Поделиться
Тёплые лучи весеннего солнца ласково скользят по унылой бетонной стене пятиэтажки с нелепой мозаикой из коричневой плитки. Мы сидим на скамье у подъезда. Иван Семёныч, совсем уже пожилой дед, неторопливо курит. Он смотрит глубоко впавшими глазами куда-то вдаль, между коробками многоэтажек, за горизонт. Глубоко вздохнув, поворачивается ко мне и смотрит прямо в глаза.
«Жить надо начисто, Паша, начисто!»
Зная, что Семёныч просто так слов не бросает, ничего не отвечаю и внимательно жду продолжения.
«Я вот жил как все — а теперь понимаю: сам ведь дурак!»
«Интересно, — думаю я про себя. В чем же он раскаивается? Вроде ничего дурного о нём не слышал. Проработал всю жизнь на заводе. Семья, дети, внуки. Почти не пьёт, ну, в любом случае, не запойный. Правда, с каждым годом выглядит всё суше и мрачнее — но разве не возраст тому виной?»
Выбросив окурок, Семёныч достал пачку сигарет, покрутил в руках — но закуривать не стал. Вижу, что ему хочется выговориться — но что-то мешает внутри, и я решаюсь спросить.
«Иван Семёныч, а начисто жить — это как?»
«Начисто — значит, не начерно! — и он усмехнулся. Начерно — это когда всё, „как получится“. Не так, как надо, не так, как правильно, не так, как хочется. А — „как получится“. Я вот женился — не потому, что любил, а потому что не смог отказать ей. Думал, ну кому я ещё буду нужен? А возраст уже подпирал. Вот и тяну эту резину. Пообвыклись уже, конечно, какая там любовь, проехали. А ведь знаю, что могло быть и по-другому. Но — побоялся, куда мне, простому мужику, к такой умнице и красавице подбиваться. Даже и пытаться не стал. А зря. Дачу построил — опять то же самое. Думал — надо делать так, чтобы в долги не влезать. На большее может не хватить. А теперь туда и ездить неохота. Не радует она меня. И так во всём. Всё — абы как, лишь бы сделать. Лишь бы отвязались. Когда нет радости, Паша, это не жизнь, а так, „начерно“. Так что ты, пока молодой, учись жить „начисто“. Главное, сам себе не ври. И на других не смотри, что и как у них. Живи свою жизнь — а не ту, что от тебя другие ожидают. Это и есть — „начисто“. С душой, значит. С сердцем. С грудью распахнутой!»
Я не знаю, что ответить Семёнычу. Молчим. В моей голове всплывают слова Христа: «верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом». Но, зная всё скептическое отношение Семёныча к религии, не решаюсь.
«Иван Семёныч, а может, и вам ещё не поздно хоть что-то в жизни сделать «начисто»? Откуда-то из глубины пробивается улыбка. Видно, что есть у него какая-то задумка. Точно есть! Но — всё равно ведь не расскажет. Пока не сделает.
Не прошёл и месяц, как дом облетела страшная новость: Семёныча зарезали. Прямо в храме. Оказалось, он уже давно работал там ночным сторожем. Но никому не говорил. Грабители, взломав ранним утром замок, не ожидали, что щуплый дед окажет им такое сопротивление. До последнего. Начисто.
31 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kacper G/Unsplash
Дорогие друзья, завершая наши мартовские этюды о младенчестве, обратимся с молитвой к Спасителю мiра:
«О Богомладенче Иисусе, в пречистых и непорочных теле и душе Которого обитает полнота Божества! Ты обнимаешь Своим всевидящим и премилостивым взором всех младенцев под небесами, уже рождённых и только чающих увидеть свет Божий! Сохрани их всемощной Десницей Своей, соблюди от бесовской неприязни и от злобы человеческой; сподоби их дара Духа Твоего Святого в Таинстве крещения в лоне Апостольской Церкви Твоей, да прославляется в них и чрез них Твоя неистощимая благость во веки веков! Аминь».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Потоп. Ольга Кутанина
Поделиться
Однажды, когда я укладывала годовалого младенца на дневной сон, четырёхлетний сын Коля ворвался в спальню и сообщил: «Мама, на кухне с потолка вода капает!»
Я не сразу поняла, что происходит. Но Коля был так взволнован, что пришлось поспешить на кухню. Там я увидела младшую дочь Нину с тряпкой в руке.
Вода с потолка лилась уже струёй через отверстие для люстры, хотя прошло не более пяти минут. Я только успевала менять ёмкости. И вспоминала, куда же надо звонить в таком случае? Позвонила самому надёжному для меня человеку — мужу. Спросила, как обесточить квартиру, ведь провода проходят как раз по потолку.
Супруг вызвал аварийную службу и сам тоже срочно поехал с работы домой.
Прошло минут десять. Струи ржавой тёплой воды потекли в коридоре, в одной детской, в другой, со всех люстр, по стенам. Дети бегали из комнаты в комнату и сообщали о новых подтёках, а я спешила найти тряпки, полотенца, тазы, выливала воду из наполнившихся ёмкостей. Мысленно благодарила Бога, что вода не горячая, а теплая, ведь струйки пробивали потолок и он уже походил на душ, который брызгал нам на головы, куда бы мы ни прятались. После Коля сказал, что у нас в квартире открылся потолок и пошёл дождь.
На кухне она текла уже с такой силой, что чудом не обвалился подвесной потолок.
Прошло полчаса. Приехала аварийная служба. Оказалось, что на чердаке прорвало трубу отопления. А наш этаж как раз верхний. Трубу перекрыли, но вода не останавливалась. Приехали муж, старший сын, старшая и средняя дочери. Теперь мы трудились все вместе.
Моя душа тогда была похожа на стороннего наблюдателя. Ещё одна комната, кровать, шкаф... Что же останется? Господи, только бы не красный угол! Накрыла полки с иконами, но вода чудесным образом даже не тронула эту часть комнаты. Только бы не пианино! Мы отодвинули инструмент от стены, по которой текли струйки. И не шкаф с книгами! Ведь мы так долго собирали по крупицам нашу библиотеку! Но в комнату с библиотекой и пианино вода не пошла.
А что же в спальне? Младшие дети теперь сидели там в углу большой кровати и печально смотрели как на её середину, на простыню и одеяло, с люстры течёт вода. Я поставила тазик и сюда.
Уже поздно вечером, когда с потолка лишь капало то там, то тут, мы сели ужинать при свечах. Электричество-то отключили. И, как ни странно, после таких событий, нам было особенно тепло и радостно благодарить Бога за трапезу, за то, что все целы и невредимы, что есть сухой стол в одной из комнат, а на нём — еда, что в сохранности остались иконы, пианино и книги...
Мне вспомнилось наставление преподобного Алексия Зосимовского: «Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир, вы будете счастливы...».
Иногда я так сильно привыкаю к тому, что имею, к самой жизни, к её радостям и даже удобствам, что не думаю о том, как легко можно всего этого лишиться. Кажется, что материальный мир вокруг меня надолго, на века. Но в день потопа я увидела, как за пятнадцать минут можно потерять имущество.
И все же, несмотря на пережитое в этот день, а может, и благодаря этому, в моей душе был мир. Будто сам Бог через потоп помог увидеть главное и оттого почувствовать радость.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
Милостыня
Поделиться
Фото: Maxim Titov / Pedels
Выхожу за пределы церковной ограды после утренней службы, под ногами легонько поскрипывает снег. День будний, на площади, что перед храмом, почти никого. Все людские пути пролегают поодаль. Там и метро, и автобусы. А здесь — тишь и мороз.
На тротуаре недалеко от калитки сидит человек в затёртой, старой одежде. Перед ним, на асфальте, бумажный стаканчик для милостыни. Нащупываю в кармане мелочь и пару некрупных купюр. «Пропьёт?» — как сквозняк проскальзывает в голове мысль.
И тут же чувствую укол совести. Я, не задумываясь, отдаю эти деньги за кофе или бутерброд в кафе. А тут... Как же превозносится моя самость над несчастной жизнью этого человека. Как так вышло, что я уже и вердикт ему вынес. Ведь я ничего о нём не знаю...
«Прости меня, Господи!», — мысленно прошу я и протягиваю деньги бедняге.
— Во Славу Божию! — говорю.
— Спаси тебя, Господь! — отвечает мужчина и крестится.
Всё ещё с понурой от стыда головой иду к машине, припаркованной неподалёку. Краем глаза вижу, что мужчина взял свои скромные пожитки и направляется в сторону трапезной, что на площади перед храмом.
«Прости, Господи!» — снова мысленно повторяю я и чувствую, как что-то горячее разливается в области сердца.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
