![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2023/11/ieromonah-Makarij-Markish.jpg)
У нас в гостях был руководитель епархиального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Иваново-Вознесенской епархии иеромонах Макарий (Маркиш).
Мы размышляли с нашим гостем о словах Спасителя: «Вы — соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою?»: к чему призывает нас этим наставлением Господь.
Ведущий: Александр Ананьев
А.Ананьев:
— Добрый вечер, дорогие друзья! Интереснейший сегодня разговор у нас будет в программе «Вопросы неофита» — в первую очередь, даже не потому, что тему такую придумали мы сегодня, а потому, что наш сегодняшний собеседник, прекрасный гость из Иванова — богослов, очень чуткий друг, автор и основатель, между прочим, миссионерского проекта «Вопросы батюшке», что в контексте нашего сегодняшнего разговора будет очень важно, председатель епархиальной комиссии по защите прав семьи, материнства и детства Иваново-Вознесенской епархии, человек, который посвятил всю свою жизнь Богу и служению людям, — иеромонах Макарий Маркиш.
Добрый вечер, отец Макарий! Здравствуйте!
О.Макарий:
— Добрый вечер, дорогой Александр! А вот эти титулы... пока Вы их перечисляете... уже у нас времени не хватит на разговор!
А.Ананьев:
— Это я ещё и не начинал... Вы же понимаете! Если б я читал всё, на это бы ушёл час! Мы решили ограничиться самым главным. Почему — этим?
Дело в том, что... я Вас поздравляю с наступающим Рождественским постом! Завтра, 28 ноября, начинается наш короткий, но яркий и радостный путь к Рождеству Христову.
О.Макарий:
— Я готов принять Ваше поздравление, и — перенести его на всех наших слушателей... на всю планету Земля!
А.Ананьев:
— Да... мы ещё обязательно будем говорить о Рождественском посте, и о Рождестве, и об опасностях, связанных с Дедом Морозом и Снегурочкой... да-да, мы, неофиты, считаем их страшным злом...
О.Макарий:
— Да и я был причастен! Я, кажется, рассказывал вам, что я был в юности Дедом Морозом?
А.Ананьев:
— Мы все в юности грешили, отец Макарий... сейчас стараемся...
О.Макарий:
— Но я ещё получал за это даже деньги...
А.Ананьев:
— Ужас какой! Я тоже. А... хотя, нет... я был Дедом Морозом в школе у ребёнка, и, в общем, это было... добровольное, бесплатное прегрешение...
О.Макарий:
— Ну... добровольно... мы, студентами, участвовали в этой... акции... фирмы бытовых услуг «Заря»... это отдельная тема, наверное...
А.Ананьев:
— Да, отдельная тема... Я хотел Вас спросить: а, вот, если бы Вас сейчас, отец Макарий, попросили побыть Дедом Морозом на празднике корпоративном в банке, Вы бы согласились?
О.Макарий:
— Ну, меня бы в банк бы не пустили на пушечный выстрел, наверное...
А.Ананьев:
— Почему?
О.Макарий:
— Ну, скажут... попам, как-то, там нечего делать... трудный вопрос! Я бы обратился к своим сослужителям... а, может быть, даже и к правящему архиерею.
А.Ананьев:
— Хорошо. Тема сегодня совсем другая. Не про Новый год, не про Деда Мороза, слава Богу...
Завтра, 28 ноября, в этот большой праздничный день, на Литургии мы читаем Евангелие от Луки, главу 14, которая заканчивается словами, которые лежат... я, так, поймал себя на мысли, что, каждый раз, когда я читаю какой-то фрагмент, который сегодня или завтра читается на службе — и эти слова лежат в фундаменте нашей веры!.. они такие важные...
О.Макарий:
— Так, правильно!
А.Ананьев:
— ... и, каждый раз, я это произношу...
О.Макарий:
— Вся эта книжечка лежит в фундаменте!
А.Ананьев:
— Да. Итак: «Всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником.
Соль — добрая вещь. Но если соль потеряет силу, чем исправить её? Ни в землю, ни в навоз — не годится. Вон выбрасывают её.
Кто имеет уши слышать, да слышит!» — это непонятный мне фрагмент.
Я не могу понять, почему христиан называют «солью земли». Я не могу понять, почему соль... теоретически, соль же — она состоит из соли! Как же она может потерять солёность? Я не могу понять, почему... ну, смотрите... соль — она же... в ней не может расти пшеница, а роль земли заключается в том, чтобы в ней росла пшеница... и, мне кажется, мир был бы таким прекрасным, и Господь так хочет, чтобы все были христианами... но, если все будут солью земли, что ж тогда на ней вырастет? Если это будет — солёная пустыня Сахара!
О.Макарий:
— Очень хорошо Вы сказали с самого начала: что это — фундамент веры. Фундамент — это очень важная вещь. Если нет дома, то — зачем фундамент? И... когда есть дом красивый построенный... или, может быть, даже и не очень красивый... фундамент, вообще, никто не видит. Дом нужен, чтобы там жили, если, пили, спали, мылись, зубы чистили... фундамент — там... где-то... под низом.
А.Ананьев:
— Ой, у нас тут такая трагедия случилась! В нашем... за городом у нас там дом. Напротив построили дом — огромный, прекрасный... вот, прям, прекрасный дом! С оранжереями, с бассейном... и... строители где-то ошиблись в расчётах, и не учли грунтовые воды. И, вот, тот самый фундамент, о котором мы говорили, поплыл и зацвёл! И сделать сейчас... ну... либо очень дорого...
О.Макарий:
— Ну, да... либо надо сносить...
А.Ананьев:
— ... либо... да, сносить, и это...
О.Макарий:
— Вот, вам очень... очень... понимаете, Господь даёт эти, вот, события, в качестве метафоры, в качестве подсказок, аналогий, образцов, примеров для нашего рассуждения. Пища для ума. Это совершенно точно.
И, вот, можно начать, действительно, разговор очень интересный и полезный. Практически, его можно вести о любом фрагменте Священного Писания. А, особенно, о таком, вот... который Вы процитировали, который нам к сегодняшнему дню... а завтрашнему... подходит.
Дело, прежде всего, в том, что некоторым нашим согражданам, единоверцам, представляется, что Священное Писание... ну... это — некоторый нормативный документ. Вот, как у юристов. Вот — закон о том, что не надо мусорить... или, там, что-нибудь ещё. Как трактовать ту или иную позицию этого закона? Закон требует интерпретации. Они и смотрят: решение Верховного суда, решение... там... арбитражной коллегии... и всё выясняют. А уж на крайний случай — просто идёт дело, и доходит до Верхсуда, или Конституционного суда, они всё решают — и всё, процесс идёт. А, потом, глядишь, законодатели ещё что-нибудь добавят...
Нет, друзья мои! Священное Писание не имеет такого характера. Вот, нет! Не люблю этого слова «нет», но приходится его употреблять. Это — не так.
Апостол Лука записывает некие слова, которые он сам, вероятно, не слышал... а мог и слышать — он был одним из большой группы апостолов. Не из двенадцати, но из более широкой группы. Мог слышать это сам, мог слышать от кого-то — это прямая речь Христа.
Никто не спрашивал: «Учитель! Ну, ка... вот, Ты что-то сказал, там... ну, ка, давай, сейчас всё разложи! Потому, что нам тут непонятно... две тыщи лет пройдёт — люди будут там репу чесать себе...» — нет, этого не происходило. Эти прямые речи Спасителя вошли в текст Священного Писания для нашего вразумления, для нашей пользы, но — не в качестве формального руководства к действию, и даже к формулированию каких-то догматов.
Очень хорошо об этом было сказано в одном из совсем уже сравнительно недавних... по-моему, начала XIX века... или конца XVIII... не помню... так называемое «Каноническое послание Восточных патриархов»... была переписка с Западными деятелями, протестантами. И было там высказано... тоже ничего такого, специально нового, не было сказано, но просто уже положено в простую букву: «Церковь не основывает на Священном Писании христианскую веру, но находит подтверждение христианской вере в словах Священного Писания»...
А.Ананьев:
— Ещё раз... Церковь...
О.Макарий:
— Священное Писание не служит формальной ( я уже слово «формальной» добавляю от себя ) основой для христианской веры.
В учебнике Геометрии есть набор аксиом и постулатов, которые служат основой школьникам для решения задач. Ну, и, более серьёзным математикам — другие аксиоматические системы.
Нет. Христианская вера — это не аксиоматическая система. Это — жизнь... жизнь — земная, вечная — которую дал народам мира Спаситель, Богочеловек Иисус Христос. Каким образом Он её дал? В виде Духовного Наследия. Духовное Наследие Церкви...
А.Ананьев:
— Подождите... Вы отрицаете то, что у человека... у меня... должно быть безусловное, трепетное... такое... как это называется... принятие и поклонение Священному Писанию?
О.Макарий:
— Поклонение — всё-таки, Богу.
А.Ананьев:
— Поклонение — Богу... Ну, хорошо, а...
О.Макарий:
— А трепетное... ну, почему нет... хорошо, да...
А.Ананьев:
— Это — единственный источник живого слова Христа!
О.Макарий:
— Источник живого слова Спасителя... действительно, у нас, помимо Священного Писания, практически, нет... хотя есть, так называемые, аграфы — незаписанные высказывания Спасителя.
Но, главное, что Священное Писание Нового Завета... а, в общем-то, и Ветхого тоже — это формы Священного Предания.
Есть такое слово «предание». Оно не очень популярно по-русски звучит... немножко, так сказать... кисло: «А... предание... бабушкины сказки!» Поэтому, можно сказать: форма Духовного Наследия Церкви. Форма — одна из... одна из...
А.Ананьев:
— Вы мне сейчас весь мир перевернули! Как так-то?..
О.Макарий:
— Я Вам перевернул?
А.Ананьев:
— Конечно...
О.Макарий:
— Боже, избави... какой я хулиган...
А.Ананьев:
— Я был уверен, что... Ну, вот, житие Богородицы, там... и прочие...
О.Макарий:
— ... истории...
А.Ананьев:
— ... истории, да... это — Предание...
О.Макарий:
— ... это благочестивые сказания, да?
А.Ананьев:
— ... благочестивые сказания, да... это всё — Предание...
Наши... да, что же это... у меня возраст уже... кто у нас — символ семьи, любви и верности? Муромские... Пётр и Феврония...
О.Макарий:
— Так...
А.Ананьев:
— Вот, их житие — это тоже Предание, сказание...
О.Макарий:
— Ну... в форме...
А.Ананьев:
— А Священное Писание — однозначно, нет. Каждое слово — не случайно. Это слово, сказанное самим Христом во время Его земного пути...
О.Макарий:
— Ну... сказано... Вот, между прочим... ну, хорошо, что Вы здесь заостряете всё это, и правильно делаете — потому, что в важных, серьёзных делах надо заострять.
Слово, сказанное Спасителем. На каком языке Спаситель говорил с апостолами? Наверняка, не по-гречески. Либо по-арамейски... ну, по-арамейски, скорее всего... может быть, на иврите... близкие языки.
У нас, жителей планеты Земля, практически, нет живого слова самого Спасителя.
Вот, наши мусульманские соседи и сограждане — они утверждают, что, вот, Коран — записанное слово Аллаха... я не буду вдаваться в исламское богословие... немножко другое отношение к письменным источникам их веры, их мировоззрения.
Христиане должны помнить, что живое слово Спасителя было интерпретировано, переведено! Разными людьми.
Ну, прежде всего, на греческий язык, естественно... дальше уже идёт жизнь этих рукописей... что, там, возникло за прошедшие века... какие-то конъюнктуры... какие-то лакуны... что, там... чего... Это — текстология Нового Завета. Всё это — важные средства нашего... вот, того самого подтверждения... подкрепления той веры, той жизни, которую мы, вот, и называем Духовным Наследием, или — Священным Преданием.
Откройте, дорогие друзья, любую книжечку, более-менее серьёзную... ну, уровня Катехизиса, и не выше... и там будет написано, что Предание Церкви обнимает собою многообразные формы... имеет разнообразные формы. Из них важнейшая, и наиболее существенная — Священное Писание. Но — не единственная. И оно не служит основанием для формальных выводов.
А.Ананьев:
— «Вопросы неофита» на Радио ВЕРА.
Сегодня мы беседуем с замечательным гостем из Иваново, председателем епархиальной комиссии по защите прав семьи, материнства и детства Иваново-Вознесенской епархии иеромонахом Макарием Маркишем... который опять заставляет взглянуть на жизнь мою нескладную христианскую под новым углом и в новом свете.
Что из этого следует? Я даже сам выводов делать не буду... вот... из, вот, того, что Вы сказали. А скажите мне сами...
О.Макарий:
— Выводы очень простые.
Феофан Затворник, святитель наш, конца XIX века, в одном из писем... опять... он ничего нового не говорит, но, так сказать, более яркими, простыми и доходчивыми словами доносит до всех нас те истины, которые в Церкви существуют.
«Вы думаете, — пишет он своей корреспондентке, — что Предание — Священное Предание — это передача ( „традицию“ по латыни, „традиция“ и „предание“ — одно и то же слово... русское... латинское )... Вы думаете, что это передача из уст в уста ( то есть, один сказал, другой — услышал, записал, передал третьему ) — нет. — пишет святитель Феофан, — это неправильно. Это передача — из жизни в жизнь».
Вот, и думайте, друзья мои. Жизнь богаче слова. И эта Жизнь, которая уже явилась... словами Священного Писания... это Христос. Это Его апостольская община. Это Единая Святая Соборная Апостольская Церковь, созданная Господом Богом, всею Святою Троицею... и вера наша в Троицу... через 50 дней после Воскресения Христа. И эта Жизнь, вот, от того момента, продолжается — вот, до наших дней.
А.Ананьев:
— Правильно ли я понимаю, — меня озарило — что, если вчитываться в каждое слово и в каждую букву Священного Писания, и строить свою жизнь, исходя из собственного понимания прочитанных букв и слов, и строчек — это то, что Христос называет «книжниками» и «фарисеями»?
О.Макарий:
— Не совсем так. Христос называл книжниками и фарисеями людей, своих современников, которые жили немножко на других основаниях... Но, продолжая Ваше предположение, это — трагедия протестантизма.
А.Ананьев:
— Ох, ты...
О.Макарий:
— Это трагедия протестантизма. В начале XVI века, в силу событий в Риме, и с Римской церковью, германские верующие — и простые люди, и богословы, и князья — сказали:
" - Хватит с нас! Мы больше Риму не хотим подчиняться и принадлежать!
— А что ж вы будете делать?
— А у нас есть Священное Писание!«
Они сделали очень много хороших дел. Они перевели Писание на немецкий. И, вообще, Лютер, так сказать, потрудился в этом деле... но... он, во многом, знаете, подрезал корень того дерева, на котором держится христианская вера. А этот корень дерева — это Церковь. Это — Церковь.
Девятый член «Символа веры»: «Верую во Едину Святую Соборную и Апостольскую Церковь».
Не сказано, заметьте, нашими далёкими предками: «Верую в Священное Писание Нового Завета!» — не сказано. А «во Едину Святую Соборную Апостольскую Церковь» — сказано.
И, вот, эта вера, и эта реальность жизни, передаётся нам — это и есть Предание, и очень важная форма, сторона, аспект этого Священного Предания — Священное Писание. Мы его должны изучать, как Вы говорите, вчитываться... и не про... уже, если я сам, на своих, так сказать... ну, я буду вчитываться, буду вопросы ставить, буду искать какие-то решения, я буду их обязательно сопоставлять с тем, что говорит Церковь... и... опять-таки... во всей своей широте. Есть церковные авторитетные источники древние, и современные авторы текстологических исследований... всё это нужно исследовать, понимать...
Я вам, дорогие друзья, очень даже советую... я уж, помню, в какой-то передаче советовал — книжку... не столько катехизис... катехизисы — их много, разных уровней катехизиса... возьмите уровень Догматического богословия. Современные книги по Догматическому богословию. Прежде всего, наш самый распространённый учебник Догматического богословия — это работа протоиерея Олега Давыденкова, который служит стандартным пособием для студентов семинарий. Откройте — и читайте. Написано достаточно просто, достаточно веско, достаточно ясно, достаточно авторитетно.
Авторитетно... заметьте... тоже добавка маленькая... не потому, что отец Олег — мы его так любим и уважаем. Мы его любим и уважаем, но это пособие, учебник по Догматике — это, в общем-то, коллективная работа Церкви. Потому, что учебник проходит через такое мелкое, частое сито всевозможных рецензий и редактур, отзывов, и так далее, чтобы достичь... вот... уровня, действительно, слова Церкви.
А.Ананьев:
— А не получится так, что... вот... есть живое слово Христа, есть Священное Писание...
О.Макарий:
— Так...
А.Ананьев:
— ... а какой-то, пусть замечательный, пусть образованный, но другой человек приходит и говорит: «Вот, тебе Христос сказал, вот, так... сейчас я тебе объясню, что Христос имеет в виду...»
О.Макарий:
— Ну... а вы, дорогие друзья...
А.Ананьев:
— Зачем мне переводчик с... с Христова на человеческий?
О.Макарий:
— Хорошо... А, вот, Вы слово «человек» замените на слово «церковь» — потому, что я на что упор-то сделал? Что такого рода книжки... понимаете...
Вот, человек — замечательный какой-нибудь имярек-священник... или даже имярек-епископ... или кто бы ни был... вот, он пишет... вот... проповедь произносит на те же евангельские слова, или что-нибудь ещё. А потом говорят: «А что это... вот, он так сказал... а другой может по-другому сказать...»
А мы говорим: нет. Это — не личное мнение, это — сумма того... вот, откройте книжку-то, посмотрите, как она устроена... это — сумма того, что набрала в свой коллективный разум, в своё коллективное сердце, если можно так выразиться, Христианская Церковь за два тысячелетия своего существования. И, если бы кто-то из нас ( от них же я — последний ) сумел бы самостоятельно и единолично эту двухтысячелетнюю историю Церковного Предания, или Церковного Наследия, сам в себя вобрать — ну, он тогда бы мог сказать: «Да, я тут всё понимаю, всё знаю, о чём сказал Спаситель, и отлично во всём разбираюсь!» Но, поскольку, ни у кого из нас такой потенции нету, то мы и опираемся на то, что нам даёт Церковь.
Вот, я вам назвал одну книгу. Таких книг немало, вероятно... их несколько, естественно. Современные книги — хороши потому, что они исправляют какие-то заблуждения и уклонения прошлого, а заблуждения и уклонения всегда есть. Ну... что сказать? Процесс идёт — вот, что можно ответить.
Может быть, нам вернуться к самому фрагменту, который...
А.Ананьев:
— Да! Я тоже сейчас смотрю на слово «соль», и предлагаю нам вернуться, уже в свете, вот, этого... хотя, мне это надо... знаете... что называется... даже не понять, а прожить!
О.Макарий:
— Ну...
А.Ананьев:
— То есть, есть аксиома... да? Аксиома — это не то, что требует доказательств, переосмыслений, трактовок... чтобы пришёл бы кто-нибудь, и пересказал мне аксиому другими словами... это аксиома!
О.Макарий:
— Ну... не совсем...
А.Ананьев:
— Небо — сверху, земля — снизу... а, вот, тебе Священное Писание и слово Христа!
О.Макарий:
— Ну, даже, что небо сверху, а земля снизу — и то, ведь, не всегда бывает. Это, если бы мы попали на какую-нибудь маленькую планету...
А.Ананьев:
— Если небо снизу, а земля сверху — с тобой что-то не так... попробуй разобраться...
О.Макарий:
— Я вспоминаю «Маленький Принц»... какие планеты у него там были... и как он летал... и где, там, что у него... верх и низ путался...
А.Ананьев:
— Если у тебя небо снизу, а земля сверху — значит, твои «Жигули», всё-таки, перевернулись... попробуй выйти из машины и поставить её обратно на колёса...
О.Макарий:
— ... если хватит пороху!
А.Ананьев:
— Да.
О.Макарий:
— Вы понимаете, друзья мои...
Ну, вот, жизнь... у вас есть родители, например — мама, папа... у многих — мужья и жёны... а у многих — дети. Вот — сердцевина жизни вашей. Ну, какие тут аксиомы? Ну, кто тут скажет... где тут доказательства? Что это, вот, ваш... Допустим, у вас был паспорт... паспорт потеряли... и говорят: «Это Ваш сын, что ли? А где написано? У Вас паспорт есть?» — а он, там, не внесён в паспорт... и у него отчество — Фёдорович, а Ваше имя — Василий... — Почему так?" Вы скажете: «Знаете... это бумажные дела... понятны все ваши сомнения... всё утрясём. Но сын у меня есть, был и будет, и никуда от этого не денешься».
Вот, примерно, какая аналогия тут работает. Но мы говорим: эпизод с сыном и отцом — он на уровне личного сегодняшнего существования. А, попробуйте, его разверните на 2000 лет — посмотрите, как история Церкви реализуется, вот, примерно, в таких ситуациях.
Вы говорите: соль потеряет силу. Дорогие друзья, вы считаете Синодальное наше... Синодальную версию перевода Нового Завета на русский язык... откройте церковно-славянскую версию! Или — послушайте, что мы прочитаем в церкви завтра, да?
Будет сказано: «Аще соль обуяет...» Что обуяет... куда... ещё непонятней! А это — более, такой... формально близкий перевод к греческому оригиналу. Но смысла... прямого смысла, как «стол», «стул» и «карандаш», вы также не найдёте.
Что это за «обуяние» соли? Какой реальности соответствуют эти слова — будь они греческие, церковно-славянские, русские? Или... ещё вам даю рекомендацию по Священному Писанию... в интернете вы легко найдёте сайт, ресурс, где приведены разные переводы — буквально, десятки, если речь идёт даже о русском языке, а уж если вы пользуетесь английским, или другими языками, то там ещё будет больше — разные переводы одного и того же стиха, разными авторами сделанные, начиная с древних классических и кончая современными. Тоже — полезное чтение.
А ещё другой ресурс — тоже очень полезный, на сайте Оптинского монастыря, — где на каждый стих Священного Писания приведена большая подборка комментариев святых отцов.
И они будут... конечно, в целом, они будут согласны, но каждый из них будет отражать какую-то свою особенную сторону, свой особенный аспект, свой особый акцент ставить на те или иные стороны, значения тех или иных слов Спасителя.
Вот, это «обуяние»... как сказать... деградация соли... мы не можем сказать прямо и точно, что это может значить.
Может быть, например... соль, элементарно говоря, подмокла, и ею невозможно больше пользоваться.
А.Ананьев:
— Но она от этого ничуть не менее солёная...
О.Макарий:
— Но вы не можете ею посолить... там... помидор...
А.Ананьев:
— Я? Могу.
О.Макарий:
— Если она подмокла? Как же...
А.Ананьев:
— А от этого помидор — только вкуснее... Вы когда-нибудь солили помидор подмокшей солью?
О.Макарий:
— Но она же... её не зацепишь пальцами!
А.Ананьев:
— Ой... она самая вкусная!
О.Макарий:
— Кто?
А.Ананьев:
— Подмокшая соль. Ой... я в походах всегда пользовался подмокшей солью — и яйца, и помидоры... с подмокшей солью...
О.Макарий:
— Но она... «подмокшая» — это не значит «размокшая»... я, может быть... вот, видишь... на, вот, этом, вот, простейшем примере лексической контралезы... лексического противоречия... мы видим, как непросто поставить в соответствие словам того или иного языка — реальность. А здесь идёт — реальность: метафорическая реальность, древняя реальность, реальность другой жизни.
Вот, говоря чуть-чуть о другом сейчас... ну, на ту же самую тему... почему, вот... «соль земли»... что, земля солёная? Так, она ничего не растит...
Сегодня в Российской Федерации и в большинстве цивилизованных стран вы идёте в магазин, покупаете пачку соли в килограмм, сравнительно дёшево, или даже очень дёшево, и держите её у себя дома, и вас это ничуть не волнует. А ещё сравнительно недавно — и на Руси, и в других странах — соль могла быть предметом и коммерции очень напряжённой, и военных даже действий, и очень глубокого внимания людей к этой соли, которой у них не хватало.
Возьмите русскую пословицу: «Пошёл домой, несолоно хлебавши». Что это значит? Почему несолоно он хлебал, и ушёл домой? Зачем? Почему он не мог взять щепотку соли, бросить и посолить?
«Несолоно» — значит, ему эту соль не дали. Он пришёл в гости, похлёбку-то ему дали, или кашу, а соль-то на стол не поставили — потому, что соль жалко давать какому-то низкоавторитетному гостю! Не дали ему соли! И, тем самым, его поставили... так сказать... принизили его.
Значит, вот, смотрите... в разных странах, в разных условиях... где-то этой соли полно, и она — не проблема, а где-то — она очень важна.
Я не знаю, во времена Спасителя в Святой Земле — что эта соль? Мёртвое море, как известно, там... или называют его солёным озером... там соль совсем другая — там магниевое, насколько я понимаю, соединение... не NaCl, a MgCl... но это уже... точно не помню... она годится ли в пищу? Сомнительно...
А.Ананьев:
— Мы сейчас прервёмся на минуту... мне надо пережить мои воспоминания о варёном яйце и помидоре с подмокшей солью... страсть, как захотелось! И это ж — такой грех накануне Рождественского поста...
О.Макарий:
— Ну, почему грех? Ни соль, ни помидор — не являются пищей скоромной... ешьте на здоровье!
А.Ананьев:
— Не... соль, помидор — да... а яйцо?
О.Макарий:
— Яйцо — уже не надо... отложите до Рождества.
А.Ананьев:
— Вот... вот... придётся отложить!
Кстати, прежде, чем я уйду, мой вам рецепт на Рождественский праздничный стол после службы.
Духовка. В духовку — чугунную кастрюлю. В чугунную кастрюлю пару десятков яиц — и на 4 часа в духовку при температуре 120-150 градусов.
Как они прекрасно запекаются! Какой чудесный ореховый вкус и цвет приобретают!...
О.Макарий:
— Какие сложности...
А.Ананьев:
— Это... как это сказать... соль стола, отец Макарий!
О.Макарий:
— Ну, вот, видите! Между прочим... но тут у вас... перерыв надо сделать небольшой...
А.Ананьев:
— Да.
О.Макарий:
— ... но тут есть очень даже разумная метафора к тому, о чём мы сейчас говорим.
А.Ананьев:
— Вот, через минуту продолжим наш очень важный разговор — не исчезайте, пожалуйста! Будет интересно.
А.Ананьев:
— Мы возвращаемся к разговору с иеромонахом Макарием Маркишем. Говорим сегодня... хотел было сказать «о соли земли и о фрагменте гл.14 Евангелия от Луки», но, как всегда, с отцом Макарием разговор гораздо шире, глубже и интереснее, чем можно выразить одной узкой темой.
Сейчас, вот, пока была короткая пауза, смотрел и вспомнил, что, действительно, по-гречески, «соль» — это «халс». А «остроумие» по-гречески — «халас», и неслучайное здесь это созвучие! И именно это имеет в виду апостол Павел, говоря: «Слово ваше да будет всегда с благодатью, приправлено солью...»
о.Макарий:
— «Приправлено солью», совершенно верно...
А.Ананьев:
— Здесь «соль» имеется в виду — и остроумие, и благодать. Ну, вот... такое, вот... глубокое... такое... семантическое многоуровневое значение, да?
О.Макарий:
— Ну, греки... а Павел... греческий не был его родным, но он был очень образованным человеком, и достаточно часто мы встречаем в Священном Писании такую игру слов, и риторику, в хорошем смысле этого слова, которая потом с трудом переводится на другие языки... а то и вовсе не переводится.
А.Ананьев:
— Да. То есть, ты можешь говорить правильные вещи, но они будут пресные и невкусные. А если ты приправишь их солью рассудительности, образности, остроумия и, самое главное, благодати — тогда это слово обязательно дойдёт до сердца слушателя...
О.Макарий:
— Да. А благодать — это дар... раз уж мы говорим о словах... по-русски, слово «благодать»... «харис» — это «дар»... то, что даёт Господь. Если я беру это что-то от себя, вне связи с реальностью христианского образа мысли, образа жизни — ну, значит, я получаюсь, как, вот... опять, словами того же апостола Павла... как звенящая медь... звенящий колокол. А, давайте, вы — доставляйте людям то, что вы получили от Господа, тогда ваше слово будет плодотворно, плодоносно, и... вот... как солёная пища, которая полезна для здоровья.
А.Ананьев:
— Я здесь должен уточнить. Это моё прочтение такое — что я между солью и благодатью, вот, в этом высказывании апостола Павла поставил условный знак равенства. А, на самом деле, этого может не быть.
«Слово ваше да будет всегда с благодатию, приправлено солью». Это не значит, что «соль» и «благодать» — одно и то же.
О.Макарий:
— Но читатель-то, который читал это Послание апостольское в его оригинальной форме, он не мог не видеть здесь какой-то связи — пускай, словесной, пускай, языковой. Но именно для того и создан язык, для того и существует язык, чтобы содействовать человеку в восприятии реальности за словами.
А.Ананьев:
— Как я понимаю, вот, это, вот — назидание Христа. Про то, что «всякий из вас — соль земли»... да?
О.Макарий:
— Соль земли, да.
А.Ананьев:
— Это означает, что вы — исключительные, друзья... вы, в каком-то смысле, незаменимые... не в каком-то смысле... вы — незаменимые. Без вас будет не так. Без вас — всё потеряет силу, вкус и цвет. Без вас — еда будет портиться, её невозможно будет заготовить на зиму. Без вас — рыба и мясо не будут... там... будут тухнуть. Ну, то есть... вот... вы — важны.
Но, простите меня, вы — не съедобны! И вас, поэтому, должно быть мало. Потому, что вы... ну... невыносимы! Вы для этой жизни — непригодны, сами по себе!
О.Макарий:
— Что-то... уж... какая-то, мне кажется... далёкий очень... как говорится, далёкий прицел! Ближе прицел...
Вот, несчастная наша Родина сейчас раздирается трагедией военных действий. И, вот, обратиться, например, к солдатам — они делают что-то очень важное для нас. Они... без них мы бы все погибли здесь. Но они делают своё дело. Много ли их? Столько, сколько требуется министерством обороны.
Они... могу сказать, что они — соль нашей земли. Соль — потому, что они очень важны для нашей земли. Потому, что без них, как Вы точно что сказали, была бы погибель.
Им приходится плохо. Так же — и христианам, во все времена, в той или иной форме, приходилось плохо. Но... здесь нету элемента — чего? Элемента возношения. «О, я какой! Я, вот, такой, особый! Я — соль, понимаешь... а вы, там... мясо тухлое...» — нет, никто из людей, подобных той метафоре, которую я привёл, не будет себя так ставить. Зачем? Он делает своё дело. Несёт свою ответственность. Выполняет свой долг. Выполняет ту задачу, которую он получил от Господа. Благодарит Господа за то, кем он стал, и что он может сделать.
И совсем не обязательны здесь такие... какие-то... аналогии, может быть, с военными действиями. Просто напросто: каждый на своём месте. Каждый на своём месте обеспечивает, вот, эту жизненность, эту целостность тому ходу событий, в котором он участвует. Не отворачивается от жизни, но помнит: «Ага... Господь сказал «вы — соль земли...» Значит: делайте это дело... делайте своё дело. Без вас... будет погано... будет... не то, что надо. Ну, правильно: каждый человек, каждый...
А.Ананьев:
— Не каждый. Не каждый — потому, что, по моим ощущениям, Христос здесь обращается не ко мне. Он обращается к апостолам — к своим ученикам, которые... возвращаясь на строчку выше...
О.Макарий:
— Да...
А.Ананьев:
— ... «отрешился от всего, что имел, чтобы стать Его учеником».
Он обращается, в каком-то смысле, к Вам — человеку, избравшему монашеский путь служения Христу. Вы оставили все свои мирские притязания, мечты, желания и соцпакеты, и сказали: «Я не буду иметь ничего — я буду учеником Христа, и буду нести слово Христово в жизнь, вот, этим обычным людям, которые достаточно малодушны, чтобы не оставить всё, и не стать учениками Христа».
О.Макарий:
— Ой-ой-ой... опасные... опасные рассуждения!
А.Ананьев:
— Почему опасные... где?
О.Макарий:
— Наши католические... как это называется... партнёры по диалогу, в иные годы, могли бы Вас... ну... за это, кстати сказать... вот, эту позицию... Вас бы римокатолические партнёры могли бы ещё по головке погладить. Но, если, скажем, за уклонение от истины такой же степени, они могли бы Вас, наоборот, горячему месту подвергнуть.
А.Ананьев:
— Я так и не понял... где, перед кем я провинился?
О.Макарий:
— Клерикализм, дорогой Александр! Клерикализм. «Вот, Вы, вот, такие... а мы, вот, простые...» «Ну, мы же не монахи! Ну, мы же не подвижники! Мы не аскеты... ну, и оставьте нас в покое...» — это страшная зараза в христианстве!
Ещё раз... римокатолицизм — имеются там свои уклонения в клерикализм, Бог с ними... православию клерикализм чужд!
Я приведу, на память, высказывание покойного Патриарха Алексия II, который на Епархиальном собрании, насколько я помню, говорил... замечательную тоже метафору: «У Бога нет племянников и внуков! У Бога все — дети. Первой степени родства! Каждый человек».
Но вы можете сказать: «Они в церковь не ходят... они такие-сякие...» — Бог с ними. Придут, если захотят. Но каждый, кто видит своей задачей следование за Христом, каждый — начиная от его святейшества, и кончая малыми детьми, которые только-только в сознание приходят — они, здесь, совершенно рядоположенные, и каждый имеет свою маленькую задачу. Вот, этот ребёночек, который приходит на исповедь... это интересно для священника — видеть этих, вот, малышей, которые приходят на первую исповедь... или одну из первых... и что-то начинают себе соображать. Очень такое... знаете... как корабль, который спускается на воду... в этот момент...
Вот, они уже... вот, этот вопрос, о том, что — отрешись от всего, чего хотел: «А почему мой братик у меня забрал куклу?» — ну, пожалей братика, ну, отдай ему... ну, что такое... вот, вам — «отрешитесь от всего земного». Не забудьте маму, папу, братика и всё остальное... как это называется... «оденьтесь в военную форму и пугайте народ»... нет, это не надо делать. Но надо, чтобы вся ваша жизнь земная, пока мы эту жизнь ведём, была выстроена по направлению к Небу. «Отрешитесь» означает, всего на всего, выстраивание правильной иерархии ценностей. Что — вперёд, что — на потом...
А.Ананьев:
— Как это? Спаситель же сказал молодому человеку, обратившемуся к Нему с вопросом: «Что мне сделать, чтобы попасть в Царствие Небесное вместе с Тобой...»
О.Макарий:
— Да... а Он говорит... да...
А.Ананьев:
— ... не то, что Вы говорите! А Он дал чёткое указание: «Продай всё, что имеешь, раздай деньги и следуй за Мной».
О.Макарий:
— Нет... верно... Кому Он сказал? Вам?
А.Ананьев:
— Ему.
О.Макарий:
— Ну, вот, он и сделал... или должен был сделать. Ни откуда не следует, что высказывание Спасителя по отношению к кому-то одному... а, если сказать более широко — в огромном числе мы имеем всевозможные пастырские, архипастырские... там... какие-то старческие советы кого-то кому-то... каждый житель планеты Земля начинает применять к себе!
А.Ананьев:
— Ну, формально же Он здесь обращается к апостолам... значит, опять же, не мне, а им...
О.Макарий:
— Здесь... ну, так... а мы начали-то с чего сегодня разговор? С Наследия Церкви.
Он говорит это апостолам. Это — Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь, которая своё мировоззрение, своё вероучение, говоря уже более формальным языком, формулирует, распространяет, излагает — для каждого верующего человека.
Если бы Спаситель требовал от нас... Ну, например, можно сказать... скажем... ещё ветхозаветное... Господь Бог говорит Моисею: «Не укради». Моисею, вроде, говорит... ну, можно сказать — Израильскому народу, евреям. А если ты не еврей, то, значит, уже можно немножко заняться этим делом — чтоб к рукам что-то такое прилипало, и всё остальное? Нет, это не так. Это требование Господа Бога, или, точнее... да, заповеди — это есть требование... но... в более широком аспекте... устроение земной жизни по определённому курсу, на определённых основах. Вот, это устроение на определённых основах предусматривает сохранение нравственных норм... следование нравственным нормам, которые, ни в коем случае, не включают в себя: пошли всех на разные места, и давай... это самое... военную форму надевай, и... всклоченные волосы до плеч... не нужно этого делать. Не нужно этого делать. Это называется «фанатизм».
А если люди говорят: «Ну, пускай кто-то надевает на себя... там... клобук и подрясник, а мы пойдём себе в ресторан!» — в ресторан пойти не вредно, но оставайтесь христианами.
Я, допустим, в ресторан не хожу... ну, а вы, допустим, ходите — это не делает вас хуже, а меня — лучше. Это не делает...
А.Ананьев:
— Признайтесь, отец Макарий!
Вы сегодня утром проснулись...
О.Макарий:
— Так...
А.Ананьев:
— ... и первая мысль была: «А не сотрясти ли основы мироздания Александра? И не изменить ли его жизнь полностью?»
О.Макарий:
— Да, вроде... что Вы... избави Бог!
А.Ананьев:
— Вы какие-то удивительные вещи говорите!
О.Макарий:
— Ничего я... я, вот, говорю... и слышу, что я говорю... вижу ситуацию... нет никаких здесь поводов для таких... выводов!
А.Ананьев:
— Я был уверен в том, что я очень хорошо понимаю, о чём идёт речь... а сейчас я уже в этом не уверен. И это — первый результат сегодняшнего выпуска программы «Вопросы неофита»!
А.Ананьев:
— Мы продолжаем разговор с моим сегодняшним дорогим гостем — разговор изумительный, разговор, который я потом переслушаю восемь раз, чтобы, наконец, понять всё в полной мере, и вам тоже советую — иеромонахом Макарием Маркишем, председателем епархиальной комиссии по защите прав семьи, материнства и детства Иваново-Вознесенской епархии. Что очень важно — автором и основателем миссионерского проекта «Вопросы батюшке»...
Вы такие же сложные ответы даёте в этом проекте? И неожиданные...
О.Макарий:
— Вы знаете... Вы так заостряете так эту сложность... но сложности большой нет. Нет большой сложности! Я могу нашим слушателям добавить очень простой совет... ведь, мы, к сожалению, по сложности, не успели, как следует, разобрать 14 главу от Луки. Возьмите, пожалуйста, найдите святоотеческие комментарии на Евангелие от Луки — вот, на сайте Оптиной Пустыни это есть. Почитайте, посмотрите... не спешите, не торопитесь... посмотрите, как по-разному святые отцы, отцы Церкви, те, на чьих плечах мы стоим, рассказывают о той реальности, которая стоит за этими словами. Это будет очень полезно для вас, очень полезно... так сказать... в продолжение нашего разговора.
А.Ананьев:
— Каждый раз, когда я читаю толкования, а я много читаю толкований...
О.Макарий:
— Ну, очень хорошо...
А.Ананьев:
— ... но... любое толкование — оно оставляет:
а) ощущение, что оно, всё-таки, адресовано не мне... потому, что не моим языком оно мне дано... это — во-первых;
б) а, во-вторых, очень часто, я... чувствую, что не дорос до такого уровня понимания. Или... ну, это, опять же — либо архаичное понимание, либо из другой вселенной понимание.
Я — мужик 46 лет, живу в большом городе, езжу на машине каждый день, останавливаюсь на светофорах, у меня две ипотеки, жена, собака... я живу, может быть, в другом мире? И, вот, эти толкования, очень часто, просто не доходят до сердца. При этом, мне очень понятно то, что говорите Вы. Понятно, и от этого — изумительно.
Давайте, ещё, просто, договорим то, что для меня очень важно...
О.Макарий:
— Давайте...
А.Ананьев:
— То, что Христос называет солью земли, я понимаю, как — святость. Он говорит о святых, на мой взгляд.
О.Макарий:
— Ну...
А.Ананьев:
— То есть, есть огромное поле, и есть — щепотка соли, которая делает это поле плодородным и приносящим урожай. И роль святых, которых не просто... там... 1%... а 0,0000... там... одна миллионная процента, среди живых... но даже... как говорил протоиерей Фёдор Бородин, приводя в пример... ну... иллюстрируя саму идею святости...
Он показал мне большую аудиторию, в которой мы с ним находились, и говорит: «Вот, здесь восемь радиаторов центрального отопления, и они, худо-бедно, зимой отапливают всё это помещение. На это требуются силы, деньги, время... но: если представить себе вот кончик швейной иглы — самый-самый кончик — нагретый до температуры миллион градусов, он мгновенно согреет это помещение. И, вот, святость, как раз, такая».
Что было бы, если бы это был не кончик иглы, а трактор «Беларусь»? Нагретый до температуры миллион градусов? Да, сгорело бы всё!
Что было бы, если бы святых было бы... там... каждый второй? Да, мир бы сошёл бы с ума, и... ничего бы не получилось.
Святые должны быть — иначе поле не будет плодоносить, и их должно быть — предельно мало! Вот, такая моя теория.
О.Макарий:
— Теория, конечно, хороша... вот, у Эйнштейна есть в переписке замечательное высказывание... не помню, правда, к кому, но можно посмотреть: «Ваша теория хороша всем, кроме одного — не соответствует действительности».
А.Ананьев:
— Так...
О.Макарий:
— А Эйнштейн, между прочим... исключительно интересны научные его... научная его жизнь, научный подвиг, и даже научная трагедия... но это... ладно... отдельная тема.
Дорогие друзья, ну пишет апостол Павел в Послании к Солунянам: «Воля Божия есть ваша святость». «Ваша святость» — всеобщая... святыми должны быть все! Ну... понимаете... сама характеристика «святой» ( «агиос» греч. ) относится, и должна относиться, к каждому христианину. И, мало того, опять-таки, в Посланиях апостольских мы и видим этот атрибут, этот эпитет, это прилагательное, применяемое ко всем членам общины. Святые... вот... собрали денег, послали в Иерусалим...
Конечно, в другом смысле, «святые» — это прославленные святые, те, кто причислен к лику святых, те, кому совершаются богослужения, те, к кому мы возносим молитвы, кого пишем на иконах. Но это различие не качественное, а количественное. И, кроме того, ещё и... казуальное.
Вот, кого-то — прославили, кто-то — известный человек, и вот — его причислили к лику святых. А кто-то — неизвестный, но, тем не менее, святой. А его — не причислили к лику святых, он — неизвестен.
Мы видим в истории Церкви, в истории почитания святых, как... ну, я вспоминаю, например... княжна Иулиания Ольшанская. Молодая девушка, литовская княжна, умерла в юности. А потом прошло какое-то время, и стали совершаться чудеса на её гробнице, и как-то люди стали её помнить, и... восстановилось её почитание — установилось... восстановилось... и сегодня она именуется одной из святых Православной Церкви, но была она святой, её святость — относится к её жизни, когда она никому не была известна.
Вот, поэтому-то, Ваша аналогия с высокой температурой... ну... не слишком хороша! А её ещё можно... под другое немножко подкопать. Потому, что... где в этой аналогии Христос? Вот, там... трактор разогрелся... игла разогрелась... миллион градусов... да закон Вина... там... четвёртая степень температуры... не помню уже... а где Господь? Где Христос?
А.Ананьев:
— Господь там же, где тот «дух мирен», о котором говорит батюшка Серафим Саровский, утверждая: «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся». Вот... вот, тут Он.
О.Макарий:
— Вот, если Он способен оживотворить Вселенную — а Он способен её оживотворить, то происходит это, в самом деле, через людей — от человека к человеку — почему и существует Церковь. Но кому в этой Церкви дана какая роль, какая функция — мы заранее сказать не можем.
Ну, или другой пример. Я вспомнил княжну Иулианию, а можно вспомнить Марию Египетскую преподобную, которая жила своей жизнью в этой пустыне, приносила покаяние в недобрых делах, которые она делала в юности. И только благодаря тому, что она встретила старца Зосиму, и он записал её историю, и историю встречи с нею, и эта история потихонечку пошла в жизнь, и по нашему Богослужебному уставу она вошла в Великопостную службу, люди её знают и помнят. А десятки, сотни, если не тысячи... и, на самом деле, гораздо больше... подобных событий остаются под покровом неизвестности.
А.Ананьев:
— Я другой пример хочу привести. Я лично, к своему огромному сожалению, не был знаком с митрополитом Сурожским Антонием, но за последние три года Господь свёл меня с тремя людьми, которые лично общались с ним, и двое из них даже считают себя духовными чадами митрополита Сурожского Антония.
О.Макарий:
— Ну, хорошо...
А.Ананьев:
— И... всё то, что... вот... сам факт их контакта с этим замечательным человеком сделал их — особенными. Это видно.
О.Макарий:
— Да.
А.Ананьев:
— Они, даже и в буквальном смысле — вот, сейчас — посвящают свою жизнь служению... просто, кто-то, наверное... там... на почве юриспруденции, кто-то — на почве медицины, кто-то — на почве благотворительности... но и, вот, даже в каких-то взглядах на жизнь, видно, что они... вот, чуть-чуть... забрали... взяли, вот, этой, вот, святости...
О.Макарий:
— Да, да...
А.Ананьев:
— ... они считают его святым, безусловно... и я тоже... даром, что он не канонизирован, и неизвестно, будет ли канонизирован Церковью — это не мешает...
О.Макарий:
— Вот, эта самая количественная разница... ну, и что?
А.Ананьев:
— ... ни мне находиться с ним в каком-то контакте молитвенном...
О.Макарий:
— Да...
А.Ананьев:
— ... и чувствовать его помощь, и его слово, и его поддержку.
Так, вот... его жизнь — через этих людей — меня изменила.
О.Макарий:
— Тоже хорошо...
А.Ананьев:
— Я не стал митрополитом Сурожским Антонием. И они — не стали митрополитами Сурожскими Антониями. Он — один, единственный, был, есть и будет. И он — в моём понимании — та соль земли, о которой говорит Христос в Евангелии от Луки.
Если бы все были митрополитами Сурожскими Антониями... ну... ничего хорошего бы не получилось... он один! Вот, та крупица соли, которая превращает банальный помидор в мишленовскую кухню.
О.Макарий:
— А Вы взяли, и провели, вместо количественного различия — провели качественное. Вот, тут надо немножко иметь, всё-таки, трезвый разум.
Если митрополит Антоний Сурожский — соль... а Александр, получается — не соль!
А.Ананьев:
— Александр — помидор, который с этой солью стал съедобным.
О.Макарий:
— А, вот, надо-то смотреть так: владыка Антоний имел какое-то количество соли, его друзья, его ученики — тоже какую-то соль имели, и Вы от них эту соль — получили. И Ваши дети, и Ваши близкие, и Ваши слушатели — тоже должны получить эту соль, уже от Вас. И, вот, так процесс и идёт. А мера этой соли, количество... или её... вот эта, вот... сила... которая... наши переводчики не очень толково это всё переводят... уже не от нас зависит. И уже не мы её мерим. У нас этого «солемера»-то нету, кроме просто обычных аптекарских весов. Вот, где зарыта собака...
А.Ананьев:
— Помните, как, в детстве мы делали... а, может быть, кто-то и сейчас делает... почему-то с детством у меня это связано...
О.Макарий:
— Что?
А.Ананьев:
— Огурец вдоль разрезали, и солили одну половину... а потом его складывали, и натирали половинками друг друга... то есть, солили-то одну половину, а вторая половина — тоже натиралась солью...
О.Макарий:
— Н-не знаю... тут я не вижу никакого фокуса...
А.Ананьев:
— Фокуса нет, но... это, вот, как раз... такая... может быть, не совсем...
О.Макарий:
— А, я понял... совершенно верно... конечно! И... ведь... и от огурца до огурца доходит соль...
А.Ананьев:
— Да...
О.Макарий:
— ... и, ведь, от солонки до супа доходит соль!
А.Ананьев:
— Да...
О.Макарий:
— И она доходит до организма человека, и даёт этому человеку потребить эту пищу... а пища здесь, можно смотреть — просто всё земное бытие... употребить его так, чтобы продолжать... инициировать свой путь к Небу.
А.Ананьев:
— Я знаю, что Вы, в определённых смысловых значениях, чудотворец...
О.Макарий:
— Как это?
А.Ананьев:
— ... поэтому, обращаюсь к Вам с просьбой. У нас, как мне сообщают, две минуты осталось до конца разговора, и, за эти две минуты, дорогой отец Макарий, я хочу попросить Вас дать мне и нашим слушателям совет — как не потерять свою «солёность»?
О.Макарий:
— Будьте христианами! В два слова — будьте христианами. Это включает в себя разные стороны жизни, начиная от вашего супружеского-материнского-отцовского подвига, и кончая вашим христианским просвещением, вашим чтением Священного Писания, вашей работой над Священным Писанием — как говорит, опять-таки... апостол Павел пишет Тимофею: «Исследуйте Писания!».
Исследуйте Писания — это исследование может быть очень разным. Одно дело — доктор наук в области лингвистики, или истории, или богословия, а другое дело — человек, даже, может быть, и высшего образования не имеющий. Но он возьмёт и откроет книжку, или Интернет, в наше время, и посмотрит: вот, смотри, стих какой, малопонятный... что тут по нему пишут... как, может быть, по-другому он был переведён... как это воспринять? Вот, вам — исследуйте Писания...
А.Ананьев:
— Солёность — это абсолютная или относительная категория?
О.Макарий:
— Относительная. Конечно, относительная...
А.Ананьев:
— То есть, можно быть немножко со...
О.Макарий:
— А почему — не абсолютная?
А.Ананьев:
— А потому, что соль — она соль...
О.Макарий:
— А почему — не абсолютная категория?
Соль и солёность — разные вещи.
Почему она — не абсолютная? Потому, что, если бы она была абсолютная, мы могли бы провести эту границу... сказать: «Ты — не солёный, а я — солёный», — и пошёл, привет!
А.Ананьев:
— Так, разговор, как раз, о том — не как помидор сделать, или сохранять, солёным? Его подсаливать надо, вопросов нет. Вот, в моём отношении, это, как раз, так: я — слабосолёный помидор... его посолили немножко... а потом — ещё немножко посолили.
А — соль? Как может потерять солёность? И как сделать так, чтобы соль солёность не потеряла?
О.Макарий:
— Не предать Христа... не отказаться от своего христианского подвига, от своей верности Христу... Вера и верность! В общем, в русском языке... да и в других европейских... в общем-то... одна и та же категория... один и тот же... как сказать... корневой росток.
А.Ананьев:
— Вывод простой: мы не договорили. Я приглашаю Вас продолжить этот разговор в программе «Вопросы неофита» в следующий раз, дорогой отец Макарий!
О.Макарий:
— С удовольствием!
А.Ананьев:
— Сегодня мы беседовали с автором и основателем миссионерского проекта «Вопросы батюшке», который можно найти... можно лично пообщаться с отцом Макарием — это делает его счастливым, как ребёнка под Рождество... председателем епархиальной комиссии по защите прав семьи, материнства и детства Иваново-Вознесенской епархии, иеромонахом Макарием Маркишем.
Спасибо! Всего доброго!
О.Макарий:
— Всего доброго, друзья! Господь хранит вас!
А.Ананьев:
— И — с наступающим Рождественским постом!
О.Макарий:
— Спаси, Господи! Примем меры...
А.Ананьев:
— Я — Александр Ананьев. Радио ВЕРА.
До новых встреч!
Все выпуски программы Светлый вечер
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
![Апостол Павел](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2018/03/Apostol-Pavel.jpg)
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
1 Кор., 141 зач., IX, 2-12.
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2019/05/Pavel-Velikanov-1024x696-240x240.jpg)
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Здравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов. Вас когда-нибудь смущало, когда вы узнаёте, что некий знакомый — вполне успешный, здоровый, красивый молодой человек — вдруг всё оставляет и уходит в монашество? Если да, то отрывок из 1-го послания апостола Павла к Коринфянам — именно для вас! Давайте послушаем 9-ю главу, которая сегодня читается в храмах во время богослужения.
Глава 9.
2 Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства — вы в Господе.
3 Вот мое защищение против осуждающих меня.
4 Или мы не имеем власти есть и пить?
5 Или не имеем власти иметь спутницею сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господни, и Кифа?
6 Или один я и Варнава не имеем власти не работать?
7 Какой воин служит когда-либо на своем содержании? Кто, насадив виноград, не ест плодов его? Кто, пася стадо, не ест молока от стада?
8 По человеческому ли только рассуждению я это говорю? Не то же ли говорит и закон?
9 Ибо в Моисеевом законе написано: не заграждай рта у вола молотящего. О волах ли печется Бог?
10 Или, конечно, для нас говорится? Так, для нас это написано; ибо, кто пашет, должен пахать с надеждою, и кто молотит, должен молотить с надеждою получить ожидаемое.
11 Если мы посеяли в вас духовное, велико ли то, если пожнем у вас телесное?
12 Если другие имеют у вас власть, не паче ли мы? Однако мы не пользовались сею властью, но все переносим, дабы не поставить какой преграды благовествованию Христову.
В сегодняшнем апостольском чтении многократно повторяется одно и то же слово — «власть» — по-гречески — εξουσία. В прямом смысле слова «власть» — это законное право или способность действовать. Но апостол Павел не просто так использует это слово снова и снова именно в своих риторических вопросах: тем самым он хочет особо подчеркнуть нечто крайне важное. Что же именно — давайте разбираться.
Ни для кого не секрет, что среди остальных апостолов Павел стоял «не в ряду», сильно выделяясь. Он единственный происходил из фарисеев, духовной элиты, ученик Гамалиила — ещё бы не отличался от простых рыбаков и сборщиков податей! Но, кроме этого, Павел ещё и вёл себя... подозрительно: он не был женат, старался не обременять своих слушателей сборами для своих личных нужд, предпочитая зарабатывать самостоятельно — и в целом вызывал скорее раздражение у апостолов, чем радостное принятие. Причина — непривычная широта взглядов вместе с самым настоящим радикализмом. Неудивительно, что это вносило определённую тональность в его деятельность. И перед нами — фактически оправдательная речь перед теми, кто смущается его поведением, нетипичным даже для первых христиан.
Апостол Павел мудро и деликатно в форме вопрошаний озвучивает «висевшие в воздухе» вопросы к нему — и даёт ясный ответ: да, всё правильно, все эти вопросы — совершенно правомочны. Но — есть одна маленькая деталь. Он существенно повышает планку личной праведности с единственной целью: не дать повода тем, кто хотел бы усмотреть в его проповеднической и миссионерской деятельности всего лишь... разновидность «бизнеса на духовной тематике». У него есть право — такое же, как и у всех других проповедников, — иметь супругу, питаться от пожертвований, пользоваться гостеприимством — и всё это ни разу не зазорно. Но он переступает через все эти свои права не потому, что они — ущербны или неправильны — а только потому, что не хочет дать даже малейший повод для «претыкания» тем, кто эти поводы с удовольствием отыскивает.
Пример апостола — хороший повод для нас задуматься, на самом ли деле мы готовы также бережно относиться к тем, кто находится вне всякой религии и веры — пытаясь искренне понять, обо что именно прежде всего спотыкаются эти люди, начиная смотреть в сторону Церкви Христовой?..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Поможем Соне и другим подопечным Марфо-Мариинской обители
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2024/09/Soberi-rjukzak-dobra-1-322x480.png)
Соня с трёх лет живёт в Елизаветинском детском доме. Это благотворительный проект. Находится он в Марфо-Мариинской обители милосердия в Москве. В этом месяце Соне исполняется 11 лет. Она заботливая и внимательная девочка, всегда опекает младших и старается помочь взрослым — и салат на обед приготовит, и общую игру организует, и комнату в порядок приведёт. Настоящая помощница воспитателям!
Одно из её любимых увлечений — вязать крючком. Причём вязать Соня может и на детской площадке, и в метро, и в кровати перед сном. У неё всегда под рукой крючок и моток ниток. Ещё девочка с удовольствием осваивает швейную машинку, плетёт из бисера и вышивает.
Сотрудники Елизаветинского детского дома занимаются всесторонним развитием детей, поддерживают их интересы и обеспечивают всем, что нужно для творчества и учёбы.
На днях Соня вместе с другими девочками из детского дома отправилась в школу. И сейчас перед воспитателями стоит важная задача — приобрести на весь учебный год тетрадки, книги, ручки и многое другое. Но без помощи им не обойтись.
Сегодня на территории Марфо-Мариинской обители помимо Елизаветинского детского дома, работает ещё несколько социальных проектов. В каждом из них есть маленькие и юные подопечные, которым важна поддержка — это ребята с инвалидностью, сироты и дети из малоимущих семей.
Чтобы подготовить их к школе обитель милосердия ежегодно проводит акцию «Собери рюкзак добра». В этом году её участниками стали 268 детей, и вы можете их поддержать. Переходите на сайт: https://rukzakdobra.ru/ и сделайте любой благотворительный взнос.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«11-е воскресенье по Пятидесятнице, Сретение Владимирской иконы Богородицы». Прот. Федор Бородин
![](https://radiovera.ru/wp-content/uploads/2024/06/Protoierej-Fedor-Borodin.jpg)
В нашей студии был настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Разговор шел о смыслах богослужения в ближайшее воскресенье, о празднике Сретения Владимирской иконы Богородицы, об Усекновении главы Иоанна Крестителя, о церковном новолетии (индикте), о праздновании Положения честного Пояса Пресвятой Богородицы, а также о днях памяти благоверного князя Даниила Московского и мучеников Адриана и Наталии.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица