«29-е воскресенье по Пятидесятнице». Священник Стахий Колотвин

В нашей студии был клирик храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин.

Разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (Кол.3:4-11) и Евангельского (Лк.14:16-24) чтений в двадцать девятое воскресенье по Пятидесятнице, о днях памяти пророка Аггея, пророка Даниила и трех отроков: Анании, Азарии и Мисаила, прославления праведного Симеона Верхотурского, мученика Вонифатия Тарсийского, святого праведного Иоанна Кронштадтского.

М. Борисова

— Добрый вечер, дорогие друзья. В эфире Радио ВЕРА наша еженедельная субботняя программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. С вами Марина Борисова и наш сегодняшний гость — клирик храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин. Свящ. Стахий Колотвин

— Добрый вечер.

М. Борисова

— И с его помощью мы постараемся разобраться в том, что ждёт нас в Церкви завтра, в 29-е воскресенье после Пятидесятницы, которое называют ещё Неделей святых праотец, и на наступающей неделе. По традиции, попробуем вникнуть в смысл наступающего воскресенья, исходя из тех отрывков из Апостольских посланий и Евангелия, которые прозвучат завтра в храме за Божественной литургией. Мы услышим отрывок из Послания апостола Павла к Колоссянам, из 3-й главы стихи с 4-го по 11-й. И, собственно говоря, начинается этот отрывок с очень актуальных слов, обращённых, по-видимому, не только к колоссянам, но и к нам, грешным: «Итак, умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение, за которые гнев Божий грядёт на сынов противления, в которых и вы некогда обращались, когда жили между ними. А теперь вы отложите всё: гнев, ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших; не говорите лжи друг другу...» — и если, следуя заветам апостола Павла, мы всё это попробуем сделать, то мы как раз и почувствуем, что такое существование, «где нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но все и во всём Христос». Вот хотелось бы ещё понять: каким образом всё это сделать?

Свящ. Стахий Колотвин

— На самом деле у нас появляется такая возможность просто технически. По сути, апостол Павел проводит некоторую границу, что люди, которые не во Христе, которые, как вот мы поём после крещения: «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся, аллилуиа», — то есть когда человек во Христа крестился, когда он облёкся, он уже совершенно иной, у него другие возможности, у него другие, как сейчас модно говорить, в условиях кино, комиксов и так далее, сверхспособности. Человек, который живёт без Христа, для него естественно гневаться. То есть, если тебе что-то не нравится, у тебя гнев — это такая реакция организма, и душа, наоборот, тело кочегарит. А когда, наоборот, с тела начинается, то и душа этим порабощается. А когда человек берёт, и раз — у него какие-то там помыслы блудные начались, но тоже — принадлежит человек отчасти животному миру во многом. И даже пересадки органов какие-то делаются, то есть для нас животный мир — это не нечто чуждое. А в животном мире похоть царит, и она, наоборот, помогает продолжать род, там выводить более крепкое потомство и там делить пастбища в саваннах и охотничьи угодья. А когда, конечно, человек взял и уже облёкся во Христа — и апостол Павел недаром говорит, что вы же уже облеклись, — то нельзя поступать так, как поступают люди окружающие. Однако такой риск сохраняется. Если человек будет продолжать отталкиваться от именно стремления плоти, то его душа, уже освобождённая, очищенная, которая вот белоснежная после крещения, она обратно осквернится. Она же не может оскверниться, сама душа, находясь в единстве с Духом Святым, Который вот снизошёл на новокрещёного человека в Таинстве миропомазания. Значит, она откуда-то это осквернение возьмёт ещё.

И поэтому из вполне естественных вещей, как нам кажется, — человек же дурно поступил, почему я не могу на него позлиться? Ну вот там девушка красиво выглядит, почему я не могу там как-то о ней поразмышлять? И человек, который вне Христа, ему не очень понятно. А христианин — ему понятно совестно, но всё равно как-то себя оправдываешь. Ну, плохие люди вокруг, или там какие-нибудь девушки такие, наоборот, роскошные, восхитительные. Ну почему бы от этого не отсчитывать? Так вот в том-то и проблема, что тело вот просто как-то увлекает, потом, когда душа этим заражается, то душа уже обратно телу отдаёт команды, и уже от такого внутреннего заражения это имеет риск перейти во внешние грехи, в слова, в действия. То есть уже к более печальной ситуации. Апостол Павел говорит: борись на дальних рубежах. И если ты будешь на дальних рубежах бороться и хранить вот эту чистоту соединения со Христом, то тебе не помешает... Вот из-за чего идут все войны, разногласия, разные народы, разные страны друг с другом воюют, когда не воюют, делят природные богатства, когда делят природные богатства, делят рынки сбыта и так далее? Вот почему это всё время есть? Ну да, люди разные. И вот эта разница между нами, которую Господь тоже запланировал, когда останавливал ещё в Ветхом Завете это строительство Вавилонской башни, чтобы мы друг другу не вредили и чтобы в гордости перед Богом не предстояли, чуть-чуть нас развёл по сторонам, но всё равно мы сталкиваемся.
И вот это кипящее море страстей — из него мы можем вынырнуть, и оно не будет на нас оказывать никакого влияния, если хотя бы мы сами уже не имеем в себе никакого разделения, ни по национальному, ни по религиозному признаку, потому что с чистотой души тебе это не сможет стать препятствием. А с другой стороны, апостол обращается всё-таки не к отдельному человеку, он обращается к церковной общине, которая находится среди язычников, где все эти грехи. Недаром он говорит, что вокруг них это всё есть. Но они собрались в эту Церковь, которая не такая, как мир, и в этой Церкви имеют возможность свою чистоту сохранить. Поэтому и нам, дорогие братья и сестры, вслед за жителями далёких античных времён, к которым обращается апостол Павел, это тоже, безусловно, важно. Если ты приходишь в храм, если ты ставишь задачу: да, я буду бороться даже с мыслями в грехах, да, я даже буду приходить в храм и уходить просто, — но у тебя не будет круга общения людей, которые с тобой единомыслены в стремлении ко Христу, друзей, или внутри семьи. Наоборот, если у тебя семья не очень воцерковлённая, тебе обязательно нужны хорошие друзья воцерковлённые, потому что они тебя будут поддерживать. А семья — даже она тебя поддержит, вроде на твоей стороне будет, но, может быть, наоборот: они тебя обидели, пойди и отомсти. И люди, любящие тебя, готовые за тебя умереть, твои самые ближайшие родственники, всё равно тебе не дадут хорошие советы и будут твоим дурным чертам, в том числе, увы, потакать. И только пребывание в Церкви, не только как в здании, где ты Таинствам можешь приобщиться, а всё-таки среди людей, которые тоже эту чистоту души стараются сохранить, пусть и не всегда получается — всё-таки очередь на исповедь выстраивается не на пустом месте, — это тебе действительно поможет.
И вот это указание апостола Павла вполне осуществимо. Более того, ты сможешь наследовать Царство Небесное, где действительно не будет уже ни эллина, ни иудея, ни мужчины, ни женщины. Ну и на всякий случай, потому что иногда люди ещё немножко забывают, оглядываются, смотрят — вокруг Царства Небесного нет, и начинают утверждать, что нет национальных различий, всё одинаково, что эллин, что иудей, нет половых различий — вот все в один туалет пусть идут, и мужчины, и женщины. Нет, пока на земле это есть. И пока Господь ни придёт на Страшный суд, это будет продолжаться. Будут люди более свободные, будут люди порабощённые, будут мужчины, будут женщины, будут люди самых разных народов. И это всё нужно учитывать, это всё остаётся. Но если ты будешь жить в чистоте души, то ты сможешь наследовать Царство Небесное, где уже, как Господь в Евангелии говорит, люди будут как ангелы.

М. Борисова

— Обратимся теперь к отрывку из Евангелия от Луки, из 14-й главы стихи с 16-го по 24-й. Это, я думаю, хорошо известная большинству наших радиослушателей притча о званых и избранных. Но она, в отличие от изложения той же самой притчи в Евангелии от Матфея, дана в таких более снисходительных к человеческому восприятию красках. Потому что у Матфея прямо ужас-ужас: для тех, кто отверг зов царя, там и расправа, и извержение из помещения, где проходит пир, человека, который там оказался в небрачной одежде. В общем, такая достаточно жёсткая история, в изложении евангелиста Матфея. У евангелиста Луки завершение как бы более мягкое. Эта притча завершается словами: «Господин сказал рабу: пойди по дорогам и изгородям и убеди прийти, чтобы наполнился дом мой. Ибо сказываю вам, что никто из тех званых не вкусит моего ужина, ибо много званых, но мало избранных». Очень много сказано и написано, и будет ещё говориться в проповедях, и будет ещё писаться во всевозможных статьях на эту тему. Но мне очень понравилась мысль протоиерея Вячеслава Резникова, покойного, который в проповеди на этот отрывок из Евангелия от Луки писал: «А мы-то гадаем: в чём смысл жизни и в чём наше назначение? Мы думаем, что есть нечто большее, чем собственно сама жизнь. Только не эту жизнь, полную страданий и смерти, дал нам Бог. Эту жизнь мы сами себе придумали, и поэтому в ней действительно всё не то и не так. И когда мы вдруг это поймём, то поймём и какая печаль таится в этих словах: сказываю вам, что никто из тех званых не вкусит моего ужина».

Свящ. Стахий Колотвин

— Конечно, когда мы сравниваем Евангелие от Матфея и Евангелие от Луки, то прежде всего мы увидим, что хоть Евангелие от Матфея большое, просторное, но Евангелие от Луки ещё больше. И у евангелиста Луки больше деталей, больше моментов. А здесь мы видим, наоборот, короче текст. То есть более подробный евангелист, которые писал позже, опять же, чем евангелист Матфей, который уже своё благовествование направлял, учитывая, что уже было сказано апостолом и евангелистом Марком и апостолом и евангелистом Матфеем. Как вот он в ситуации с Заповедями блаженства другие акценты расставляет и более краткий список даёт, вот точно так же и здесь, уже, конечно, памятуя о том, что другой евангелист сказал. Никакого секрета не было, что евангелист Лука даёт, можно сказать, меньше такого грозного, страшного описания наказаний. И как вот вы зачитали толкование, что вот даже некое сожаление Господа: как бы обидно — никто к тебе на праздник-то не пришёл, а праздник-то хороший. Да нет, конечно, пришли люди, самые близкие. Но вот тоже кого-то ты считал близким, родным человеком, а он к тебе не пришёл, не явился, и потом сам будет жалеть — вроде чем-то занимался, и какие-то там рабочие дела, может быть, или семейные дела, или даже сходил куда-то, повеселился, а потом думаешь: эх, что же я упустил, такая тёплая компания была, как вы там хорошо собрались, а меня там не было.

Вот на самом деле, когда евангелист Матфей пишет, то всё-таки надо понимать, что евангелист Матфей продолжает ветхозаветную традицию, обращается к иудеям. И всё-таки, как мы видим у пророков, пророки всегда, благовествуя пришествие Христа, сначала говорят о наказаниях, вот какие будут наказания, которые и сбылись уже многие: вавилонский плен, разрушение Иерусалима, — и которые сбываются вновь уже после пришествия Христа, Воскресения, Вознесения на небеса, когда римляне Иерусалим там дальше разрушают. Поэтому тоже такая, с одной стороны, ветхозаветная традиция грозных увещеваний. С другой стороны, почему евангелисту Луке надо чуть иначе расставить акценты уже, чтобы люди не думали о земном воздаянии. Что вот я сейчас беру и не иду на брачный пир Спасителя. Брачный пир Спасителя — это не только Царствие Небесное, но и возможность приобщиться этому небесному пиру, участвуя в Божественной евхаристии. Принятие Святых Христовых Тайн, причастие Тела и Крови Христовой на любой Божественной литургии в любом храме. Но вот люди от этого уклоняются и себе находят различные оправдания. И евангелист Лука понимает, что они берут и находят себе оправдания. И вокруг идут уже гонения на первых христиан. И, наоборот, проблемы, разрушения, смерти, казни — с ними сталкиваются гонимые христиане. А те люди, которые не ходят и не причащаются, у них вроде и нет каких-то... да, может быть, потом как-то Господь придёт на землю и всё наоборот сделает, но пока проблемы-то, наоборот, у христиан. И евангелист Лука всё-таки показывает, что нет, да не здесь. И когда евангелист Матфей говорит, он не про земные проблемы-то говорит. Это же тоже он образно передаёт слова Спасителя о том наказании, которое грешника ждёт после Второго славного, всехвального Пришествия.
Да, тем не менее, конечно, слова евангелиста Матфея, как и любую притчу, мы можем толковать, начиная и с более буквального толкования. Господь, как заботливый Отец, Который берёт и наказание какое-то ребёнку посылает, чтобы его остановить, пока ещё не совсем поздно. Если ребёнок совсем уже попутал берега, то более жёсткое наказание, потому что иначе не подействует. Поэтому точно так же и бывает, что за нечестие, за уклонение — вот люди русские ходили в храм, большинство ходили, мужчины-то, по крайней мере, почти все ходили. Женщины, понятное дело, могли все не прийти — кому-то там за детьми смотреть, за стариками, обед на всех приготовить. Тем более когда семья ушла в храм, который не в селе, где ты живёшь, а в далёком селе. Да, до революции, конечно, женщины, может быть, не так-то в храм наполнялись, но мужчины-то были — все приличные люди, конечно, в храме были. Но при этом не причащались. Вот как люди сейчас тоже, в принципе, ходят в храм, и многие даже очень ревностно ходят. Я наблюдаю, что люди приходят вообще каждый день — в серединке дня или после работы, то есть в храме они регулярно, а не причащаются. И до революции не причащались — и тоже это одна из духовных причин революции, что: ой, каяться, меняться — нет, это тяжело, ещё готовиться причащаться, — я без этого обойдусь, вот я просто помолился и ушёл. И Господь, конечно... никак не умаляется Его бытие райское из-за того, что кто-то не придёт, что будет не толпа народа, а будет мало избранных, мало святых. Потому что источник радости, благости — Господь. Ему даже один никто святой не нужен из людей для Его бесконечного блаженства. Наоборот, Он хочет с нами этим бесконечным блаженством поделиться.
Поэтому точно так же, дорогие братья и сестры, на кого не подействовали уже такие более грозные слова евангелиста Матфея, то сегодня вслушаемся в такое мягкое увещевание евангелиста Луки. Если понимаете, что, наоборот: ой, Господь такой добрый, и батюшки такие добрые, уже не ругают нас, как в 90-е, — если понимаете, что как-то расслабились, то открывайте параллельное место — притчу, где более такое жесткое изложение — и вдохновляйтесь ей. Может быть, это поможет всё-таки до Причастия добраться.

М. Борисова

— Напоминаю нашим радиослушателям: сегодня, как всегда по субботам, в эфире Радио ВЕРА программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. С вами Марина Борисова и наш сегодняшний гость — клирик храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин. Но Рождественский пост продолжается. И, как уже неоднократно во время этого Рождественского поста, Церковь нам напоминает о ветхозаветных пророках. И большое ей за это спасибо, потому что мы люди, в большей своей массе невежественные. И хоть, по крайней мере, с помощью церковного календаря иногда заглядываем в Ветхий Завет, поскольку встречаем незнакомые нам имена. Или знакомые, но о которых мы сами ничего толком сказать не можем. И это хороший повод для того, чтобы посмотреть, что же, собственно, эти пророки пророчествовали. Так, мы 29 декабря будем вспоминать пророка Аггея, а 30 декабря — пророка Даниила и трёх святых отроков: Анания, Азария и Мисаила. Вот пророк Аггей — это один из малых пророков. И в лучшем случае, я думаю, что если кто о нём и вспомнит, то только в связи с тем, что он агитировал за восстановление Иерусалимского храма после вавилонского плена. Вот, пожалуй, всё, что можно быстро вспомнить про пророка Аггея.

Свящ. Стахий Колотвин

— Про него особо ничего и неизвестно, как, впрочем, и про других пророков, которые даже великие пророки. И мы читаем обширные книги, Дух Святой через них благовествует нам. Это благовестие не только для ветхозаветного человечества имело значение, но и для нас имеет значение, очень важное, вдохновляющее, что тоже мы удивительно мало знаем о них. В этом есть, конечно, такой тоже Промысл Божий, потому что, например, про пророка Илию мы много знаем, описана его жизнь, а вот книги его никакой нет, то есть что он прямую речь говорил. Кроме вот цитаты, что обращался он там к жрецам Ваала, когда они безуспешно пытались жертву принести без огня. Всё равно мы видим, что полнота некоторого знания полезна, прежде всего, о Христе, что любой другой человек лишь какой-то частью своей жизни может послужить Христу, а всесовершенен только наш Господь и Спаситель. С одной стороны, мы об этом не забываем. А с другой стороны, мы не можем расслабиться и сказать: я о Христе там разобрался, что мне каких-то пророков вспоминать, тем более малых пророков? Нет, всё-таки очень важно, потому что вещи, как я уже сказал, остаются актуальными не только в Ветхом Завете. Вот мы смотрим: Аггей — это один из последних пророков. Пророки благовествовали на протяжении веков. Более того, пророчества были у Адама и Евы, тоже они как бы пророчествовали. И Каин даже пророчествовал, как там всё будет дальше происходить. Но для нас вот этот пример просьбы направить силы на строительство храма — это пример того, что когда какой-то народ по своим грехам переживает какое-то очень тяжёлое испытание, очень большие проблемы, очень большие скорби, гибель, и потом, когда просит о прощении и Господь в итоге это прощение посылает, люди дальше предпочитают не напрягаться.

М. Борисова

— Ну как? Они же должны были жилища свои восстановить, занятия какие-то наладить после плена, вернувшись на пепелище. Ну как?

Свящ. Стахий Колотвин

— Так в том-то и дело — вот мы будем дальше про пророка Даниила говорить, — что и в плену-то было для тех, кто хорошо устроился, не так уж и плохо. Да, благословение Божие, которое Господь дал еврейскому народу, Он его не забирает. И поэтому с финансами управляться евреи умели. Поэтому вот пророк Даниил как был финансовым министром, а, может быть, одновременно и министром экономического развития, что точно так же, конечно, и многие соплеменники — безусловно, вавилонской гигантской империи такие опытные администраторы, да ещё на которых благословение Божие, были очень нужны. И люди, конечно, не потому, что они столкнулись с бедами и проблемами, не строили храм. Тут причины и следствия важно не перепутать. Потому что мы читаем пророка Аггея и, правда, видим, что люди столкнулись с бедами и проблемами. И они себя оправдывают, говоря, что у нас есть беды и проблемы, и поэтому мы дело Божие ставим на последнее место. А пророк говорит, что всё наоборот: вы дело Божие поставили на последнее место, и поэтому вам Господь как вразумление даёт беды и проблемы. И что вы уже берёте и вспоминаете, как в Вавилоне лучше было. Но, правда, воспоминание, что в Вавилоне лучше было, не новое. Потому что когда за сотни лет до этого из египетского плена выводил пророк Моисей, точно так же люди вспоминали в пустыне, как хорошо было. Ну да, там как бы уничтожали младенцев повитухи, да, нас хотели истребить, зато вот свиного мяса из котла можно было на строительстве оросительных каналов египетских покушать. И вроде не такая уж и плохая ситуация была.
Поэтому точно так же и для нас вот эти актуальные вещи, дорогие друзья. Мы оглядываемся назад и смотрим: вот страшные скорби в ХХ веке русский народ перенёс. Сначала вот этот предательский переворот в годы Первой мировой войны, который совершён, страна погружена в кровавый хаос, истребление русских людей, разрушение церквей вот это страшное. Потом только вроде какая-то там передышка, и раз — страшнейшее нашествие совсем уже людоедской идеологии. И тоже ещё миллионы и миллионы русских людей погибают. И вот когда это позади, когда потихонечку открываются храмы, потом уже массово открываются, потом новые начинают строиться. Мы оглядываемся сейчас: что-то вроде идёт. Да, есть текущие проблемы, но как раз эти текущие проблемы наших 2020-х годов — тут санкции, тут такие-то продукты подорожали, тут такие-то налоги и сборы дороже стали — проблемы, действительно, это для любого человека проблемы, да, тяжелее жить в чём-то становится. И кажется: ой, когда будут совсем благодатные времена, тогда мы и о духовном будем вспоминать. Ладно, мы люди не очень духовные, мы пока на материальном сосредоточимся.
И Господь говорит, что есть некий компромисс. Ты хочешь сосредоточиться на материальном? Сосредоточься, действительно, на церковных проектах. Вот помоги строительству храма, помоги церковному просвещению, помоги какому-то социальному проекту Церкви. Если ты поможешь, то Господь тебя не оставит. А если ты будешь только вот оправдываться: ой, наши дедушки, бабушки, прадедушки, прабабушки такую войну выиграли, поэтому мы имеем индульгенцию, чтобы сейчас особо не напрягаться, — то оправдания не будет. И Господь будет нам всё новые какие-то гаечки, в том числе экономические, и болезни, потому что мы смотрим, что вот коронавирусное там поветрие, подкручивать для того, чтобы мы всё-таки взяли и рано или поздно вразумились, но лучше пораньше.

М. Борисова

— Что касается пророка Даниила, то тут наши знания немножко пошире, чем знания о пророке Аггее. По крайней мере, благодаря пророку Даниилу, мы слышали имя Навохудоносор, мы слышали имя Валтасар. И мы даже иногда вспоминаем, что был такой Кир, благодаря которому, собственно, евреи вернулись из плена вавилонского. А если мы внимательно смотрим на фрески, сохранившиеся в тех храмах, которые не были разрушены, то мы очень часто видим там трёх отроков в огненной печи.

Свящ. Стахий Колотвин

— Мы совсем недавно вернулись из Сербии с паломниками. И прям вот не могу не поделиться. Вот ниша для жертвенника, то есть жертвенник, где во время проскомидии Дары готовятся, чтобы перенести на Престол, где уже хлеб и вино будут наитием Святаго Духа Телом и Кровью Христовой становиться. Но вот они готовятся как бы в такой пещерке. И бывает, что эта пещерка напоминает о яслях, и роспись рождественская. А бывает, что вот прям стоят три отрока в пещи. То есть эта печь напоминает о том как раз сошествии Христа во ад. И это удивительно изображается. И да, вот такие и на Руси у нас встречаются сюжеты. Но просто вот совсем недавнее свежее сербское впечатление, которое тоже так переполняет душу и основанием служит для того, чтобы вспомнить и наше евхаристическое богословие, с которым мы, слава Тебе, Господи, знакомы лучше, чем с многими другими разделами православного богословия, благодаря тому, что оно отражено в молитвах ко Святому причащению. Эти молитвы, в отличие от многих других молитв, которые неизвестного авторства бывают, написаны в основном святыми людьми, которые размышляли, богословствовали не в теории, а именно в практическом смысле. Что вот, как огонь, который попаляет недостойное. И как вот эти три отрока в пещи остались неповрежденными, кинутые в эту печь в наказание за то, что они не отступили от поклонения единому истинному Богу, не стали поклоняться идолам. А те стражники, которые в печь их кидали, они попалились.
И вот ты, когда идёшь ко Причастию и молишься, в том числе можно помолиться и трём отрокам: Анания, Азария, Мисаил, помогите, пожалуйста. Потому что вдруг я буду подходить к Чаше, и я буду не как вы — воспевать Господа в радости и славословить, — а буду, как те стражники, которые в муках сгорают и умирают на глазах у тысяч людей, которые сошлись на вот эти все языческие празднества. Поэтому это, конечно, с одной стороны, нам и такой радостный пример, потому что это песня благодарности. Почему так легко поётся 33-й псалом в конце Литургии, и народ и подпевает сам, где-то в храмах бывает, что просто народное пение: «Благословлю Господа на всякое время»? Да потому что вот такая же радость. Уже, оказавшись среди языков пламени, ходят отроки и воспевают. И точно так же, конечно, мы видим, что это результат того, что кто-то за нас уже успел пострадать, и мы от этого страдания освобождены.

Для нас это Христос. Христос сходит во ад. Мы в ад не сходим, и имеем возможность вообще там не побывать. Да, конечно, вероятность есть, что всё-таки и туда заглянем. Но вот как Христос побывал и воскрес, и изводит из глубин адских всё человечество, бывшее там, а нам, новозаветным людям, говорит: вы можете туда и не заглядывать. Вот точно так же прообразом такого взаимодействия был пророк Даниил, который не был в горящей пещи. Хотя тоже четвёртая фигура, которая там появлялась — то ли это был Ангел, который укреплял, наставлял отроков; то ли душой был пророк Даниил со своими учениками и воспитанниками, единомышленниками, единоверцами. Но уже уместно вспомнить пророка Даниила во рву львином, что тоже вот такое место безнадёжное. Что пророк Даниил всё-таки во рву львином молится, но ему страшно. И по его молитве воспитываются такие замечательные молодые люди, которым не страшно уже в горящей пещи.

М. Борисова

— В эфире Радио ВЕРА еженедельная субботняя программа «Седмица». С вами Марина Борисова и клирик храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин. Мы ненадолго прервёмся и вернёмся к вам буквально через минуту, не переключайтесь.

М. Борисова

— Ещё раз здравствуйте, дорогие друзья. Продолжаем нашу еженедельную субботнюю программу «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. С вами Марина Борисова и клирик храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин. Вот 31 декабря, под самый Новый год, мы будем вспоминать святого, мне кажется, очень важного. Именно потому, что мы совсем про него ничего не знаем, но в то же время знаем всё. Это день памяти прославления праведного Симеона Верхотурского. Кто такой Симеон Верхотурский не знает никто до сих пор. Есть жития, которые составлены со слов людей. Ну, попробую по порядку. После того, как Симеон Верхотурский скончался в глухой деревне, километрах в 50-и от Верхотурья, а дело было в XVIII веке — в общем, можете себе представить, что это такое, — о нём, собственно, тут же и забыли. Потому что он был человек пришлый, семьи у него никакой здесь не было. И откуда он взялся? Ну, жил и жил, умер и умер. А потом, через полвека, поднялись его мощи, то есть гроб... что-то произошло: то ли земля осела, то ли что-то типа маленького землетрясения, но захоронение разрушилось, и гроб с его останками вышел наружу. И к этому, возможно, тоже отнеслись бы вполне спокойно, возможно, только местные жители как-то отметили бы это для себя. Но так сложились обстоятельства, что об этом узнали церковные власти. И правящий архиерей в этот момент оказался в Верхотурье. Он достаточно скептически отнёсся к результатам первого обследования мощей, но у него заболел глаз. И глаз этот прошёл, когда он решил сам поехать и посмотреть, что за мощи такие.
И, собственно, с этого всё началось. Стали искать хоть кого-то из этой деревни, кто хоть что-нибудь об этом человеке помнил. Ну вот то, что вспомнили, по этим крохам составили житие. Но дело в том, что Господь-то прославил его без посторонней человеческой помощи — начали происходить чудеса от его мощей. И в результате, когда уже мощи были перенесены в Верхотурье... Вот представьте себе XVIII век: достаточно прохладное отношение к Церкви, в силу массы обстоятельств исторических. И вдруг вся Сибирь узнаёт, что был такой Симеон Верхотурский. И начинается колоссальное паломничество, которое не прекращалось вплоть до революции начала ХХ века. И в XIX веке преподобного Симеона считали уже покровителем всей Сибири. Единственное, что о нём вспомнили, что он в зимнее время ходил по деревне и шил местным крестьянам тулупы. Это, пожалуй, единственное достоверное, что о нём вспомнили его односельчане.
Свящ. Стахий Колотвин

— Может быть, и тулупы были так с душой сшиты и качественно, что передавались из поколения в поколение. Потому что для нас это как раз пример не какого-то такого высокого, отвлечённого духовного подвига, а пример — вот как мы молимся на службе, мы ж не молимся: «Ой, Господи, пошли нам возможность стоять на столпе!» Или: «Господи, пошли мне мученический венец!» Нет, мы на каждой службе молимся: «Да тихое и безмолвное житие поживем во всяком благочестии и чистоте». Потом мы открываем святцы и смотрим: очень всё героично, но как-то не тихое и не безмолвное житие. А даже кто там безмолвно ушёл, отшельник, и десятилетия в безмолвии пребывает — его вот там искушает лукавый, у него там зной или, наоборот, холод ночной, какие-нибудь насекомые пустынные, — в общем, всё ему мешает. Где же тот вот образец? Конечно, когда мы посмотрим на праведного Симеона Верхотурского, то тоже мы увидим, что нет семьи. Хотя, кто знает, может быть, была семья, может быть, вырастил детей, может быть, человек жил, просто свой долг исполнил и потом уже ушёл так странствовать. Потому что мы помним, что Господь своих учеников-апостолов так и посылает: идите, в любой дом с миром входите. И, как мы знаем, что праведный Симеон где-то мог зимой остановиться. Как он летом никого не обременял: где-то уже в леску, на опушке, в стоге сена вот переночевать, чтобы в тягость никому не быть. А всё-таки в зимнее время за Уралом уже как-то особо без современных, может быть, мешков спортивного снаряжения не выживешь просто.
Поэтому здесь мы видим человека, который, можно сказать, реализовал в себе такие евангельские указания Господа, которые, мы считаем, не для нас. Вот эти заповеди Евангелия для меня, а эти — ну так, для избранных. Так Евангелие универсально, и действительно надо вот это Слово Божие нести. Но нести Слово Божие, если ты не заботишься, если ты не трудишься, не получится. Потому что если заботы нет, то это будет голая теория, она будет на какую-то игру ума откликаться и тому, как складно сказано, но чувства не будет за этим любви. Если не будет заботы какой-то, если не будет физического труда, то просто люди, которые далёкие от Христа, скажут, что это просто уже человек ленится и, от нечего делать, сидит и болтает о каких-то вещах духовных, которые никак с этим материальным миром не связаны. Поэтому то, что праведный Симеон Верхотурский ловит рыбу, делает полушубки, что вот он живёт таким трудом странствующего мастера такого, специалиста, это тоже, конечно, для нас некий такой пример. Пример — не то что там надо взять и оставить семью. Кому-то Господь говорил: оставь всё и следуй за Мной. А кому-то говорит: нет, останься, будь дома. Более того, Господь создавал условия для спасения души не только для него, но и к тем, к кому он приходил. И тот, кто его мог у себя дома согреть зимой, кто мог ему там тарелку супа налить.

Поэтому точно так же, дорогие братья и сестры, это, конечно, и для нас такой призыв к милосердию.
Потому что вокруг нас могут быть люди, и мы никогда при жизни не узнаем, что они святые, и даже не заподозрим, и даже не очень на них особо внимание обратим. Но если там злоба будет в душе клокотать, что кто-то там бродит, какой-то там бездомный, ещё что-то. Но если ты начнёшь гадать: ой, где бы мне найти святого, чтобы ему помочь, чтобы он за меня помолился, чтобы я, несмотря на свои грехи, спасся? — то так не надо. Любой человек, который вокруг нас, он может быть святым. И, возможно, ты возьмёшь и получишь новый стимул, чтобы ему улыбнуться, чтобы сказать ласковое слово, чтобы ему помочь. Этот внутренний стимул будет воспоминание жития Симеона Верхотурского, что, может быть, вот этот странный человек, или не странный, наоборот, самый обычный, заурядный, но странный хоть внимание привлекает — вот Христа ради юродивый. А праведный Симеон не был Христа ради юродивым, он на себя такой подвиг не брал. Нет, он просто вот тихо и безмолвно жил. И ты тихое и безмолвное житие поживёшь в благочестии и чистоте, и если человеку, у которого ещё лучше это получается делать, поможешь, то тогда, действительно, шансы на то, что вот это тихое и безмолвное житие земное перейдёт в тихое и безмолвное, но, может быть, радостное и воспевающее вместе с легионами Ангелов на небесах Господа, житие вечное, для тебя существенно повысятся.

М. Борисова

— Но тут ещё сам момент прославления. Потому что ведь так бы сокровенно он мог и исчезнуть из памяти людской вовсе. Давным-давно, в глухой деревне, да ещё даже не в деревне, а в лесочке, на удалении от этой деревни. Мало ли кто там был подвижником? Наверное, их было много по большой-большой Руси. И, наверное, далеко не всех Господь прославляет.

Свящ. Стахий Колотвин

— Безусловно. Потому что если спаслись только те, кто в календаре по именам записан, то у нас шансов как-то совсем маловато — вот в такую узкую компанию пробиться. Слава Тебе, Господи, Господь хоть и говорит, что много званых, мало избранных, но всё-таки всё равно полный зал на пир наполнился. Значит, всё-таки попасть в Царствие Небесное реально. Господь прославляет святых не потому, что это нужно святым, что они там сидят, в раю скучают: ой, что это мне икону никто не написал, собор не построил, почему тысячи паломников ко мне не пришли? А к Симеону Верхотурскому и сейчас, в принципе, на Урале тысячи людей, а уж до революции вообще там десятки тысяч могли приходить в течение года поклониться, причём транспортная доступность была хуже. Сейчас уже, наверное, побыстрее можно, но когда в двухтысячном году мы с папой ехали на электричке из Екатеринбурга до Верхотурья, то это часов шесть занимало. Она шла со всеми остановками, но уже это не европейская Россия, уже за Уралом расстояния побольше. Поэтому она тоже неспешно шла со всеми остановками, но это было раза в два дольше, чем ты обычно в Подмосковье где-то на электричке едешь. Но вот люди приходили. И это не потому, что это нужно было праведному Симеону. Мы видим, что даже при жизни ему это особо было не нужно. Наоборот: ушёл, закинул удочку, себе рыбку поймал, помолился, Господа поблагодарил, дальше пошёл. А кому это нужно? Это нужно нам.
То есть это, во-первых, конечно, нужно было и христианам, которые жили на тот момент. Ну, несколько сотен лет, но тем не менее это не тысячелетняя христианская история позади — вот на этих уральских землях. Для того, чтобы был заступник на земле уральской, к чьим мощам можно было прибегнуть, помолиться, укрепиться в вере, попросить о каком-то чуде. А это нужно было всей Церкви, чтобы иметь, наряду с благоверными князьями, мучениками, преподобными, кому сложно подражать, потому что ты не княжеских кровей, не аскет совсем и тоже мученичества стараешься избежать, а не, наоборот, на рожон куда-то полезть. И вот такие люди, которым можно подражать, это, конечно, и Церковь, которая принимает акт канонизации, но, самое главное, Господь даёт. Господь среди вот этих тысяч и, дай Бог, тысяч тысяч вот этих подвижников иногда их открывает. Именно поэтому я и говорю, что надо смотреть: может быть, кто-то рядом есть. И ты не узнаешь никогда. И будет казаться, что просто человек хороший был, умер, всё — до свидания. А это уже святой человек. И более того, может быть, ещё и ты представишься, а потом Господь его прославит. Прославит, если посчитает, что нужно и сейчас, и в наши дни, русскому человеку на кого-то из святых своих опереться, кого он пока ещё не знает. А этот святой уже за свой народ Богу молится.

М. Борисова

— Напоминаю нашим радиослушателям: в эфире Радио ВЕРА еженедельная субботняя программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужений наступающего воскресенья и предстоящей недели. С вами Марина Борисова и клирик храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин. Ну, собственно, эта неделя у нас новогодняя. И удивительным образом церковный календарь в самые такие... в Церкви у нас бывают попразднества, а тут вот к светскому празднику вроде как не применишь, но так — в продолжение праздника. Мы 1 января вспоминаем мученика Вонифатия Тарсийского, которому годами и десятилетиями молились и молятся многие русские женщины, чтобы он уберёг их благоверных мужей от греха пьянства. А 2 января мы вспоминаем святого праведного Иоанна Кронштадтского, который отдельно колоссальные усилия положил на то, чтобы и организовывать общество трезвости, и, по мере сил, и в Кронштадте, и везде, где слушали его слово, его проповеди, бороться с этим грехом пьянства. Вот так Церковь позаботилась о том, чтобы новогодние праздники у нас прошли всё-таки осмысленно.

Свящ. Стахий Колотвин

— Причём Церковь позаботилась не как организация, юридическое лицо на земле, а действительно Церковь, глава которой Христос. Который взял и призвал мученика Вонифатия именно в тот день, который, спустя столетие богоборческое, оказался неожиданно до Рождества Христова, хотя веками был после — ну, из-за перемены календаря уже в ХХ веке. И более того, призвав к себе на другой день и одного из своих подвижников совсем недавних, кто ещё сто лет назад здравствовал, благовествовал и, в том числе, правда, занимался борьбой с этим страшным недугом. Все помнят картину, которую в советские годы старались, наоборот, выпячивать, «Крестный ход на Пасху». Что идёт батюшка, и весь он вообще совсем, как говорили в народе, лыко не вяжет, то есть не способен даже к такому простому ручному труду на завалинке. А это, даже если тебя ноги не держат, по идее, если ты такой работящий человек, должен быть способен. И даже людей особо не смущает, что почему-то храм где-то вдали, а из какой-то избы люди выходят. Так речь идёт о чём? Обходят батюшки дома, освящают куличи, пасхи, не которые в храм приносят, все яства. А люди вместо того, чтобы батюшке жертвовать денежку, ему жертвовали стаканчик алкогольного напитка. Причём, поскольку мы в конце каждой Литургии свидетельствуем в благодарственной молитве заамвонной, что «всяк дар совершен свыше есть, сходяй от Тебе, Отца Светов», то есть священник всегда любой дар с благодарностью принимает.
И поэтому под конец дня вот уже так, можно сказать, издевались над священником. И священник, может быть, крепкой закалки и 30 стаканов выпьет, и ничего, и стоит на ногах. Но обычный человек без сверхсил, конечно, падает. И когда начинали образовываться братства такие, и люди брали и на год принимали обет, и священник его возглавлял, что вот год не пью. Причём пить-то можно по праздникам — это Господь первое чудо на браке в Кане Галилейской сотворил, когда воду в вино претворил. Но при этом вместе со всеми вот этими извинительными причинами на год всё убирается. Причём священники многие возглавляли это не для себя. Потому что батюшка, если запил, то снимут с прихода, на покаяние в монастырь куда-то там отправят. А то и сана совсем можно лишиться, если ты не справишься. А вот для того, чтобы своей пастве помочь, когда уже ничто не помогает, чтобы возглавить. Как вот в семье, например, есть аллергия у кого-то из членов семьи. Другие могут спокойно есть эти продукты, но они, по любви к человеку рядом, этого не делают. Люди берут и спокойно шутят на какую-то тему, а знают, что для какого-то человека она болезненная. И они в его присутствии, хоть очень смешная шутка и прямо в тему, но не скажут, пусть веселья будет меньше, но не пострадает один человек.

И точно так же священник, как отец своей пастве, тоже принимал вот этот обет — не потому, что у него были проблемы, а чтобы помочь людям рядом с ним. И Господь вознаграждал ещё в тот же самый год. Так, что к людям пришёл на какую-то требу, и тебя уже не подпаивают, а тебе уже какую-то денежку дают для семьи, или крестьяне могли продукты дать. Потому что денег-то особо нет, а вот всё равно, чтобы батюшка пришёл, и супруга его смогла что-то деткам сварить из свежих, домашних, как сейчас бы сказали, фермерских продуктов. Тоже этого было в избытке. На самом деле вот такое советское богоборческое время приучило к тому, что и до сих пор люди стараются священникам дарить алкоголь. Дорогие друзья, это я вижу, и это из лучших побуждений. И батюшки тоже благодарят, не отказываются, но это тоже и большой соблазн. Одно дело, когда у тебя там одна бутылочка стоит, а когда у тебя уже 10, ты думаешь: ой, ставить некуда, значит надо, хоть и праздника нет, начинать это употреблять. Я вот помню, когда в Митино служил, поскольку там приход с нуля создавался, ещё не было каких-то приходских традиций, не было такого, что люди уже 30 лет ходят и батюшке дарят бутылку коньяка на Рождество, на Пасху и так далее. То как раз и переучивал, говорил: «Не нужно дарить батюшкам конфеты. У батюшки стоячая работа. И это путь к диабету. Ещё Дары потребили.
Не нужно дарить алкоголь. Батюшка тоже, если будет там нестроение, начальство как-то там поднажмёт, люди как-то подзабудут, возьмёт и будет алкоголь выпивать, конфетками заедать. И тоже столкнётся с проблемами. Нужно обойтись без этого». И на самом деле меняется ситуация. Вот, вспоминая, когда ещё сам священником не был, но там помогал как алтарник батюшкам на именины заносить какие-то бутылочки в келью — вот уже что надарили. Сейчас этого меньше становится. Но кто продолжает — прекращайте, не нужно. И поэтому уже ты позаботишься, чтобы и священник сильно там не налегал на спиртные напитки, и священнику будет легче позаботиться о тебе в ответ.

М. Борисова

— Что касается времён Иоанна Кронштадтского, то сам Кронштадт, помимо того, что военный, помимо того, что портовый, он ещё и место административной ссылки. То есть не нужно сильно напрягать воображение, чтобы представить себе нравы этого города и что там, собственно, творилось, и безо всяких праздников. Что касается праздников, особенно церковных, то, как это ни печально, вот свидетельство Бунина в «Окаянных днях» — 1917 год, осень, семья живёт в имении. И он пишет в дневнике: «Завтра Казанская, престольный праздник. Вся деревня уже неделю варит самогон. Надо уезжать». То есть это такая вот зарисовка жизни российской деревни накануне революции 1917 года. Я думаю, что праведный Иоанн Кронштадтский, которому, слава Богу, не довелось это увидеть воочию, но он не мог не предвидеть, что этим всё дело закончится. Потому что представить себе трезвую революцию невозможно. Потому что всё, что мы читаем об этих временах, без того, чтобы умножить это на алкоголь, не получается этой картинки. Потому что нормальный человек не может несколько лет придаваться вот такому ужасу, который тогда творился.

Свящ. Стахий Колотвин

— Безусловно, потому что если мы посмотрим на само празднование дня революции — собственно, не было же какой-то одержано победы в Гражданской войне, какое-то сражение выиграно, ничего же героического не было, по большому счёту. Просто ворвались во дворец, пограбили и опустошили запасы алкоголя, которые там на праздники копились тоже долгие годы. И там уже вино текло рекой в канавы и в реку, в Неву, стекало. То есть тоже, что праздновать? Что было самое масштабное, что запомнили вот жители столицы, тогда ещё, Санкт-Петербурга, в этот день? Запомнили, действительно, что люди дорвались, ворвались и напились. И вот это, конечно, надо понимать, не на ровном месте. Потому что если ты не борешься со страстью, пока ты ещё над ней властен, то дойдёт до того момента, что уже ты сам будешь не рад, а страсть будет властвовать над тобой. Причём если ещё с внешними физическими зависимостями — алкогольная зависимость, игромания, какие-то вещества ещё — это более очевидно снаружи, то человек может гордиться тем, что он полностью без вредных привычек — ну, таких телесных. А при этом им будут властвовать страсти. Что точно так же он спокойно: ой, вот это я хочу и гневаюсь — тут дурные люди, я на них гневаюсь. Нет, это ты вначале захотел, согласился, а потом ты и сам не рад, а гнев тебя уже распирает, зависть тебя распирает, злоба, злопамятство. И уже вот это тебя поработило. И, в отличие от внешней алкогольной зависимости, это победить куда сложнее, с одной стороны. А с другой стороны, в этом Господь нам прежде всего готов помочь.
Поэтому, когда мы глядим на вот этих изумительных святых, смотрим, что мученику Вонифатию помогла со страстью справиться, и со страстью пьянства, и с совсем вроде не вредной для тела, зато куда более вредной для души блудной страстью, что там сожительство, помогла спастись только ситуация, в которой он смог принять мученический венец. То есть, действительно, он очень достойно прошёл страшные страдания. Поэтому точно так же, дорогие друзья, если ты человек хороший, Господь тебя обязательно постарается вытащить из зависимости, вот такой обычной, какой-то там химической, которая в организме формируется, и из страсти, которая твою душу поработила. Но просто вот этот процесс очень болезненный. А христианин всё-таки создан Богом, чтобы жить счастливо, чтобы жить радостно. Поэтому лучше действовать на опережение и самому исправиться.

М. Борисова

— Ну а как же нам исправиться 31 декабря и 1 января?

Свящ. Стахий Колотвин

— Самый надёжный способ — это, конечно, отправиться на ночную службу в храм. Потому что традиция новая, и можно сказать, что она не укоренилась в веках. Так и в веках-то не было такой проблемы — не было Нового года до Рождества, пока календарь не поменялся. И не было таких длинных выходных. Даже вот вроде богоборческий был строй, Рождество там как-то не праздновалось, и выходных длинных не было. Всё, раз — и дальше уже снова на завод идти. А сейчас, с одной стороны, гонения позади, но, с другой стороны, есть соблазны. Поэтому и ответы должны быть новые. Совершенно необязательно, чтобы все приходили на ночную службу. Но если ты знаешь, что ты в зоне риска и что ты можешь потерять человеческий облик на Новый год, в преддверии праздника Рождества Христова, значит, тебе идти нужно. Твой сосед, твой брат, твой друг, твои родители могут не идти, даже если они люди верующие, на Рождество они обязательно будут храме. Это нужно именно тебе: ты в зоне риска, лучше не рискуй, прям в убежище спасайся.
С другой стороны, наоборот, смотришь: а где тебе радостней будет? Может быть, тебе будет радостнее даже не среди родственников, которые там будут с экраном телевизора чокаться и там оливье десятую порцию как бы есть, а тебе более радостно будет на службе. И это не то что для тебя будет какое-то усилие, а это уже какая-то радость. Да, иногда люди даже пишут и в интернете говорят, что у них просто в храме нет службы. И сам батюшка там дома с семьёй это время проводит. Ну, тоже ничего страшного, поскольку это не нужно каждому христианину, это не то что там обязательно, то вполне достаточно тех храмов, в которых это проводится, и что можно доехать до другого района. Для нас транспорт общественный почему на Новый год так долго работает? Чтобы человек спокойно после ночной службы мог доехать до храма и там уже тоже чуть-чуть ещё со своей семьёй попраздновать, и с чистой совестью, без всякого отяжеления лечь спать.

М. Борисова

— Спасибо огромное за эту беседу. Вы слушали программу «Седмица». С вами были Марина Борисова и клирик храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин. Слушайте нас каждую субботу, поститесь постом приятным. До свидания, до новых встреч.

Свящ. Стахий Колотвин

— С Богом.

---

Все выпуски программы Седмица

• «4-е воскресенье Великого Поста. Прп. Иоанн Лествечник». Протоиерей Федор Бородин
• «3-е воскресенье Великого Поста. Крестопоклонная неделя». Протоиерей Федор Бородин
• «Святитель Григорий Палама. Третья неделя Великого поста». Священник Николай Конюхов