Поделиться
«…Она не позволила себе разрыдаться. Ослабеет. Располоснула на четыре части фото, бросила клочки в печь, отряхнула руки о передничек и вдруг начала неумело бросать кресты на себя, глядя на картонную иконку, которую сама же и купила за двадцать рублей после смерти Аркаши. Мимолетом подумала, что надо было, наверное, идти в церковь, к Богу. Но уж чего соваться с верой, когда вся вера потерялась, изошла, да и о Боге вспомнила она сейчас вот, когда приспичило. Это что же, опять спекуляция, снова приспособленчество, желание прожить с чужой помощью. Не-эт…»
Это был фрагмент последнего «военного» рассказа Виктора Петровича Астафьева «Пролетный гусь», опубликованного в январском номере «Нового мира» за 2001-й год. Поздней осенью того же года Астафьева не стало. Его первый посмертный сборник был именован по этому же произведению. А читал, как вы узнали, конечно, народный артист Олег Табаков.
Я знаю точно, знаю наверняка, что любой человек, прочитавший эту горькую, страшную, душераздирающую вещь в первый раз, не забудет её уже никогда, пусть Астафьев и не баловал нас хэппи-эндами, и правильно, дерзновенно добавлю я, делал. Иначе и не было в нас частицы астафьевского мира, ему ведь никогда – этому миру, никогда, как говорил его друг Валентин Курбатов, «не выболеть».
То, что вы слышали, это последние минуты героини «Пролетного гуся», цветаевской тезки Марины - перед добровольным уходом. Сынок Арканя, плод ее любви с обретенным солдатом-мужем Данилой - сгорел от неизлечимой хвори, мужа-солдата, замордованного нищетой, добыванием лесной дичи в холодном лесу сожрал туберкулез, плохие люди загнали ее в тупик унижения, только хозяйка, пустившая жить и ставшая родной, еще доживала. У нее, Марины отобрали все, кроме чувства собственного достоинства, так часто, увы, молочного брата гордости. Вообще – всё. А Бога она узнать не успела. И виною тому не только природа человеческая, но и время советское, и люди советские замордованные высокомерным, хамским начальством, которое ни о каком Боге, кроме начальства верховного, надмавзолейного, и знать не хотело, многое. Вина эта, думаю, и посейчас здесь. Без всяких пафосных красивостей я и в себе ее чувствую. А Марину за ее грех, пусть судит Бог, не мы и не Астафьев. Он-то плачет по ней.
После смерти писателя-фронтовика от второго инсульта на столе осталась такая запись: «Я пришел в мир добрый, родной и любил его безмерно. Ухожу из мира чужого, злобного, порочного. Мне нечего сказать вам на прощание». И в те же примерно времена, чуть ранее он написал в своей последней повести «Веселый солдат»: ««Какими чуткими, какими блаженство дарящими минутами одаривает вечер человека! Как печально и торжественно все вокруг. Как разрывает грудь чувство любви ко всем и всему. Как хочется благодарить Бога и силы небесные за те минуты слияния с вечным и прекрасным даром любить и плакать».
Вот и думайте. А «Пролетного гуся» давайте найдем и прочитаем. Сначала нам будет хорошо, потом очень плохо, а потом, Бог даст, придет то третье, о чем говорилось другим великим автором: «Мы не врачи, мы – боль».
Дата после окончания рассказа – тоже авторская - в ткани вещи, она астафьевскими словами. Она важна.
«Все время державшаяся спокойно, отрешенная уже от всего на свете, закаменелая, перекинув веревку с колесиком через брус, Марина вдруг заспешила, зашептала, увязывая веревку в петлю:– Счас, счас, счас, миленькие мои. Я к вам, я к вам. Что же я здесь одна и одна? Я к вам, я к вам. <…> Марина знала, что Виталия Гордеевна все сделает по уму, положит ее рядом с Аркашей и Данилой, да и сама, судя по всему, скоро рядом с ними ляжет. И добро, и ладно. Вместе дружно и не тесно, может, и теплее будет на другом свете, приветливее, чем на этом, давно проклятом и всеми ветрами продутом.
Шел одна тысяча девятьсот сорок девятый год».
Послание к Филиппийцам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел. Мозаика
Флп., 236 зач., I, 8-14
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
В своей жизни мы нередко сталкиваемся с трудностями, непониманием и враждебностью окружающих. В такие периоды нам кажется, что жизнь несправедлива, что у нас постоянно отнимают возможность к развитию, мешают жить нормально. Мы возмущаемся, испытываем недовольство и застреваем в этом состоянии всё больше и больше. И оно словно высасывает из нас все соки. Можно ли как-то избежать подобной ситуации? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 1-й главы послания апостола Павла к Филлипийцам, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 1.
8 Бог — свидетель, что я люблю всех вас любовью Иисуса Христа;
9 и молюсь о том, чтобы любовь ваша еще более и более возрастала в познании и всяком чувстве,
10 чтобы, познавая лучшее, вы были чисты и непреткновенны в день Христов,
11 исполнены плодов праведности Иисусом Христом, в славу и похвалу Божию.
12 Желаю, братия, чтобы вы знали, что обстоятельства мои послужили к большему успеху благовествования,
13 так что узы мои о Христе сделались известными всей претории и всем прочим,
14 и большая часть из братьев в Господе, ободрившись узами моими, начали с большею смелостью, безбоязненно проповедовать слово Божие.
Только что прозвучавшее послание апостол Павел пишет из римской тюрьмы. Несмотря на крайне тяжёлые обстоятельства и угрозу самой жизни, он заявляет: «обстоятельства мои послужили к большему успеху благовествования». Греческое слово, которое на русский язык переведено как «успех», — это военный термин. Он обозначал стремительное продвижение войска вперёд. В частности, этот успех проявлялся в том, что у Павла появилась прекрасная возможность говорить о Христе римским воинам, которые его охраняли. Причём это были не простые солдаты. Павел использует слово «претория». Так называли преторианскую гвардию, элитный корпус римских солдат численностью около десяти тысяч человек, расквартированный в Риме.
Так, благодаря заключению Павла, проповедь Евангелия распространяется по всей гвардии. Более того, другие христиане, видя его мужество, «начали с большею смелостью, безбоязненно проповедовать слово Божие». Согласитесь, если бы Павел был сосредоточен на себе, он начал бы возмущаться обстоятельствами. Его узы стали бы для него невыносимым бременем. Однако Он так сосредоточен на проповеди Евангелия, что любая ситуация, даже тюрьма, превращается для него в поле новых возможностей. Как он сам говорит в другом месте: «любящим Бога, призванным по Его изволению, всё содействует ко благу».
Так Писание открывает нам секрет, как можно преодолеть любую трудность. Чем сильнее мы сосредоточены на Боге и на служении ради Его имени людям, тем меньше в нас возмущения обстоятельствами. Господь даёт нам понимание того, как можно использовать внешне неблагоприятную ситуацию для исполнения Его дела.
Биография святителя Иннокентия, митрополита Московского, память которого сегодня празднует православная Церковь, — прекрасная иллюстрация этой духовной закономерности. В 1820-х годах он прибыл на Аляску с миссией. Здесь он столкнулся с враждебностью некоторых представителей колониальной администрации, которая была равнодушна к проповеди о Христе и раздражалась вмешательством миссионеров в работу с местным населением. Всё, что их заботило, — пушной промысел, ради которого они жестоко притесняли местных жителей. Святитель не возмущался обстоятельствами и не тратил силы на борьбу за своё положение. Он направил всю свою энергию на дело просвещения: выучил местные языки, перевёл на них Евангелие и молитвы, строил храмы и школы. Именно эта сосредоточенность на главной цели позволила ему не только выстоять, но и принести пользу тем, кто создавал ему трудности: его авторитет защитил коренное население и в итоге заставил администрацию считаться с миссией.
Поэтому каждый раз, когда чувствуем возмущение обстоятельствами, самое время остановиться и спросить себя: «А не слишком ли я сосредоточен на себе? А как эта ситуация может послужить моей главной цели, исполнению воли Бога и Его Евангелия?» И если мы действительно искреннее заинтересованы именно в этом, Господь подскажет нам, как именно послужить Ему. Он даст нам понимание и разум. И то, что ещё вчера нас пугало, возмущало и вызвало недовольство, сегодня станет проводником силы и вдохновения, причём не только для нас, но и для тех, кто нас окружает.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 51. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. У каждого из нас в жизни свои авторитеты, но на кого в жизни стоит ориентироваться верующим? Ответить на этот вопрос помогает 51-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем его отрывок.
Псалом 51.
1 Начальнику хора. Учение Давида,
2 после того, как приходил Дои́к Идуме́янин и донёс Саулу и сказал ему, что Давид пришёл в дом Ахимеле́ха.3 Что хва́лишься злодейством, сильный? милость Божия всегда со мною;
4 гибель вымышляет язык твой; как изощрённая бритва, он у тебя, коварный!
5 Ты любишь больше зло, нежели добро, больше ложь, нежели говорить правду;
6 ты любишь всякие гибельные речи, язык коварный:
7 за то Бог сокрушит тебя вконец, изри́нет тебя и исторгнет тебя из жилища твоего и корень твой из земли живых.
8 Увидят праведники и убоятся, посмеются над ним и скажут:
9 «вот человек, который не в Боге полагал крепость свою, а надеялся на множество богатства своего, укреплялся в злодействе своём».
10 А я, как зеленеющая маслина, в доме Божием, и уповаю на милость Божию во веки веков,
11 вечно буду славить Тебя за то, что Ты соделал, и уповать на имя Твоё, ибо оно благо пред святыми Твоими.
Большинство из нас проживает жизнь, не ощущая в полноте её нравственного содержания. Мы просто живём изо дня в день, принимаем те или иные решения, потому что нам так хочется или кажется удобным... И редко задумываемся о том, что совершаем поступки, из которых оказывается сплетена ткань нашей нравственной жизни. Впрочем, ещё меньше люди задумываются над тем, что совершают поступки под влиянием общественного мнения. Иногда это носит совершенно невинный характер, когда человек, покупая нечто модное, рассказывает всем, что ему такое давно нравится... Но порой речь может идти о принятии серьёзных решений, которые не доставляют беспокойства совести только потому, что большинство поступает так же. «Да и для чего забивать себе голову лишними мыслями», — говорим мы, — «ведь если общество так поступает, значит ему виднее». Однако на деле всё оказывается гораздо сложнее, хотя выясняется это далеко не сразу.
Псалом 51-й, который мы сейчас услышали, написан Давидом и посвящён человеку, который в своих действиях слишком понадеялся на человеческое мнение. Его звали Доик Идумеянин. Известно о нём совсем немного, но и того, что есть, достаточно, чтобы понять причину, по которой псалмопевец говорит в его адрес такие страшные слова. Доик был иноплеменником, но при этом он находился при скинии, из-за чего можно сделать вывод, что он был прозелитом, то есть собирался принять иудаизм. Когда Давид, нуждавшийся в пропитании, пришёл к первосвященнику Ахимелеху, тот отдал ему хлебы, которые предназначались в пищу только священникам. Формально это было нарушением закона, но спасение жизни Давида оказалось для священника важнее. Доик видел это и рассказал об этом Саулу, который, будучи царём, искал Давида и желал его погубить. Когда Саул узнал о поступке священника, он приказал убить его, всю его семью и всех священников того места вообще. И согласился на это один человек: тот же самый Доик. В итоге убивший по разным подсчётам от 85 до 305 человек.
Услышав эту историю, многие ужаснутся, ведь, во-первых, сколько людей оказалось убито из-за поступка одного первосвященника. Во-вторых, совершенно поразительна жестокость прозелита, то есть человека, который собрался принять веру тех, кого убивал. Но всё же, при всей трагичности произошедшего, чтобы ещё лучше понять, что же именно случилось, стоит посмотреть на это со стороны самого Доика. А выглядело всё иначе...Формально царём всё ещё был именно Саул, хотя реально он был отвергнут Богом. Давид же был только помазан на царство и скрывался от царского гнева. Иными словами, Доик исполнял приказ того, кого практически все считали царём... При этом он, очевидно, решил не задумываться о духовной стороне дела. Ему достаточно того, что было мнением большинства людей. Он пользовался силой, потому что она у него была и продолжал злобу Саула в своей злобе, совершенно не понимая, что Саул не вечен. Давид же прекрасно знает, что в итоге победит не тот, кто формально прав, но тот, на чьей стороне правда Божия. Злодей может сколько угодно полагаться на свои богатства, на временную власть, но конец его жалок. Тот же, кто в Боге полагает свою надежду, будет радоваться общению с Ним во веки веков.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Владимир Соловьев. "Смысл любви"»
Поделиться
В этом выпуске программы «Истоки» Константин Мацан и Максим Печенкин размышляли над смыслами труда выдающегося русского философа Владимира Соловьева «Смысл любви», где автор ищет ответы на вопросы: что такое истинная любовь, как она связана с верой, а также какая взаимосвязь есть у любви к Богу и любви к ближним. По мысли Владимира Соловьева, любовь — это единство всех в Боге, для чего необходимо преодолеть эгоизм — тогда такой любви не страшна будет сама смерть.
Кроме того, философ замечает, что любовь — это когда телесное соединение является частью духовного единства, а высшее утверждение индивидуальности происходит через самопожертвование, которое вместе с верой в Бога является прочным основанием философии любви.
Ведущие: Константин Мацан, Максим Печенкин
Все выпуски программы Истоки
При грантовой поддержке международного грантового конкурса «Православная инициатива – 2026»
