Поделиться
— Какое время теряем — теплынь, сухота. Уже давно купол бы закончили и столбы тоже. А как их разделать-то можно было — звонко, красиво. А справа грешников, кипящих в смоле написать можно, да так — мороз по коже. А я там такого беса придумал — дым из носа, глаза.
— Да не в этом дело, не в дыме дело.
— А в чем?
— Не знаю!
Иконописец Андрей Рублёв не знает, как изобразить Страшный суд. День за днём монах откладывает работу, противясь необходимости создавать устрашающие фрески. Художник-христианин мучительно ищет способ иначе показать людям Второе пришествие Иисуса Христа. Таким перед нами предстаёт русский святой пятнадцатого века в фильме Андрея Арсеньевича Тарковского «Андрей Рублёв». Для иконописца, канонизированного Церковью в лике преподобных, главное в христианстве — это любовь.
«Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так, что могу и горы переставлять, а не имею любви, то я ничто. И если отдам я все имение мое, и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, то нет мне в том никакой пользы».
Прозвучавшие сейчас слова апостола Павла, пожалуй, можно назвать ключом к образу Андрея Рублёва, предложенного Тарковским. Но дар любви, полученный иконописцем от Бога, подвергается испытаниям. Режиссёр проводит своего героя через горнило страданий. В каждой из восьми новелл, составляющих фильм, монах Андрей претерпевает мучения. Людские страсти — зависть, жестокость, тщеславие смыкают вокруг него кольцо, испытывая на прочность. Самым страшным испытанием для художника становится собственное преступление. Андрей убивает воина, защищая юродивую, и после этого отказывается брать в руки кисть. Он даёт обет молчания. Кажется, что душа монаха выжжена дотла, что жизнь в нём угасает.
Возродиться Андрею помогает творческое дерзновение Бориски, сына мастера колокольных дел. Мальчишка берётся отлить колокол, поскольку всех опытных мастеров унесла эпидемия холеры. Он трепещет, понимая, что если колокол не зазвонит, то головы не сносить. Бориска творит колокол, рискуя жизнью, и Андрей, наблюдая за ним, осознает, что должен вернуться к своему предназначению — писать иконы. И когда уже густой звон плывёт над рекой на радость людям, и Бориска от пережитых волнений рыдает навзрыд, Андрей Рублёв разрешает обет молчания, чтобы утешить новоиспечённого мастера.
— Не надо, ну…
— Отец, змей старый, так и не передал секрета. Помер, так и не передал. В могилу утащил, жила рваная.
— Видишь, как получилось. Ну хорошо, ну, чего ты? Вот и пойдём мы с тобой вместе — ты колокола лить, я иконы писать…
Рублёв возвращается к творчеству. В чёрно-белую ткань фильма чистыми, ясными цветами врываются иконы. Таких прозрачных, светоносных оттенков иконопись до Рублёва не знала.
И новый образ Страшного суда, столь мучительно искомый, Андрею Рублеву удалось создать. Фреска, которую можно увидеть в Успенском соборе города Владимира, пронизана любовью, радостью встречи праведников со Христом. Такое видение Второго пришествия Спасителя близко и Тарковскому. Режиссер писал: «Неверно думать, что Апокалипсис несет только концепцию наказания. Может быть, главное, что он даёт — это надежда». Тарковский мыслит в унисон своему небесному покровителю, преподобному Андрею. Возможно, благодаря этому единству мысли и фильм «Андрей Рублев» прозвучал симфонией христианской любви, которая живёт, побеждая страсти и скорби.
Ишим (Тюменская область) Путешествие по городу
Поделиться
Город Ишим расположен на юге Тюменской области. Он стоит на берегу одноимённой реки. В конце семнадцатого века это место оказалось идеальным, чтобы предотвращать участившиеся набеги кочевников на русские поселения в южной Сибири. Излучина реки и открытая степь позволяли отслеживать подступы неприятеля. В 1687 году казак Иван Коркин со своим отрядом срубил здесь крепость с высокими деревянными стенами и дозорными башнями. Она получила название Коркина слобода. Сердцем укрепления стала деревянная церковь во имя Николая Чудотворца. Рядом с храмом каждый год шумела Никольская зимняя ярмарка. Здесь продавались меха и шёлк, чай и зерно. Село богатело, ширилось, и в 1782 году указом императрицы Екатерины Второй получило статус уездного города с названием Ишим. Здесь открылось несколько школ, библиотека, больница. В конце восемнадцатого века взамен обветшавшей Никольской церкви горожане построили величественный собор в честь Богоявления. Этот храм пострадал в советское время. Но уцелел и действует сейчас!
Радио ВЕРА в Ишиме можно слушать на частоте 104,9 FM
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Исетское (Тюменская область) Путешествие в историю
Поделиться
На юго-западе Тюменской области есть село Исетское. Оно стоит на левом берегу реки Исети, от которой и получило своё название. Русские люди начали селиться здесь, на южной окраине Сибири, в первой половине семнадцатого века. Путь к освоению этих земель открыл казачий отряд под командованием Ермака Тимофеевича, одолев сибирского хана Кучума. Первые поселенцы на реке Исети страдали от набегов кочевников. И в 1650 году казак Давыд Андреев по указу царя Алексея Михайловича заложил здесь оборонительную крепость. Вначале Исетский острог служил опорным военным пунктом, затем плодородные земли привлекли крестьян. К середине восемнадцатого века на берегу Исети было больше трёхсот домов и две церкви — Богоявленская и Казанская. В селе работали кузницы и мельницы, красильни и мыловарни, стекольный завод и даже шляпная мастерская. В 1816 году жители построили новый каменный храм взамен обветшавших деревянных, с двумя престолами — в честь Богоявления и Казанской иконы Божией Матери. Эту церковь снесли безбожники в советское время. В 1990-м на том месте, где она стояла, православные установили поклонный крест. Спустя ещё одиннадцать лет в селе Исетском построили новый деревянный храм. По традиции его освятили в честь Казанского образа Богородицы.
Радио ВЕРА в селе Исетское можно слушать на частоте 102,9 FM
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Ингаир (Тюменская область) Путешествие в историю
Поделиться
Ингаир — посёлок в Тюменской области, в семидесяти километрах к северу от Тобольска. Он стоит среди бескрайней сибирской тайги на берегу полноводной реки Большой Ингаир. Её название имеет тюркский корень и переводится как «широкий поток». Первые жители здесь поселились при скорбных обстоятельствах. В тридцатых годах двадцатого века таёжный уголок стал местом ссылки для сотен раскулаченных из центральной России. Так называли семьи, лишённые имущества по политическим мотивам. Люди в тяжелейших условиях строили для себя деревянные бараки и трудились под надзором на лесоповале. Выживали благодаря упорству и надежде на Божию помощь. Помолиться жители Ингаира могли только дома, о строительстве храма в безбожное советское время не могло быть и речи. Заготовка древесины для нужд страны долгое время оставалась главным занятием жителей Ингаира. Переломным моментом истории посёлка стал 1977 год, когда на его территории открыли станцию железной дороги Тюмень-Сургут-Новый Уренгой. Вскоре в Ингаире место бараков заняли каменные дома. Здесь построили школу, детский сад, дом культуры. А вот храма в посёлке так пока и нет. Жители Ингаира ездят на богослужения в Никольскую церковь села Горнослинкино, в двадцати километрах севернее.
Радио ВЕРА в посёлке Ингаир можно слушать на частоте 103,2 FM
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
