Поделиться
Татьяна Любомирская
Мне было лет 13, я училась в школе, и была отнюдь не популярным ребенком. Ну знаете, из разряда тихих отличниц, зубрил в очках. Другие девочки уже начинали стремительно хорошеть, в их сумках появлялись косметички, а на школьном дворе под сенью берез звучали первые признания в любви. Я же всё еще оставалась угловатым подростком, добровольной пленницей учебы и скромной малообщительной девицей.
В западных фильмах на этом этапе должен появиться капитан школьной футбольной команды, который разглядит за невзрачной внешностью ангельскую душу и пригласит меня на выпускной бал. Но увы. Во-первых, у нас не было футбольной команды, а во-вторых, выпускной предстоял только через несколько лет. Однако кое-что всё-таки произошло.
В нашей школе существовала традиция. Под конец года в школьном коридоре вывешивали почтовый ящик, куда ребята бросали поздравительные открытки. Ясно, что эти открытки получали те, кто нравился. В последний день перед каникулами ящик открывали, и послания раздавали адресатам. Особенно волновались девочки. Они сбивались в стайки, хихикали и обсуждали полученные поздравления. Я же с мрачным лицом готовилась пережить день унижения и жалостливые вопросы подружек: «А тебе сегодня приходила почта?». Из года в год никто не бросал в этот ящик поздравление для меня.
И вдруг, зайдя на перемене в кабинет биологии, я нашла в своей парте красивую самодельную открытку в форме сердечка и мои любимые конфеты!
Помню, какой это был восторг! Меня, МЕНЯ кто-то любит! С моей угловатой фигурой, тихим голосом и брекетами на зубах.
А потом меня пронзила страшная мысль: а вдруг это не мне? Вдруг эта открытка и конфеты предназначались девочке, которая сидела на моем месте на предыдущем уроке? Вдруг она их просто не заметила?
И я окончательно утвердилась в мысли, что подарок предназначается другой. Ну кому я могу понравиться? Это же невозможно! Я же не популярная! И я ушла с урока, оставив лучик любви в парте. Ушла в еще более грустном и тоскливом настроении, чем раньше.
Это был мрачный день. Самый мрачный в моей тринадцатилетней жизни.
Но вечером всё изменилось как по мановению волшебной палочки. Разбирая школьную сумку, я обнаружила между учебниками большое картонное сердце и конфеты. Мой герой сделал всё для того, чтобы я получила его подарок.
Я так и не узнала, кто был этот мальчик. Возможно, он точно также, как и я, считал себя незаслуживающим любви и не решился мне открыться. Но знаете, о чем я думаю сейчас, вспоминая эту историю? О тех подарках Бога, которые в любой момент могут прийти в нашу жизнь. В жизнь каждого из нас, кем бы мы себя ни считали: праведниками или грешниками, хорошими или плохими. Мы все, − подчеркиваю — все достойны любви! И Господа, и человека.
Часто мы живем в страхе перед будущим. Иногда мы боимся одиночества. Но ведь наши страхи ‒ это не более чем иллюзия того, что, возможно, никогда не произойдет! С той же вероятностью нас может ждать что-то очень хорошее, точно так же как угловатую «непопулярную» девочку-подростка ожидало признание в любви, спрятанное в парте. Поэтому не отчаивайтесь, дорогие! Господь щедр на любовь, и Его дары никогда не оскудеют.
Автор: Татьяна Любомирская
Все выпуски программы Частное мнение
17 мая. «Бабочки и стрекозы»
Поделиться
Фото: Karina Vorozheeva/Unsplash
Любопытно следить глазами за бесконечным полётом весенних бабочек и стрекоз, весело порхающих близ цветущих кустарников. Как нарядны одеяния крылатых насекомых — пучеглазых стрекоз, тельце которых отливает зеленоватыми и голубыми тонами; и бабочек с крыльями, припудренными цветастой пыльцой!
Когда нас посещает ничем не заслуженная милость Божия и мы постигаем присутствие в себе благости Спасителя, душа как будто обретает крылья, и, славя Господа, ощущает себя совершенно невесомой, наподобие весенней бабочки.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
17 мая. О личности и трудах историка Сергея Соловьёва
Поделиться
Сегодня 17 мая. В этот день в 1820 году родился историк Сергей Соловьёв.
О его личности и трудах — исполняющий обязанности настоятеля московского храма равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Сергей Михайлович Соловьёв — выдающийся русский историк, академик Петербургской академии наук — родился в Москве в семье священника. Интерес к истории у него появился рано. Отучившись в духовном училище и в гимназии, он поступил на историко-филологическое отделение Московского университета, где его наставником стал Погодин. Он работал над рукописями Погодина и обнаружил неизвестную ранее пятую часть «Истории Российской» Татищева.
Завершив образование, Соловьёв путешествовал по Европе, слушал лекции Шеллинга, Гизо, Мишле. В 1845 году он защитил диссертацию об отношениях Новгорода с князьями, а в 1847 году — докторскую о междукняжеских отношениях. Более 30 лет он занимал кафедру русской истории в Московском университете, где был деканом и даже ректором.
Но главный труд всей его жизни — это 29-томная история России с древнейших времён. Соловьёв первым представил отечественную историю как закономерный, прогрессивный процесс движения от родового строя к правовому государству. Он подчеркнул роль географического фактора, борьбу леса со степью, применял сравнительный исторический метод в виде своеобразия России и её положения между Европой и Азией.
Историк обосновал историческую обусловленность реформ Петра I и стал лидером государственной школы, оказал глубокое влияние на историков Ключевского и Платонова.
Все выпуски программы Актуальная тема:
17 мая. Об отношении к снам
ПоделитьсяОб отношении к снам по учению Святителя Феофана Затворника — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
О вреде доверия снам все святые говорят совершенно согласованно, но святитель Феофан где-то конкретизирует отношение к тому или другому сну, о котором сообщают ему духовные чада, не только общим недоверием, но и в некоторых случаях особым вниманием, тогда, когда можно интерпретировать сон в покаянном духе, в покаянных целях, будь то какие-то явления святых или креста, или каких-то обстоятельств жизненных, в которых человек не спасовал, не поддался греху, а воспротивился ему.
Для человека, несколько приобретшего опыт размышления, рассуждения по различным обстоятельствам из земной жизни, умея всё измерять глубиной и высотой Священного Писания, для такого не очень сложная задача особенно впечатлившие его сновидения интерпретировать в пользу единого на потребу: «Себе же малиться, ему же Господу возрастать», — то есть использовать этот материал сновидения для приведения себя в большее сердечное сокрушение и для утверждения в ещё более благоговейном перед Богом хождении. Но это всё-таки не начальная способность, а уже приобретённая в результате некоторого опыта церковной жизни и углубления в значение Священного Писания.
Так что наиболее благонадёжный способ — это полное забвение любых сновидений, которые приходят. Но когда сновидение особенно яркое впечатление оказало, то приложи усилия интерпретировать его в необходимость постоянней и сокрушённей пред Господом каяться и благоговейней, не забывая о Нём никогда, пред Ним ходить.
Все выпуски программы Актуальная тема:
