Поделиться
«Богоматерь Моление о народе, с ростовскими святыми».
Все слышали о людях, которые бросили свой дом, оделись в рваное рубище и ходят по городам и селам, позволяя детям и взрослым потешаться, а то и глумиться над собой. Что о них можно сказать, кроме того, что они безумны? Но нередко оказывается, что люди эти вовсе не больны, и что через них говорит сам Господь. Притворяясь умалишенным во имя Христа, человек проявляет глубокое смирение, ведь юродивому чуждо тщеславие и незнакома гордыня. Часто бывает, что Господь награждает юродивого чудесным даром – прозорливости или исцеления. Но и проявляя его перед другими людьми, святой никогда не позволит себе принять благодарность или похвалу за совершенное чудо. Терпя холод и зной, издевательства и побои, голод и жажду, юродивый служит Господу не словом или делом, а самим духом. И чем сильнее унижают святого, тем больше он возвысится в царстве Божьем…
… Год тысяча четыреста семидесятый, город Ростов Великий…
Недалеко от городских стен, на болоте, стояла хлипкая избенка. Да и не избенка это была вовсе: скорее, просто кусочек покрытой тиной земли, огороженный забором из хвороста высотой чуть меньше сажени. Хозяин избенки нисколько не заботился об удобстве, иначе положил сверху хотя бы соломенную крышу, и не стал бы строить жилище на зыбкой почве, которую весной в половодье подтапливало водой. Жил в убогой хижине блаженный из Ростова по имени Исидор. Каждый день торговцы видели его у ярмарки, прихожане – у церкви; сидя на пыльных или мокрых улицах города в неизменном грязном балахоне, он мастерил свистульки или тихонько напевал что-то хрипловатым голосом. Бывало, что дети начинали его дразнить, кидаться комками грязи, но он не обижался на них, а только улыбался и кланялся.
Мальчик:
Тебя кони залягают, а коровы забодают, не догонишь, не догонишь!
Отец:
Ваня! Поди сюда. Ты зачем доброго человека дразнишь?
Мальчик:
Так это же Исидор с болот, местный дурак!
Отец:
Слушай, Ваня, открою я тебе одну тайну. Только ты ее никому-никому не рассказывай, хорошо? Я и сам не должен был, но, видно, придется. Когда я был помоложе, часто ходил за море – торговать с другими городами. Однажды возвращались мы домой с богатой выручкой на корабле, но тут поднялась большая буря. Товарищи мои испугались и решили кинуть жребий – кого бросить за борт, чтобы утихомирить ветер. Выпало мне. Вот и посадили меня на доску и отправили прямо в черные волны.
Мальчик:
Ой… Страшно, наверно…
Отец:
Очень страшно. Я схватился за край доски и начал молиться: «Господи, дозволь мне увидеть родной край и мою любимую супругу!». И тут волны расступились. Гляжу, прямо по ним, словно по твердой земле идет Исидор. «Узнаешь ли ты меня?» – спрашивает. «Помоги, раб Божий Исидор!» – отвечаю я. И чудесным образом я оказался на корабле. А Исидор только успел шепнуть: «Никому не говори про меня. Это не я тебя спас, а Господь».
Много чудес явил Ростову блаженный Исидор. Ходили слухи, что родился он в немецкой земле да в богатой семье, но раздал имущество нищим и ушел из дому. Несколько лет скитался, пока не дошел до города Ростова. Здесь юродивый принял православную веру и построил из веток хижину на болоте. Ночью он молился, не обращая внимания ни на холод, ни на дождь. А днем ходил по улицам, терпел поношения и снова усердно молился за своих обидчиков. Если и позволял себе отдохнуть, то только на голой земле или навозной куче. Со временем люди поняли, что за рваным рубищем скрывается святой человек. К его предсказаниям прислушивались, хоть и не всегда могли их разгадать. За прозорливость свою получил Исидор имя «Твердослов». За несколько дней до своей кончины закрылся он в своей хижине и усердно молился, не вставая с колен. А потом вдруг дивный запах разнесся надо всем городом – так люди поняли, что блаженный Исидор вознесся на небо.
Похоронили Исидора в той же избенке на болоте, а после поставили над могилой церковь. И у гроба блаженного чудеса продолжались – всякий больной, который приходил к нему с верой и надеждой, получал исцеление от Исидора, смиренного святого, отринувшего радости и блага земной жизни ради Христа.
Церковь Михаила Архангела (Чита (Забайкальский край)
Поделиться
В юго-восточной части Читы есть район, который в народе называется квартал декабристов. Здесь сохранилось несколько старинных зданий. Они существовали в то время, когда в Забайкалье отбывали наказание участники декабрьского восстания 1825 года. Например, храм Михаила Архангела построен в 1776 году из брёвен лиственницы без единого гвоздя.
В начале девятнадцатого века это была единственная церковь в Читинском остроге — так в то время называлась Чита. Храм стал молитвенным утешением для декабристов и их жён, добровольно последовавших за мужьями на каторгу. Под сводами церкви венчался Иван Анненков со своей невестой — француженкой Полиной Гебль. Перед таинством она приняла православие с именем Прасковья. Сергей и Мария Волконские похоронили рядом с Михаило-Архангельским храмом свою дочь Софью, умершую в Читинском остроге при рождении.
Ссыльные дворяне и их родственники взяли на себя заботу о церкви, обветшавшей за предыдущие полвека. Инициатором реставрации стал декабрист Дмитрий Завалишин. По его призыву мать ссыльных Никиты и Александра Муравьёвых пожертвовала немалые средства на ремонт внутренних помещений храма. Также на деньги Екатерины Фёдоровны перестроили колокольню.
Пребывание декабристов в Читинском остроге дало импульс его развитию. Получив разрешение снять кандалы в 1828 году, дворяне занялись наукой, искусством и просветительством. Николай Бестужев писал акварели с окрестными видами. Пётр Фаленберг составил топографический план местности. Фердинанд Вольф вёл медицинскую практику и впервые в регионе организовал прививку от оспы.
Узники устраивали литературные чтения, концерты и шахматные турниры, в которых участвовали местные жители. Жёны декабристов увлеклись земледелием и обучали цветоводству и садоводству соседей. В Читинском остроге появились библиотека и школа. За четверть века посёлок превратился в уютный город и в 1851 году получил статус столицы Забайкалья. Указ об этом был торжественно зачитан под сводами храма Михаила Архангела.
Горожане дорожили церковью, в летописи которой отразилась история Читы. В конце девятнадцатого века в здании сделали капитальный ремонт. Под сруб подвели каменный фундамент, которого прежде не было. После революции 1917 года храм закрыли и приспособили под соляной склад. В 1985 году церковь Михаила Архангела стала музеем, посвящённым декабристам, но верующие надеются, что под старинными сводами когда-нибудь вновь зазвучат молитвы.
Все выпуски программы ПроСтранствия
«Искусственный интеллект и религиозные практики». Игорь Крупник и Михаил Киселёв
Поделиться
У нас в гостях были Игорь Леонидович Крупник и Михаил Сергеевич Киселёв, доценты философского факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.
Разговор был посвящён взгляду на искусственный интеллект с точки зрения академического религиоведения. Гости рассуждают о том, почему тревоги и надежды, связанные с нейросетями, зеркально повторяют вековые религиозные нарративы о конце света. Также гости затрагивают философский вопрос о границах определения религии — от концепции нуминозного Рудольфа Отто до пародийных религий вроде джедаизма — и о том, почему цифровой опыт веры не может заменить телесное, пространственное измерение традиционной религиозной практики, символом которого становится таинство Евхаристии.
Этой программой мы продолжаем цикл из пяти бесед, посвященных искусственному интеллекту в его богословском и философском осмыслении.
Первая беседа с Дмитрием Мариничевым была посвящена попытке нащупать границу между человеком как духовным существом и нейросетью как математической моделью (эфир 31.08.2026)
Вторая беседа с протоиереем Владимиром Шмалием была посвящена церковному осмыслению развития ИИ (эфир 01.09.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
«Церковная жизнь в 1990-х и сегодня». Протоиерей Александр Дьяченко
Поделиться
В программе «Светлый вечер» на Радио ВЕРА Марина Борисова беседует с протоиереем Александром Дьяченко, писателем, настоятелем храма в честь Тихвинской иконы Божией Матери в селе Иваново Владимирской области.
Беседу открывают слова Сергея Аверинцева о том, что значительность ушла из жизни и бодрствование уступило место сну. Отец Александр пересказывает историю пожилого священника о четырёх поколениях духовенства в одной семье: каждое следующее оказывалось слабее предыдущего. Причину гость видит в «духе века сего», вспоминая слова преподобного Амвросия Оптинского.
Отец Александр вспоминает своё крещение 8 сентября 1990 года и весть о гибели отца Александра Меня на следующий день. Он рассказывает, как весь посёлок восстанавливал огромный храм: жертвовали рубль с зарплаты, возили кирпич, белили колокольню. Сегодня та община постарела, молодёжь уезжает, а храм всё чаще воспринимается как дело священника, а не общее.
Ближе к финалу разговор выходит на главный вопрос: где взять новых духовников? Отец Александр говорит об ушедших или состарившихся духовниках и о возникшей «лакуне». Но гость вспоминает, что и Сергий Булгаков когда-то был марксистом, и верит, что будущие подвижники уже вызревают в недрах Церкви. Надежду он связывает с преемственностью: молодым священникам важно трудиться рядом с опытными, чтобы те успели передать им свой опыт и мудрость.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Светлый вечер
