«3-я неделя по Пасхе. День жен-мироносиц». Священник Николай Конюхов

о. Николай Конюхов

В нашей студии был клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.

Еженедельно в программе «Седмица» мы говорим о праздниках и днях памяти святых на предстоящей неделе.

В этот раз разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (Деян.6:1-7) и Евангельского (Мк.15:43-16:8) чтений в 3-е воскресенье по Пасхе, в которое отмечается день жен-мироносиц, о днях памяти праведных Иосифа Аримафейского и Никодима, мученицы Фомаиды Александрийской, блаженной Матроны Московской.

---

Марина Борисова

— Добрый вечер, дорогие друзья! В эфире Радио ВЕРА наша еженедельная субботняя программа «Седмица», в которой мы говорим о смысле и особенностях богослужения наступающего воскресенья и предстоящей недели. В студии Марина Борисова и наш сегодняшний гость — клирик Храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.

Николай Конюхов

— Добрый.

Марина Борисова

— И с его помощью мы постараемся разобраться, что ждёт нас в Церкви завтра, в третье воскресенье после Пасхи, воскресенье Святых Жён-Мироносиц, и на предстоящей неделе. Ну, название «воскресенье» говорит само за себя, казалось бы, чего тут ещё мудрить, но мы всё-таки по нашей традиции постараемся поглубже вникнуть в смысл наступающего воскресенья, исходя из тех отрывков из Священного Писания, которые мы услышим завтра в храме за Божественной Литургией. И, в частности, эти отрывки напомнят нам о двух важных для понимания Евангелия людях — Иосифе Аримафейском и Никодиме.

Ну, про Иосифа Аримафейского ещё более-менее мы вспоминаем, есть повод — всё-таки он упросил Понтия Пилата, чтобы тот отдал ему тело Христа, у него оказалась неиспользованная, недавно купленная гробница, то есть событийно мы, в общем, как-то помним, что был такой Иосиф Аримафейский. А вот Никодим, который приходил к Спасителю ночью, который был важным человеком, чиновником в духовном ведомстве иудеев. Вот роль его, почему нам он так важен?

Вообще наше восприятие Евангелия, казалось бы, вечные истины, там написанные, и текст, вынимающий нас, казалось бы, из времени. Вот я сейчас подумала, насколько меняется наше восприятие евангельского текста в зависимости от того, в какое время мы сами живём и читаем этот текст?

Что касается Никодима: людям моего поколения он был гораздо ближе и понятней, как ни странно, нежели Иосиф Аримафейский. Потому что, если перекидывать ассоциативные мостики в нашу тогдашнюю советскую действительность, мы были сродни Никодиму, потому что независимо от того, кем мы были в светской жизни, мы приходили в церковь не то что уж совсем тайком, но, по крайней мере, явно не афишируя. И вообще всё было немножечко сокровенно, немножечко потаённо. Иосиф Аримафейский воспринимался скорее, по аналогии, как некий чиновник, который, уверовав во Христа, использовал свои административные возможности, когда приспела необходимость. А Никодим нам был как раз ближе по-человечески.

А сейчас, наоборот, приходится объяснять роль Никодима во всей этой истории.

Николай Конюхов

— Это, конечно, удивительно, что каждый человек, где бы он ни был, на какой бы социальной ступени он ни находился, в каком бы статусе он ни жил, где бы он ни работал, где бы он ни проводил свою службу, везде он может быть христианином, то есть учеником Иисуса Христа. И мы видим, что даже в те времена люди, находясь на разных должностях, исповедуют себя как христиане. Кто-то явно, кто-то тайно. Каждый в меру своих сил и возможностей, в меру своей веры. И мы видим, что...

Кстати, это будет так же и в первые века христианства, когда будет какая-нибудь жена императора христианкой тайной и будет пытаться каким-то образом помочь, оставаясь женой императора, все равно помочь смягчить те гонения, которые шли на христиан. И таких случаев множество. Сколько в войсках было христиан! Тот же самый великомученик Георгий Победоносец или Дмитрий Солунский Мироточивый и так далее. Нет таких условий, которые не позволяют человеку исповедовать Христа. Потому что у нас сейчас некоторые люди, особенно которые занимают высокое положение, говорят: «У нас такой уровень ответственности, такие серьёзные дела», очень любят ссылаться на то, что у нас светское государство. И, соответственно, что мы можем сделать?

Вот человек христианин. Оказывается, любой человек все равно может... Если его сердце жаждет Христа, то он найдёт, как я обычно говорю: «Найдите, пожалуйста, в своём плотном графике время для Бога». И вот тот же самый Никодим, может быть, действительно был занят и не мог покинуть Синедрион и явно пойти общаться с Христом. Мы обычно ночью спим, особенно люди высокого ранга — они же устают.

Помню, в храме начали служить ночные литургии каждый месяц, я удивился, что некоторые люди каждый раз приезжают. И они говорят, что это единственная возможность целиком на службе постоять, потому что ты никуда не спешишь уже, дети тебя не отвлекают и всё остальное. Вот и ответ людям, которые говорят: «Батюшка, да где нам найти время, чтобы в храм сходить или у Господа что-то спросить?» Вот Никодим приходил по ночам.

А Иосиф Аримафейский, как Вы правильно сказали, использовал свой админресурс тоже послужить Господу. Апостолы были достаточно бедные люди, да и вообще, они разбежались.

Марина Борисова

— Да и не пустили бы их к Пилату, и слушать бы он их не стал.

Николай Конюхов

— Конечно. Какие-то рыбаки, какие-то люди, которые сами боялись, что их сейчас арестуют, и уж тем более к чиновникам у них входа не было особого. Поэтому это действительно так промыслительно: Господь через других людей — каждый на своём месте может в определённое время послужить.

Я помню, разговаривал с одним состоятельным человеком, и он мне честно, очень искренне сказал: «Отец Николай, я такой себе молитвенник, я плохо там что-то понимаю, я не могу на службе что-нибудь прочитать, я не так часто, к сожалению, посещаю храм, хотя мне хотелось бы чаще. Но у меня есть финансы, у меня есть ресурс, я хочу помочь, я вижу, нужна небольшая реставрация в храме, я готов помочь». И вот он, как тот самый Иосиф — идёт, покупает, суетится, беспокоится. Ну и, знаете, для меня это тоже такой показатель, потому что у нас очень любят эту историю, помните — Марфа и Мария. «Марфа, Марфа, печешься и молвишь о мнозе». Но, к сожалению, у нас сейчас другая проблема, у нас очень много Марий, которые готовы с радостью послушать, с батюшкой лясы поточить, на трапезе «кофеёчек» попить, о чём-то духовном пообщаться, куда-нибудь съездить, какая-нибудь «святынька». Ну, а то, что в храме пол грязный, что нужно раздавать святую воду на Богоявление, что нужно помочь к Пасхе храм привести в порядок — «Ну, этим пускай Марфы занимаются». И вот, к сожалению, Марф становится не так много. Вот ещё люди старшего поколения сами даже иногда вызываются потрудиться в храме — это же благословенная история — потрудиться в храме. И то же самое с мужчинами, то есть некоторые мужчины готовы с тобой посидеть, поболтать, а когда дело доходит до того, что о храме Божьем нужно заботиться, что нужна какая-то социальная деятельность на приходе... И так ценно иногда. Да, может быть, не так часто у него получается ходить в храм, не супер ещё «богослов», но он, как Иосиф, может послужить непосредственно. Гробница — это дорогая история. Это же не просто так. Причём, как мы знаем, Иосиф купил это для себя. То есть он отдаёт Богу то, что купил для себя. Это очень ценно.

Марина Борисова

— Но мы привыкли, что Третье воскресенье после Пасхи — это православный женский день. И совершенно справедливо ассоциируем его именно с женами-мироносицами. Но посмотрите, с чего начинается чтение за воскресной литургией. Это отрывок из «Деяний святых апостолов», 6 глава, стихи с 1 по 7, и начинается этот отрывок словами: «В эти дни, когда умножились ученики, произошёл у эллинистов ропот на евреев за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей». То есть всё начинается с заботы о женщинах. Собственно говоря, мысль о том, что о женщинах надо позаботиться, привела к тому, что в Церкви появились дьяконы. И вообще, от женщин очень много что началось в нашей христианской православной традиции.

Николай Конюхов

— Да, причём очень хорошего.

Но, кстати, интересно, вдовицы — это были самые незащищённые слои населения в те времена, потому что в иудейском сообществе девочка вырастала, либо она жила какое-то время в доме у родителей и потом выходила замуж. Самостоятельно девушка жить не могла. Помните эту историю с Богородицей? Вся проблема была связана именно с этим.

И поэтому о вдовицах нужно было «пещись», заботиться. Вот мы сейчас прошли уже Страстную Седмицу, но как эти слова Христа, когда Он висит на Кресте, и уже такая предсмертная агония, и он заботится о своей Матери, потому что Она остаётся как раз в таком статусе. Её ребёнок единственный умирает. Муж её, Иосиф, умер. Родители давно умерли. Остались ещё дети от первого брака Иосифа, но не факт, что они эту его названную жену молодую возьмут. И Христос прямо перед своей кончиной подзывает ученика Иоанна Богослова и говорит: «Это твоя Мать», а ей говорит: «Это Твой сын».

Марина Борисова

— Итак, Евангелие от Марка, 15 глава. Начинается отрывок с 43 стиха 15 главы и заканчивается 8 стихом 16 главы. И что же, собственно, описывается в этом отрывке? Говорится о том, как Мария Магдалина и Мария Иосиева смотрели, где Его полагали. «По прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти помазать Его, и весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу при восходе солнца и говорят между собою: „Кто отвалит нам камень от двери гроба?“ И, взглянув, видят, что камень отвален. И он был весьма велик. И, войдя во гроб, увидели юношу, сидящего на правой стороне, облеченного в белую одежду, и ужаснулись. Он же говорит им: „Не ужасайтесь. Иисуса ищете Назарянина Распятого. Он воскрес, Его нет здесь. Вот место, где Он был положен. Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее, там Его увидите, как Он сказал вам“.

И, выйдя, побежали от гроба, их объял трепет и ужас, и никому ничего не сказали, потому что боялись». Вот это загадочная для меня фраза. Мне всё время хочется, чтобы мне кто-нибудь всё-таки объяснил. Ну вот, всё произошло, вот чудо. Они, в принципе, были, по-видимому, готовы к тому, что с Учителем связаны какие-то чудеса. Не зря же они три года за Ним ходили.

И вот всё произошло. Ну да, можно, конечно, испытывать трепет, всё это по-человечески понятно, но вот эта последняя реакция — «их объял трепет и ужас, и никому ничего не сказали» — вот это совершенно непонятно.

Николай Конюхов

— Слушайте, другой евангелист говорит, что они пошли и сказали, им не поверили — кто вообще начнёт слушать женщин? Они пошли, плакали, что-то им там привиделось. К сожалению, в те времена не было такого, что женщина могла проповедовать.

Тем ярче феномен Марии Магдалины равноапостольной. То есть в те жёстко патриархальные времена не было такого, чтобы к женщинам прислушивались в каких-то важных вопросах. И потом, всё-таки у женщин есть трогательная особенность — они эмоциональны. И вот эта эмоциональность — это один из способов общения с этим миром. И тут сказано, как раз, что «их объял трепет и ужас». То есть они находились в таком состоянии, что они, может быть, даже не готовы были говорить, рассказывать что-то. Бывает такое состояние. Сейчас какую-то крамолу скажу, но у нас любят очень все рассказывать про чудеса: «А я вот ездила в такое-то святое место, и там такие чудеса!» «А я вот ездила в такое святое место, а там ещё круче чудеса!» «А нам батюшка рассказал про чудеса, там фрески самообновились» — и там эти чудеса, и тут чудеса.

Я помню, мы ездили в какую-то паломническую поездку, и там экскурсовод, простите, «продавал» эти чудеса нашей группе постоянно. Буквально мы приезжали в храм — «а здесь вот такие чудеса происходят, а здесь вот такие, пятые, десятые». И я помню, у меня в сердце, у молодого ещё тогда священника, возникло какое-то противление, простите. И я пошёл к Владыке Тихону нашему дорогому, он тогда ректор был семинарии Сретенской и духовником монастыря. Я пошёл к нему в очередной раз на исповедь: «Владыка, то ли у меня вера ослабла, то ли что, я не понимаю, потому что меня прямо настораживает вот это, что бегают, всем рассказывают про чудеса». И вот это прямо такая кричащая история, то есть вроде бы, да, у нас много есть свидетельств разных, но как будто бы здесь есть некая «показуха», что ли, или какая-то в этом есть неправда.

В общем, моё христианское сердце это так воспринимало. Я говорю: «Владыка, может, я не прав, может быть, я скептиком каким-то стал?» И он, я не буду пересказывать всё, что он мне сказал, но в целом он мне очень глубокие духовные вещи сказал, что чудеса часто — это очень личная история, вот она тебе лично дана, мы как воспринимаем: я стал свидетелем чуда, и мы рассказываем об этом, как будто немножко хвастаемся, и мы как будто бы себя немножко возвеличиваем: «Мне Господь показал».

Помните монаха из Киево-Печерской Лавры, который очень хотел, чтобы ему было явление сверхъестественное Господа, очень хотел, и он там супер какие-то аскетические на себя взял подвиги, и в итоге ему явился Христос в сонме святых, ангелов, и он в радости, вот в таком восторге поклонился Ему, а когда поднял голову, увидел, что это демоны, что это сам Сатана принял облик Христа и ангелов, святых, и он, получается, поклонился Сатане, и они набросились на него, избили его просто до полусмерти, так что он еле-еле выжил, за него вся братия молилсаь. Интересно, что после этого он взял на себя, это, кстати, тоже очень показательно, он рассказал, что с ним произошло, ушел в затвор и взял на всю жизнь подвиг молчания, больше вообще никогда не говорил. И я к чему всю эту триаду выдал? Именно к тому, что иногда мы «перебарщиваем» с этим, мы не можем не свидетельствовать о чудесах Божиих, иногда это может послужить к укреплению веры какого-то человека или даже к тому, что он может заинтересоваться, но нам нужно посоветоваться с духовником обязательно, как правильно говорить о чуде, может быть, о каких-то явлениях, которые мы трактуем как чудеса, может, вообще не надо говорить.

И в этом есть определенная духовная зрелость, как мне кажется. Я помню, мне Господь тоже показал именно это, когда мне максимально было плохо, обычно, когда ты совсем на «днище», Господь понимает, что ты никак не «выплываешь», Он тебе являет какое-то чудо, просто чтобы укрепить тебя, твою веру. То есть это не признак твоей супердуховности, а, скорее, наоборот. Ну, для меня, во всяком случае. То есть у меня чудеса происходят, когда у меня дно. Господь мне показывает что-то такое, открывает.

И я помню, я испытал такую радость и такое вдохновение, а потом я об этом рассказал кому-то, просто поделился. И у меня всё пропало — это ощущение, таинственность, которую мне Господь дал.

Марина Борисова

— Ну, а с другой стороны, всё Евангелие чудо. Мне нравится эта цитата из Цельса, который уж так христиан не любил, уж так он над ними издевался. Вот он писал: «А что Он, хотя не сумел постоять за себя при жизни, став трупом, восстал, показал следы казни, пробитые руки, то кто же это видел? Полубезумная женщина или кто-нибудь ещё из той же шарлатанской компании?» Никого Евангелие, по идее, убедить не могло, а тем более такой провальный пиар-ход, как «женщины первые».

Но вот это как раз вполне объяснимо, и не удивляет такая реакция. Но удивляет реакция самих жен-мироносиц. Ведь посмотрите, было воскрешение дочери Иаира, было воскрешение сына вдовы Наинской, было воскрешение Лазаря у них на глазах.

Так что же они так перепугались и переполошились, когда случилось то, о чём Спаситель им три года говорил, что это случится? Вот что удивляет. Удивляет реакция тех, кто, казалось бы, всем путём следования за Христом был к этому готов. Или есть вещи, к которым нельзя приготовиться в принципе?

Николай Конюхов

— Не были готовы, и мы видим, что Христос даже как-то даёт указание, что будет после того, как Он воскреснет. Говорит, встречу вас в Галилее. То есть Он даже даёт распоряжение, как будто это уже случившийся факт Воскресения. И вот недавно тоже перед Страстной Седмицей мы читали положенные дневные евангельские чтения в Евангелии от Марка, и Христос прямо говорит, что мы идём в Иерусалим, там на Меня ополчатся, будут всячески Меня унижать, бить, в итоге Меня убьют, и Я в третий день воскресну. Он всё рассказал. Зеведеевы братья подходят, говорят: «А можно мы сядем, когда Ты будешь царём, с правой стороны и с левой?» А Вы спрашиваете про жён-мироносиц...

В целом мы, люди, слышим только то, что хотим слышать. У нас настроены так наши ушевые локаторы, что мы не всегда готовы принять от Бога Его благовестие, Его Святую волю, потому что она не совпадает с нашей волей. И более того, Христос же не даром говорит: «Имея уши слышати да слышат». То есть, для того чтобы услышать, что говорит Христос, ещё нужно уши иметь не в плане физическом, в плане физическом они у нас на голове топорщатся, а в плане некоего духовного слышания, умения отличить, что именно Господь хочет тебе сказать.

Поэтому понятное дело, что, даже получив такое уверение о том, что Христос... Слушайте, Марина, даже когда Христос явился уже ученикам, они не верили, сказано, «от радости». Ему пришлось сказать: ладно, принесите рыбу и мёд, Я поем, хотя бы чтобы... Потому что они, даже увидев Его, не поверили. А Вы говорите, ещё только услышав весть.

А женщины, опять же, самого Христа не увидели? Нет. Какой-то юноша? Это же мы представляем себе ангела с крылами, с нимбом вокруг головы, и ещё написано на церковнославянском — «Гавриил», но такого же не было. Просто сидит какой-то юноша. Камень отвален. Может, они его украли. Может быть, вообще это всё какая-то провокация римлян. Откуда они знают? Какой-то светлый юноша. Сидит там в гробе. Говорит: «Он воскрес, как вам говорил». То есть это как бы и надежда, и страх, и такое состояние эмоциональное.

Марина Борисова

— В это воскресенье у нас день памяти еще одной женщины, которая совсем не является женой-мироносицей, но от этого ее значение в сонме святых отнюдь не меньше. Мы будем вспоминать в это воскресенье мученицу Фумаиду Александрийскую. И вот что интересно. Они с преподобной Марией Египетской мало того, что из одного города, но, в общем-то, и по времени рождения очень близки.

Просто одна очень немного прожила на этой грешной земле, а другой пришлось жить очень долго. И, казалось бы, одна эпоха, один город, одни условия взросления. Мы как-то обычно смотрим на детей и думаем: вот если он будет ходить в правильный детский сад, а потом учиться в хорошей школе — это как бы залог того, что он будет обладать какими-то понятными нам качествами.

Вот пример мученицы Фумаиды и преподобной Марии — это как раз яркое опровержение этой теории, поскольку Мария Египетская в 12 лет сбежала из дома и до 17 жила, как считала нужным, а потом ей потребовалось почти полвека провести в покаянии, потому что за эти 5 лет она столько успела всего испробовать в этой жизни, что Господь ей отмерил очень долгий путь. А у Фумаиды всё с точностью до наоборот. То есть это чистая девочка, которая и выросла в понятиях о чести, вполне похожих на те, которые мы представляем как идеальные, и замуж вышла в чистоте христианского брака. И тут случилось то, что в жития святых как-то не очень вписывается обычно. То есть ситуация на житейском уровне — да, пожалуйста, войдите в интернет, и вы таких историй увидите там массу. К ней стал приставать свёкр. И это совершенно удивительная реакция на эту жуткую ситуацию саму по себе — представьте себе стресс! А тут ещё нашла коса на камень, и в результате её просто замучили до смерти. И вот это вообще не вписывается ни в житейскую логику, ни уж, тем более, в сугубо одухотворённую христианскую. И вот это всё вынесла ради чего, казалось бы? Вот две девочки. Одна говорит: да замечательно, интересно — новый опыт. Другая говорит: нет, я лучше умру в муках, но этого не будет никогда. Вот что это за поразительный пример для нас?

Николай Конюхов

— Это пример, когда у одной девушки было целомудрие уже, целостность. Другая его потеряла, потом очень-очень долго искала в пустыне. Целомудрие — это же не просто некая добродетель из учебников по аскетике. Это не просто какое-то, знаете, как любят говорить, «поповское» слово.

Целомудрие — это целостность личности, цельность этой личности. И для девушки очень важно иметь эту целостность. В светской среде это принято, есть такой термин — самоценность. Это больше даже, чем самоценность. Это когда человек понимает ценность самого себя и своих отношений с Богом и готов это отстаивать, даже, как Вы сказали, самой большой ценой. Для вот этой молодой девушки, которая вышла замуж, которая была последовательной христианкой, представляете, совсем молодая, 15 лет!

Моей дочке 14... Но это же совсем, она ещё... Но в те времена, понятно, что люди жили подчас гораздо меньше, и у них поэтому и взрослая жизнь начиналась гораздо раньше, чем сейчас. То есть у них не было права на нормальное детство. Уже в подростковом возрасте начиналась взрослая жизнь, по-хорошему. Но, тем не менее, к своим годам она настолько была цельным человеком, что когда она столкнулась со злом и развратом этого мира в своей семье, в лице, к сожалению, своего свекра — меньше всего ждёшь опасности внутри семьи. То есть ты понимаешь, что где-то там есть опасность, слышал про каких-то там злых людей, маньяков и так далее, но когда ты входишь в семью, меньше всего ты ждёшь.

Этим, кстати, пользуются очень многие люди. Я же работал, ко мне приходили юноши, девушки, которые подверглись когда-то насилию. И они рассказывали, что вообще не ожидаешь такого от близких людей. И поэтому не можешь даже рассказать об этом. И тут она прямо дала понять, что для неё это немыслимо, это недопустимо. И вот, столкнувшись с такой принципиальностью, зло вырывается на свободу, и вседозволенность свёкра, подумал, что он... Знаете, в те времена всё-таки тоже была такая история — патрафамилия, то есть он — глава дома, считал, что он безусловный хозяин, и это во многом защищалось даже законами империи. Он имел право даже своих детей продавать в рабство. То есть он считал, что, поскольку девушка вошла в его семью, стала женой его сына, то она и часть его имущества. Такое безумие. И вроде бы, можно просто посетовать и посмотреть на эту ситуацию, сказать, какой отвратительный этот свёкор, какая святая девушка, насколько она последовательна в своей вере, и восхититься ее подвигом. Но это же не только про Фумаиду. Это и про нас, потому что такая реакция этого человека, что он так обозлился, считая, что это и его тоже собственность. У нас разве такого не бывает? Допустим, в других категориях, но похожая история собственничества: «это мой муж», «это моя жена», «это мой ребёнок».

И вот «Это моё», — сказала Онегин грозно«, то есть эта приватизация человека как именно собственности. Я недавно беседовал с одним мужчиной, у которого проблемы с женой, и вот он сказал: «Она ушла и мне даже не сказала». И как-то он так говорит, как будто мою машину кто-то угнал, то есть мою сумочку кто-то без спроса взял на плечо. Это же не твоя собственность. Это всё равно свободный человек, и если у вас хорошие отношения, соответственно, вы прислушиваетесь друг к другу, бережёте друг друга. Если у вас разваливаются отношения, странно думать, что «он обязан мне позвонить», «она обязана вернуться», «я же сказал ей к девяти вернуться, вот она обязана вернуться к девяти». Кто тебе такое сказал?

И вот в те времена было это безумие такое более оголтелое, но сейчас оно сохраняется, просто в другой форме.

Марина Борисова

— Но с другой стороны, человек, первый раз знакомящийся с этой историей, может сказать: «Ну, и что тут такого? Ну да, криминальная хроника, чисто житейский случай?»

Но я позволю себе процитировать Житие. «В то время в Александрию пришёл из пустынного скита преподобный Даниил. Он велел монахам ближайшего монастыря принести тело мученицы и похоронить в монастырской усыпальнице. Некоторые из монахов недоумевали, как можно хоронить женщину вместе с монахами. Преподобный Даниил сказал: «Эта отроковица мне и вам — мать. Она умерла за чистоту». Вы знаете, что меня всегда в этих житиях поражает? Это удивительное осознание ценности чистоты, то есть это ценность абсолютная. То, что, к сожалению, мне кажется, мы утратили — это понимание, что есть абсолютные вещи вокруг нас и внутри нас тоже. И когда мы нарушаем их абсолютную целостность, потом можно, как Мария Египетская, 50 лет в пустыне каяться, и Господь, мы надеемся, простит, но уже восстановить то, что разбито, невозможно. И если от тебя отломился кусок, он уже снова не встанет, как в пазле, на нужное место, и не станет так, как будто ничего не было. Есть какие-то вещи, которые нельзя исправить.

Николай Конюхов

— У нас вообще вот это отношение к чистоте, я не знаю, как так получилось, мне кажется, после известной революции в Америке в XX веке — отношения в целом нужно открыть, вот эта раскованность на уровне распутства, и это воспринимается, наоборот, как некая проявленность и свобода. А мы видим, что чистота, наоборот, с точки зрения даже житейской, гораздо более привлекательна, чем разнузданность. И чистота имеет огромнейшую ценность, потому что стать разнузданным особо труда не стоит. Мария Египетская поехала просто в большой город Александрию, который был мегаполисом. Там в мегаполисе можно стать порочным человеком, там даже, может быть, нескольких лет не нужно, одного года достаточно. А для того чтобы сохранить чистоту, нужно заплатить достаточно большую цену, потому что, может быть, даже тебя в социуме кто-то не примет, кто-то будет на тебя тыкать пальцем, кто-то будет говорить: «Ты просто мракобесный, из прошлого века, какие-то странные принципы, что там, чистоту до брака хранить — зачем? Ты даже на втором свидании не хочешь сразу падать в объятья к человеку?» и так далее.

Современный человек понимает ценность чистоты, наверное, когда у него уже появляются свои дети или, может, даже внуки. Ну, я не знаю, вот у меня появились дочери мои, и мне стало стыдно, неудобно за какие-то вещи, которые раньше мне казались абсолютно естественными. То есть я уже понял, что мой уровень восприятия мира треснул. То, что для нормального человека — чистого — неприемлемо, для меня уже, ну, как бы повседневность. И я, когда увидел в глазах своих девочек, как они на это смотрят, мне не захотелось, чтобы они видели какие-то вещи, мне захотелось их оградить, как-то спрятать от этого. То есть я понял, что уровень чистоты, вот тот нормальный, и чтобы его сохранить, действительно, нужно много предпринимать усилий. А если ты каким-то образом уже надломил свою чистоту, а мы все надломили, мы же смотрели бог весь что, и до сих пор бывают какие-то вещи, что стало абсолютно нормальным. Мне недавно прихожанка пожаловалась, что невозможно посмотреть ни один фильм, где нет откровенных сцен. Ну нет, все современные фильмы, сериалы считают необходимым это сделать. И представляете, как тяжело потом возвращать чистоту эту. Помните, как в Каноне Андрея Критского? «Погубив ума чистоту». «Осквернив ума чистоту». Вот это, конечно, грустно, и тогда понимаешь, почему люди так за эту чистоту боролись.

Марина Борисова

— 2 мая мы будем вспоминать святую, которую, я, наверное, могу без преувеличения сказать, знают все наши радиослушатели. Я говорю о Блаженной Матроне Московской. Вот есть две блаженные — Ксения Петербургская и Матрона Московская. Как называешь этих святых, сразу люди как-то на себя переносят это. То есть у каждого есть какое-то личное отношение к таким святым.

Вот Блаженная Матрона — чего только про неё не рассказано! Если приехать в Москву и постоять в очереди в монастыре к её мощам, пока будешь стоять, услышишь такие варианты жития Блаженной, что будешь долго удивляться. На самом деле, как Вам кажется, история, в общем-то, не такая уж необыкновенная для того времени, когда родилась Блаженная Матрона? Ведь мы знаем немногое, но даже из того немного, что дошло до нас, мы видим, что бывали среди чад Русской Православной Церкви такие удивительные от рождения, от детства поцелованные Богом люди, которые проживали жизнь, может быть, не такую значимую, потому что жизнь Блаженной Матроны пришлась на такое время, что поневоле она стала известной как уникальный и удивительный пример. Но в царской России такие люди всё-таки известны. Иногда они бывали местночтимыми святыми, иногда просто память о них сохранялась в каком-то месте, либо в деревне, либо в небольшом городе, знали, что вот там есть могилка, и рассказывали историю, похожую на историю жизни Матроны.

Чем она уникальна? Ведь Господь неслучайно прославил её так, что её знает вся православная Россия.

Николай Конюхов

— Да, это действительно так, её действительно знают, не только православная Россия, а люди даже других конфессий, других религий слышали, потому что в Покровский монастырь стекается огромное количество людей, которые как-то просто слышали, что Матрона помогает, поэтому идут. Но для меня это, я сколько читал её Житие и сколько рассказывал про неё детям в школе, две вещи мне хотелось бы озвучить — такие принципиальные два момента.

Первое — это то, что человек, находясь в тяжёлых условиях, и столкнувшись с собственной немощью, выбирает проживать другую жизнь. То есть не делает своё... Ну, мы же знаем, что она родилась слепой, а в 17 лет у неё отказали ноги. И в целом всё — инвалид. Это уже человек с абсолютно ограниченными возможностями, за которым будут все ухаживать, которому нужна адаптивная среда, которого нужно пожалеть, и всю жизнь он будет представлять себя как некоего инвалида. И у нас с абсолютно здоровыми людьми случается такая история. С ними происходят какие-то тяжёлые обстоятельства в жизни, они «поднимают» эти обстоятельства над своей головой как некое знамя и «несут» всю жизнь: «вот меня недолюбила мама», «я жертва какого-то там насилия».

Я не обесцениваю то, что человеку действительно больно, тяжело от горького опыта. Но бывает, человек делает центром всей своей жизни свою болезнь, свои какие-то переживания, свои кризисы в жизни. И мы видим, для меня это очень яркий пример, как Матрона не только не стала всю свою жизнь представлять себя как того, кого нужно жалеть, и кто в таких тяжёлых обстоятельствах не может никому послужить.

Наоборот, когда шёл вопрос, её же семья очень бедная, они хотели её отдать в детский дом, там было открыто матери, что эта девочка вас ещё всех будет кормить. Хотя она родилась слепая, потом у неё и ноги отказали. Каким образом? А вот таким.

Матрона всю жизнь проявила себя именно в служении. То есть, у нас бывает человек, руки-ноги есть, всё в порядке, но просто некогда, не можем никак послужить, у нас машину нужно на ТО свозить, кого-то из садика забрать или ещё что-то. «Какое служение?» И мы видим человека, который вообще вроде как не приспособлен к служению — всю жизнь этим занимается. И вот меня это всегда поражало, я всегда привожу в пример таких людей, которые приняли решение, что они не будут ассоциироваться со своими недугами, со своими болезнями, со своими особенностями, а наоборот, будут проводить жизнь полноценную. Я знаю лично людей с ограниченными возможностями, они могли бы заунывать, зароптать на Бога: «Господи, почему рождается кто-то здоровым, а у меня вот такая болезнь?» И всё.

И всю жизнь прожить вот в этой рефлексии. А некоторые принимают другое решение, участвуют в паралимпийских играх и выигрывают медали, начинают кому-то ещё помогать. У меня есть одна знакомая, которая тоже, кстати, у неё слепота возникла на какое-то время, у неё потрясающе доброе сердце, и она работает на прямой линии по телефону. Выслушивает людей в кризисных ситуациях. И она стольким людям помогла, сколько мы, зрячие, даже близкие, мне кажется, не помогли. Поэтому вот это один из важнейших уроков, которые мы можем вынести помимо того, чтобы пойти Матрону в очередной раз просить-клянчить, какие-то наши житейские штуки: замуж выйти, либо квартиру продать, либо квартиру купить, либо ещё что-то. Вот, может быть, обратить, в первую очередь, на это внимание?

И второе, что меня тоже поразило, потому что личность Матроны очень мифологизирована, и у нас такое к ней отношение, особенно вследствие того, что появились многие источники, которые не совсем исторически достоверные, так скажем, многие люди воспринимают Матрону именно как такой «золотой ключик», который решает все проблемы. Хотя она была верующей православной христианкой, и она, вот то, что доподлинно известно, если обратиться именно к подлинным свидетельствам её духовных чад, она всё время говорила людям, что нужно ходить в Церковь Божию и приступать к таинствам. Я знаю, что люди, которые приходят в очередь к Матроне, в большинстве вообще люди не церковные, они именно приходят для того, чтобы она решила конкретный вопрос, и пойти дальше вести свою светскую жизнь. А Матрона же говорила другие вещи, и об этом тоже нужно обязательно сказать, что Матрона не устраивала альтернативное православие, и нет религии Блаженной Матроны. Есть христианская религия. Она была верной ученицей, преданной Господу Иисусу Христу. И когда к ней обращались за помощью, она говорила: «Обязательно сходите на покаяние, обязательно сходите на исповедь. А когда в последний раз причащались? А почему не причащались?» То есть она все время подвигала людей к воцерковлению, к тому, чтобы читать Священное Писание, изучать, обращаться к Господу Иисусу Христу.

Поэтому, если вы действительно хотите получить помощь от Блаженной Матроны, вы должны принять ее некие уроки, некий наказ с ее стороны. Глядишь, тогда и ваша просьба во благовремение исполнится.

Марина Борисова

— Мне еще кажется очень важным в жизненной истории Блаженной Матроны, что в последние годы, может быть, даже десятилетия, мы стали очень, как бы сказать, «детоцентричными», что ли. Нас чрезвычайно волнуют все проблемы, которые связаны с психологией детского, подросткового возраста. Даже тех, у кого нет детей или нет детей в этом возрасте — все равно эти проблемы чрезвычайно волнуют. Меня всегда поражало: естественно, деревня, девочка-инвалид, говоря так, по-житейски, «уродец». И понятна реакция деревенских детей, ну, как можно себе представить ребенка с синдромом Дауна, который оказывается в обычном городском детском саду. Реакции детей на что-то, абсолютно не вписывающееся в их картину мира. Понятное дело, что ее травили и получали от этого большое детское удовольствие. Как это ни прискорбно — дети жестокие. Может быть, от того, что они еще не понимают, что такое хорошо и что такое плохо. Может быть, по каким-то другим причинам. Так Господь попустил, что, как правило, детский коллектив очень жесток. И вот ее травили. Мы же про этот самый подростковый и детский буллинг читаем бесконечное количество всевозможных дискуссий.

Вот пример. Ребенок, которого провели через вот эту тяжелейшую школу жизни. И совершенно необязательно слушать очень важные и умные выкладки современных детских психологов. Можно просто почитать Житие Блаженной Матроны Московской. Есть одна врачебница, где вообще все что угодно вылечат. Главное вовремя поставить диагноз — кого лечить и от чего.

Николай Конюхов

— Но лечить надо нас, взрослых. Дети ничего не делают того, что не делаем мы.

И вот то, что Вы сказали, жестокость детей в социуме, то, что и в детском садике, и в школе этот буллинг — это очень понятный выход подавленных эмоций в детях. То есть у них какие-то проблемы в семье, допустим. Папа кричит на маму, мама обижается на папу — какой-то деструктив. Какие-то недопонимания внутри самого коллектива. И как это все выбросить из себя? Как выявить это? И агрессия — это один из самых доступных, понятных способов. Мы же сами так делаем. Пришла мама с работы или папа с работы. Увидели неубранную комнату, несделанные уроки. Что мы делаем? Кричим, начинаем топать ногой, говорить, что мы тогда тебе вот этого не разрешим, а тогда ты вообще завтра не прикоснешься к телефону, а еще что-то. То есть мы начинаем как раз показывать плохой пример детям. А потом удивляемся, что, придя в садик или в школу, они тоже ведут себя агрессивно по отношению к другому ребенку. Они ничего не делают того, что не видят от нас, взрослых. Нам, конечно, удобно сказать: их плохому научили, вот в игры они там играют, свои «стрелялки» какие-нибудь. Наверняка там показали им жестокость. Хотя это тоже так. Но в целом самое большое влияние, больше 80% того, что есть в детях — это то, что есть в нас.

Да, окружающая среда, на площадке бегают дети, тоже могут материться. Да, они видели где-то жестокость, но поверьте мне, самое главное они видят в семье. И ролевые модели они видят в первую очередь в семье. Поэтому если мы хотим избежать вот этой жестокости со стороны нашего ребенка, нужно не проявлять к нему жестокость. А если не хотим, чтобы наш ребенок подвергся такой жестокости, то нужно внимательно слушать, нужно общаться и с воспитателями, с учителями, с другими родителями, вступать в контакт, уметь правильно все отстаивать.

И с третьей стороны, вот то, о чем Вы сказали, что Матрона была настолько целостным человеком, настолько у нее внутри была какая-то, она понимала что-то про эту жизнь, что даже такие выпады в ее сторону не смогли ее скинуть с ее пути. Поразительно, если мы сможем в наших детях воспитать этот стержень, конечно, своим основанием он имеет и веру в Бога, и любовь, и со стороны родителей внимание к своему ребенку, то тогда есть надежда, что никакие тяжелые обстоятельства, никакой буллинг не сможет столкнуть нашего ребенка с истинного пути.

И хотелось бы, конечно, сегодня от всего сердца поздравить наших дорогих женщин. Мы не преминем любым удобным случаем, чтобы возрадоваться тому, что они у нас есть, потому что Господь, когда создал Еву — это не просто некая помощница Адама, а это украшение этого мира. И мне не нравится выражение «слабый пол», мне нравится «прекрасный пол». Вот мы смотрим на этот прекрасный пол, вдохновляемся, мы, мужчины, я имею в виду, и стремимся исполнять поручение от Бога защищать, оберегать, всячески ухаживать за этими прекрасными «цветами», которые Господь во множестве «разбросал» по нашей планете. Поэтому дорогих наших, любимых женщин, верных учениц Господа Иисуса Христа поздравляем с этим радостным днем, желаем и радости, и счастья, и вдохновения, и быть последовательными ученицами Господа Иисуса Христа, и такими вдохновляющими цветами для наших дорогих мужчин, которые, глядя на них, будут тоже стремиться к Господу.

Марина Борисова

— Спасибо огромное за эту беседу. Вы слушали программу «Седмица». С вами были Марина Борисова и клирик храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста в Москве священник Николай Конюхов.

Николай Конюхов

— Всего доброго!

---

Все выпуски программы Седмица

• «1-е воскресенье по Пятидесятнице. Все святые». Священник Николай Конюхов
• «8-я неделя по Пасхе. День Святой Троицы». Протоиерей Федор Бородин
• «7-я неделя по Пасхе». Протоиерей Федор Бородин