Поделиться
Писатель Альберт Лиханов в особом представлении, пожалуй, не нуждается. Один из самых известных прозаиков 20-21 века, лауреат стольких литературных премий — отечественных, зарубежных и международных — что перечислять их можно очень долго, Лиханов считается мастером подростковой литературы. Но пишет он так, что его книги с упоением читает и старшее поколение. Не только для того, чтобы лучше понять внутренний мир и переживания своих взрослеющих детей. Но и чтобы разобраться в собственной душе. Ведь вопросы, которые затрагивает писатель в произведениях часто лежат именно в духовной плоскости. Тонкий, нравственный и мировоззренческий поиск совершают герои повести Альберта Лиханова «Солнечное затмение».
Фёдор и Лена живут по соседству на тихой окраине большого города. Фёдор целыми днями пропадает на голубятне — лишь бы не быть дома, не видеть, как приходит в подпитии отец, как плачет измученная мать. Лена весь день проводит у открытого окна. Она не может ходить. Почти всю жизнь провела в интернате для инвалидов. А теперь родители забрали её домой, и Лена не знает, как свыкнуться с новой, незнакомой жизнью. Однажды через окно Фёдор и Лена замечают друг друга. Знакомятся. Между ними вспыхивает первое робкое, светлое юношеское чувство. Но вокруг слишком много препятствий, проблем и тревог. Смогут ли подростки выдержать совсем не детские испытания, которые поджидают их на пути?
Историю любви Фёдора и Лены Альберт Лиханов рассказывает по-особенному. Без лишних романтических ноток, без душераздирающей слезливости. Как писали критики, повесть «Солнечное затмение» — не о том, как здоровый юноша подарил любовь искалеченной девушке. Это повесть о духовной силе и мощи человека, о том, как прекрасное, нравственное начало в нём способно преодолеть всякое зло. А зла вокруг героев достаточно. И пагубное пристрастие Фединого отца, и серьёзные проблемы на работе у его матери. И трагическая гибель подруги Лены в интернате. Молодые люди проходят через испытания, которые, возможно, сломали бы многих взрослых. Но Фёдор и Лена не сдаются. В одном из эпизодов повести они наблюдают солнечное затмение. В какой-то момент светило полностью темнеет. Но уже в следующую минуту его лучи снова сияют. Глядя на это, Лена говорит: «Все беды — это солнечные затмения, а жизнь — само Солнце». Знакомство с Фёдором открывает ей новые переживания. И отнюдь не только романтические. Лена остро начинает чувствовать чужую беду. Сосредоточенная прежде только на себе, теперь она стремится помочь другим. Как пишет Альберт Лиханов,: «Бесконечно доброй — единственно такой! — желала она быть. Везде, всегда, со всеми». Фёдор жалеет своего непутёвого отца. И верит, что всё ещё можно исправить. До блеска отмывает неухоженную квартиру. Ставит в вазу цветы. «Вон небо какое глубокое, тополя шумят листьями, голуби воркуют, люди идут, — как же вокруг хорошо и ясно, так неужели же в ясности этой нельзя ясно и жить, радоваться вместе, любить, счастливыми быть?» — размышляет юноша. Собственно говоря, именно на этот вопрос и пытается ответить в своей повести «Солнечное затмение» сам автор.
В интервью газете «Литературная Россия» Альберт Лиханов говорил, что своим произведением хотел бы побудить читателей быть стойкими в трудных жизненных ситуациях. Сострадание может победить равнодушие, а любовь — преодолеть безысходность, — уверен писатель. Именно поэтому повесть Альберта Лиханова «Солнечное затмение» стоит обязательно прочитать.
Все выпуски программы Литературный навигатор
24 июня. О воцерковлённости
Поделиться
О признаках воцерковления — настоятель храма блаженной Ксении Петербургской в Казани священник Александр Ермолин.
Что значит быть воцерковленным? Это прекрасное слово, которое многие знают, и, наверное, многие задумываются: а вот можно ли меня назвать воцерковленным человеком?
И конечно же, нет какого-то универсального критерия, нет такого списка: вот вам список, вот первое, вот пятое, десятое — критерии, которые сказали бы, что этот человек воцерковленный, а этот — нет. Но давайте попробуем сформулировать просто на основании опыта жизни Церкви.
Конечно же, в первую очередь воцерковленный человек — это тот, кто участвует в жизни Церкви, тот, кто причащается, тот, кто участвует в Таинствах, участвует в богослужении. Воцерковленный — это тот, кто читает Священное Писание.
И конечно же, в большом, в глобальном смысле этого слова, воцерковленный — это тот человек, который ставит церковный ориентир в центре своей жизни, для которого Бог — это центр его жизни, Церковь — это самое важное, что есть в его жизни. И вот такой человек может называть себя воцерковленным.
Все выпуски программы Актуальная тема:
24 июня. О реализации человеком дара благодати
Поделиться
О реализации человеком дара Божьей благодати — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский.
Душа приобщается к благодати, но эта самая благодать подаётся Богом многообразным способом. Один разговор, когда идёт речь о непосредственном действии благодати Божией как таковой, о даре Господнем, об энергиях, о силах действия Бога в мире, но не могу не заметить, много что в мире сотворённом также является даром благодати.
Мы видим это, на самом деле этот опыт близок нам, но самый простой пример — это чувство прекрасного, это приобщённость к красоте или творческий порыв, или взаимодействие какое-то корректным образом, осуществляемое с этим видимым миром, когда мы что-то делаем, трудимся, умножаем, и во всём этом возрастает наша душа.
Ей точно нельзя быть праздной, ей нельзя перемалывать мельницу собственных помышлений, не выходя никуда за их границы, а всякий выход наружу, выход в мир Божий может и должен быть для нас и школой, и вот тем самым столом той самой трапезы, от которой мы изобильно питаемся.
При всём при этом, конечно, мы имеем в виду, навык мы можем приобретать разный, как с едой — есть полезное и не очень, точно так же и в мире сотворённом мы можем по-разному взаимодействовать с этой самой сотворённой материей, можем износить из неё и хорошее, и, к глубокому сожалению, порочное, поэтому важно различать, что душа имеет порыв и к творчеству, и к свободе, и к действию, это её базовая установка, но иметь в виду, что реализация этой установки может быть различна.
Все выпуски программы Актуальная тема:
24 июня. О трусости
ПоделитьсяО преодолении человеческой трусости с помощью страха Божьего — пресс-секретарь Пятигорской епархии протоиерей Михаил Самохин.
Стоит различать трусость как черту характера и страх как эмоциональную реакцию на реальную опасность. Страх, пожалуй, единственная эмоция, которая действительно может убить человека. И в ситуации опасности не боится лишь душевно нездоровый или недооценивающий эту опасность человек. Все остальные страх испытывают. А вот трусость обоснованно можно назвать грехом.
В Священном Писании мы читаем: «Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадёжен для Царствия Божия». То есть в определённом смысле именно трусость, нерешительность в духовной жизни становится одним из серьёзных препятствий на пути нашего спасения.
Для христианина единственное реальное лекарство, предотвращающее превращение ситуативной реакции на опасность в греховную трусость, — это надежда и упование на любящего Небесного Отца. Проблема состоит в том, что когда наш испуганный мозг рисует нам мрачные картины грядущего, мы далеко не всегда вспоминаем о Господе. Когда вспоминаем, то делаем это в самой критической ситуации.
Для того чтобы не забывать о милости и любви Бога, когда нам страшно, стоит привыкнуть помнить о Христе тогда, когда нам хорошо. Привыкнув каждый день вспоминать о Господе, мы с гораздо большей вероятностью сумеем обратиться к Нему в минуты страха.
Неслучайно единственное восклицание Господа в Евангелии звучит как «не бойтесь». Тот, Кто призывает нас перестать поддаваться страху, точно знает, как нас от него исцелить — Своим ответом на нашу горячую веру, твёрдую надежду и преданную любовь.
Все выпуски программы Актуальная тема:
