«Благотворительный фестиваль «Звезда Рождества» и другие проекты портала «Милосердие.ру»

У нас в гостях была главный редактор портала «Милосердие.ру» Юлия Данилова.

Наша гостья рассказала о том, как сестры милосердия объединились и основали портал помощи людям в непростых жизненных ситуациях, а также каким образом на портале объединены благотворительность, духовная поддержка и практические советы на разные случаи жизни.

Разговор шел и о благотворительном фестивале «Звезда Рождества», который проходит в Москве с 19 декабря по 16 января: о его насыщенной и интересной программе и о том, как каждый может проникнуться атмосферой одного из главных христианских праздников, приобрести для себя эксклюзивные вещи и при этом сделать доброе дело для одиноких пожилых людей, детей-сирот, бездомных, беженцев и других подопечных службы «Милосердие».

Ведущие программы: Тутта Ларсен и пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности Василий Рулинский.

---

Т. Ларсен:

—Здравствуйте, друзья, вы слушаете проект «Делатели» на Радио ВЕРА. Я — Тутта Ларсен.

В. Рулинский:

— Я — Василий Рулинский, пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности. У нас в гостях сегодня Юлия Данилова — главный редактор портала Милосердие.ru. Юлия, добрый день.

Ю. Данилова:

— Здравствуйте.

Т. Ларсен:

— Здравствуйте.

В. Рулинский:

— Программа «Делатели» — это программа о тех людях, которые вдохновлены сами и вдохновляют других на совершение добрых дел, и делятся своим опытом. Сегодня наша программа посвящена многим вопросам, конечно, но один из самых главных поводов, почему мы решили сегодня собраться, это предстоящий большой благотворительный фестиваль «Звезда Рождества». И его главный инициатор, вдохновитель, человек, который придумал, мне кажется, этот фестиваль, это Юлия Данилова. Юлия, расскажите, пожалуйста, как этот фестиваль появился и что нас ждёт.

Ю. Данилова:

— Да, всё так. Появился он очень просто. В прошлом году мы, портал Милосердие.ru, участвовали таким маленьким-маленьким благотворительным прилавком в московском мероприятии «Мосвинтаж», где всякая винтажная посуда. А я увлекаюсь сбором винтажной посуды в благотворительных целях, и уже не первый раз этим занималась. Это у нас был такой маленький прилавочек. И это было в декабре. И тут я подумала, что в Москве нет никакого такого мероприятия большого благотворительного, при этом православного или христианского, не знаю, для церковных проектов. А как раз вот в декабре перед Рождеством самое вообще прекрасное время для того, чтобы такие вещи делать. И всем хочется, чтобы в этой московской темноте, черноте и холоде было какое-то такое тёплое место: шарики-фонарики, огонёчки, можно прийти, послушать музыку, купить подарки, сделать пожертвования. И мы тогда на этой ярмарке, где мы участвовали, увидели... там было коммерческое мероприятие, а мы были благотворительность. И мы увидели, как мы туда просто вносим какую-то свою ноту, и народ прям сразу отзывается. И нам люди, которые там продавали свои ручные работы и украшения, стали просто приносить свои вещи и нам их дарить для того, чтобы мы их превратили в благотворительность. Это было совершенно неожиданно и очень как-то здорово. Это была такая идея, то есть она была ещё прошлой зимой.
И я начала с кем-то об этом разговаривать — со своими коллегами. У нас, вообще, редакция портала Милосердие.ru, мы так-то не проводим никаких мероприятий особенно. Но как-то у меня было это видение. И вдруг откуда-то появились люди, сделалась такая команда небольшая, прям совсем она была микроскопическая — сначала нас было двое. И возникла идея, что нужно делать не просто ярмарку, а фестиваль, что нужно, чтобы была культура, чтобы было искусство, вернее сказать. А у службы помощи «Милосердие», одним из проектов которых является наш портал, есть такой старый друг Владимир Иванович Федосеев — наш великолепный, прекрасный, великий дирижёр, художественный руководитель и главный дирижёр Большого симфонического оркестра имени Чайковского, с которым тоже был уже опыт проведения таких больших благотворительных концертов. Но что-то их давненько не было. И мы пришли к Владимиру Ивановичу. И Большой симфонический оркестр тоже откликнулся, что, да, делаем. Там стали думать о площадке. Вот так оно постепенно одно к одному: появились какие-то партнёры, мы стали придумывать дальше программу. И вот оно так росло, росло, росло, как некоторый такой снежный ком.
И вот сейчас с 19 декабря по 16 января будет этот самый фестиваль. Мы откроем его 19 декабря в Соборной палате Москвы в Лиховом переулке — будет концерт открытия. А закроется 16 января как раз большим таким гала-концертом Большого симфонического оркестра в «Зарядье», и будет ещё много всякого всего. Программа очень пёстрая получилась, она как раз такая, как ёлка новогодняя, рождественская. У меня как-то в голове сразу поселилось стихотворение Пастернака вот это: «Стояла зима. Дул ветер из степи. И холодно было младенцу в вертепе на склоне холма». Там начало такое, а есть такой фрагмент: «Все ёлки на свете, все сны детворы... все яблоки, все золотые шары...» — такой там есть кусочек. Вообще, довольно трудно разнять на кусочки это стихотворение, оно очень цельное, но там это есть. И у меня это, как образ такой, было. И оно вот такое пёстрое и получается: очень много всего разного. Там будет у нас парад вертепных театров, например, в день Рождества прямо — во второй половине дня. Прям всех очень приглашаем, ждём в четыре.

Т. Ларсен:

— А где?

Ю. Данилова:

— Это будет на одной из площадок в районе Пятницкой улицы. У нас будет большая благотворительная ярмарка в ДК «Рассвет» на Пресне — такая как раз, где у нас будет винтажная посуда, разный хенд-мейд. И ещё там будет всё время, все три дня 22, 23, 24 декабря непрерывная такая музыкальная программа: музыканты-волонтёры, разные самые такие коллективы. Там много молодых будет музыкантов — такого бардовского, авторского стиля, и будут хоры, в том числе православные хоры. Будет хор ПСТГУ, будет хор «Царевич», будет один коллектив, который исполняет старинную музыку Возрождения. В общем, это всё будет нон-стоп, и это всё будут волонтёры. Как-то нам так удалось. А у нас одна из сотрудниц наших сама тоже музыкант. И вот Юлия Теуникова у нас там будет петь. В общем, такое как-то оно получается. Там будут проекты службы помощи «Милосердие» тоже собирать средства для своей работы. И ещё мы надеемся, что там будет представлена наша платформа mirom.help — отдел по благотворительности. И я бы хотела очень, не знаю, получится ли, чтобы была такая площадка для самых разных церковных проектов социальных вот такого рода, чтобы они могли заявить о себе, себя представить, порадовать других каким-то подарками, поучаствовать в благотворительной ярмарке.

В. Рулинский:

— Да, это же очень важно — офлайн как-то присутствие. Не просто где-то вот на сайте прочитал, а как-то немножко с этим человеком пообщаться, увидеть его глаза в глаза — это важно. И у службы «Милосердие» есть опыт летнего такого праздника большого — «Белый цветок». И мы видим, что это праздник, действительно, для тех, кто туда приходит. И вот хотелось сделать рождественское что-то такое.

В. Рулинский

— Сразу же, мне кажется, у многих появляется вопрос: а где же про всё это почитать? Где приобрести билеты, если это за какие-то деньги нужно? Я так понимаю, что не всё бесплатно, где-то нужны билеты покупать, да?

Ю. Данилова:

— Билеты продаются. Там выручка от концертов идёт на благотворительность. Концерт открытия — в пользу Московского штаба помощи беженцам. Закрытие в зале «Зарядье» — в пользу проектов службы помощи «Милосердие». А билеты можно купить на сайте фестиваля. У него адрес довольно длинный: starfest.miloserdie.ru, но он легко ищется на слова «звезда Рождества» в любом поисковике. Благотворительный фестиваль «Звезда Рождества», то есть сразу попадаешь на этот сайт, где можно посмотреть всю программу. Можно выбрать для себя: где-то ты регистрируешься за пожертвование, где-то ты билеты покупаешь. На ярмарку, естественно, вход свободный. В общем, там вся пестрота наших разных мероприятий представлена.

Т. Ларсен:

— Слушайте, вообще такое грандиозное мероприятие. Это же не просто, действительно, даже выходные какие-то праздничные, а почти месяц целый огромный фестиваль. Вы такой праздник для города и гостей устраиваете.

Ю. Данилова:

— Мы трепещем.

Т. Ларсен:

— Мы тоже трепещем, потому что очевидно, что в Москве появится новая праздничная традиция новогодне-рождественская, благодаря вам.

Ю. Данилова:

— Нам бы хотелось, чтобы это было. Но посмотрим, как сейчас пойдёт. Мы очень молимся и трепещем, правда, потому что команда у нас небольшая. Мы напрягаем все силы. У нас есть прекрасный партнёр — театральный салон «Сцена 23» — чудесный, который нам очень помогает, очень много делает и очень живо в этом участвует. Надеюсь, что всё получится и все наши замыслы воплотятся. Там у нас и лекторий будет о Рождестве, где священники будут участвовать, будет, надеюсь, лекция о музыке Рождества. Это уже будет не батюшка, а историк музыки. Будет парад вертепов. Будет же мультфильм ещё!

В. Рулинский:

— Да, расскажите про него.

Ю. Данилова:

— Тут внезапно — вот это всё стихотворение Пастернака было где-то в голове, в голове, и как-то, когда мы обсуждали с моей коллегой Евгенией Арефьевой, которая тоже делает этот фестиваль вместе с нами, возникла такая идея (сейчас уже не помню, у кого — у неё, вероятно), что можно сделать мультфильм, экранизацию этого стихотворения. И этим заинтересовалась киностудия «Фома Кино». Привлекли мультипликатора, такую прекрасную, которая делала мультфильм «Василий Блаженный» в том числе, «Маша и медведь» — Бережная такая.

В. Рулинский:

— «Маша и медведь» тоже она делала?

Ю. Данилова:

— Она не всё делала, она участвовала в...

Т. Ларсен:

— «Василий Блаженный» — это из сериала «Гора самоцветов»?

Ю. Данилова:

— Да.

Т. Ларсен:

— Ой, потрясающий. Я его очень люблю.

Ю. Данилова:

— В общем, там очень опытные, хорошие художники. Читает стихотворение великолепно совершенно, чудесно Алиса Гребенщикова.

В. Рулинский:

— Кстати, по-моему, она в этой студии записывала, да? В студии Радио ВЕРА.

Ю. Данилова:

— Наверное, мне кажется, они здесь записывали, на «Вере». И уже будет в конце декабря премьера этого мультфильма в «Октябре». Тоже можно зарегистрироваться на эту премьеру на сайте фестиваля. И вот мы тоже очень ждём этот мультфильм, надеемся, что его тоже увидит широкая аудитория. На «Кинопоиске» триллер уже есть. И меня крайне радует, что это появилось новое культурное явление. Всё-таки родилось что-то по-настоящему новое. Вот это прям меня почему-то ужасно вдохновляет.

Т. Ларсен:

— Но вот это вообще моё самое любимое, когда ты то, что ты любишь, облекаешь в некое своё профессиональное выражение. Например, я там думаю: что-то я мало общаюсь со своими детьми, редко вижусь с семьёй. А давайте мы придумаем проект про совместные семейные путешествия? И мы его придумаем и снимаем. Или: так я люблю Рождество и рождественские праздники, но мне очень важно, чтобы это всё проходило под эгидой милосердия и благотворительности. А почему бы вот не забабахать такой грандиозный фестиваль? А, кстати, вот интересно, вот этот феномен, как вы себе это объяснили? Почему, когда вы присутствовали на коммерческом мероприятии, как-то вот внимание участников его и гостей как-то вот так серьёзно притягивалось именно к вашей маленькой благотворительной лавочке? Вы же там наверняка не ходили, не размахивали флагами?

Ю. Данилова:

— Я не знаю, что-то действует такое. Нет, мы не агитировали. Просто когда у тебя благотворительная эта ярмарка, ты очень живо всегда общаешься с покупателями — с теми, кто делает пожертвования за эти сувениры или шарики какие-то винтажные. У нас были винтажные ёлочные игрушки — мы всё это собрали. И как бы ты очень заряжен на то, чтобы рассказать о том, ради чего всё это делается. А потом, ты всё время что-то даришь — даришь какие-то мелочи, просто отдаёшь. Я говорю, что я уже третий раз это делала тогда, прошлой зимой. Я на «Белом цветке» это когда-то начала, и это почему-то мне ужасно нравится. Само вот это общение с людьми и то, что кругом такое всё блестящее, нарядное, и есть в этом элемент подарков всегда. Потому что это не как в торговле — ты обязательно какую-нибудь мелочь кому-то подаришь. Приходят дети — ты им какую-нибудь финтифлюшку просто даёшь в подарок, ну, за любое пожертвование, совершенно — пожалуйста, за 10 рублей. И как-то очень распространяется эта атмосфера таинственным каким-то образом, непонятным. Но мы же не продавцы — ну, в самом деле. Просто мы там все скачем вокруг этих наших столиков и стараемся как-то делать это весело.

Т. Ларсен:

— Не с постным лицом.

Ю. Данилова:

— Да, весело. Я не очень люблю всякие возвышенные слова, но как-то это получается весело.

В. Рулинский:

— Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. Мы говорим с главным редактором портала Милосердие.ru Юлией Даниловой. Если у вас есть желание присоединиться и стать участником благотворительного фестиваля «Звезда Рождества» в качестве зрителя, то это можно сделать на сайте starfest.miloserdie.ru. Юля, вот вы сказали по поводу мультфильма, и я вспоминаю, когда мы общались с Женей Арефьевой, или когда она просто делилась своими воспоминаниями о том, как зарождалась эта идея, она сказала, что к ней пришёл, по-моему, её сын, или дочь, и сказали, что «мама, всё здорово, что ты это всё организуешь, но как-то мне что-то вот это стихотворение не очень — давай лучше мультик». Вот стихотворение — это сложно, культура высокая — это сложно. Мультик — это как-то вот больше для народа. Получается, что создание мультфильма — это немножко ещё и приспособление к аудитории, ну и вообще более простое изложение глубоких смыслов. Да, про это, наверное, речь?

Ю. Данилова:

— Сейчас же все мыслят визуальными образами — многие. То есть как-то сейчас за картинку цепляешься, и образы зрительные, конечно, больше запоминаются, больше как-то отпечатываются. Чтение стихов — есть люди, которые любят всё равно читать или слушать поэзию. Но, мне кажется, вот так эти поэтические образы могут быть больше восприняты самой широкой аудиторией. Мы же знаем из ещё советской мультипликации, что были такие выдающиеся произведения. Помните Хржановского на Пушкина прекраснейший этот мультфильм? Это именно популяризации — даже не популяризация, слово противное, но такое донесение поэзии через тоже поэтический весьма зрительный ряд, через отдельное произведение, которое возле этого стоит и ему как-то, по возможности, конгениально, если можно так сказать. Что я ещё могу про это сказать? Не знаю даже, Вася.

В. Рулинский:

— Это, мне кажется, очень важно. Но, помимо мультфильма, есть ли ещё какие-то простые формы вовлечения людей? Я, например, когда с мамой как-то посещал одну страну, мы с ней прям разделились. Я пошёл в специальное место, где жил один из королей — интересная мне казалась там экспозиция. А мама пошла на специальную выставку, которая посвящена кухне XV века в Англии. Это была одна резиденция английских королей. Мне про Вильгельма Оранского хотелось, а ей про кухню — вот как там люди готовили эту еду, как они её ели. И там эти повара прям при тебе раскатывали тесто, предлагали тебе в этом поучаствовать, добавить ингредиенты. Такое что-то планируется тоже, помимо такого высокого?

Т. Ларсен:

— Интерактив.

Ю. Данилова:

— У нас ярмарка сама интерактив. Интерактивный интерактив — это ярмарка. Вот у нас будет такое возвышенный концерт в «Зарядье». Там будет Свиридов, Чайковский, в общем, такой прекрасный, тоже такой очень нарядный концерт. Но мы ещё придумали и делаем песенный проект фестиваля. Это песни, которые можно петь вместе с детьми, например. Как мы придумали? Все знают, что когда ты вот сейчас уже идёшь в супермаркет, там начинает звучать рождественская музыка. Это обычно английский песни прекрасные. Это песни о Рождестве, христианские по смыслу, но сейчас просто уже как-то привыкли, и не все разбирают, что там по-английски говорится, но там некоторые есть очень глубокие песни, даже богословские такие. Но русских таких песен почти нет — таких вот песен на русском языке о Рождестве очень мало. У нас есть колядки — другая традиция, народная традиция. А таких вот культурных песен о Рождестве нет. И мы решили, что давайте начнём с малого и сделаем песенный проект, и такие будут зимние песни, рождественские песни. И мы начали просто с песни на стихи Владимира Сологуба, такого поэта XIX века прекрасного «Снегом улицы покрыла зимушка-зима». Это песня такая фестиваля, мы записали её с камерным хором Свято-Тихоновского университета. И сейчас хор для нас запишет ещё несколько песен такого же содержания. И это проект, который может развиваться. И мы бы хотели, чтобы это были такие семейные, что ли, такие вот домашние песни, которые просто можно петь. Не надо петь оперу или играть на фортепиано, а можно песни петь.

Т. Ларсен:

— Как принято слушать детские песни из мультфильмов под Новый год, так вот эти слушать, да?

Ю. Данилова:

— Да, собрать такой какой-то плейлист нам бы хотелось. Но вот мы в эту сторону сейчас работаем.

Т. Ларсен:

— А меня очень интересует история с винтажной посудой. Расскажите про это увлечение, и будет ли на ярмарке представлено что-то такое. Потому что вот, Вася, ты говоришь: как привлечь людей? И я вот тоже спросила: почему к вам подходили люди и так сильно вовлекались? Мне кажется, потому что вы какое-то очень интересное предложение выставили на этом своём маленьком прилавке. Потому что, скорее всего, это были не просто какие-нибудь открытки или деревянные лошадки, а было что-то уникальное, что-то, за что глаз цепляется — взгляд.

Ю. Данилова:

— Несколько лет назад на «Белом цветке» — это наша такая летняя ярмарка тоже большая — мы к ней всей службой «Милосердие», всеми нашими 25+ проектами готовимся усердно. Ну, и портал «Милосердие» тоже. И как раз во время этой подготовки, во-первых, одна моя подруга избавлялась от «коллекций», скажем так. Так получилось: был переезд какой-то, и было много каких-то вещей, которые для неё были лишними, а при этом были прекрасными. А я, вообще, ужасно люблю всё выбрасывать, люблю пустое пространство и избавляться от вещей. И при этом дома всегда много каких-то сувениров, которые ты с любовь выбираешь: подсвечники, какие-то украшения и всё такое прочее. И я так на это посмотрела и подумала, что это можно с толком пустить на благотворительность. Я свои какие-то там — они вполне хорошие и красивые — что они стоят и собирают пыль? Мне они вроде не сильно нужны — вот от подруги. Мы с ней перемыли... там какой-то даже у неё коллекционный реальный фарфор оказался. А потом, ты не знаешь, какие у тебя вещи есть на самом деле. Есть бабушкины сервизы. Если ты находишь в себе силы с ними расстаться, например, у тебя бабушкиных сервизов... И я написала где-то в социальной сети, что вот я такое придумала, что вот посмотрите, вот я собрала, и давайте вы мне тоже приносите. «Приносите свои пылесборники, — написала я довольно нагло, — давайте пустим их на доброе дело». Я увидела, что у людей, просто у москвичей, есть огромное желание это отдать. Потому что это хорошее дело, потому что это какой-то смысл. Этих вещей довольно много, не все из них используются. И я первый год, я помню, и даже второй год, я ездила и сама самовызовом всё собирала. Я всю Москву объехала, я познакомилась с каким-то интересными уголками столицы, так сказать, в которых я никогда бы иначе не была. Ужасно милые люди, или какие-нибудь пожилые люди, такие старушки трогательные, или какая-то молодая супружеская пара мне отдала три коробки гжели, например, в каком-то новом жилом комплексе. Были у нас какие-то прямо раритеты даже, неожиданные совершенно. Супруга одного моего университетского преподавателя математики мне отдала какие-то вещи, которые она когда-то купила в Великобритании на какой-то тоже благотворительной ярмарке. И это были необычные очень для нас вещи — они нарядные, они какие-то иногда бывают нелепые...

Т. Ларсен:

— Какие-нибудь щипчики для фисташек.

Ю. Данилова:

— Да. У нас был там переходящий приз — фигурка фарфорового слоника. Маленький фарфоровый слоник какой-то английский. Для нас здесь, в России, он ниоткуда, он не советский. Мы знаем примерно, какие бывают вещи, какие были у наших бабушек, а это из какой-то другой жизни слоник — он такой невиданный слоник. И у меня из-за этого слоника возникла конкуренция. Одна наша сотрудница для своего ребёнка хотела этого слоника. А когда она пришла на «Белый цветок», слоника уже купила другая моя коллега. И та другая коллега подарила ей этого слоника, узнав, что та хотела купить его. А потом они поиграли с этим слоником и на следующий год принесли его опять на ярмарку. И мы этого слоника ещё раз пустили в дело. И бывают настоящие антикварные вещи. У меня там было какое-то большое кузнецовское блюдо дореволюционное. У меня сейчас есть дореволюционное немецкое блюдо 1920-х годов, такое фаянсовое.

В. Рулинский:

— Уже вкус такого аукциона пошёл.

Т. Ларсен:

— А аукцион тоже будет?

В. Рулинский:

— Да, будет.

Ю. Данилова:

— Помните, такая была игра в детстве «секретики»? Когда ты закапываешь такие стекляшечки, потом раскапываешь, а оно там всё таинственно блестит. Вот это чем-то похоже. Не знаю, может быть, я с ума сошла, но мне почему-то это ужасно всё нравится. И вот то, что одни люди это хотят отдать, а другие вполне с удовольствием, и в том числе из сентиментальных каких-то соображений: как у бабушки чашка, например. Я сама не покупаю ничего на этой ярмарке, потому что я вроде только хотела очистить свои полочки. А тут мне всё оно нравится.

Т. Ларсен:

— Как вам это удаётся — себя воздерживать?

Ю. Данилова:

— Мне времени не хватает во время ярмарки. Ну так вот, у меня были такие цветные небольшие рюмочки, очень красивые, которые тоже какие-то разбудили во мне какие-то... не знаю, когда-то в детстве что-то такое виданное, но я их не покупала. И одна коллега для меня их купила и мне подарила. И эта коллега в прошлом году умерла от рака. Это был чудесный человек — Марианна, чудесный просто совершенно, очень тонкой души, очень такая чуткая. И она как-то поняла, что вот мне хочется эти рюмки, и она для меня их купила. Я о ней теперь вспоминаю. То есть это такое, с очень человеческой такой нотой, что-то такое с личной какой-то историей. Не знаю, я могу долго петь про свои винтажные вещи.

Т. Ларсен:

— На самом деле, конечно, я вас очень хорошо понимаю. Я тоже страшно люблю старинные вещи, которыми кто-то пользовался и которым ты можешь дать вторую жизнь. Я как раз барахольщица — я из тех, кто всё собирает и не раздаёт. Просто для меня это очень интересно и важно, когда у вещи есть история, есть какая-то душа, харизма, какая-то энергия за ней тянется чьей-то жизни. И мне кажется, что это про традицию ещё тоже. Потому что вот этот фестиваль, о котором вы говорите, это же не столько про развлечения или про какое-то праздное времяпрепровождения, это просто смыслы, про память, про какой-то обмен эмоциями, чем-то тёплым, душевным. Не просто что-то купил, а купил и сделал доброе дело для кого-то.

Ю. Данилова:

— Это ещё очень семейная история.

Т. Ларсен:

— Да, то есть это то, что может стать действительно для семьи такой ежегодной традицией — посещение такого фестиваля, участие в добрых делах. Меня часто спрашивают: вот у вас семья, трое детей — какие у вас семейные традиции? Я каждый раз ломаю голову, потому что у меня такая жизнь насыщенная, в ней столько всего происходит. Но вот так вот, знаете, чтобы семейный ужин каждые выходные, или мы обязательно наряжаем какую-то особенную ёлку в Новый год, или что-то ещё. Ну, наша семейная традиция — это поехать на дачу и там отдохнуть, оторваться. Вот тоже мне традиция. Мне кажется, что этот фестиваль ваш может действительно для многих очень людей задать какую-то планку нового взаимодействия с членами своей собственной семьи.

Ю. Данилова:

— Вообще, хочется, чтобы был какой-то якорь такого рода.

Т. Ларсен:

— Причём именно, опять повторюсь, не просто прийти и развлечься, послушать музыку, как-то прям почувствовать праздничное настроение, а ещё и сделать доброе дело через это всё.

Ю. Данилова:

— Ну да.

Т. Ларсен:

— Вот мне кажется, что благотворительность такой и должна быть. Она должна быть с каким-то праздником в жизни человека.

В. Рулинский:

— А мне вообще кажется очень странным, что до сих пор в нашей большой православной стране не было такого большого благотворительного рождественского фестиваля.

Т. Ларсен:

— Только лотерея была пасхальная.

В. Рулинский:

— Про лотерею отдельный разговор. У нас есть Рождественские чтения...

Т. Ларсен:

— Хотя это традиция...

Ю. Данилова:

— Да, не то слово... но как-то если оно продолжится, буду крайне... Мне сейчас страшно думать о том, что оно продолжится, потому что он ещё не начался вообще — 19 декабря ещё начало.

В. Рулинский:

— Но просто есть Германия — вот эти вот глинтвейны, вот эти семейные огоньки мерцающие. Это же просто чудо даже в самой этой атмосфере. А у нас вроде как, да, украшают улицу, но ведь смыслы за этим часто теряются...

Т. Ларсен:

— Просто декорация.

В. Рулинский:

— Да. А здесь получается действительно сочетание смыслов.

Ю. Данилова:

— Ну да, благотворительность или добрые дела напоминают всё-таки о смыслах. Это не просто развлечение какое-то. Именно, может быть, в этом ключ, что — ну, ярмарка и ярмарка, или концерт и концерт, — а то, что он благотворительный, как раз возвращает нас к теме Рождества, что нужно полюбить там кого-то... полюбить ближнего. У нашего руководителя епископа Пантелеимона Верейского есть такой афоризм, который мы очень все любим. Он как-то так сказал, и у нас это всё это запало: радость умножается делением. Это правда так. И в том числе, когда ты вот отдаёшь эту свою посуду, или какое-то время, или как музыканты, которые бесплатно играют, выступают. И этой радости как-то становится больше. И этого бы хотелось.

В. Рулинский:

— Да. Это программа «Делатели» на Радио ВЕРА. Мы говорим с главным редактором портала Милосердие.ru Юлией Даниловой про благотворительный фестиваль «Звезда Рождества». И если у вас есть желание стать участником фестиваля, то это можно сделать на сайте starfest.miloserdie.ru. Мы вернёмся после короткой паузы.

Т. Ларсен:

— Вы слушаете проект «Делатели» на Радио ВЕРА. Я — Тутта Ларсен.

В. Рулинский:

— Я — Василий Рулинский, пресс-секретарь Синодального отдела по благотворительности. Мы говорим с главным редактором портала Милосердие.ru Юлией Даниловой.

Т. Ларсен:

— Занимаемся умножением добра делением. Рассказываем вам о замечательном рождественском фестивале, который грядёт с 19 декабря по 16 января в Москве. Он называется «Звезда Рождества». Я на самом деле хотела немножко не про фестиваль, а про вас и про то, каково это — быть главным редактором портала Милосердие.ru. Потому что это какой-то, мне кажется, очень такой синтетический, сложный вид деятельности, когда ты соединяешь в себе социальную деятельность и журналистику, и, наверное, какую-то организационную работу.

Ю. Данилова:

— Я ищу себе операционного директора. Операционный директор, найдись, пожалуйста.

В. Рулинский:

— И сколько лет уже ищете?

Ю. Данилова:

— Ну нет — годами это пока не исчисляется.

Т. Ларсен:

— Как вы пришли к этому месту служения?

Ю. Данилова:

— Да как-то я особо к нему не стремилась. Как-то меня жизнь принесла на это место, честно говоря. Но это было давно. Я, вообще, какой-то монстр, динозавр и всё такое прочее. У нас сайт существует с 2004 года, и я так его и возглавляю с 2004 года. Прям страшно вспомнить.

Т. Ларсен:

— То есть он с вас и начался?

Ю. Данилова:

— Ну да, он был такой маленький, нас тоже было мало совсем. Я работала в газете «Коммерсантъ» рерайтером, которыми пугают журналистских детей.

В. Рулинский:

— Давайте теперь объясним, что это значит.

Ю. Данилова:

— Это такой редактор. Там такой отдел был в «Коммерсанте» старом. Рерайтеры — это такая группа редакторов, которые все статьи всей газеты ежедневной перерабатывали под формат как бы — сайта ещё не было. С широким полномочиями были редакторы, но это были именно редакторы такие. Они сами были не то что журналисты, а редакторы. Вот я там работала, даже возглавляла какое-то время этот отдел. И потом, по разной совокупности причин, я решила уходить и искать другую работу. Мне страшно нравилось на самом деле работать в газете «Коммерсантъ». Я прям с огромной благодарностью вспоминаю эту работу, с огромной благодарностью.

В. Рулинский:

— А сколько лет?

Ю. Данилова:

— Лет восемь я там проработала.

В. Рулинский:

— Это прилично. Золотые годы, наверное, застали «Коммерсанта»?

Ю. Данилова:

— Это меня очень многому научило, и вообще классные люди. Это были как раз золотые годы именно. И эта школа, которая не проходит. Ты попадаешь в эту выучку, и потом она никуда не девается. Мне кажется, месяц работы в «Коммерсанте» стоит трёх лет на факультете журналистики.

Т. Ларсен:

—Да, это точно.

Ю. Данилова:

— В какой-то момент жизни я заметалась и стала искать другую работу. И чего-то я пометалась, пометалась, пробовала то, сё, ходила на собеседование, на Би-би-си, я помню, ходила. И мой духовник меня направил к тогда отцу Аркадию Шатову, что там кто-то нужен. Я пришла — кто-то нужен. Было очень смешное собеседование, когда тогдашний отец Аркадий Шатов, протоиерей Аркадий Шатов, который теперь епископ Верейский Пантелеимон, мне в качестве тестового задания дал перевести на русский язык молитву «Отче наш». Я с некоторым недоумением перевела её на русский язык.

В. Рулинский:

— А сразу же? Сколько времени у вас это заняло?

Ю. Данилова:

— Сколько-то я там просидела, перевела. Я филолог всё-таки, слушай.

В. Рулинский:

— И понравилось владыке?

Ю. Данилова:

— Ну, как-то он меня взял на работу. Возможно, да. Я не знаю, что он проверял таким способом. И была идея делать журнал о добрых делах, о милосердии — журнал бумажный. Стали мы его делать и поняли, что нужно не о добрых делах, а про веру делать, собственно, журнал. Потому что чисто про благотворительность — это как-то узко. И мы сделали журнал «Нескучный сад». Он долго жил — этот журнал.

В. Рулинский:

— Очень необычное название, между прочим.

Ю. Данилова:

— Да это мы были потому что самоучки необстрелянные и всё выдумывали из головы, и делали всё так, как не положено. Потому что название, которое где-то там... потому что это всё было рядом с Нескучным садом. Какая-то у нас за этим стояла глубокая философская идея, что вот рай — там не должно быть скучно, это как прекрасный сад. В общем, мы там навернули какой-то такой метафорики лишней. И одновременно практически стало понятно, что всё равно нужно делать вот про социальную такую именно тему. И мы сделали сайт miloserdie.ru — чисто такой про социальную деятельность всякую, благотворительность, сестёр милосердия. И он такой практический был. Журнал мы делали-делали — его сейчас многие с любовью, надо сказать, вспоминают. Но потом как-то мы поняли, что два одновременно продукта, две одновременно вещи делать невозможно — просто нас разрывает. А тут ещё всё пошло... как бы интернет, бумага — ну её. Журнал закрыли.

В. Рулинский:

— Я помню, что было такое время, когда «Фома» и «Нескучный сад» — это были такие столпы. И то, и другое, и разные точки зрения, немножко с разных позиций на вопросы веры, и разный взгляд. Ну, как бы про одно и то же, но при этом вот с разными немножко подтекстами.

Ю. Данилова:

— Мы любили наш журнал, с удовольствием его делали, но потом стало невозможно делать две сущности. И мы сосредоточились на Милосердие.ru. Это СМИ, это издание, которое пишет о социальной разной проблематике. Мы сейчас для себя сформулировали, что в целом это тексты, которые помогают жить, которые помогают людям преодолевать их трудности. Мы пишем про опыт людей, которые прожили, прошли через что-то достаточно тяжёлое. Мы даём практические совершенно какие-то вещи, какие-то гайды там, как, что, чего сделать. Мы пишем про людей, которые, как у вас, делатели — про людей, которые что-то такое делают хорошее. И мы помогаем некоммерческим организациям, благотворительным организациям, самым разным — и светским, и церковным. В том смысле, что мы много пишем о ремесле, о технической стороне этой нашей всей благотворительности, типа как собирать деньги. Да, основной технический вопрос какой? Это как собирать деньги.

В. Рулинский:

— Конечно, благотворителям надо содержать свои проекты.

Ю. Данилова:

— Ну там диджитал, цифровое вот это всё — про это мы пишем, как сайт строить. И рассказываем о каких-то важных темах, о тех проблемах, которые решают тоже разные другие благотворительные организации, о разных сторонах, сложностях вот этой социальной жизни. О том, как правильно предъявлять наркозависимость, надо ли подавать милостыню на улицах, что там с бездомными у нас, огромный кусок проблем, связанных с детьми с инвалидностью. Мы пишем много про такие, в том числе, вопросы, которые на государственном уровне должны решаться, разбираемся в законодательстве. Ну, и много пишем человеческих историй, потому что журналистика решений так называемая — это когда ты разбираешься в теме глубоко, и из-за того, что ты в ней копаешься, становится понятнее, как решить какую-то проблему. Это как бы, да, важно, и мы этим занимаемся. Но вот эти личные истории людей важно показывать, важно давать голос тем, кто проходит через сложности всякие, кого не видно, кого не слышат, кого не понимают, не замечают. Важно какие-то инсайты, то, что внутри, какой-то опыт внутренний доносить. И для нас очень важно, что мы это решаем с христианской точки зрения. Эти решения — это христианские решения, которые мы предлагаем.

Т. Ларсен:

— А до прихода на работу в Милосердие.ru у вас уже был опыт какой-то встречи с благотворительностью?

Ю. Данилова:

— Был приходской. Это, скорее, не благотворительность, а такая вот... Я не сестра милосердия, никогда ею не была, но у нас была группа прихожан, которые там делали... ухаживали мы большим количеством наших прихожанок за одной прекрасной и в очень трудном положении находившейся одной женщиной, уже немолодой. Такое вот было что-то, не очень серьёзное, не очень длительное, скажем так. А уж про благотворительность разбирались по ходу дела.

В. Рулинский:

— Вот интересно, да. Сейчас Тутта спросила по поводу того, что у вас, получается, не было такого прям глубокого понимания, может быть, сектора, вообще проблем благотворительности, когда вы начинали это дело. И вот за эти годы — уже с 2004 года сколько лет прошло? Сейчас 2023-й идёт, то есть уже почти 20 лет.

Ю. Данилова:

— Мы нарастили экспертизу.

В. Рулинский:

— Вы нарастили экспертизу. Но если бы вы взглянули на себя вот тогда, то сейчас что бы вы посоветовали? То есть что бы вы делали иначе, скажем так?

Ю. Данилова:

— Наш сайт Милосердие.ru не только СМИ, но это ещё и инструмент, собственно, прямой помощи. У нас есть раздел, где есть просьбы о помощи адресные, то есть помощь людям, попавшим во всякие трудные ситуации: лечение, реабилитация, помощь в других ситуациях. Мы собираем деньги на решение проблем этих людей. И это практически сразу началось с созданием сайта. Приходили люди в храм царевича Димитрия в Первой градской больнице, где мы тогда все... ну, это, собственно, оттуда всё выросло тоже — из деятельности сестричества Свято-Димитриевского. И тоже нужно было помогать, надо было как-то разбираться, надо было вникать, понимать, как решать эти проблемы, так или не так, как правильно потратить собранные деньги. И вот тут, конечно, опыт вот в этом — как правильно проверять эти просьбы, как разбираться. Иногда человеку очень сложно самому. Там бывает самое простое, пожалуй, с лечением, а вот всякие социальные проблемы сложно решать. Особенно там часто бывает, что мамы детей с тяжёлой инвалидностью, когда очень долго, когда очень тяжёлый ребёнок, и мама к нему привязана, она уже не может работать, не может получить профессию, не может оторваться от своего ребёнка, потому что они в таком симбиозе сложном. И там эти проблемы накапливаются, как какой-то ком, в этом сложно бывает разобраться, сложно понять, что конкретно поможет — оплата обучения, например, или какая-то помощь в трудоустройстве. Или как правильно? Не то что мы решаем, как правильно, но это всё равно требует разбирательств. И, конечно, мы поначалу совершали тоже всякие классические ошибки, разбираясь с этими разными сложными случаями.
Ещё у нас по детскому церебральному параличу такая есть некая специализация. Мы много денег собираем на реабилитацию как раз ДЦП. И мы вот тут прошли очень большой путь. У нас есть тесно с нами сотрудничающие эксперты-врачи медицинского центра Марфо-Мариинской обители, которые очень хорошие специалисты, которые нас консультируют. И мы просто в своей экспертизе этих просьб очень далеко продвинулись, поняли, что нам важно финансировать длительную реабилитацию — мы же деньги собираем. Это такая очень специфическая тема, в двух словах понятно её не донесёшь, но когда мы начинали, мы понимали, какая-то очень у нас была такая вымораживающая картина, что по всей стране многие делают... вот мамы с этими детьми мечутся по этим реабилитациям, путешествуют из города в город...

В. Рулинский:

— И ничего принципиально не меняется, да?

Ю. Данилова:

— Ну нет, немножко что-то меняется, но ребёнок вынимается из его обычной жизни. Он не может нормально учиться. И когда после курсовой реабилитации он приезжает домой, то теряет наработанное.

В. Рулинский:

— Потому что мама с ним не занимается сама?

Ю. Данилова:

— Потому что это очень сложно. Ничего не приспособлено дома — невозможно это удержать. И мы не понимали, как с этим быть, потому что мы оплачивали, собирали то, что мы считали сами неправильным, не совсем правильным. Когда ничего нет, а это есть — это уже лучше. И мы стали искать такие центры в регионах, которые оказывают эту длительную реабилитацию. И их не было вообще. Потом их стал один — какой-то там, забыла, где. Теперь мы знаем уже около 30. То есть мы уже знаем в разных регионах.

Т. Ларсен:

— То есть вы инициировали их создание?

Ю. Данилова:

— Не то что инициировали. Мы с ними общаемся, спрашиваем: у вас оказывается длительное сопровождение? Они говорят: нет. А мы такие: а вот мы длительное хотим. Давайте наши специалисты вам расскажут, как это можно, что для этого нужно. А есть ли у вас там такое-то обучение? У вас там ваши сертификаты вашего образования какие? Там у вас есть эрготерапевт, а физический терапевт у вас есть? И нам это казалось абсолютно безнадёжным, потому что где мы, а где вся страна и множество-множество этих центров? Но оказалось, что этими какими-то совершенно лилипутскими усилиями, но зато методичными, мы всё-таки вот так вот по шажочку, по шажочку — и вот их теперь 30. И мы знаем, что в некоторых регионах мы можем маме ребёнка сказать: вы знаете, мы оплачиваем реабилитацию по месту жительства — у вас есть неплохой центр. Это эффективнее. И у нас появилась обратная связь от мам, что это эффективнее, что это лучше работает. И на самом деле это я не от себя, не от своего ума, так сказать, говорю вот это всё про длительную реабилитацию. Это, в общем, некое согласие специалистов лучших в стране на этот счёт. И вот это вот про то, что ты спросил, чему мы там научились. Вот этому, например, мы научились. И тут что-то мы немножко поменяли чуть-чуть — это же удивительно.

Т. Ларсен:

— Это «Делатели» на Радио ВЕРА. Мы продолжаем разговор о милосердии и о большом рождественском фестивале «Звезда Рождества».

В. Рулинский:

— Который стартует 19 декабря. И если вы хотите принять участие, то это можно сделать на сайте starfest.miloserdie.ru.

Т. Ларсен:

— Продолжаем разговор. Я понимаю, что благотворительность — это очень широкое поле, где есть огромное количество самых разных форматов, инструментов, направлений. А есть что-то, что вот лично вас, наверное, как-то вот больше всего трогает, на что вы всегда обращаете внимание? Это вот история с ДЦП или что-то ещё?

Ю. Данилова:

— Больше всего это личность, конечно, личность. Есть люди во всей этой теме, даже не столько в благотворительности, а в помогающих профессиях, которые достигли какого-то понимания глубокого смысла жизни, так сказать. Не знаю, как его сформулировать... смысла страдания и какого-то опыта прохождения через разные трудности, и какой-то большой устойчивости в этом. Вот все говорят про выгорание, а есть люди, которые не выгорают, которые умеют не выгорать от трудностей. Или которым этот их полученный опыт позволяет сохранять большую устойчивость в очень сложных обстоятельствах, вот в этом волнении моря житейского, и в трудных разных внешних обстоятельствах. В том числе через что уж мы все вместе в последние годы ни прошли: и пандемия, и военные события, и всё что угодно. И есть люди, которые не летают, как ветром носимые, а как-то очень устойчиво стоят в этом своём опыте. Это может быть опыт, связанный с верой, а может быть опыт людей, не очень церковных, но тоже как-то глубоко внутренне прошедших через какие-то испытания.

Т. Ларсен:

— А вот интересно, кстати, что этот опыт может быть не всегда связан с верой, вы говорите. Но что-то же должно объединять этих людей, что-то общее у них должно же быть.

Ю. Данилова:

— Душа же по природе христианка. Вот для меня загадка самая большая: почему одни люди так, а другие люди так? Почему одни люди ломаются, а другие не ломаются? Это загадка, на неё ответа я не знаю никакого.

Т. Ларсен:

— То есть и роль веры здесь не очевидна?

Ю. Данилова:

— Она не всегда очевидна. Понятно, что вера очень помогает, и она спрямляет пути, скажем так. Вера — это более прямой путь. Но бывают и какие-то окольные пути, которые тоже, может быть, не приведут к вере — я не знаю, я тут не глубокий душевед, скажем так, не могу так залезть в душу человеку и что-то такое про него глубокое понять. Но вот это вот важно очень. У меня есть такой всё время поиск настоящих каких-то людей. Настоящих — даже не то что каких-то очень позитивных, а таких вот настоящих, кто настоящий.

В. Рулинский:

— А можете примеры привести?

Ю. Данилова:

— Ну как Фредерика де Грааф, например, про которую понятно. Очень бывает смешно: какое-то есть мероприятие, конференция какая-нибудь на тему, например, паллиативной помощи, или там ещё что-нибудь такое. И вот ты понимаешь, что когда она придёт и будет рассказывать свой опыт, все будут слушать, затаив дыхание. Потому что она рассказывает важные вещи — важные для человека внутри, для человеческого опыта. У нас там была директор фонда «Детский паллиатив» — Карина Вартанян, по-моему, её фамилия. Вот она тоже удивительный человек совершенно.

Т. Ларсен:

— А мне кажется, поскольку мне посчастливилось как раз с Фредерикой делать интервью, что вот про неё я точно могу сказать, в чём её сила. Потому что она не просто рассказывает важные вещи, исходя из своего, конечно, уникального и огромного опыта, она очень утешительные вещи рассказывает. То есть то, что она рассказывает, казалось бы, это связано с трагедией, со смертью, со страданием — её деятельность. Но как бы это всё форма, а внутри этого всего какая-то радость пасхальная. Вот от неё исходит вот эта вот любовь, надежда и, главное, вот эта вот вечность, в которой все живы и в которой никто не страдает. Она прямо через неё просто расплёскивается.

Ю. Данилова:

— Я думаю, что она умеет молиться, наверное. И этот духовный смысл глубокий как-то передаётся.

Т. Ларсен:

— Но тут вот сила именно в том, что здесь есть какой-то глубокий опыт любви и веры. И он какой-то очень терапевтичный для тех, кто слушает, он такой лечебный, целебный.

Ю. Данилова:

— Для меня важнее всего вот такие личности цельные и глубокие.

В. Рулинский:

— Недавно вы рассказывали про отца Иоанна Перевезенцева из Рыбинска на страницах тоже Милосердия.ru. Он был у нас тут в студии.

Ю. Данилова:

— Да, очень хороший отец Иоанн.

В. Рулинский:

— Удивительный тоже. Мне кажется, он в каком-то смысле тоже человек, познавший многие вещи на собственном опыте, в том числе вещи, связанные со страданиями и выходом к вечности через них. Врач-хирург, который организовал сейчас выезды волонтёров в донецкие больницы — больше пятисот человек уже съездили.

Ю. Данилова:

— Но вообще, люди, которые глубоко осмысляют жизнь, не закрывая глаза на вот это страдание, которое всегда есть в жизни и которое неизбежно для каждого человека, как не хотелось бы от этого... Это вот такие плохие новости у нас для вас, дорогие друзья: страдания неизбежны.

В. Рулинский:

— Но вторая новость получше: есть вечность, есть Христос и есть Воскресение.

Т. Ларсен:

— Есть что-то большее, чем страдание.

Ю. Данилова:

— Но некоторая такая радость в том, что если на это не закрывать глаза, на эту правду жизни, то ты находишь эту радость. Вообще, это загадка, конечно. Вот про что говорил святитель Лука, когда он говорил «я полюбил страдание» — что это значит? Мы даже статью такую сделали, пытаясь разобраться в этом вопросе, довольно интересную.

В. Рулинский:

— И к какому выводу вы пришли?

Ю. Данилова:

— Но это всё равно осталось немножко загадкой.

Т. Ларсен:

— Подождите, как говорил старец Зосима наш донбасский, «где страдания, там Христос».

Ю. Данилова:

— Да. И ты проходишь через это, но не смываешься этим, не колеблешься, что ли, этим.

Т. Ларсен:

— То есть тебя это не уничтожает.

Ю. Данилова:

— Тебя это почему-то не уничтожает. Потому что ты за Бога держишься.

Т. Ларсен:

— Тогда я всё равно не понимаю, как это можно без веры пройти.

Ю. Данилова:

— Непонятно, как можно это без веры пройти, Ну конечно, так в пределе и, наверное, по сути это без веры невозможно.

В. Рулинский:

— Я помню, по-моему, отец Александр Шмеман читал как раз воспоминания атеистов о своей жизни и пытался понять, как они это всё, вот эту жизнь очень сложную, пытались осознать, понять и найти какие-то выходы.

Ю. Данилова:

— Потому что он с детства был верующий. А многие из нас помнят, как они не верили в Бога и как это было ужасно.

В. Рулинский:

— Его просто это мучило, это загадка была: как в таком состоянии атеизма можно вообще жить?

Т. Ларсен:

— Да, это же очень страшно. Для меня это тоже всегда вопрос, когда человек мне говорит, что он атеист. Я говорю: а как ты живёшь? Это же очень страшно жить, когда Бога нет, и с тобой всё, что угодно, может произойти, и в любой момент, и в этом нет вообще никакого смысла. И тогда просто зачем жить-то? Ну всё, становись сразу удобрением — хотя бы на тебе деревья вырастут, чтобы была хоть какая-то польза. Я очень грубо утрирую, но, например, когда у меня появились дети, я, правда, не понимаю, как можно родить ребёнка и не поверить в Бога. Во-первых, потому что это чудо с тобой очевидное. А во-вторых, как его воспитывать, если за всё отвечаешь только ты? Когда вот эта вся жизнь только от тебя зависит, и вся эта ответственность, весь этот груз на тебе, и ты не можешь Богу делегировать и Ангелу-Хранителю ничего.

Ю. Данилова:

— Когда мы говорим «как можно быть атеистом?», мне кажется, мы ругаем атеистов. Не хотелось бы: как же вы так до сих пор?..

Т. Ларсен:

— Нет, мы любопытствуем.

В. Рулинский:

— Да, если нас слушают атеисты, то мы совершенно вас не ругаем.

Т. Ларсен:

— Простите нас, пожалуйста. Мы просто пытаемся вас понять. Но поскольку всё-таки мы говорим о выгорании и о том, что есть какой-то способ не выгорать, есть какой-то модус вивенди или операнди, в котором человек может пройти сквозь всё и не выгореть, не отчаяться, не пасть и не перейти на антидепрессанты.

Ю. Данилова:

— Ну да. Вот тоже, опять же, владыка Пантелеимон нас всё время учит, учит и за эти много лет, может быть, чему-нибудь научил. Он всё время говорит о том, что должна быть Литургия в центре, и тогда будут эти силы. Это как бы звучит немножко как такой рецепт, но, в общем-то, это и есть правда, потому что только, наверное, так это возможно.

Т. Ларсен:

— Ну вот. Потому что человеку это невозможно — только Богу возможно. То есть если как бы ты к Нему припадаешь, то есть надежда, что Он тебя как-то поднимет и понесёт.

Ю. Данилова:

— Ну да.

В. Рулинский:

— Я вот сегодня как раз говорил с владыкой об этом — ну, не о смысле страдания. Вообще, мы готовили одно поздравление к одному празднику. Вот у меня эта мысль — тоже ещё раз я её как-то вот осознал для себя, — что вера не во внешних каких-то обрядах, в каких-то формах.

Т. Ларсен:

— В молитвенных правилах.

В. Рулинский:

— Она живая — вера. Она вот в таком живом предстоянии Богу, она с тобой в сердце. То есть мы, открывая себя Богу, готовы вместить Его, себя отдать Ему полностью, чтобы Господь жил в нашем сердце. Это на самом деле важнее всего остального. А вот формы — это только помогает нам к этому прийти. Это, действительно, какая-то вот такая глубина. К слову о том, что одним из таких людей, которые, наверное, многие вещи в плане осмысления страданий поняли, является владыка Пантелеимон, который, наверное, тоже, надо сказать, вдохновитель портала Милосердие.ru.

Ю. Данилова:

— Ну да, он наш такой руководитель, духовник. Такой руководитель службы помощи «Милосердие» вообще.

В. Рулинский:

— И я так понимаю, что вы стояли у истоков вообще всей службы «Милосердие» в нынешнем виде.

Ю. Данилова:

— Нет, не я стояла у истоков службы «Милосердие», конечно же. У истоков службы «Милосердие» стояли сёстры милосердия, которые ухаживают за больными, помогают им, в больнице делают всю эту такую неприятную, тяжёлую достаточно работу. Это, конечно, они, а не я — я не сестра милосердия.

В. Рулинский:

— Ну, вы организовали, насколько я понимаю, такое именно общество друзей «Милосердия» в период кризиса финансового 2008 года, которое, в общем, потом превратили в интересный продукт, к которому хотели присоединиться большое количество людей — именно к службе «Милосердие». Раньше это были разрозненные проекты, а у вас получилось как-то их все собрать под единое такое крыло.

Ю. Данилова:

— Это мы все вместе тоже. Когда начался кризис, тот давний кризис 2008 года, — Боже мой, как это всё было давно! — стало понятно, что нужно возвать о помощи людям, когда стало сложно с пожертвованиями с крупными жертвователями. И тогда — это была коллегиальная тоже придумка, не моя личная — мы придумали это. Но мы каждый день почти встречались и думали: как же нам быть-то, что же делать? Проект нам, что ли, закрывать? И так мы придумали, что должна быть поддержка друзей «Милосердия», что должен быть такой круг сторонников, который тебя понемногу поддерживает, но зато постоянно. И друзья «Милосердия» — это те, кто не очень большими пожертвованиями, но зато регулярными, поддерживает службу помощи, её проекты.

Т. Ларсен:

— А теперь настолько уже вся эта идея «Милосердия» выросла и окрепла, что теперь «Милосердие» становится другом для Москвы и москвичей, гостей столицы и дарит нам целый рождественский фестиваль.

В. Рулинский:

— Да, благотворительный фестиваль «Звезда Рождества». Юлия, у нас буквально осталось несколько десятков секунд. Зачем человеку участвовать в фестивале «Звезда Рождества»? Для того, чтобы разделить эту радость, которую мы приносим людям фестивалем, чтобы самому порадоваться и порадовать других.

Т. Ларсен:

— Потому что милосердие должно быть радостным.

В. Рулинский:

— Да, а радость умножается делением. starfest.miloserdie.ru — сайт, на котором можно найти подробную информацию о фестивале «Звезда Рождества». И там же можно приобрести билеты. Уже 19 декабря начинается программа фестиваля. Он будет очень интересный, очень насыщенный для всей семьи — не пропустите. Спасибо большое, дорогая Юля, за этот важный разговор.

Ю. Данилова:

— Спасибо, друзья.

Т. Ларсен:

— И пусть фестиваль состоится — помоги, Господь. Я уверена, что всё будет замечательно. Я вот очень хочу на вертепы попасть.

Ю. Данилова:

— Всех ждём вас.

В. Рулинский:

— Это была программа «Делатели» на Радио ВЕРА. С вами были: Тутта Ларсен —

Т. Ларсен:

— И Василий Рулинский — пресс секретарь Синодального отдела по благотворительности.

До встречи на фестивале «Звезда Рождества».

В. Рулинский:

— До свидания.

Ю. Данилова:

— До свидания.

---

Все выпуски программы Делатели

• «Больничное служение». Алексей Заров, Юлия Товстая
• «Антиабортные инициативы и поддержка многодетных семей». Священник Фёдор Лукьянов
• «Сохранить семью». Протоиерей Федор Бородин

---

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов