Шел 1962 год. Через помещения Будзановского замка – бывшего монастыря, а ныне психиатрической больницы – вели связанного больного. Он едва волочил ноги, на голове и лице были следы порезов и ссадин. Пациента из палаты для «особо буйных», где он содержался, вели в кабинет главврача. Больного звали отец Иосиф. Месяц назад, будучи монахом Почаевской Лавры, он, увидев, как толпа милиционеров окружила Троицкий Собор, вырвал ключи из рук одного из них, вернул их архиерею и выгнал милицию из Лавры. Через два дня за ним приехал воронок.
Санитары удалились, оставив связанного, обритого, остриженного, дрожащего больного наедине с главврачом. Перед отцом Иосифом сидел высокий, худой человек лет пятидесяти с вытянутым, бледным лицом и сверлящим взглядом.
Врач:
Добрый день… Яков Головатюк, не так ли? Или отец Иосиф?
Как Вы себя чувствуете на новом месте?
О. Иосиф:
Не жалуюсь. Вот только от инъекций ваших… мысли путаются и тело болит, так что отвечать Вам мне трудно.
Врач:
Это необходимо для Вашего душевного здоровья!
О. Иосиф:
Мое душевное здоровье в полном порядке.
Врач:
Нам виднее, отец мой. Вот скажите, не Вы ли на целый отряд милиции, который, так сказать, с миром пришел в Лавру, с поручением от государственных мужей (!), натравили прихожан, как собак?
О. Иосиф:
Это не собаки, а верные сыны и дочери Лавры. А милиция ваша не с миром, а с мечом пришла, чтобы Храм Троицкий у нас отнять и святой Алтарь обесчестить!
Врач:
Они Вас послушали, голубчик, отец Иосиф. Это Вы их призвали к бунту.
О. Иосиф:
Я к бунту не призывал, а защищать Святую Обитель – долг каждого христианина.
Врач:
Помилуйте, отец мой, куда им про священный долг помнить! Вы им сказали, они послушались. Вас ведь святым считают!
О. Иосиф:
Я святой? Какой же я святой! Я грешник!
Врач:
А правда, батюшка, что Вы больных исцеляете?
О. Иосиф:
Исцеляю не я, а Господь Бог. А исцеление от недугов люди по своим молитвам и вере получают. И то не все. Кое-кому телесное здравие и повредить может, к гибели души привести.
Врач:
Исцеляете, значит. А скажи-ка мне, батюшка, могли бы Вы вылечить всех наших больных?
О. Иосиф:
Бог по молитвам нашим исцелит! Велите принести Святое Евангелие и облачение, чтобы можно было отслужить водосвятный молебен. Увидите, после молитвы бесы сами выйдут из людей!
Врач:
Нет, батюшка, Вы нам без молебнов лечите!
О. Иосиф:
Так невозможно вылечить. Ведь когда солдат идет в бой, он берет винтовку, патроны, гранаты. Наше оружие – Святой Крест, Святое Евангелие, Святая Вода.
Врач:
Не можешь, значит, Яков Варнаввович!...Что же молчите? Ну, покажите чудо, батюшка, чтобы и я смог уверовать и отпустить вас! Что? Не можешь, значит? Евгений Степаныч! [входит санитар] Поместите-ка нашего голубчика в изолятор дня на три. Посмотрим, может, руки у него развяжутся … на добрые дела…
Появились санитары, чтобы отвести его туда, куда ему не хотелось идти. Отец Иосиф смотрел в угол комнаты. Ему вспомнилось Евангелие от Луки: «Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал видеть Его, потому что много слышал о Нем, и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо, и предлагал Ему многие вопросы, но Он ничего не отвечал ему… Ирод со своими воинами, уничижив Его и насмеявшись над Ним, одел Его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату».
От советской карательной психиатрии избавила отца Иосифа неожиданно появившаяся в больнице Светлана Аллилуева – дочь Сталина. В свое время старец вылечил ее от душевного недуга, и Аллилуева решила прийти на помощь батюшке в минуту, когда он в этом так нуждался.
Вскоре отец Иосиф принял схиму с именем Амфилохий.
Преподобный Амфилохий Почаевский прожил удивительную и тяжелую жизнь, полную любви и страданий за Христа. На Украине его имя вспоминают с не меньшим трепетом, чем имена великих древних православных подвижников. Преподобный Амфилохий, в миру Яков Головатюк, родился в 1894 году, в селе Малая Иловица в большой семье врача-костоправа Варнаввы. Помогая отцу во время операций на фронтах Первой Мировой войны, он чувствовал боль раненых, как свою, и всеми силами старался хоть как-то облегчить их страдания. По совету Духовного отца, Яков поступил послушником в Почаевскую Лавру и принял постриг с именем Иосиф. В Почаевской Лавре он прожил около двадцати лет, посвятив жизнь служению Богу. За твердую веру и любовь к ближним отец Иосиф получил от Бога дар прозорливости и исцеления. С тех пор он не только возвращал зрение слепым и слух глухим, но помогал также людям избавиться от тайных душевных недугов. Поток посетителей к отцу Иосифу не прекращался, очереди тянулись километрами. Иногда число паломников достигало пятисот человек в день, несмотря на строгие запреты советской власти. Отцу Иосифу, позже старцу Амфилохию, пришлось не однажды пострадать за Христа. Агенты КГБ пытались его расстрелять, врачи-психиатры – повредить его разум, сломать волю, собственный племянник покушался на его жизнь, но Бог чудом спасал Своего подвижника. Амфилохия Почаевского не стало в 1971 году. Похоронили его на кладбище в родной Почаевской Лавре. В 2002 году, по просьбам верующих и согласно решению Священного Синода Украинской Православной Церкви, схиигумен Амфилохий Головатюк был причислен к лику святых. Во время эксгумации оказалось, что тело, пролежавшее в земле более 30 лет, осталось нетленным. Мощи преподобного Амфилохия перенесли в Почаевскую лавру, где они и покоятся по сей день.
Тихвинская церковь (с. Кашкаранцы, Мурманская область)
В Мурманской области, на небольшом мысе, вокруг которого плещутся волны холодного Белого моря, стоит старинное село Кашкаранцы. Первые упоминания о нём встречаются в документах второй половины 15 века. Тогда земля здесь принадлежала Соловецкому монастырю. Обитель получила село в дар от новгородской боярыни Марфы Борецкой. В Кашкаранцах круглый год дуют штормовые ветра. Исстари здесь жили рыбаки-поморы. В 1895-м году они построили в своём селе храм во имя Тихвинской иконы Божией матери.
Храм стоит в Кашкаранцах по сей день, у самого Белого моря. Скромный, деревянный, из гладкого, потемневшего от времени тёса, он напоминает традиционную поморскую избу и лишь золотые купола на высоких основаниях шатровой формы выделяют его среди прочих сельских построек. Тихвинскую икону Божией Матери поморы всегда почитали особо. Не раз по молитвам перед этим чудотворным образом Богородица спасала их от бед. В лютую метель зимой 1611 года поморские лодки сбились с пути и попали на небольшой остров. У рыбаков закончилась вода, есть тоже было нечего. 23 человека, казалось, были обречены на гибель. Мужчины стали усердно молиться перед Тихвинской иконой Божией Матери, которая была у них с собой. В ту же ночь одному из них Богородица явилась во сне, и сказала, что на острове под снегом растёт съедобная трава. Рыбаки отыскали её. Двадцать дней питались они растением, которое оказалось вкусным и питательным. А когда непогода отступила, целыми и невредимыми вернулись домой.
Ещё одно чудо произошло уже в самом селе Кашкаранцы, в 1888-м году. В Крещенский сочельник жители проснулись от грохота и гула. Выбежали на берег, и увидели, что с моря на село надвигаются огромные ледяные глыбы. По свидетельствам очевидцев, высота их достигала 17 метров. Вот-вот они достигнут берега, и снесут всё на своём пути... Селяне с чудотворным Тихвинским образом крестным ходом обошли берег, моля Заступницу о помощи. И вдруг грохот умолк. Наступила тишина. Лёд остановился! А потом медленно двинулся назад, в море...
Через семь лет после этого события, в 1895-м, у Кашкаранцев потерпел крушение торговый корабль польского купца Конрада Гальтера. Команда погибла и самого Гальтера могла постигнуть та же участь. К счастью, его заметили местные рыбаки. Помогли добраться до берега, отогрели, накормили. В благодарность купец пожертвовал крупную сумму на строительство сельского храма.
Тихвинская церковь пережила советские годы. Однако, богослужения в ней тогда прекратились и всё внутреннее убранство было уничтожено. Вплоть до начала 2000-х в храме располагался сельский молодёжный клуб, но здание крепкой поморской постройки выстояло. В 2004-м году в стенах церкви снова зазвучали молитвы. И сегодня Тихвинский храм стоит в Кашкаранцах, на самом берегу, словно духовный маяк над бурными водами житейского моря.
Все выпуски программы ПроСтранствия
24 февраля. «Смирение»

Фото: Dominik Lange/Unsplash
Кто действительно хочет научиться смирению, должен осмыслить заповедь апостольскую: «Носите бремена друг друга и так исполните закон Христов». О чём идёт речь? Конечно же, о снисходительном отношении к немощам ближних, готовности благодушно переносить их недостатки, терпеть их ошибки, не озлобляясь и не теряя сердечного мира, сохраняя спокойствие и приветливость в общении. Всё перечисленное есть проявление подлинного смирения.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Поезд

Фото: Sergiy Kosenko / Pexels
Утро августа. Стою на воскресной службе в старой сельской церкви. С интересом рассматриваю потемневшие от времени иконы. Как окна в иной мир выглядят они на белоснежных стенах храма. За три столетия эти стены видели всё — и набожных деревенских жителей, что часами шли в церковь по бездорожью со всей округи, и сельскую технику под своими сводами в безбожные времена, и одинокие фигуры молящихся в тихой благодати оживающей церкви.
Стою недалеко от входа, позади всех. В этой деревне бываю только летом, арендую у знакомых маленький дом у реки. Чувствую себя среди прихожан как в гостях, почти никого не знаю.
В поле зрения попадает стеклянная перегородка, что разделяет храм на две части — летнюю, где идёт сейчас служба, и зимнюю с печкой, где стою я. Через открытые входные двери в стекле перегородки отражается село — разноцветные крыши домов, верхушки деревьев, железнодорожный переезд. На станции поезда давно не останавливаются. Маршруты остались, остановки прекратились. Пролетают мимо цветные составы — то быстрые пассажирские, то неспешные грузовые.
Неожиданно в песнопение службы вплетается звон железнодорожного светофора. Значит опускается шлагбаум, закрывается переезд. Гул приближающегося состава нарастает. Все отчётливее доносится «тук-тук», «тук-тук» из-под колёс поезда. Стук, как магнит, отвлекает моё внимание от слов богослужения. Вот товарный состав уже гремит так, что заполняет шумом всё пространство церкви. И, наконец, сам поезд «врывается» вглубь храма, отражаясь в стеклянной перегородке. Он будто отсекает меня от молящихся. Мчится поезд перед моими глазами, как моя жизнь, наполненная заботами о повседневном. Беспощадно гремит, занимает всё сознание, не даёт думать о главном, вечном.
Перехожу в летнюю часть храма, встаю рядом с прихожанами перед алтарем. Спокойствие наполняет душу, погружаюсь в слова песнопений, молюсь. Беги жизнь, мчись, дела подождут, сейчас моё место здесь.
Текст Екатерина Миловидова читает Илья Крутояров
Все выпуски программы Утро в прозе











