Поделиться
«Милосердный самарянин» Василий Суриков, 1874 г.. Красноярский художественный музей В.И. Сурикова
— Добрый вечер, Владимир Николаевич! Вы случайно, не знаете, где наш дворник. Второй день его не вижу.
— Здравствуйте, Маргарита Константиновна. В больнице дворник!
— Беда какая! Что же с ним случилось?
— Ногу сломал. Вчера иду, смотрю — он лежит, от боли весь сморщился. Я куртку снял, уложил его, скорую вызвал. В больницу отправил, завтра схожу навещу.
— Спасибо вам, Владимир Николаевич! Вы поступили, как милосердный самарянин!
— Да полно вам, Маргарита Константиновна. Как иначе-то? ...А милосердный самарянин — кажется, из Библии персонаж?
— Да, герой евангельской притчи. Её рассказал Иисус Христос в ответ на вопрос, кого человек может считать своим ближним.
— А напомните, пожалуйста, эту историю?
— С удовольствием! Некий израильтянин шёл из Иерусалима в Иерихон, и на него напали разбойники. Несчастного ограбили, избили и оставили чуть живым на дороге. Мимо умирающего прошли сначала левит — служитель Иерусалимского храма, затем иудейский священник. И не остановились! А самарянин — представитель чуждого для евреев народа, пожалел несчастного. Он обработал раны пострадавшего, отвёз его в гостиницу и заплатил за постой. Чтоб наглядно было, я сейчас найду в интернете картину Василия Сурикова, посвящённую этому сюжету. Вот, взгляните!
— Ну-ка, ну-ка, сейчас очки надену. Бескрайняя пустыня. На песке лежит человек без одежды. Он обессилен — пытается приподняться на локте, но даже голову держит с трудом. Это и есть избитый израильтянин?
— Верно. А склонившийся над ним бородач — милосердный самарянин.
— Этот добросердечный человек приобнял беднягу и собирается помазать его раны. О себе благодетель не думает, не боится запачкать свои роскошные белые одежды! Художник мастер — в нескольких внешних деталях смог показать сердце человека.
— Точно, детали здесь говорящие. Обратите внимание на фигуру служителя храма на заднем плане — она словно растворяется на горизонте. Тот, кого израильтянин считал своим близким, исчез, когда от него понадобилась помощь. А иноплеменник оказался ближним в христианском смысле слова. Сурикову удалось передать суть притчи. Хотя поначалу тема ему показалась сложной.
— Но почему он всё-таки выбрал именно её для своей работы?
— Выбирал не он, а экзаменационная комиссия Академии художеств. Евангельский сюжет о милосердном самарянине Сурикову предложили в 1875 году как выпускнику для аттестационной работы. И он справился настолько, что получил золотую медаль.
— А где сейчас находится картина «Милосердный самарянин?
— В художественном музее Красноярска. Суриков оттуда родом. Своё полотно художник посвятил и подарил земляку, купцу Петру Кузнецову. Меценат поддерживал Василия деньгами во время учебы в Санкт-Петербурге. Без этой помощи Суриков мог и не состояться как живописец.
— Тоже, значит, милосердный самарянин — Кузнецов этот! Буду в Красноярске, непременно загляну в художественный музей. Хочу обязательно увидеть картину Василия Сурикова «Милосердный самарянин».
— Замечательная идея! А завтра давайте вместе в больницу сходим, нашего дворника навестим!
Дефис и тире. Как их не перепутать и почему это важно
Поделиться
Всего две чёрточки, а какая между ними разница! Это не загадка. Просто сегодня мы поговорим о двух графических знаках в русской письменности — дефисе и тире.
Они, оказывается, похожи не только внешне, но и по происхождению. Оба слова заимствованы из других языков, в отличие от русских названий остальных знаков — точки, запятой, кавычек и прочих.
Наименование дефиса, короткой чёрточки, пришло из немецкого, а происходит оно от латинского divisio — что значит «разделение». Слово тире восходит к французскому глаголу «тянуть» и обозначается длинной чертой.
Оба знака стали применяться во второй половине XIX века — из-за усложнения графической системы языка и развития типографского искусства.
А впервые знак тире под названием «молчанка» описан в 1797 году в «Российской грамматике» профессора Антона Алексеевича Барсова. Одним из популяризаторов тире был писатель Николай Карамзин, живший в конце XVIII — начале XIX века.
Чем же отличается употребление этих графических знаков? Дефис ставится только внутри слов и, можно сказать, является их частью. Например, он присоединяет особую приставку кое-: «кое-кто». Или суффиксы -то, -либо, -нибудь: «где-нибудь», «кто-либо». Дефис нужен, чтобы создавать сложные слова, такие как «тёмно-красный», «юго-запад», «плащ-палатка». Недаром в XVIII − XIX веках дефис назывался «знаком единительства» — он объединяет части слов, при этом разделяя их на составные части.
А тире нужно, чтобы разграничивать части предложения, это настоящий знак препинания. С помощью него, например, мы отделяем подлежащее от сказуемого, если оба являются одной частью речи: «Солнце — (тире) это звезда». Или тире может обозначить, что перед нами сложное предложение, например: «Придут гости — (тире) сядем за стол». Также этот знак препинания используют при оформлении прямой речи.
Тире играет свою роль внутри предложения, а дефис — внутри слова. Но это ещё не всë. Среди специалистов издательской сферы — типографов, дизайнеров, редакторов — известны два типа тире: короткое и длинное. Более длинный знак используют как пунктуационный знак тире, а более короткий — как «технический знак», например, при обозначении интервала, выраженного цифрами: взять три − пять яблок.
И в деловой переписке, и в обычном интернет-общении стоит обратить внимание на правильное использование дефиса и тире. Ведь графическое оформление письменной речи — это важная часть родного языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Почему мы оправдываемся и стоит ли это делать
Поделиться
Оправдания — дело привычное. Почти каждый сталкивался с необходимостью объяснить свои действия: «не успел», «не заметил», «всё пошло не так». Почему же мы пытаемся сгладить наши недочёты оправданием?
Дело скорее всего в том, что мы защищаем своё самолюбие, маскируем ошибки или хотим избежать конфликтов. Сказать «это не моя вина» проще, чем признать: «Да, я поступил неправильно». Оправдания — это защитный рефлекс.
С другой стороны, если что-то пошло не так, то нам хочется объяснить, почему. Бывают ситуации, которые не позволили выполнить обещанное. Иногда оправдания необходимы: если обстоятельства действительно помешали, объяснение поможет избежать несправедливости, обиды, недоверия.
Но если приходится часто оправдываться или просто объясняться, это повод задуматься. Возможно, причина в отсутствии дисциплины или в излишней беспечности.
Зачастую мы оправдываемся, когда чувствуем вину. Или подозреваем, что нам не верят. Да, в самом слове «оправдание» кроется корень «прав». То есть мы хотим остаться правыми, несмотря на совершённую ошибку. Верен ли такой подход? Это каждый решает сам.
Как писал в дневниках Михаил Пришвин: «Если судить самого себя, то всегда будешь судить с пристрастием или больше в сторону вины, или в сторону оправдания. И вот это неизбежное колебание в ту или иную сторону называется совестью».
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
6 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Isaac Quesada/Unsplash
Для младенца, находящегося под сердцем матери, для формирования его личности важно всё, чем родительница живёт и что делает: её образ мысли и жизни; устроение духа и настроение души, питание, среда обитания и прочее. Вот почему нам, словесным младенцам, совершенно необходимо теснейшее общение с Матерью Церковью: посещение богослужений, взирание на святые иконы, слушание церковных песнопений, и особенно — участие в таинствах. Останься христианин вне Церкви — и его духовное развитие затормаживается, либо пресекается вовсе.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
