Святитель Григорий Богослов

Поделиться

Император Феодосий вступил на Византийский престол в непростое время. Его предшественник на троне, Валент, благоволил арианам и помог им захватить церковную власть в столице — в 379 году еретики заняли все храмы Константинополя. Проповеди раскольников будоражили умы знати и простолюдинов, богословские споры выплескивались на улицы.

— Беда, что творится в нашем городе! Всяк мнит себя мудрецом, и рассуждает о Боге со смелостью десятилетнего сорванца. Поинтересуешься, почём хлеб — в ответ умствуют об Отце и Сыне. Спросишь, готова ли баня — рассуждают о Непостижимом. И при этом в каждом доме свой символ веры! Найдется ли управа на еретиков?

— Не горюй, брат! По приглашению императора Феодосия в Константинополь приехал епископ Григорий — даст Бог, он поможет вернуть благочиние Церкви Христовой!

— Тот маленький невзрачный человек в ветхой рясе, что шёл вчера в императорской процессии по правую руку от государя? Так он больше похож на крестьянина, чем на епископа! Его руки такие мозолистые и чёрные, словно их хозяин всю жизнь держался за соху. Где уж ему состязаться в словопрениях с арианами!

— Ну, внешнее впечатление может быть обманчивым! Говорят, владыка Григорий умён и образован.

Святитель Григорий был одним из образованнейших людей своего времени. Родился он в Капподокии, в маленьком селении Арианз, близ города Назианза — ныне это территория Турции. Сын состоятельных родителей, Григорий несколько лет проходил курс наук в лучших школах Византии. Во время учёбы в Афинах он сблизился с Василием — впоследствии великим учителем Церкви. Друзей объединяла любовь к наукам и стремление к богопознанию. По окончании обучения будущие святители удалились в пустыню, где проводили время в молитве и богословских трудах.

По возвращении в мир Василий вскоре принял сан епископа. Григорий же по-прежнему стремился к уединённому жительству. Он мечтал лишь о том, чтобы, по его собственному выражению, «неосквернённому беседовать с Богом и чистому озаряться лучами Духа без всяких преград для Божественного света». Примером для подвижника были такие строгие аскеты, как пророк Илия и Иоанн Креститель. Однако, оставаться в уединении не удавалось. Отец Григория, епископ Назианза, был уже в преклонных летах и нуждался в помощнике. По его горячей просьбе сын стал священником и взял на себя часть забот о пастве, хотя тяготился и общественным служением.

Между тем, в стране распространялось арианство, и Василий Великий стал одним из столпов противостояния ереси. Желая иметь опору в своём образованном друге, он призвал Григория в епископы. Тот принял хиротонию, по его словам, «уступая принуждению». Святитель Григорий помогал отцу в управлении Назианской епархией и разделял все тяготы Василия Великого, но при этом скорбел о невозможности предаться безмолвию в монашеской келье.

Похоронив отца, а вслед за ним и друга, святитель Григорий тяжело заболел и поселился в маленькой обители неподалеку от родного поселка. Но уединение длилось недолго — император Феодосий призвал образованного епископа в столицу, чтобы одолеть засилье еретиков. В Константинополе епископ Григорий жил у родственников и служил в домовой церкви. Поначалу святитель, с его скромной внешностью, не понравился столичной знати, избалованной пышностью церковного быта. Но вскоре он покорил всех силой своего красноречия, рождённого от союза веры и образования. Народ стал стекаться в церквушку на окраине города, предпочитая служение епископа Григория еретическим собраниям. Тысячи людей возвращались в лоно Православной Церкви.

Когда ариане покинули храмы столицы, святитель Григорий удалился в родной Арианз, где провел последние годы своей жизни в аскетических подвигах. Боголюбивый епископ, за свои труды получивший титул Богослов, изложил в написанной стихами автобиографии главную свою надежду:

«К такому вот итогу Бог привел меня,

Жизнь уделив, превратностями полную.

Так завершится ли, скажи мне, Господи,

Мой путь в чертоге несказанной Троицы,

Чья даже тень, неясная и слабая,

Меня приводит ныне в восхищение?»