Поделиться
Писатель, поэт, педагог и православный философ начала двадцатого века Сергей Дурылин однажды высказал весьма оригинальную мысль – настоящими русскими богословами были… детские няни! Собственную няню, Пелагею Сергеевну, Сергей Николаевич с теплом вспоминал в своих мемуарах. Именно она научила его первой молитве – простой и безыскусной, но такой искренней, что, как признаётся сам автор воспоминаний, он помнил бы её, даже если бы все остальные молитвы вдруг позабылись. Размышляя о том, сколько великих людей склонялось в почтительном поклоне перед простыми женщинами, воспитывавшими их в детстве, Дурылин восхищался подлинной, бескорыстной любовью, не обусловленной законом материнства, а подаренной исключительно по велению души и сердца. Он собирал выдержки из биографий, фрагменты из мемуаров и писем, мечтая издать сборник воспоминаний, в которых личности, оставившие заметный след нашей в истории, делились бы рассказами о «подругах дней своих суровых». При жизни Сергею Дурылину издать книгу, увы, не удалось. Спустя годы задумку писателя воплотила в жизнь его биограф, филолог Виктория Торопова. При её активнейшем участии в издательстве Никея вышел сборник под названием «Няня. Кто нянчил русских гениев».
Многие самые известные литераторы, художники, музыканты, актёры, благотворители, мыслители, учёные, оказывается, запечатлели на бумаге образ своих нянь, не только не померкнувший в житейских бурях, но и, кажется, служивший для этих людей неким нравственным ориентиром, мысленным собеседником, а то и героем произведений.
Первым из гениев, воспевших собственную няню, вспоминается, конечно, Пушкин. И тут же в уме всплывает неизменный облик Арины Родионовны. Читая сборник «Няня. Кто нянчил русских гениев» действительно, обнаруживаешь, что большинство его героинь, женщин, без остатка посвятивших себя служению няни – другого слова, пожалуй, и не подберёшь - так или иначе подходят под этот Пушкинский образ. Бывшей крепостной крестьянкой была, например, Анисья – нянька актрисы и театрального педагога Надежды Смирновой. Анисья оставалась рядом со своей воспитанницей до самой смерти и даже помогала Смирновой в её работе – например, обучала актёров пению народных песен. Когда Малый театр ставил «Бедность не порок» Островского, Анисья руководила хором.
«Я вечно буду относиться с глубокой благодарностью к нашей родной няне», - говорил великий Константин Станиславский в одном из своих писем. Писатель и поэт Дмитрий Мережковский посвятил няне – правда, не собственной, а своей супруги Зинаиды Николаевны Гипииус – целую главу в поэме «Семейная идиллия». А известному математику Софье Ковалевской врезалось в память то, как няня водила её в церковь. Александр Герцен с упоением слушал нянины рассказы, о чём упомянул отдельной главой в «Былом и думах».
Почти пятисотстраничный том сборника объёмом своим отнюдь не отпугивает. Начав читать, с добрыми, мудрыми и светлыми образами, запечатлёнными на его страницах, трудно расстаться. И обретает новый, глубокий духовный смысл привычное слово «Няня.
30 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Mario La Pergola/Unsplash
Для чего тайна явления Бога во плоти открыта нам именно в Вифлеемской пещере, открыта в Прекраснейшем из сынов человеческих, Богомладенце Иисусе? Его светоносный лик сияет, как солнце, лучами смирения, чистоты, радости, любви и просвещает каждого человека, «грядущего в мiр»... Маленький Спаситель учит нас относиться к каждому человеку как возлюбленному Божиему созданию. Встретившись с чем-то греховным в поведении ближнего, хорошо вспомнить, каким тот был во младенчестве — невинным и незлобивым. Это постижение поможет нам увидеть трагедию всего человечества, обманываемого лукавым, и совершенно избегнуть осуждения людей.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
О маленьком чуде. Виктория Галкина
Поделиться
На мою студенческую пору пришлась одна особо запоминающаяся зима. Лучшая подруга долго болела, и каждый день я молилась, чтобы ей стало хоть чуточку легче. А параллельно на учёбе навалилось столько дел, что голова шла кругом: зачёты, курсовые, бесконечные конспекты и экзамены, от которых темнело в глазах.
Я чувствовала, что вот-вот сломаюсь. Каждый вечер, едва добравшись до кровати, шептала про себя: «Только бы дожить до утра. Господи, помоги!»
Сил не было даже на слёзы, только глухая усталость и ощущение, что мир давит со всех сторон.
В один из таких серых вечеров я зашла в храм. Просто чтобы постоять в тишине, перевести дух, хотя бы на пять минут вырваться из водоворота тревог. Внутри почти никого не было, лишь старушка у иконы Пресвятой Богородицы беззвучно шептала молитву. Я встала чуть поодаль, закрыла глаза, пытаясь унять внутреннюю дрожь.
И вдруг — запах. Непривычный, живой, совсем не зимний: свежий, травяной, с лёгкой терпкой ноткой. Я открыла глаза и замерла. На подоконнике в скромном глиняном горшочке цвела герань. Розовые бутоны, сочные зелёные листья, будто кусочек лета посреди морозной тьмы.
Стою, смотрю на эти цветы, и в душе что-то тихо оттаивает. В голове сами всплывают слова из Священного писания: «Посмотрите на полевые цветы, как они растут...».
И так спокойно становится, будто кто-то невидимый кладёт руку на плечо и шепчет: «Видишь? Даже когда всё серо и холодно, где-то цветёт герань. И у тебя получится. Ты справишься».
Я долго стояла, не отрывая взгляда от цветов. Потом перекрестилась:
«Благодарю Тебя, Господи, за то, что даёшь возможность видеть красоту вокруг, за то, что напоминаешь: мир полон чудес, если смотреть внимательно. Спасибо Тебе за эту радость».
Вышла из храма и почувствовала, как на душе стало легче. Не всё сразу наладилось, конечно. Тревоги не исчезли, подруга по-прежнему болела. Но в душе, будто зажёгся свет. Такой тихий, нежный, но упрямый, как росток, пробивающийся сквозь асфальт.
Теперь, когда снова накатывает тяжесть, когда кажется, что сил больше нет, вспоминаю ту герань. Вспоминаю её запах, розовые бутоны, словно молчаливое «всё будет хорошо». И понимаю: чудеса не обязательно громкие, не вспышки молний, не громовые знамения. Иногда это — просто цветок на подоконнике в холодный вечер, просто случайный запах лета посреди зимы.
Напоминание, тихое, нежное, но твёрдое: Бог рядом, всегда, даже когда ты не видишь Его, даже когда кажется, что всё против тебя.
Автор: Виктория Галкина
Все выпуски программы Частное мнение
Новые Вселенные
Поделиться
Фото: ole herman Larsen / Pexels
Работаю таксистом. Особенно люблю своё дело за то, с какими людьми мне удаётся пообщаться. Каждое знакомство — это будто новая Вселенная, полная открытий... Например, сегодня утром подвозил священника и спросил его:
— Батюшка, какое самое большое чудо в своей жизни Вы видели?
Он задумался и ответил:
— Разные случаи бывали, исцеления в последней стадии болезни, чудесные спасения в зоне боевых действий, но всё-таки главные чудеса проявляются в другом... Когда мы становимся свидетелями преображения человека.
И батюшка рассказал о случаях, когда люди полностью менялись. Находясь в шаге от пропасти, отступали и кардинально меняли жизнь, наполняли её светом.
Всю дорогу священник рассказывал чудесные, но реальные истории преображения. И я получил заряд вдохновения. Да, я люблю свою работу. Именно за то, что иногда пассажиры приоткрывают мне новые Вселенные.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
