Поделиться
Фото: Piqsels
Ранним утром 16 марта 1781-го года 25-летний композитор Вольфганг Амадей Моцарт вышел из почтовой кареты на площади Святого Петра в столице Австрии, Вене. Несколько лет назад он уже приезжал сюда с выступлениями, и произвёл настоящий фурор. Однако на сей раз это был не гастрольный визит, а переезд. Родной Зальцбург стал тесен для музыканта, которого с детских лет называли гением. Столица, полагал Моцарт, могла дать ему больше возможностей для творческого и карьерного роста. Переезд в Вену он планировал давно. Поэтому заблаговременно позаботился о жилье. На площади Святого Петра, его ждала комната в доме давних друзей, семьи Вебер.
Веберы были рады приезду Моцарта — и мать семейства, вдова фрау Цецилия, и её дочери. Особенно средняя из них, Констанция. Так сложилось, что именно она приняла на себя основные хлопоты о госте. Девушка прекрасно понимала, что первое время в чужом городе молодому человеку может быть непросто. И старалась окружить Вольфганга теплотой и ненавязчивой заботой. Будни Моцарта проходили в трудах. Он давал частные уроки, и целыми днями бегал по городу от ученика к ученику. Домой возвращался поздно вечером, уставший. Констанция подавала Вольфгангу ужин. За трапезой она старалась развлечь молодого человека непринуждённой беседой. И от звука её голоса, от застенчивой улыбки, усталость Моцарта как рукой снимало. Им было так хорошо, так просто и радостно вместе! Они искренне полюбили друг друга.
4 августа 1782 года, в венском кафедральном соборе святого Стефана, Моцарт и Констанция обвенчались. В письме отцу Вольфганг рассказывал о том, как прошло бракосочетание. «Когда мы обменялись кольцами, я и моя жена начали плакать; этим были тронуты все, даже священник, и все заплакали, так как были свидетелями счастья наших сердец», — писал Моцарт отцу. Впоследствии в своих письмах домой композитор часто говорил о любимой супруге. Моцарт называл её женщиной с золотым сердцем, и признавался, что не мог бы желать для себя лучшей жены.
Констанция, которая теперь уже носила фамилию Моцарт, понимала и принимала своего необыкновенного, порой эксцентричного супруга во всём. Вольфганг, бывало, вёл себя как ребёнок: среди бела дня мог бросить все занятия и пуститься по дому в пляс. Тогда и Констанция оставляла свои дела, чтобы составить ему компанию. Несмотря на свой талант, Моцарт не зарабатывал больших денег и часто влезал в долги. Жена его в этом не упрекала. Констанция восхищалась мужем. Могла пропеть по памяти все женские партии из его опер. А Моцарт, прежде любивший творить в полном одиночестве, теперь мог сочинять музыку, только если супруга была поблизости. Ему не мешал ни звон кастрюль на кухне, ни голоса детей — у Моцартов подрастали сын и дочь. Домашний шум вдохновлял Вольфганга. Именно тогда композитор написал свою Мессу до-минор — духовное произведение. Это была благодарность Моцарта Богу за то, что Он послал ему Констанцию.
Увы, семейному счастью Вольфганга не суждено было продлиться долго. 6 декабря 1791 года композитор, после нескольких месяцев болезни, скончался. В том же году Констанция организовала несколько концертов в память о любимом муже. Почти всю свою долгую жизнь она посвятила написанию мемуаров о супруге. В 1828 году Констанция издала одну из первых биографий Моцарта. В ней она признавалась, что таким способом хочет выразить свою бесконечную любовь к нему.
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
Новые Вселенные
Поделиться
Фото: ole herman Larsen / Pexels
Работаю таксистом. Особенно люблю своё дело за то, с какими людьми мне удаётся пообщаться. Каждое знакомство — это будто новая Вселенная, полная открытий... Например, сегодня утром подвозил священника и спросил его:
— Батюшка, какое самое большое чудо в своей жизни Вы видели?
Он задумался и ответил:
— Разные случаи бывали, исцеления в последней стадии болезни, чудесные спасения в зоне боевых действий, но всё-таки главные чудеса проявляются в другом... Когда мы становимся свидетелями преображения человека.
И батюшка рассказал о случаях, когда люди полностью менялись. Находясь в шаге от пропасти, отступали и кардинально меняли жизнь, наполняли её светом.
Всю дорогу священник рассказывал чудесные, но реальные истории преображения. И я получил заряд вдохновения. Да, я люблю свою работу. Именно за то, что иногда пассажиры приоткрывают мне новые Вселенные.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
30 марта. О телесных и духовных сторонах поста
Поделиться
О телесных и духовных сторонах поста — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Сегодня понедельник ваий или последняя неделя Великого поста. Совсем скоро этот период закончится, и на смену ему придут особые дни, воспоминания воскрешения Лазаря, Входа Господня в Иерусалим и Страстей Христовых.
И уже послезавтра в храме на шестом часе можно будет услышать знаменитую 58-ю главу из книги пророка Исаии, грозное обличение Бога, Который говорит, что для Него не только не имеют значения, но и противны внешние проявления поста и ритуальных празднований верующих.
Это поразительно, но тем не менее, вместо исполнения религиозных практик Бог даёт прямое указание: «Убери несправедливость из своей жизни, облегчи ношу зависящих от тебя людей, помоги тому, кому труднее, чем тебе».
Мы слышим эти слова не в начале поста, а практически в его конце. Сколько времени, усилий, забот ушло на то, чтобы соблюдать внешний ритуал. На фоне этих попечений Господь обнуляет нашу систему координат и загружает туда более совершенную прошивку служения Ему.
Все выпуски программы Актуальная тема:
30 марта. О творчестве Франциско Гойи
Поделиться
Сегодня 30 марта. В этот день в 1746 году родился испанский художник Франциско Гойя. О его творчестве — исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Путь Гойи в религиозной живописи начался с новаторства. В 1771 году в Сарагосе, в базилике, он расписывает купол фреской «Поклонение имени Бога». Вместо традиционных образов он создаёт иллюзию прорыва небес. Ангелы буквально врываются в пространство храма, устремляясь к сияющему символу Творца. Для православной традиции это изображение кажется странным и, более того, недопустимым.
Но главный шедевр ждал Мадрид. В 1798 году уже оглохший после болезни художник расписывает купол небольшой церкви Сан-Антонио-де-ла-Флорида. Сюжет — «Чудо святого Антония, воскрешающего убитого». Однако вместо благочестивой процессии Гойя изображает шумную мадридскую толпу. Святой и мертвец окружены простолюдинами, зеваками, детьми, карабкающимися на ограду, чтобы лучше видеть. Художник словно говорит: «Чудо происходит не в заоблачных далях, а здесь и сейчас, среди нас».
Его кисти принадлежит и классическое распятие 1780 года, написанное в традициях Веласкеса, где Христос предстаёт не столько страдающим Богом, сколько одиноким человеком.
Пройдя через ужасы войны и разочарования, Гойя навсегда остался художником контрастов. Он умел видеть святость в грешной земной плоти, а божественный свет — в самой гуще жизни. И сегодня его фрески в мадридской часовне, где в итоге упокоился сам мастер, остаются гимном вере, понятной через сердце и глаза своего времени.
Все выпуски программы Актуальная тема:
