Поделиться
Фото: Ivan Bolshakov/Unsplash
«...Потом отец дал мне Евангелие от Иоанна. Я вникал в параллельные тек-сты, латинский и греческий, понемногу переводил стих за стихом; осилив не-сколько стихов, я читал их с отцом. По тем же драгоценным для мира строкам таким же самостоятельным путем я стал знакомиться по французской Библии с французским языком. Много из других мест Евангелия по выбору и указаниям отца переводил я тогда и чувствую теперь, как хороша и глубока была мысль отца учить меня языку, научить вникать в его тайну при посредстве такого творения, которое само по себе должно было стать основой моей будущей жизни и будущих отношений к людям».
Это был фрагмент из воспоминаний русского ученого-палеографа (т.е. историка письма), специалиста в области рукописной книги Всеволода Измаиловича Срезневского (даты жизни: 1869 — 1936). Читал Сергей Агапов.
Недавно фрагменты этих мемуаров, посвященных, главным образом отцу воспоминателя — великому филологу-слависту, автору Словаря древнерусского языка Измаилу Срезневскому, были опубликованы в журнальном вестнике Уральского отделения Российской академии наук. Там их сопроводил своею статьей писатель и журналист Дмитрий Шеваров.
«Все это, кажется, есть и сейчас, — писал Шеваров, — мы, как умеем, занимаемся с нашими детьми и в глубине души надеемся, что они тоже когда-нибудь вспомнят об этом. Мы решаем с ними уроки, водим на кружки или в музыкальную школу, торопимся прочитать им заданные на лето книги... Но что-то изменилось в атмосфере наших занятий. В XIX веке это было как-то увлекательнее, было больше возвышенности и тайны — как для детей, так и для взрослых. В чем тут дело? Ну не в камине же, у которого вечерами собиралась большая семья... Разница тут, похоже, в том, что задания для занятий с детьми нам сегодня чаще всего приходят извне — из детского сада, из школы, из социума, из Интернета, в конце концов. В XIX-м же веке импульс был внутренним, поручение родителям приходило будто бы свыше. В этом было не только осознание своего долга, но и огромный собственный интерес. А интерес был в том, чтобы увлекать детей тем, чем ты сам увлечен...»
Моя бы воля, то я б издал — брошюркою — эти небольшие воспоминания сына об отце, это буквально десять журнальных страничек и безо всяких комментариев вручал родителям наших чад на ежегодных школьных собраниях или на «первом звонке». Не в поучение, упаси Бог, а для знакомства с тем как и чем жили люди в той, древней России, духовная связь с которой ныне почти утрачена.
А ведь мы слушали крохотный фрагмент, относящийся лишь к постижению ребенком под руководством отца основ иностранных языков, необходимых любому воспитанному человеку. И всего только. ...А как они вместе читали книги и учили стихи, как изучали историю (не по учебникам, но прямо по источникам), как рисовали, праздничали, путешествовали по всей России, а потом чертили географические карты... Как жили по Божьему Закону.
И поверьте, что это было не выращивание какого-то цветка в горшке, совсем нет. Севу Срезневского, как и остальных семерых деток матушка с отцом растили не по тепличному.
«...И мы с ним переплетничали, клеили коробки, точили ножи, строгали доски, столярничали, работали на верстаке, на токарном станке, красили заборы, обклеивали стены обоями, копались в саду, хлопотали по домашеству. Эта наука умения применять силу и знания к делу, научив находчивости, сметке, сообразительности, потом мне очень пригодилась в жизни, дав возможность почти всегда обходиться своими руками, своей головой, своими средствами, не прибегая к помощи других. Как не поблагодарить за все это отца, исподволь готовившего сына к жизни, как будто он сам, этот малыш, до-ходил до всего своим умом.
Не выпало на мою долю закончить даже среднего образования под руковод-ством отца: он умер, когда мне не исполнилось еще и 13 лет. Но заложенное им в мою детскую душу отношение к труду, понятие о своих обязанностях, о своем долге, о любви к Родине, к ее старине, литературе, памятниках ее письменности и быта сроднились со мною с тех давних пор».
Удивительно, что сегодня — читая, слушая ли — эти самые слова могут показаться кому-то чересчур торжественными, что ли. Но ведь перед нами — обычное чувство долга и ответственности за маленькую душу вверенного взрослому существа. И осознание им, выросшим мальчиком, этого будничного подвига воспитания, которому, я верю, можно и нужно учиться нам, нынешним.
Послание к Галатам святого апостола Павла
Поделиться
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
Гал., 202 зач., II, 11-16
Комментирует священник Антоний Борисов.
Как гласит древняя мудрость, людям свойственно ошибаться. Даже святым. За доказательствами далеко ходить не будем, а послушаем отрывок из второй главы послания апостола Павла к Галатам, что читается сегодня в храмах во время богослужения.
Глава 2.
11 Когда же Петр пришел в Антиохию, то я лично противостал ему, потому что он подвергался нареканию.
12 Ибо, до прибытия некоторых от Иакова, ел вместе с язычниками; а когда те пришли, стал таиться и устраняться, опасаясь обрезанных.
13 Вместе с ним лицемерили и прочие Иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием.
14 Но когда я увидел, что они не прямо поступают по истине Евангельской, то сказал Петру при всех: если ты, будучи Иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?
15 Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники;
16 однако же, узнав, что человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть.
Для начала несколько слов о том, кто такие галаты. Так во времена апостола Павла принято было называть народность, возникшую отчасти по воле Юлия Цезаря. Тот, покорив Галлию (предшественницу современной Франции) часть местного населения (склонного к бунтам) насильно переселил в Малую Азию. Там галлы смешались с греками и иными народностями. Так и появились галаты, которые, надо сказать, стеснялись собственного происхождения, считали себя в каком-то смысле незаконнорождёнными. Галлы их презирали, оккупированные Римом народы Малой Азии — сторонились, считая агентами влияния столичной власти.
Удивительно, но национальное достоинство галатам принесло христианство в лице апостола Павла. Удивительно потому, что христианская традиция именно устами Павла поставила под некоторое сомнение национальную принадлежность. Ведь во Христе, как известно, нет ни эллина, ни иудея. Но, повторюсь, именно с помощью Церкви галаты осознали, что они не дефективный народ, не какое-то национально-политическое недоразумение, а Богом искупленные люди. Вдохновлённые данным пониманием, галаты образовали крепкую поместную Церковь, которой и направил впоследствии святой Павел послание.
Здесь он пишет и о достижениях, и о почти неудачах. Одна из них — разногласия в апостольской среде. У Павла вышел конфликт с апостолом Петром, а также с ещё одним апостолом — Варнавой. Те вели себя двулично. Сначала делили трапезу с крестившимися язычниками, а затем (желая угодить христианам из евреев) стали бывших идолопоклонников стесняться. Павел призывает своих соработников определиться и ответить на вопрос — все ли люди созданы Богом? Все ли люди могут найти спасение во Христе? Если так, то не нужно делить человечество на лучшую и худшую части.
После этого Павел начинает свои рассуждения о вере, превосходящей в значении закон. Речь не идёт о том, что апостол проповедует религиозное безразличие и ставит под сомнение значение заповедей Моисея. Вовсе нет. Павел указывает, что любое практическое выражение религиозного чувства должно быть подкреплено верой. Очевидная вещь, не правда ли? Но давайте посмотрим на реальное положение дел. Можем ли мы утверждать, что утром и вечером всегда действительно молимся, а не вычитываем молитвы? Можем ли мы со всей ответственностью сказать, что пост для нас всегда больше, чем еда? Продолжать можно и дальше.
Но уже озвученного вполне хватит для иллюстрации — что имел в виду апостол Павел, когда написал следующее: «человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть». Первичные адресаты Павла, галаты, надо сказать, были склонны к тому, чтобы религиозную жизнь сводить именно к обрядовой, законнической стороне. Но с ними понятно — бывшим язычникам сложно было преодолеть веками наработанные схемы. Другое дело Пётр и Варнава. На них лежала значительно большая ответственность. И за собственную жизнь, и за жизнь тех, кому они Евангелие проповедовали. Потому и возмутился Павел их лукавству, но на критике не застрял. А сделал всё, чтобы восстановить мир со своими братьями во Христе, помогая им понять правду и помня, что всем людям свойственно ошибаться.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 32. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Лишить себя радости очень просто: для этого нужно нарушить нравственный закон, или, иначе, согрешить. Вернуть радость тоже просто: требуется противоположное греху действие, то есть необходимо сделать что-то доброе, такое, что заповедано Богом. Об этой простоте известно любому христианину. Однако есть проблема: в тот момент, когда нужно переходить от теории к практике, мы почему-то перестаём верить теории; нам начинает казаться, что можно каким-то способом обрести радость вне Бога. Псалтырь, в частности звучащий сегодня в православных храмах во время богослужения 32-й псалом, призывает нас так не делать, и призыв этот не голословен: Библия объясняет, почему же только праведность способна привести нас к радости.
Псалом 32.
[Псалом Давида.]
1 Радуйтесь, праведные, о Господе: правым прилично славословить.
2 Славьте Господа на гу́слях, пойте Ему на десятиструнной псалтири;
3 пойте Ему новую песнь; пойте Ему стройно, с восклицанием,
4 ибо слово Господне право и все дела Его верны.
5 Он любит правду и суд; милости Господней полна земля.
6 Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его — всё воинство их:
7 Он собрал, будто гру́ды, морские воды, положил бездны в хранилищах.
8 Да боится Господа вся земля; да трепещут пред Ним все живущие во вселенной,
9 ибо Он сказал, — и сделалось; Он повелел, — и явилось.
10 Господь разрушает советы язычников, уничтожает замыслы народов, уничтожает советы князе́й.
11 Совет же Господень стои́т вовек; помышления сердца Его — в род и род.
12 Блажен народ, у которого Господь есть Бог, — племя, которое Он избра́л в наследие Себе.
13 С небес призирает Господь, видит всех сынов человеческих;
14 с престола, на котором восседает, Он призирает на всех, живущих на земле:
15 Он создал сердца всех их и вникает во все дела их.
16 Не спасётся царь множеством воинства; исполи́на не защитит великая сила.
17 Ненадёжен конь для спасения, не избавит великою силою своею.
18 Вот, око Господне над боящимися Его и уповающими на милость Его,
19 что Он душу их спасёт от смерти и во время голода пропитает их.
20 Душа наша уповает на Господа: Он — помощь наша и защита наша;
21 о Нём веселится сердце наше, ибо на святое имя Его мы уповали.
22 Да будет милость Твоя, Господи, над нами, как мы уповаем на Тебя.
Только что прозвучавший псалом своей первой строкой связывает воедино радость, праведность и славословие Бога. Славословие зависит от праведности, от неё же зависит и радость.
Само это понятие — радость — довольно размыто. Обычно под ним мы понимаем некое весёлое чувство, которое словари русского языка характеризуют как большое душевное удовлетворение. Это чувство возникает тогда, когда человек чего-то достигает, что-то приобретает, когда его жизнь вследствие удачного приобретения на какое-то время становится полной и осмысленной. Нам всем знакома радость такого рода: закончил вуз — радуешься, получил зарплату — тоже радуешься, купил квартиру — радуешься долго, закрыл ипотеку — и вовсе ликуешь.
Есть у нас и мелкие повседневные радости — радость от вкусного кофе, от свободных дорог, от доброго взгляда руководителя, от комплиментов коллег, от отличных отметок детей, от скидок на маркетплейсах и так далее.
Проблема такого рода радости состоит в её конечности: рано или поздно, но человек привыкает к тому, что он получил, и невозможно, скажем, праздновать когда-то полученный диплом о высшем образовании пятьдесят лет кряду.
Это понимание радости мы распространяем и на Священное Писание: кажется, будто бы Писание говорит о чём-то подобном. Но это не так. Радость, о которой говорит Библия, — это не радость приобретения, это радость вхождения в жизнь человека Бога, радость пребывания с Богом. Праведник ничего с помощью своей праведности не приобретает, напротив, он может всё потерять, он может потерять и саму жизнь, но при этом он ликует; его ликование очень отдалённо можно сравнить с ликованием влюблённого юноши, которому девушка ответила взаимностью, вот только ликование юноши временно, а ликование пребывающей со своим Творцом души не может прекратиться, ведь Бог — не человек, к Нему привыкнуть невозможно.
Прозвучавший сегодня псалом, говоря о том, что правым — то есть праведникам — «прилично славословить», описывает естественное стремление познавшего Бога человека: такой человек ничего не просит у Бога, он просто радуется пребыванию с Творцом, и эта радость выливается в славословие. Иными словами, основа молитвы человека с чистой совестью — это прославление Бога. Да, безусловно, есть в молитве такого человека и другие прошения, но основа именно такова: славить Бога — вот чего жаждет душа праведника, душа человека, который обрёл истинную и неотъемлемую радость.
Псалом 32. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 32. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 32. На струнах Псалтири
Поделиться
1 Радуйтесь, праведные, о Господе: правым прилично славословить.
2 Славьте Господа на гуслях, пойте Ему на десятиструнной псалтири;
3 пойте Ему новую песнь; пойте Ему стройно, с восклицанием,
4 ибо слово Господне право и все дела Его верны.
5 Он любит правду и суд; милости Господней полна земля.
6 Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его - все воинство их:
7 Он собрал, будто груды, морские воды, положил бездны в хранилищах.
8 Да боится Господа вся земля; да трепещут пред Ним все живущие во вселенной,
9 ибо Он сказал,- и сделалось; Он повелел,- и явилось.
10 Господь разрушает советы язычников, уничтожает замыслы народов, [уничтожает советы князей].
11 Совет же Господень стоит вовек; помышления сердца Его - в род и род.
12 Блажен народ, у которого Господь есть Бог,- племя, которое Он избрал в наследие Себе.
13 С небес призирает Господь, видит всех сынов человеческих;
14 с престола, на котором восседает, Он призирает на всех, живущих на земле:
15 Он создал сердца всех их и вникает во все дела их.
16 Не спасется царь множеством воинства; исполина не защитит великая сила.
17 Ненадежен конь для спасения, не избавит великою силою своею.
18 Вот, око Господне над боящимися Его и уповающими на милость Его,
19 что Он душу их спасет от смерти и во время голода пропитает их.
20 Душа наша уповает на Господа: Он - помощь наша и защита наша;
21 о Нем веселится сердце наше, ибо на святое имя Его мы уповали.
22 Да будет милость Твоя, Господи, над нами, как мы уповаем на Тебя.
