Поделиться
Если спросить некоторых встреченных на улице прохожих: «Скажите, какими вы представляете православных верующих и служителей Церкви?», то наверняка многие скажут: «Люди эти всегда одеты в черное, говорят только о покаянии, грехах, адских муках и тому подобных скорбных вещах, они всегда серьезны, пафосны и никогда не шутят».
Откуда у обывателей такое представление о Церкви и верующих? Ну, во-первых, мы сами, именующие себя православными, чего греха таить, нередко даем им повод, когда являем собою примеры недоброжелательства к инакомыслящим, неумения вести с ними диалог, нетерпимости, нелюбви, осуждения ближних. А во-вторых, такова сама природа юмора: юмор всегда занижает возвышенное. А ведь Церковь Христова – самое возвышенное из всего, что есть в нашей жизни, все представления о высоком, небесном, о главных смыслах бытия, в нашей культуре происходят из христианства. Разве могут христиане шутить? Не оскверняют ли они, не умаляют ли тем самым величие Христа и Церкви?
Без сомнения, способность смеяться дана человеку самим Богом. Добрая шутка порой помогает человеку выжить, мы знаем тому немало примеров, об этом свидетельствовали люди, прошедшие войну, лагеря, имевшие опыт тяжелой болезни, суровых жизненных испытаний. Шутка имеет терапевтический эффект: действуя как жаропонижающее на воспаленные чувства, снижая пафос ситуации, она способна человеку, впавшему в отчаяние и не видящему выхода из тупика, указать этот выход, дать понять, что мир широк, а жизнь – гораздо больше, чем видится нашему воображению, загнанному в угол отчаяньем, страхом, тревогой , потерявшему веру в лучшее.
Конечно, в шутке, как и во всем, важно чувство меры. Если шутка причиняет кому-то боль, вместо разрядки напряженности увеличивает ее, переходит в бессмысленный стёб, зло издевается над чьей-то святыней , то она из лекарства обращается в яд. Есть хороший христианский признак того, доброкачественна ли шутка: это – умение посмеяться над самим собой, над своими предрассудками, страхами, обидами, над преувеличенным самомнением.Такой шутки, обращенной на самого себя, не выносят наши грехи, прежде всего – наша гордыня, такая шутка для нее – как жгучий йод для воспаленной ранки. Такая шутка смиряет нас, то есть отрезвляет, возвращает нам реальное вИдение мира и самих себя в этом мире. Не зря сказал издатель и переводчик Никита Струве: «Что такое святость? Это, прежде всего, смирение – плюс чувство юмора».
25 августа. О значении утреннего и вечернего молитвенного правила
Поделиться
О значении утреннего и вечернего молитвенного правила — председатель объединенной комиссии по религиозному образованию Курской митрополии протоиерей Олег Чебанов.
Святая Церковь установила для нас правила: утренняя и вечерняя — это те самые утренние и вечерние молитвы, которые мы должны читать. Кто-то говорит о том, что «о, это сложно, это тяжело, я устал, времени нет». Вот какие-то социальные сети пролистывать бесцельно — у нас время находится в течение не то что там получаса, а порой часа и даже больше. А на 15–20 минут общения с Богом (ведь молитва — это общение с Богом) люди говорят о том, что времени не хватает, и «я устал». Конечно, эти мысли нужно гнать от себя.
Почему правило? Потому что это тот минимальный набор словословия, прошения к Богу, который уже установлен для каждого из нас. Ведь еще в XV, XIV, XII веках наши с вами предки начинали день с посещения Божественной литургии, а мы порой 15 минут не можем выделить для того, чтобы помолиться.
И вот здесь обращаю внимание, что именно помолиться, а не вычитать молитвенное правило. Потому что вычитать молитвенное правило, отстоять Божественную литургию — в этом какой-то груз чувствуется, кандалы какие-то, если не хочется, а надо, потому что мы верующие люди. Но всё нужно делать с любовью, и молиться Богу тоже нужно с любовью.
Все выпуски программы Актуальная тема:
25 августа. О значении чтения святоотеческой литературы
Поделиться
О значении чтения святоотеческой литературы — клирик московского храма иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на Большой Ордынке игумен Филарет (Тамбовский).
Святоотеческая литература — это обязательно для того, чтобы мы были духовно крепкими. Когда идёт осенний, весенний или зимний период, мы стараемся пропивать какие-то витамины, стараемся как-то себя подкреплять телесно. Так и духовное состояние наше, духовное здоровье наше — оно подкрепляется молитвой, молитвенным правилом, молитвенным деланием, чтением.
В отношении святоотеческой литературы мы не можем быть грамотными христианами, если мы не будем читать святых отцов. Мы не сможем духовно утверждаться, укрепляться. Мы не сможем дать достойный ответ вопрошающим нас. Мы не сможем иметь какие-то даже элементарные познания о православии, о тех канонах, о тех заветах, которые нам оставлены и древними отцами, и современными, и новомучениками нашими, российскими, которые тоже оставили нам очень много трудов.
Взять, например, оптинских старцев. Но ведь к ним шли все: от простого крестьянина до всемирно известных писателей, философов и мужей учёных. И они руководили их внутренним миром, и направляли их, и давали им советы. Опять же, почему? Потому что их наставления созидались и утверждались на фундаменте святоотеческого учения. А это всё черпается из святоотеческой литературы.
Вот поэтому христианину необходимо просто иметь на полке в своей духовной библиотеке и творения святителя Игнатия, и святителя Феофана, Иоанна Златоуста, письма оптинских старцев, и письма Валаамского игумена Иоанна. Поэтому каждому по потребности, и каждому по духу, по расположению. Это необходимо.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Второе послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
2 Кор., 187 зач., VIII, 16 - IX, 5
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Один из самых щепетильных вопросов — это вопрос финансовой честности. И сегодня отрывок из 8-й и 9-й глав 2-го послания апостола Павла к Коринфянам посвящён как раз этому вопросу. Давайте послушаем.
Глава 8.
16 Благодарение Богу, вложившему в сердце Титово такое усердие к вам.
17 Ибо, хотя и я просил его, впрочем он, будучи очень усерден, пошел к вам добровольно.
18 С ним послали мы также брата, во всех церквах похваляемого за благовествование,
19 и притом избранного от церквей сопутствовать нам для сего благотворения, которому мы служим во славу Самого Господа и в соответствие вашему усердию,
20 остерегаясь, чтобы нам не подвергнуться от кого нареканию при таком обилии приношений, вверяемых нашему служению;
21 ибо мы стараемся о добром не только пред Господом, но и пред людьми.
22 Мы послали с ними и брата нашего, которого усердие много раз испытали во многом и который ныне еще усерднее по великой уверенности в вас.
23 Что касается до Тита, это — мой товарищ и сотрудник у вас; а что до братьев наших, это — посланники церквей, слава Христова.
24 Итак перед лицем церквей дайте им доказательство любви вашей и того, что мы справедливо хвалимся вами.
Глава 9.
1 Для меня впрочем излишне писать вам о вспоможении святым,
2 ибо я знаю усердие ваше и хвалюсь вами перед Македонянами, что Ахаия приготовлена еще с прошедшего года; и ревность ваша поощрила многих.
3 Братьев же послал я для того, чтобы похвала моя о вас не оказалась тщетною в сем случае, но чтобы вы, как я говорил, были приготовлены,
4 и чтобы, когда придут со мною Македоняне и найдут вас неготовыми, не остались в стыде мы,- не говорю "вы«,- похвалившись с такою уверенностью.
5 Посему я почел за нужное упросить братьев, чтобы они наперед пошли к вам и предварительно озаботились, дабы возвещенное уже благословение ваше было готово, как благословение, а не как побор.
Фактически, перед нами — «верительная грамота», которая даётся Титу, направляемому в Коринф для сбора пожертвований на нужды Иерусалимской общины. Заметим сразу: апостол не считает свою безупречную репутацию достаточной гарантией того, что коринфяне с таким же доверием отнесутся к его посланнику, Титу. Апостол Павел прямо называет причину такой предосторожности: необходимо остерегаться нареканий и заботиться о добром «не только пред Господом, но и пред людьми». Действительно, перед Богом может быть и правда чиста совесть; но вот перед людьми должна быть совершенно прозрачна сама процедура сбора и распределения пожертвований.
Фактически, перед нами — как это ни прозвучит странно! — прообраз современного... финансового аудита: создаётся система, в которой получение, учёт, проверка и распределение материальных ценностей не должны сосредотачиваться в одних руках! Вместо того, чтобы «давить своим авторитетом» и «загонять в угол» тех, у кого проскальзывает недоверие — апостол Павел сразу радикально меняет саму структуру сбора пожертвований: это — не «благотворительный фонд апостола Павла», в котором он сам — «управляющий и распорядитель». Это «распределённая» между разными представителями «сетевая структура», управляемая и подотчетная не какой-то одной личности, а непосредственно церковным общинам. Зная, насколько коринфяне, любившие достаток, трепетно относились к своим финансам, апостол не укоряет их за такую «меркантильность» и «сфокусированность на земном», а, напротив, соотносит свои просьбы с их «финансовой оптикой» — и делает сам процесс помощи совершенно прозрачным.
Вывод, который, как мне кажется, совершенно очевиден из сегодняшнего чтения, вот какой: доверие — особенно в области финансов — должно обеспечиваться не «высотой авторитета», а «прозрачностью процедур» — и тогда поводов к подозрениям и разочарованиям уже не будет!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
