Поделиться
В восьмидесятые годы прошлого века в истории подцензурной отечественной поэзии случилось нечто удивительное: столичное издательство «Современник» выпустило первую книгу уроженца Алтайского края, поэта Ивана Жданова «Портрет».
Официальная критика немедленно накинулась на этот дебют: к моменту издания автор числился ведущим представителем поэтического направления мудрёно именованного как «метареализм», – к которому помимо Ивана причислялись такие фигуры, как Алексей Парщиков и Александр Ерёменко. Давно хрестоматийное стихотворение Жданова о птице и пуле из номера в номер обсуждалось на страницах «Литературной газеты».
Когда умирает птица,
в ней плачет усталая пуля,
которая так хотела
всего лишь летать, как птица…
«…Образ ожившей пули, которая может мечтать и думать, вызывает у читателя этический протест, – писал соратник автора, Александр Лаврин. – Но Жданов выступает не как защитник слепой убийцы-пули – парадоксальный взгляд нужен для того, чтобы заставить нас, усталых скептиков, как бы заново взглянуть на смерть птицы, и заново ужаснуться этой смерти…» И далее – о ругаемых когда-то импрессионистах, научивших нас заново видеть пространство и время…
С тех пор утекло, как говорится, много вод. Иван Федорович Жданов – классик русской поэзии, разговоры о метареализме ему, по-моему, уже не особенно интересны. В редких интервью он с большей охотой вспоминает своих товарищей, которые, как и он, отважно искали новых путей в словесности.
А мы – прочитаем его классическое стихотворение «Памяти сестры», печальное и необыкновенно светлое разом, пронзительный помин близкого человека перед лицом той Вечности, в сторону которой всегда направлено подлинное искусство.
Область неразменного владенья:
облаков пернатая вода.
В тридевятом растворяясь колене,
там сестра все так же молода.Обрученная с невинным роком,
не по мужу верная жена,
всю любовь, отмеренную сроком,
отдарила вечности она.Как была учительницей в школе,
так с тех пор мелок в ее руке
троеперстием горит на воле,
что-то пишет на пустой доске.То ли буквы непонятны, то ли
нестерпим для глаза их размах:
остается красный ветер в поле,
имя розы на его губах.И в разломе символа-святыни
узнается зубчатый лесок:
то ли мел крошится, то ли иней,
то ли звезды падают в песок.Ты из тех пока что незнакомок,
для которых я неразличим.
У меня в руке другой обломок –
мы при встрече их соединимИван Жданов, «Памяти сестры».
«Личное восприятие «Исповеди» блаженного Августина». Владимир Легойда
Поделиться
У нас в студии был председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, член Общественной палаты РФ Владимир Легойда.
Наш гость поделился личным восприятием книги «Исповедь» блаженного Августина, в частности, разговор шел о том, чем это произведение похоже на автобиографию, а чем принципиально от нее отличается, каким образом биография может быть рассказана в форме притч, а также как связаны поиск Бога и поиск себя.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных книге «Исповедь» блаженного Августина.
Первая беседа с Константином Антоновым была посвящена истории религиозного обращения блаженного Августина (эфир 16.03.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
Символ-опера «Святой благоверный князь Александр Невский». Сергей Проскурин
Поделиться
Гостем программы «Светлый вечер» был главный дирижёр Русского камерного оркестра, Рязанского государственного оркестра, детского оркестра «Движение первых» Сергей Проскурин.
Разговор шел о музыке, вере, истории, а также о символ-опере «Святой благоверный князь Александр Невский».
Все выпуски программы Светлый вечер
Серафимо-Понетаевская икона Божией Матери
Поделиться
Серафимо-Понетаевский монастырь был основан в 1864 году. Обитель основала в своём имении Понетаевка в Нижегородской губернии помещица Елизавета Копьёва. Она лично была знакома с преподобным Серафимом Саровским, умершим тридцатью годами ранее. И учредила обитель в его память по благословению Нижегородского епископа Нектария (Надеждина).
С первых лет существования монастырь прославился мастерством насельниц. Сёстры пряли и ткали лён и шерсть, выделывали и красили ткани, изготавливали финифть — украшения из цветной эмали. А ещё писали иконы. Одну из них создала в 1879 году монахиня Клавдия Войлошникова. Это был образ Божией Матери, написанный на холсте в иконописной традиции Знамение. Пречистая Дева представлена на нём с молитвенно воздетыми руками. Сын Божий изображён на груди у Матери на фоне сияющей сферы. В левой руке Он держит свиток, символизирующий Евангелие, а правой благословляет верующих.
Образ пребывал в одной из келий игуменского корпуса. 14 мая 1885 года в девять часов вечера сёстры, находившиеся в этой комнате, заметили удивительное явление. Икона Знамение стала источать свет. Чудо длилось несколько часов, его свидетелями стали все насельницы. На следующий день образ с почестями перенесли в монастырский храм. В обитель рекой потекли паломники. По молитвам перед иконой совершались исцеления. Их подлинность засвидетельствовали врачи и епархиальная комиссия. И 5 октября 1885 года Святейший Синод признал образ чудотворным. Икону прославили с именованием Серафимо-Понетаевская.
В 1887 году Клавдия Войлошникова сделала её список, на этот раз не на холсте, а на деревянной доске. И первообраз, и копия были утрачены после революции 1917 года. Серафимо-Понетаевский монастырь закрыли безбожники. Обитель вновь стала действующей в 2009 году, как скит Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря, расположенного в пятидесяти километрах к западу.
А летом 2025 года благотворители преподнесли сёстрам в дар икону кисти Клавдии Войлошниковой — ту, что была написана на дереве. Об авторстве свидетельствовала надпись на обратной стороне. Святыня многие годы пребывала в частной коллекции, и наконец, вернулась в Понетаевку. 14 июля Серафимо-Понетавскую икону с благоговением встретили в скиту.
Все выпуски программы Небесная Заступница
