
Фото: Alexey Elfimov/Unsplash
«…Издалека я увидел: в придорожной канаве в кустах малины мелькает белый платочек. Небольшая старушка искала что-то в траве.
– Не иголку ли потеряли? – пошутил я, подойдя.
– Топор, батюшка. Вчера попрятала, да забыла, под каким кустом.
Я пошарил в малине. С коричневых мохнатых стеблей и с вялых листьев сыпалась пыль. Топор блеснул в тени под кустами, как глубинная рыба.
– Вот он! – обрадовалась старушка. – А я-то думаю: не лесовик ли унёс?
– Какой лесовик?
– А в лесу который живёт. Страшный-то эдакий – бычьи бельмищи.
– Ну?
– Борода синяя, – подтвердила старушка, – а по ней пятнышки.
– А вы что, видели лесовика?
– Видела, батюшка, видела. Он к нам в магазин ходит сахар покупать.
– Откуда ж он деньги берёт?
– Сам делает, – ответила старушка и пошла с дороги. Её платочек сразу пропал в высокой траве и выпорхнул только под ёлками».
Этот кусочек из книги рассказов писателя Юрия Коваля под названием «Чистый Дор», прочитал нам Владимир Спектор. Признаюсь вам, что не однажды я замечал за собою одну особенность. Поверьте: стоило мне только посреди перегруженного делами дня мысленно произнести эти два слова – «Юрий Коваль», как в душе сразу начинал поворачиваться волшебный рычажок.
…Неизвестно откуда приходят легкость и свежесть, подступает ожидание чего-то таинственного. Я физически чувствую, как на озабоченном лбу разглаживаются морщины, окружающие звуки улавливаются иначе, невольно замедляется шаг.
Секунда, другая… Перевожу дух, улыбаюсь и спешу дальше.
И почему мне это сегодня вспомнилось? Не потому ли, что в городской суете дня, в муравьином мелькании пешеходов и машин, в серых голубях, доедающих оброненное кем-то мороженое и в девушке, снимающей на фотокамеру своего мобильника – летящий воздушный шарик, мелькнуло нечто «ковалиное»?
Писатель Юрий Коваль умел находить лирическое во всем: в городе и в деревне, в людях и в животных, в воздухе и в воде, в деревьях и в травах. Бог одарил его целебным художническим даром – оживлять слова, краски и даже предметы. Он превращал жизнь в поэзию, под ковалиным пером всё сразу преображалось.
И читатель его книг – тоже.
Сборник «Чистый Дор» он начинал писать неподалеку от Ферапонтова, на Вологодской земле. Цыпина гора, деревни Оденьево да Пехоть.
Коваля там до сих пор помнят – и жители, и придуманные герои его рассказов: дядя Зуй и семилетняя Нюрка, тётка Ксеня, братья Моховы и пастух Васька Морей. И, конечно же, золотая душа – Пантелевна, – которой автор при самой первой встрече не только помог отыскать топор, но и дотащил берёзовую жердь до её маленького, в три оконца, домика, – стоящего на самом конце деревни.
«…Про такие дома говорят, что они пирогом подпёрты, блином покрыты.
Я бросил берёзу на землю и присел на лавочку перед домом.
– Как называется ваша деревня? – спросил я.
– Чистый Дор.
– Чего Чистый?
– Дор.
Дор… Такого слова я раньше не слыхал.
– А что это такое – Чистый Дор?
– Это, батюшка, деревня наша, – толковала Пантелеевна.
– Понятно, понятно. А что такое дор?
– А дор – это вот он весь, дор-то. Всё, что вокруг деревни, – это всё и есть дор.
Я глядел и видел поле вокруг деревни, а за полем – лес.
– Какой же это дор? Это поле, а вовсе не дор никакой.
– Это и есть дор. Чистый весь, глянь-ка. Это всё дор, а уж там, где ёлочки, – это всё бор.
Так я и понял, что дор – это поле, но только не простое поле, а среди леса. Здесь тоже раньше был лес, а потом деревья порубили, пеньки повыдёргивали. Дёргали, дёргали – получился дор.
– Ну ладно, – сказал я, – дор так дор, а мне надо дальше идти».
«Где человеку кажется, что всё кончено, – у Бога только начинается», – написал Юрий Коваль, – создатель «Чистого Дора» и «Листобоя», автор обожаемого детьми «Недопёска» и «Приключений Васи Куролесова», хозяин «Картофельной собаки» и капитан «Самой лёгкой лодки в мире».
А мой друг, писатель Дмитрий Шеваров, давно удивляется, почему это чтение ковалиной прозы не выписывают детям и взрослым как витамины…
От души присоединяюсь к этому удивлению.
Случай во Вьетнаме
Рассказывает журналист Юлия Сухорукова.
Несколько лет назад я вместе с другом путешествовала на мотоцикле по Вьетнаму. Мы ехали к границе с Лаосом, и наш мотоцикл внезапно сломался. Стемнело, поблизости не было гостиниц, магазинов — ничего. И нам пришлось переночевать возле какого-то маленького бедного домика. Утром мы проснулись и увидели молодую женщину какой-то местной народности. Она не говорила по-английски, впервые нас видела. Была очень удивлена тому, что два иностранца утром оказались возле её дома. Вдруг эта женщина вынесла из своего дома нам несколько тёплых пуховых одеял, принесла свой рис, который она готовила себе на завтрак, и готова была весь его нам отдать. А мы жестами изъяснялись с ней, пытались её поблагодарить. Она была очень добра, приветлива. И я всегда с теплом, с любовью вспоминаю эту женщину, хотя я даже не знаю её имени. Но тот поступок её навсегда запомнился мне и показывает то, как Господь нас любит, несмотря ни на что, ни на какие обстоятельства.
Все выпуски программы Добрые истории
По плодам их
Рассказывает руководитель программ «Семейная традиция» Мария Хомосова.
Эту историю мне рассказала Иля Половникова. Она организатор приходского благотворительного проекта «Благое дело» при храме Благовещения Пресвятой Богородицы в Козельске. На приходе Татьяну Петровну звали просто «наш трудоголик». Она приходила раньше всех, снимала застывший воск с подсвечников, протирала иконы, поправляла лампады. После службы она не уходила сразу: мыла полы, собирала огарки и выносила мусор. Работала она уборщицей в магазине и каждый месяц откладывала часть своей зарплаты, покупала самостоятельно крупы, молоко, фрукты для многодетных семей и одиноких стариков. По воскресеньям после службы у неё была очень добрая традиция — она раздавала детям шоколадки. У неё было ещё одно послушание — навещать тех, кто уже не мог ходить самостоятельно в храм. Она приносила продукты, просфору, святую воду прямо домой. Садилась рядом, рассказывала разные приходские новости, иногда просто молчала и слушала. А потом Татьяна Петровна сама оказалась в больнице — несколько месяцев в лечении, и сейчас она живёт в богадельне. Состояние стабильное, но самостоятельно она обслуживать себя не может. Сына похоронила недавно и осталась абсолютно одна. И вот тогда стало видно главное: по словам Юлии, в богадельне удивляются. Вот к Татьяне Петровне постоянно приходят люди, несут фрукты, тёплые вещи, средства гигиены. Кто-то помогает оплачивать проживание — тихо и даже без огласки. Кто-то приносит подарки, а кто-то просто сидит рядом и держит за руку. Вот заведующая богадельней со слезами сказала, что никогда не видела столько заботы об одиноком человеке. В Евангелии от Матфея сказано: «По плодам их узнаете их». Важно не то, что человек говорит, а то, что делает.
Все выпуски программы Добрые истории
12 ноября. О значении заботы о живой природе. Синичкин день

Сегодня 12 ноября — Синичкин день.
О значении заботы о живой природе — председатель Учебного комитета Русской Православной Церкви протоиерей Максим Козлов:
Синичкин день — не церковный праздник. Тут нет службы в минеях, нет какого-то последования в требнике, которое в данном случае можно было бы употребить. Но, однако, это вполне совпадает с мыслью Священного Писания: «Блажен, иже и скоты милует».
Расширительно понимая эти слова, речь не только о крупном рогатом скоте, но и вообще о тварном мире вокруг нас — и о флоре, и о фауне, в том числе, конечно, и о тварях Божиих — птахах, населяющих наши города и веси, которым не просто приходится в осенние, зимние, весенние дни, — а у нас зима полгода в средней полосе занимает, как мы с вами прекрасно представляем.
Это есть практическое упражнение милосердия. Внимание и забота к малой твари Божией. Добрые семена в душе человека взращивают и помогают им укорениться и по-хорошему умилиться иногда душой.
Когда ты смотришь на сидящую в кормушке твоего окна птичку, которой ты не забываешь на какой-то регулярной основе подсыпать семечки или класть кусочек сала, то ты делаешь очень малое, но реально доброе дело, которое поможет вот этому доброму навыку милосердия проявиться и в чём-то более существенном.
Все выпуски программы Актуальная тема:











