Поделиться
Одна из лучших картин художника Владимира Маковского называется «Ночлежный дом». На полотне изображены обездоленные люди, которые столпились у входа в московское богоугодное заведение. Это место — не выдумка живописца. Ночлежный дом, написанный на холсте, существовал на самом деле и давал приют тысячам обездоленных. Построили и содержали его братья Михаил и Николай Ляпины. Гиляровский в своей книге «Москва и москвичи» вспоминал: «Ляпины обладали хорошим состоянием и тратили его на благотворительные дела...».
В Первопрестольной братьев называли неразлучниками. Людям они запомнились, как добрые богачи. Родом Михаил и Николай были из Воронежа. Выросли они в зажиточной купеческой семье. Жизнь в провинции казалась братьям скучной и в середине 19-ого века они отправились в Москву — искать счастья. Престижного положения и успехов в коммерции добились быстро. Их суконно-шерстяной бизнес процветал. Заработав капитал, Ляпины стали активно помогать нуждающимся.
В 1865-ом году Михаил и Николай построили на Большой Дмитровке бесплатное общежитие для студентов университета и учеников Училища живописи, ваяния и зодчества. Благотворительное заведение получило в городе название «ляпинка». Студенты жили там не только во время учёбы, некоторые оставались на месяц-другой и после получения диплома: их не выселяли, пока они не находили работу. А кое-кто задерживался в общежитии на долгих 10-15 лет. Братья об этом знали, но никого не выгоняли, понимая, что их «ляпинка» спасает людей от нужды и гибели.
Одновременно с общежитием Михаил и Николай открыли четыре корпуса бесплатных квартир для бедных и неимущих многодетных вдов и курсисток. Эти дома вмещали 208 семей. Здесь жили женщины, которые воспитывали не меньше троих детей. О детях, как о подрастающем поколении москвичей, Ляпины позаботились особо — открыли для них школу. А для девочек ещё и мастерские: портновские и белошвейные. При бесплатных домах братья построили церковь в честь иконы Всех Скорбящих Радость и пожертвовали ей серебряные ризы на иконы Николая Чудотворца и Архангела Гавриила. Этот храм на Большой Серпуховской улице освятили 2-ого февраля 1885-ого года. Посещали его не только призреваемые Ляпиными женщины с детьми, но и жители всех окрестных улиц.
Бесплатный Ночлежный дом братьев располагался в районе Хитрова рынка — одном из самых криминальных районов Москвы. Больше тысячи нищих приходили в приют каждый вечер и получали здесь еду и место для отдыха. Лев Толстой, посетивший однажды это заведение, писал: «Ночлежный дом огромный. Он состоит из четырёх отделений. В верхних этажах мужские, а в нижних женские. Сначала я вошел в женские; большая комната вся занята койками. Женщины странные, оборванные, старые и молодые, входили и занимали места. Некоторые крестились и поминали того, кто устроил этот приют...».
Кстати, поминали братьев добрым словом не только за спасение от холода и голода, но и за избавление от страшных болезней, например, сыпного тифа. При ночлежке работала амбулатория — одна из первых в Москве, где бродяг осматривали и делали прививки. А Лев Толстой после того памятного посещения Ночлежного дома, долго не мог прийти в себя от увиденного, и говорил, что он будет чувствовать себя участником постоянно совершающего преступления до тех пор, пока у него будет лишняя пища, а у кого-то её не будет совсем, пока у него будет две одежды, а у кого-то ни одной.
Став москвичами Михаил и Николай Ляпины не теряли связи со своим родным городом. В Воронеж регулярно шли крупные суммы для раздачи бедным. Самые значительные пожертвования перечислялись перед большим праздниками — Рождеством и Пасхой. Дом, в котором выросли братья и который достался им в наследство от родителей, Ляпины подарили Воронежу с условием, что в нём откроют какое-нибудь полезное заведение. Городская дума разместила в нём государственный ломбард, справедливо рассудив, что он избавит бедняков от грабежа частных ростовщиков. Сегодня это здание — старинное, красивое — украшает Воронеж и напоминает горожанам о щедрых земляках, добрым делам которых не было счёта.
Все выпуски программы Имена милосердия
15 сентября. «Золото кленовой листвы»
Поделиться
Фото: Lauri Poldre / Pexels
Незабываемо шествие по мягко шуршащему под ногами кленовому золотистому ковру, когда ты чувствуешь себя едва ли не античным царём Мидасом, который превращал в золото всё, к чему бы ни прикасался. Но что́ тленные сребро и злато для христианина, искупленного драгоценной Кровью Христовой и обретшего свет благодати Господней в своём сердце? Настанут, по удостоверению Святых Отцов, такие дни на земле, когда золото, как никому не нужное, будет лежать под ногами; и единственно благодать Духа Святого, словно небесная манна, будет питать верные Богу души, храня их от обольщений антихристова времени. Давайте же дорожить нашим небесным сокровищем, хранить и умножать его, всегда пребывая в покаянии и молитве!
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 сентября. О значении появления новых храмов
Поделиться
13 сентября в праздник перенесения мощей благоверных князя Петра и княгини Февронии Муромских Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную Литургию в новоосвященном храме в честь иконы Божией Матери «Седмиезерная» в подмосковных Мытищах на территории Федерального научного центра гигиены имени Ф.Ф. Эрисмана.
На проповеди Его Святейшество говорил о значении появления новых храмов.
То, что сегодня происходит на земле русской, особенно в граде Москве, многие за рубежами нашего отечества, в том числе и в традиционных христианских странах, не могут понять. В богатом, просвещённом Западе, особенно в Западной Европе, сегодня храмы либо закрываются, либо перепрофилируются, в лучшем случае в мечети, там хоть Богу молятся, а в худшем случае — в увеселительные заведения.
Удивительно, никаких протестов, никаких демонстраций. Где-то права кого-то нарушились, борьба идёт, а храмы закрывают — никакой борьбы нет. Я не могу себе представить, чтобы в России, когда закрывали храмы, вот так бы народ реагировал. Ведь сколько было мучеников, исповедников именно потому, что они не боялись смерти, защищая храмы.
Вот это всё —результат нашего исторического пути. Я уже говорил когда-то о том, что я из семьи тех, кто очень пострадал. Дед мой прошёл 47 тюрем и 7 ссылок, имея 7 человек детей. Вот когда его последний раз арестовывали, бабушка уже не выдержала и сказала: «На кого ж ты нас оставляешь, ну что ж ты делаешь с нами?» И он сказал удивительные слова: «Я ведь не из-за нарушения закона иду, не потому что я преступник, а я за Христа пострадаю. Волосы не упадут с вашей головы, и никто из вас не умрёт от голода». Точно так всё и произошло.
Радость, которая сегодня наполняет сердце. При каждом освящении нового храма, когда я вижу в храмах людей разного возраста, современных совершенно людей, не просто как в советское время тыкали пальцем и говорили: «Да у вас одни старушки-пенсионеры». Вообще благодарить надо, потому что старушки оказались сильнее советской власти. Они пронесли веру в Бога, воспитали своих детей и внуков, и благодаря тем старушкам мы сегодня с вами здесь.
Но сегодня уже другой народ, и это свидетельствует о том, что вера православная действительно обновила души и сердца наших людей. И поэтому каждое освящение храма, нового храма в московском мегаполисе является не просто замечательным историческим событием, а великим литургическим праздником, подобным двунадесятому празднику.
Вот дай Бог, чтобы милость Божия пребывала с каждым и помогала каждому на его жизненном пути. Аминь!
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 сентября. О евангельских мотивах в искусстве
Поделиться
О евангельских мотивах в искусстве — настоятель московского храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Бывает так, что произведение искусства впервые как красоту открывает человеку Бога, например, икона. Человек, который занимается живописью, приходит в Третьяковскую галерею и видит там «Спас Нерукотворный Новгородский». И он понимает, что эту красоту нельзя выдумать, что человек, который писал безымянную эту икону, или «Деисус» Андрея Рублёва возле Звенигородского чина, да, вот, или другие иконы, он понимает, что этот человек знал что-то о красоте, которая никогда не заканчивается, что-то такое, что я тоже теперь хочу узнать. Человек приходит к вере.
Бывает, что человек, любящий, допустим, Осипа Мандельштама, вдруг слышит слова: «Я христианство пью, холодный горный воздух», или: «И Евхаристия, как вечный полдень длится». И человек: что такое? А почему для Мандельштама этот воздух, вот в отличие от отравленного воздуха города, настоящий, чистый? А что такое Евхаристия?
Или он читает Пастернака: «Всю ночь читал я твой завет, и как от обморока ожил». Дайте-ка я тоже почитаю Новый Завет. Если уж Пастернак пришёл в такое состояние.
Или он читает Ахматову, «Реквием», и понимает, что когда Лев Николаевич Гумилёв, её сын, каждый день может быть расстрелян, 10 лет без права переписки, она это знает. А человек может уже не быть давно, но она стоит там вместе с другими женщинами у «Крестов», у знаменитой питерской тюрьмы, да, и пишет стихи «Реквием». Она обращается к страданию матери Божией.
«Магдалина билась и рыдала,
Ученик любимый каменел,
А туда, где молча Мать стояла,
Так никто взглянуть и не посмел».
И вот человек становится глубочайшим образом верующим через осмысление своего страдания при обращении к распятию Христа и плачу Матери Божией.
Поэтому, конечно, произведение искусства, когда их автор является авторитетом для зрителей или слушателей, или там человек слушает «Страсти по Матфею», говорит: «Дай-ка я почитаю, что это такое». Открывает Евангелие от Матфея и начинает читать о страданиях Христа. Они могут очень помочь нам в проповеди людям и в обретении веры в Господа Иисуса Христа.
Все выпуски программы Актуальная тема:
