Мария Египетская». Протоиерей Максим Первозванский
Поделиться
Прот. Максим Первозванский
У нас в гостях был клирик московского храма Сорока Севастийских мучеников протоиерей Максим Первозванский.
Еженедельно в программе «Седмица» мы говорим о праздниках и днях памяти святых на предстоящей неделе.
В этот раз разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (Евр.9:11-14) и Евангельского (Мк.10:32-45) чтений в 5-е воскресенье Великого поста, о Лазаревой субботе, о днях памяти преподобного Алексия, человека Божия, мученицы Фотины (Светланы), преподобной Вассы Псково-Печерской, преподобного Серафима Вырицкого.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица
