Поделиться
Рембрандт. Апостол Павел в темнице. 1627
Кол., 255 зач., II, 13-20.
Глава 2.
13 И вас, которые были мертвы во грехах и в необрезании плоти вашей, оживил вместе с Ним, простив нам все грехи,
14 истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас, и Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту;
15 отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою.
16 Итак никто да не осуждает вас за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник, или новомесячие, или субботу:
17 это есть тень будущего, а тело — во Христе.
18 Никто да не обольщает вас самовольным смиренномудрием и служением Ангелов, вторгаясь в то, чего не видел, безрассудно надмеваясь плотским своим умом
19 и не держась главы, от которой все тело, составами и связями будучи соединяемо и скрепляемо, растет возрастом Божиим.
20 Итак, если вы со Христом умерли для стихий мира, то для чего вы, как живущие в мире, держитесь постановлений.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Как и все другие апостольские послания, Послания к Колоссянам было написано по определенному поводу, таким поводом стало увлечение христиан Колосс одним из гностических учений. Вообще, гностицизм был определенным вызовом для первых христиан, многим он казался весьма убедительным, а потому и привлекательным, апостолы же были вынуждены с ним бороться как с учением, уводящим от Христа. Из Послания к Колоссянам невозможно сделать достоверный вывод о том, какое именно гностическое учение проникло в молодую христианскую общину.
О том, что христиане Колосс увлеклись гностицизмом, а не чем-то иным, можно понять на основании сегодняшнего отрывка апостольского послания. Павел пишет о плотском уме и о вторжении в непозволительные области, а это как раз и есть родовая черта любого гностического учения. Кроме того, из слов апостола видно, что гностические учителя, смущающие христиан Колосс, не считали Христа Богом, с их точки зрения Он был лишь одним из выразителей Божества, или, если использовать их терминологию, одним из эонов. По этой причине Христос не был в центре гностической картины мира, следовательно, было возможно упомянутое апостолом служение ангелам.
Впрочем, о гностицизме написано и сказано очень много, нет никакого смысла погружаться в особенности этого учения, ведь оно было осуждено Церковью как еретическое, в наши дни оно, пожалуй, может представлять интерес лишь для специалистов по истории Древней Церкви. Тогда как слова апостола Павла имеют иное, универсальное значение.
Те уклонения от Христовой истины, которые постигают целые христианские общины или же кого-то из христиан, всегда имеют один и тот же корень: попытки постичь непостижимое основываясь лишь на человеческих умозаключениях. Человек склонен забывать, что его разум силен, он может очень многое, но при этом у него есть ограничения: постичь Непостижимого, то есть Бога, он не в состоянии.
Именно об этом и пишет апостол Павел. Он предостерегает: «Никто да не обольщает вас... безрассудно надмеваясь плотским своим умом и не держась главы, от которой все тело». Для христиан очевидно, о какой главе здесь идет речь: апостол пишет о Христе. Слова и действия Христа, зафиксированные в Евангелии, понятны далеко не всегда. Существует немало вопросов к Евангелию и, шире, к действиям Божиим. Но все эти вопросы — вопросы человеческого ограниченного разума. В учении Церкви, которое в полной и совершенной степени отражает Евангелие, также можно найти много непонятного, для кого-то наличие такого рода мест может стать соблазном и поводом к поиску более стройных и логичных учений о Боге. Но такой путь таит в себе опасность вместо Бога найти лишь учение, которое никуда не ведет, но при этом в полной мере удовлетворяет пытливый разум.
Станислав Жуковский. «Весна»
Поделиться
— Давайте ещё погуляем, Маргарита Константиновна! Я так люблю бродить в окрестностях вашей дачи! Особенно сейчас, когда природа оживает. Мы словно на картине Станислава Жуковского «Весна».
— Оказаться на картине Жуковского весьма интересно! Он принадлежал к той плеяде художников конца девятнадцатого, начала двадцатого века, которые умели тонко выразить настроение в своих работах. Однако, у этого мастера есть несколько произведений с названием «Весна». Вы какое из них имеете в виду, Андрей Борисович?
— То, что мы с вами видели в Музее изобразительных искусств Республики Карелия. Помните, когда были в Петрозаводске?
— Да, да, припоминаю.
— Я вам сейчас найду в интернете изображение, чтоб освежить в памяти. ...Вот, взгляните!
— И впрямь, похоже на панораму, что раскинулась перед нами! Вдали виднеется белокаменная церквушка. Полноводная река разлилась, хотя местами ещё лежит снег. Вода подступила прямо к деревьям. Как моя бабушка говорила: «Берёзки мочат ножки».
— А какое-то деревянное строение на картине и вовсе подтопило. То ли сарай, то ли баня, стоит наполовину в реке, словно причал. Такое бывает во время разлива. Станислав Жуковский подметил весеннюю примету среднерусской полосы.
— Он в Подмосковье писал картину?
— Трудно сказать точно. Полотно датировано 1923 годом. Станислав Жуковский тогда жил в Москве на Пречистенском бульваре, который сейчас называется Гоголевским. Наверняка выбирался на пленэр на природу. Но скорее всего, он работал по прежним наброскам. По этюдам, сделанным раньше в окрестностях Вятки — сейчас это Киров.
— Он ведь, кажется, прожил там около двух лет?
— Да, с 1919-го по 1921-й.
— Трудное, тревожное послереволюционное время!
— И голодное. Жуковский перебрался с семьей из Москвы в Вятку, поскольку там было получше с продовольствием. Устроился работать в театр художником-декоратором. Жил на окраине города, в маленьком деревянном доме без удобств.
— Непривычные условия для успешного московского живописца.
— Непривычные, что говорить! Но больше всего Станислав Юлианович страдал от того, то лишился возможности писать ландшафты поместий. Вы ведь помните, это была ключевая тема его творчества.
— Да, Жуковского называли «певцом русской усадьбы». А Вятская губерния, в отличие от Подмосковья, и до революции была небогата дворянскими гнёздами.
— И художник нашел отдушину в природе. Станислав Юлианович любил приезжать из Вятки в Александро-Невский Филейский монастырь, и там писать пейзажи. Обитель располагалась в шести километрах от города. Её живописные окрестности запечатлены на многих полотнах Станислава Жуковского.
— Может быть, и этюды для картины «Весна» оттуда?
— Я пытался разобраться, сравнивал дореволюционные фотографии Филейского монастыря с картиной Жуковского. Мне показалось, что художник запечатлел вид от обители на церковь Покрова Богородицы в Вятке. Но разве скажешь точно, если и Покровский храм, и Филейская обитель были уничтожены в советское время.
— Живопись нередко хранит память об утраченном наследии.
— Картина Станислава Жуковского «Весна» напоминает ещё и о том богатстве, которое нам доступно и сейчас. Воздух на полотне напоён влагой. Река и небо перекликаются нежными оттенками бирюзы. В этих сочных, свежих красках — послание художника потомкам.
— Послание? О чём же?
— О том, что природа — дар Божий, который может радовать даже в самые трудные времена. И благодарность Творцу за эту радость питает сердце. Даёт силы жить!
Картину Станислава Жуковского «Весна» можно увидеть в Музее изобразительных искусств Республики Карелия в Петрозаводске.
Все выпуски программы: Краски России
Петр Шамшин. «Святое семейство»
Поделиться— Тебе нравится полотно «Святое семейство», Андрей? По-моему, перед нами настоящая жемчужина Симферопольского художественного музея.
\— Замечательная работа, Саша! Лаконичная и в то же время содержательная, эмоционально насыщенная. Автор, Петр Шамшин, изобразил Младенца Христа. Над Ним с трёх сторон склонились Богородица, старец Иосиф Обручник и маленький Иоанн Креститель. Их взгляды устремлены на Иисуса. И зрителю невозможно усомниться, Кто главный персонаж полотна.
\— Интересно, что картина круглая.
— И это неслучайно. Круг — символ бесконечности. Такая форма подчеркивает, что Христос — центр не только изображения, но и всей Вселенной. Традиция создавать подобные картины сложилась в Италии в конце пятнадцатого, начале шестнадцатого века. Их так и называют — тондо, что в переводе с итальянского означает «круглый».
— А почему русский художник написал произведение в итальянской традиции?
— Он учился в Италии. Блестяще окончив Санкт-Петербургскую Императорскую академию художеств, Петр Шамшин получил золотую медаль и право продолжить образование за границей за казенный счет. Он семь лет прожил в Риме. Естественно, это отразилось в его творчестве.
— А в жизни? Он не стал католиком?
— Петр Михайлович до конца своих дней оставался глубоко верующим православным христианином. Расписывал церкви. Его работы украсили Исаакиевский собор Санкт-Петербурга, московский храм Христа Спасителя, Сионский собор в Тифлисе — современном Тбилиси, церковь при русском посольстве в Афинах.
— А «Святое семейство» тоже для какого-то храма Шамшин написал?
— Нет, это не икона. Это картина-размышление на евангельскую тему.
— Размышление?
— И очень глубокое. На первый взгляд изображение выглядит безмятежным. Синее небо и горы за спиной у героев, их просветлённые лица, букет цветов у ног Иисуса — все это вызывает умиление. Но есть на картине детали, которые заставляют вспомнить главное событие Евангелия — Распятие и Воскресение.
— И что на картине Петра Шамшина указывает на это?
— Обрати внимание — Иосиф Обручник держит в руках гроздь винограда. Заботясь о Богомладенце, старец словно участвует в подготовке грядущей Трапезы Господней. Той самой Тайной Ве́чери, что состоится накануне Крестных Страданий Спасителя. Там Христос благословит хлеб и вино, совершит первое в истории человечества Причастие.
— Какой глубокий символ!
— А вот ещё один, взгляни. Праведный Иосиф опирается на спиленный ствол. Так художник напоминает о дереве, из которого будет изготовлен Крест.
— Смотреть на Младенца Христа и думать о муках, которые Ему предстоят...
— Именно к этому призывает художник Петр Шамшин в своей работе «Святое семейство». Важно помнить, какой ценой мы избавлены от вечного плена смерти.
Картину Петра Шамшина «Святое семейство» можно увидеть в Симферопольском художественном музее.
Все выпуски программы: Краски России
Павел Радимов. Загорск. «Вход в Лавру»
Поделиться— Машенька, здравствуй!
— Здравствуйте, Андрей Борисович!
— Ты с книгой! Что читаешь?
— Я историю учу. Денёк такой солнечный — решила посидеть с учебником в парке. Присаживайтесь и вы, Андрей Борисович!
— Спасибо, Машенька. И правда, погода замечательная! А что вам задали?
— Параграф про Троицкую осаду. Мы сейчас Смутное время проходим. Оказывается, Троице-Сергиева Лавра в начале 17-го века была не только монастырём, но и неприступной крепостью! Больше года польские и литовские сторонники самозванца Лжедмитрия Второго её осаждали. Несколько раз пытались штурмовать, но так и не смогли одолеть!
— Да, Машенька, это был первый за время Смуты решительный отпор иноземным захватчикам, который поднял боевой дух русского народа и вселил в людей веру в победу. Обороне Троице-Сергиевой Лавры посвящали полотна художники в разные эпохи. Но хочу тебе сказать, что не только в Смутное время стены обители преподобного Сергия защищали Москву. Лавра стала мощной крепостью на пути врага и во время Великой Отечественной войны.
— Как интересно! Я не знала! А есть на эту тему сюжеты у каких-нибудь живописцев?
— Конечно! Например, у замечательного художника — и, кстати, поэта — Павла Александровича Радимова. Он запечатлел Святые врата Троице-Сергиевой Лавры в 1943 году. Картина так и называется «Вход в Лавру». Это полотно — яркое свидетельство того, что пережила обитель Сергия Радонежского в годы Великой Отечественной.
— Ой, как хочется посмотреть на картину!
— Она выставлена в Музее изобразительных искусств республики Карелия, в городе Петрозаводске. Но мы с тобой можем поискать её в интернете. Сейчас попробуем... Вот, нашёл!
— Так выглядели главные ворота в Лавру?! Облетевшая побелка, кирпич виднеется повсюду. Фреска над входом почти стёрта. Или закрашена. Мы недавно ездили с классом на экскурсию в Сергиев Посад, были в Лавре — там сейчас красота! Даже не верится, что когда-то было вот так...
— Да, Великая Отечественная отразилась на том облике Лавры, который запечатлел на своей картине Павел Радимов. Как ты верно заметила, Машенька, фреска на вратах частично закрашена. Закрасили тогда и купола всех лаврских храмов. Башни и колокольню затянули маскировочными сетями.
— А зачем?
— Чтобы они не стали ориентиром для вражеской авиации. Ведь Сергиев Посад, или Загорск, как он тогда назывался, в 1941 году стал прифронтовым городом — фашисты стояли на подступах к Москве.
— И Троице-Сергиева Лавра снова не дала им пройти?
— Лавра стала мощным оборонительным рубежом. Жители города устроили на монастырской стене огневые точки. С Лаврской колокольни солдаты круглосуточно наблюдали за вражескими самолетами. В подвалах оборудовали бомбоубежища. А в здании Московской духовной академии, которая находится на территории Лавры, открыли военный госпиталь.
— А что было потом?
— В ноябре 1941-го немцы подошли очень близко к Загорску. Враг был всего примерно в тридцати километрах к западу, в районе Дмитрова. Однако навстречу фашистам из Загорска выдвинулись наши бойцы. Они разбили группировку немцев на подступах к городу. Символично, что после Победы, в 1946-м году, началось возрождение Лавры — её вновь открыли для верующих.
— Андрей Борисович, посмотрите: Святые врата на картине «Вход в Лавру» художник Павел Радимов изобразил залитыми светом!
— И врата, и всё пространство вокруг! Как будто сам Преподобный Сергий Радонежский, молитвенник за Русскую землю — приглядись, его фигуру можно различить на полузакрашенной фреске — благословляет защитников города. Как когда-то благословил он московского князя Дмитрия Донского на битву с ордынцами.
— Андрей Борисович, спасибо, что показали мне эту замечательную картину! Благодаря ей и вашему рассказу я столько нового узнала!
— Ну что ж, желаю тебе, Машенька, получить пятёрку по истории!
Все выпуски программы: Краски России
