Москва - 100,9 FM

«Военные песни». Светлый вечер с игуменом Гермогеном (Ананьевым) и Георгием Сафоновым (09.05.2019)

* Поделиться

У нас в студии были насельник Московского Данилова монастыря игумен Гермоген (Ананьев) и регент праздничного хора Данилова монастыря Георгий Сафонов.

Разговор шел о песнях, посвященных Великой Отечественной Войне, о духовных аспектах сохранения памяти о военных событиях, а также о юбилейном концерте хора Данилова монастыря.


Ведущий: Константин Мацан

К. Мацан

– «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, дорогие друзья. В студии Константин Мацан. С Днем Победы, с этим важным и большим праздником мы вас поздравляем. И сегодня, наверное, не может быть у нас другой темы,        как разговора об этом. Но поговорим мы сегодня об этом в своем ключе, в том что нам кажется интересным и важным сказать об этом на радио «Вера». У нас сегодня в гостях Георгий Сафонов, регент праздничного мужского хора Московского Свято-Данилова монастыря. Добрый вечер.

Г. Сафонов

– Добрый вечер.

К. Мацан

– И игумен Гермоген (Ананьев), насельник Свято-Данилова монастыря, автор книги «Кухня батюшки Гермогена».

Игумен Гермоген

– Добрый вечер. Христос воскресе!

К. Мацан

– Воистину воскресе Христос! И очень радостно, что не в первый раз оба гостя у нас уже в студии, но, наверное, вместе, вдвоем в первый раз так два представителя Данилова монастыря у нас в студии. Мы говорим сегодня про День Победы. Знаете, такое ощущение, что это один, может быть, единственный праздник, который ну почти безусловно всех объединяет, вот почти безусловно разделяется всеми, как важная и важнейшая дата недавней нашей истории и даже, наверное, нашей современности. И всеми, в том числе людьми церковными и Церковью. Есть даже такое какое-то ощущение, я думаю, что и у верующих и у тех, кто смотрит со стороны на Церковь, что Церковь этот праздник считает своим. Вот своим, в том числе своим. Какое-то есть особое церковное восприятие, церковная какая-то радость особенная именно об этом празднике. Вот так или это? Вы киваете, я вижу...

Игумен Гермоген

– Да, конечно.

К. Мацан

– Давайте тогда поговорим, почему и в чем это церковное восприятие заключается. Отец Гермоген.

Игумен Гермоген

– Ну во-первых, если отбросить все идеологические составные, то Великая Отечественная война для нашей страны и вообще Вторая мировая это была война, в общем-то, можно сказать, с абсолютным злом, с фашизмом, идеология которого, в общем-то, очень близка к сатанинской. То есть это антихристианская, если не сатанинская, то абсолютно антихристианская идеология. А что касается для нас, для россиян, то эта война была, прежде всего, за свою страну, за свою национальную, культурную и духовную идентичность. Потому что если бы мы проиграли бы в этой войне, то мы не знаем, как бы вообще в дальнейшем развивалась история нашей нации, и вообще сохранилась бы она, и в том числе наша Церковь, как составляющая часть нашей культурной идентичности. И поэтому это была война, в том числе и за выживание нашей Церкви, поэтому Церковь считает этот праздник своим. Потому что люди боролись не просто за освобождение своей страны, они боролись не только и не столько за Сталина, сколько за свои родные дома, за свои семьи и за свои духовные корни. Вот поэтому для нас, безусловно, это очень близкий и родной праздник.

К. Мацан

– Георгий, а для вас?

Г. Сафонов

– Ну я хочу сказать, что мы в этот светлый пасхальный период очень часто, практически вот огромное количество раз на каждой службе поем тропарь Пасхи, который говорит о том, что Христос «смертию смерть поправ». И как раз именно это связывается с различными вот моментами в нашей истории, особенно в истории Великой Отечественной войны и вот Второй мировой войны, что именно Христос нам помог смертию смерть попрать в этой войне. То что конец войны был в пасхальные дни, это ни для кого не секрет.

К. Мацан

– Победа была на Светлой седмице, по-моему, если я не ошибаюсь.

Г. Сафонов

– На Светлой седмице, да, чуть ли не в праздник Светлой Пасхи. И самое интересное, что главным действующим лицом финала этой войны, руководящим звеном наших войск был Георгий Константинович Жуков, в общем-то, небесным покровителем которого является Георгий Победоносец.

Игумен Гермоген

– Его память 6 мая, как раз тоже в эти дни.

Г. Сафонов

– Да именно в эти дни буквально, вот она прошла уже. И как раз победа была, в общем-то, совершена в начале мая, а там дальше это уже было документальное подтверждение.

Игумен Гермоген

– Акт капитуляции, да.

Г. Сафонов

– Вот поэтому здесь сошлось очень много вот этих вот моментов. Ну и, конечно, многие воины говорили, что очень часто в период войны, и особенно когда вот уже победные такие дни шли, многим являлась и Пресвятая Богородица. В разных видах Она помогала везде нашим солдатам сначала выжить в невероятных условиях войны, в которых они находились, когда оккупирована была наша территория. И потом Она помогала нам, в общем-то, быстро стирать с земли врагов, так сказать, и гнать их. Она помогала Своей молитвой. Ну здесь больше сказать нечего. Поэтому Церковь действительно считает и будет считать этот праздник глубоко, я думаю, духовным и церковным.

К. Мацан

– Отец Гермоген, ну вопрос тогда к вам как к пастырю. Есть такая фраза расхожая о том, что в окопах атеистов не бывает. И с одной стороны, понятен ее глубинный пафос, пафос в хорошем смысле слова, как некая глубинная правда ее понятна. С другой стороны, это можно понять не глубинно, а чрезвычайно примитивно, что вот когда страшно, когда опасность, человек от страха обращается к каким-то высшим силам, потом, если, дай Бог, опасность отступает, то и страх проходит, и человек дальше живет, как и живет. Вот все-таки как вы переживаете, осмысляете эту фразу, что в окопах атеистов не бывает?

Игумен Гермоген

– Ну да, на самом деле так оно и есть. Еще ведь существует другая пословица: пока гром не грянет, мужик не перекрестися. Поэтому очень часто...

К. Мацан

– Но как не снизить этот высокий смысл вот этого «гром не грянет»?

Игумен Гермоген

– Ну вы знаете, здесь уже все зависит от человека. Ведь мы знаем, после Великой Отечественной войны открылись духовные школы, открылись монастыри. И очень многие люди, которые вышли из окопов, посвятили себя служению Богу. Очень многие люди крестились после того, как пришли с фронта. И мы знаем что, например, люди, которые до войны были атеистами и, может, даже не вспоминали о Боге, во время войны носили при себе и крестики. И когда вот сейчас, например, раскапывают поля сражений и находят тела погибших воинов, то очень часто в карманах у солдат – и простых солдат и офицеров, – находят и рукописные бумажки с 90-м псалмом, «Живый в помощи», и крестики. Которые, может, например, замполиты запрещали носить на шее, но люди их носили в кармашках гимнастерок. И вера была живая. Ну соответственно, конечно, ведь у всех разная природа веры. Кто-то действительно так вот, знаете, в минут смертельной опасности вспоминает о Боге, а потом забывает. Мы все помним притчу Спасителя о сеятеле, да, ведь у кого-то эта вот помощь Божия, которая происходит в окопах, у кого-то это тоже, как вот зернышко, посеянное в сердце человека, у кого-то оно прорастает. И опять, я говорю, что очень много людей после войны крестилось, вернулось в храмы, многие солдаты потом посвятили себя служению Богу как священники на приходах и как монахи в монастырях. А кто-то, естественно, когда вроде бы опасность прошла, кто-то, может, об этом забыл. Но все равно, мне кажется, забыть это невозможно. Может, люди не стали по-настоящему глубоко церковными людьми, но все равно верующими они остались. Все равно вот именно вот это как воспоминание о том, как Господь им помог в эти трудные дни, все равно осталось. Поэтому, конечно, вот это высказывание, что в окопах неверующих не бывает, это может очень сильно. Потому что бывают люди с таким ожесточенным сердцем, которые даже вот...

К. Мацан

– Ну это обобщение, которое, как любое обобщение, не точно.

Игумен Гермоген

– Но нормальные люди, как правило, вот природа человека, ведь мы все созданы по образу Божию, и внутри любого человека, самого отпетого злодея, самого неверующего, все равно же есть частица Божия. И поэтому вот в таких экстремальных ситуациях, я думаю, все вспоминают, кто они и они все обращаются...

К. Мацан

– Я даже подумал, что я задал вопрос, с одной стороны. А с другой стороны, очень легко сидеть в студии в Москве, в 2019 году и размышлять о том, какая там вера была у тех, кто реально был в этом окопе, кто нес на себе эту чудовищную службу. И кто эти жертвы приносил своей жизнью, и кто нам эту победу нам принес. И может быть, что какая бы там вера у них дальше в жизни ни была, в тот момент в окопе они поняли о Боге что-то намного более важное, чем я вообще могу понять сейчас из своей жизни. Давайте обратимся к музыке. А с чего мы начнем?

Г. Сафонов

– Ну, естественно, я думаю начать с «Дорог». Военные дороги это те линии, которые вели нас сначала к нам в тыл, а потом вели нас к победе. Они были всегда тяжелые, легких дорог не бывало. И даже если солнце светило, то все равно дул ветер, пыль в глаза. А когда распутица была, когда снег, когда дождь, грязь, когда мороз лютый, и наши дорогие воины это все преодолевали именно по нашим российским трудным дорогам войны.

К. Мацан

– Песню «Эх, дороги» исполняет праздничный мужской хор Московского Свято-Данилова монастыря.

К. Мацан

– «Светлый вечер» на радио «Вера». У нас сегодня в гостях Георгий Сафонов, регент праздничного мужского хора Московского Данилова монастыря. И игумен Гермоген (Ананьев), насельник Свято-Данилова монастыря, автор книги «Кухня батюшки Гермогена». Георгий, ну вот мы заговорили про то что в окопах атеистов не бывает. У вас тоже, я вижу по выражению лица, есть рефлексия на эту тему, то есть эта тема для вас тоже важна и звучит.

Г. Сафонов

– Важна очень. Я очень люблю факты, и вообще я человек войны.

К. Мацан

– В каком смысле?

Г. Сафонов

– Ну в смысле...

К. Мацан

– В хорошем смысле, как сейчас говорят.

Г. Сафонов

– В смысле том, что все мои родственники, они воевали. Дед у меня сапер, похоронен в Тверской губернии, погиб в 43-м, бабушка и дядя партизаны в Белоруссии, Освенцим прошли, концлагерь. И от бабушки я получил вообще информацию о войне такую, какую, наверное, не всякий молодой человек сейчас получает. И я, в общем, пропитан вот этой горечью, с одной стороны, военных событий и радостью опять-таки победы. Поэтому я очень люблю читать о войне, смотреть фильмы о войне, спектакли различные и собирать по крупицам факты, которые нам так очень редко, но предоставляют. Мой крестный однажды показал мне фотографию интересную: 42-й год, строй солдат, за ними штандарт, на котором написано «С нами Бог!», чуть вдалеке штандарты «За родину! За Сталина!» и офицер в епитрахили читает Евангелие.

К. Мацан

– Причем это еще до 43-го года, то есть до Собора.

Г. Сафонов

– Фотография 42-го года, не фотомонтаж совершенно – проверяли, исследовали эту фотографию. Очень интересная фотография. Все-таки мы были движимы не только ненавистью к врагам, не только гордостью за свое государство, но мы еще были движимы, и я думаю, что, прежде всего, мы были движимы Духом Святым, и Господь нас вел. Еще очень долго, еще несколько поколений будут открывать факты об этой войне, я думаю, очень интересные факты, которые многим неизвестны, они закрыты, но потихонечку мы будем узнавать и удивляться.

К. Мацан

– Отец Гермоген, а вот такие факты, они для вас, как для опять же пастыря, что значат?

Игумен Гермоген

– Ну вы понимаете, наша вера, нам не нужны эти доказательства. Потому что если мы вообще возьмем ход Великой Отечественной войны, мы увидим, что все по Промыслу Божию, и явно в каждой битве, в каждом шаге, везде был Промысл Божий. Потому что ну без помощи Бога мы бы просто проиграли в этой войне, это совершенно однозначно. Потому что какие бы ни были гениальные у нас полководцы, как бы ни складывались обстоятельства, во всем была, во всех битвах как бы было вмешательство Божие определенное. Ну а то что люди массово обращались во время войны, возвращались в христианство, снова становились православными – это уже факт, это мы знаем. И на самом деле очень много сохранилось фотографий того же там 42-го, 43-го года, когда мы видим, что где-нибудь на передовой перед боем стоит священник и свершает молебен вместе с солдатами перед окопами. Это уже документальные факты, которые никуда не денешь. Такое совершенно было невозможно представить до войны, когда практически все духовенство, ну большая его часть, были репрессированы, когда ну за любую какую-то религиозную пропаганду людей просто сажали и расстреливали, без всяких, без суда и следствия. А тут мы видим просто уже документально, в свете того что, ну с одной стороны, мы знаем, да, что как раз был Собор, что Сталин принял решение о том, что все-таки дать Церкви некую свободу, помочь Церкви. И Церковь, надо сказать, очень активно ведь помогала не только духовно, но и материально. Ведь мы знаем, что верующие собирали и средства и на танки, и на самолеты.

К. Мацан

– Колонна Димитрия Донского на деньги верующих была оснащена.

Игумен Гермоген

– Колонна Димитрия Донского знаменитая. Поэтому, конечно, то что мы видим, вот эти плоды того, что произошло, вот это вот самое главное. А то что и на самом деле все-таки Россия это страна с тысячелетними христианскими корнями, страна, которая дала миру огромное количество святых, на территории которой хранится огромное количество святынь. И даже в самые жестокие такие годы, когда происходили массовые гонения на верующих людей, всегда оставались подвижники, которые подвизались тайно и которые молились за эту страну. Для человека верующего абсолютно видно, что Господь промышлял о нашей стране. И то что в Великой Отечественной войне вот на территории нашей страны Промысл Божий, конечно, он себя проявлял настолько явно и настолько ясно, что можно сказать, вот эти все переломные моменты – и там во время Сталинградской битвы, та же Курская дуга,– то есть это действительно, без помощи Божией этого бы ничего не произошло.

К. Мацан

– Есть такое мнение, которое часто и, мне кажется, справедливо звучит вот в связи с этими и не подтвержденными крестными ходами, и история про то, как на самолет с иконой облетали город. Кто-то заметил очень интересно, что даже если этого не было, предположим, поскольку документов нет, сам факт того, что в народной памяти это осталось именно таким, показывает, на что на самом деле люди имели надежду, в чем видели источник своей силы. Давайте еще раз послушаем музыку. Что на этот раз?

Г. Сафонов

– Ну а я всегда на концертах говорю такую фразу вот после того, как мы исполняем «Дороги». После этого у солдат же где-то были небольшие перерывы между боями. И что делал солдат в это время? Он наверняка на отдыхе либо читал письма из дома, либо писал эти письма, чтобы сообщать родным, что он жив и здоров. И все это происходило в землянке. И поэтому послушаем замечательную совершенно песню, которая так и называется – «В землянке».

К. Мацан

– Это «Светлый вечер». У нас сегодня в гостях, я напомню, Георгий Сафонов, регент праздничного хора Московского Данилова монастыря. И игумен Гермоген (Ананьев), насельник Свято-Данилова монастыря, автор книги «Кухня батюшки Гермогена». Мы прервемся и вернемся к вам после маленькой паузы.

К. Мацан

– «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается. Еще раз здравствуйте, дорогие друзья. В студии Константин Мацан. Сегодня у нас в гостях Георгий Сафонов, регент праздничного мужского хора Московского Свято-Данилова монастыря и игумен Гермоген (Ананьев), насельник Свято-Данилова монастыря. Ну вот мы уже в нашей программе услышали две композиции из репертуара вашего хора. Знаете, я помню, когда я впервые, еще будучи юным совсем человеком, услышал, как православный хор поет песни советских композиторов, в том числе и военные, несколько был удивлен. В моей тогдашней картине мира эти вещи не состыковались, как это так: есть православный хор и есть репертуар из периода, значит, истории, культуры страны атеистического. Как одно сочетается с другим? Сейчас я такого противоречия уже для себя не вижу. Но мне интересно, что бы вы ответили вот тому юнцу вопрошающему, который бы удивился, как так: православный хор поет песни, казалось бы, вот советского периода.

Г. Сафонов

– Однажды, когда я работал над дипломом под названием «Знаменный распев как памятник русского певческого искусства», я брал различные письма для того, чтобы попасть в Ленинскую на то время, теперь Российскую национальную библиотеку, в Государственный исторический музей, в музей Глинки и так далее. То есть в те архивы, в которых хранились вот эти вот ценности, наши рукописи древние. И вот когда я в Государственный исторический музей особенно пытался попасть, мне сказали: вы знаете, молодой человек, вы туда не попадете. Я говорю: ну вы знаете, у меня же вот письма от ректора все-таки Гнесинского института и так далее, то есть мне очень нужно. А они говорят: вы знаете, там только для избранных...

К. Мацан

– Спецхран.

Г. Сафонов

– Там работают профессора, да, различные композиторы. А я говорю: ой, очень интересно, а кто? И они начали называть мне членов Союза советских композиторов, которые там сидели, в этих запасниках. А потом я уже, когда изучал современные, как раз вот в своем же дипломе, что собственно и понравилось председателю Комиссии, Борису Тевлину на то время, что я разобрал знаменный распев в творчестве советских композиторов. Они сидели и изучали наше богатое        певческое наследие, чтобы брать оттуда попевки для своих песен. И когда мы сейчас поем советские песни, особенно военного периода, мы там слышим попевки Херувимских, «Милостей мира», «Единородный Сыне», «Во Царствии», различных песнопений всенощной, «Богородице Дево, радуйся», «Ныне отпущаеши», вот «Благослови душе моя Господа» и других песнопений очень интересных. А потом я еще узнал, что такой знаменитый композитор и руководитель, основатель ансамбля, Краснознаменного ансамбля песни и пляски, который носит сейчас его имя, вот Александр Александров, будучи регентом в свое время, тоже изучив наше наследие, как раз и создал гимн Советского Союза на то время, используя некоторые попевки знаменного распева. И я всегда говорю, вот вы знаете, этот человек очень далеко, этот вот гениальный композитор, и дирижер, и регент, он далеко смотрел вперед. Потому что в знаменный распев наши предки вписали национальный код, то есть там все настолько продумано, там настолько создана эта система, что вот никуда от нее уйти невозможно. И если вы берете оттуда хотя бы какую-то часть, вы берете оттуда именно вот этот вот намоленный, так сказать, национальный код, код нации, который идет дальше в жизнь. И поэтому я говорю, что песни советских композиторов были, есть и будут жить в нашем народе, их будут петь с удовольствием. И они самые мелодичные из всех, которые есть. Поэтому у меня здесь каких-то противоречий нет. Другое дело, тексты, к текстам мы подходим осторожно. Если это текст общий, который говорит о войне, о подвиге, если в него еще и закрадывается какая-то и духовность небольшая или душевность, мы это песнопение берем и поем. Если этот текст ну какой-то такой, весьма легкий, разгульный, шуточный, шутливый там какой-то или говорящий про какую-то, ну будем говорить, плотскую любовь, мы этот текст отставляем в сторону.

К. Мацан

– Текст оставляете или песню?

Г. Сафонов

– Песню отставляем, да.

К. Мацан

– Другой текст к песне не ищете?

Г. Сафонов

– Ну да. Поэтому нас репертуар военные песни, он так, избранный. И репертуар песен советских композиторов, он тоже избранный. Не все поем, но то что поем, очень нравится и очень интересно слушается именно в исполнении монастырского хора.

К. Мацан

– Это очень интересно. Вы фактически для меня вот сейчас впервые вот раскрыли генезис красоты и вот этой мелодичности советской песни. Почему она так на сердце ложится, потому что это, получается, вовсе не советская песня, а просто русская песня советского периода.

Г. Сафонов

– Ну я бы, наверное, так бы и выразился, да.

К. Мацан

– Отец Гермоген, ну вот мы вас представляем как насельника монастыря и автора книги, всеми нами любимой, «Кухня батюшки Гермогена». Вот вы сейчас в перерыве так мне заметили, что у вас прямое отношение к хору праздничному – вы канонарх. Давайте, во-первых, тем, кто не знает, расскажем, что это такое. В этой связи я вас хочу об этом спросить, а как вы переживаете для себя вот эту связь церковной традиции и, казалось бы, советской песенной традиции светской?

Игумен Гермоген

– Ну опять-таки вот я тоже хочу начать немножко издалека. Если мы возьмем народное творчество, аутентичный фольклор – просто в свое время, в прошлой жизни я учился тоже в Гнесинском училище и как раз занимался вот фольклористикой, – мы нигде не найдем слов о любви к родине. Понимаете, – «родина, Россия, как я тебя люблю» – ни в одной народной песне. Ни в одной народной песне, ни в одной. Только в советских, уже таких «клюквенных» песнях таких, а ля народные. И вы знаете, это же относится, кстати, и к советским песням. Дело в том, что советские песни, они действительно, вот тут Георгий очень правильно подметил, они родились как бы из двух таких пластов. С одной стороны, это народное творчество, это народные, деревенские песни, это городской фольклор, жестокий романс. И с другой стороны, это духовное пение. Потому что практически ну все, наверное, музыканты, ну большая часть музыкантов советского периода, тех же там 30-х, 40-х, 50-х годов или в детстве пели на клиросе, или каким-то образом имели отношение к духовной музыке. Потому что Россия до революции была страна высочайшей музыкальной культуры, именно певческой культуры. Так как собственно, все знаете, что в православном богослужении не используются музыкальные инструменты, и поэтому у нас только акапельное клиросное пение. И надо сказать, что вот до революции очень многие люди владели высочайшим уровнем музыкальной культуры, не менее как образования. Кстати, один из примеров, вот я еще имел счастье попеть на Большой Ордынке, в храме у Николая Васильевича Матвеева. Это, я считаю, ну наверное, лучший регент советского периода, собственно хор ордынский, это действительно был образец церковного пения. И надо сказать, что он не был музыкантом по образованию, вообще был архитектором. И очень многие люди, как говорится, имея какое-то там светское – инженерное, медицинское, любое образование, они, однако, с детства пели на клиросе и были носителями очень такой, скажем, высокой музыкальной культуры. А уж тем более музыканты. И поэтому, безусловно, конечно, вот все музыкальное наследие церковное, начиная от знаменного распева, заканчивая уже, так скажем, поздними церковными композиторами, оно все, конечно, думаю, в какой-то степени отразилось на мелосе советских композиторов. И к тому же говорю, это страна высочайшей певческой культуры. То есть если мы возьмем народную песню или те же там какие-то романсы городские, то есть это действительно очень мелодично, очень интересные такие, скажем, не просто попевки, но своя отдельная большая музыкальная культура. И поэтому я здесь абсолютно согласен вот с Георгием, в том плане что, конечно, советские композиторы впитали в себя вот это все богатство русской музыкальной культуры и светской, и духовной. И поэтому надо сказать, что большинство, скажем, большая часть советских песен, безусловно, это ну какие или шедевры, или очень талантливые произведения, недаром они звучат до сих пор, и люди с удовольствием их слушают. Потому что в них помимо того, что они очень талантливы с музыкальной точки зрения, в них как-то очень чувствуется душа человека. Это не просто, скажем, какие-то такие красивые бездушные мелодии, но они очень душевны, очень созвучны нашему сердцу. И не только вот тому поколению, которое еще пришло из тех годов, но и многие современные молодые люди с удовольствием слушают эту музыку, те у кого еще вот сохранилась в сердцах вот эта душевность, какая-то любовь, вот и поэтому. Ну конечно, надо сказать, что это далеко не все тоже песни являются шедеврами, конечно, много было таких дешевых агиток, совершенно бездарных. Ну собственно они и канули в лету, а вот эти песни, которые до сих пор нам дороги, от которых идет тепло, веет теплом, конечно, они звучат и сейчас.

К. Мацан

– Давайте послушаем снова что-нибудь из репертуара вашего хора.

Г. Сафонов

– Я думаю, что мы послушаем интересную такую песню, которая претерпела множество изменений с точки зрения текста. Но мы как раз хор, который в свое время занялся таким восстановлением песен к их первоначальному виду. И мы будем слушать «Марш сибирских стрелков» – «Из тайги, тайги дремучей», текст родной, Гиляровского. Это песня известна, в общем-то, широкой публике как «По долинам и по взгорьям», она называлась. А родной ее текст: «Из тайги, тайги дремучей».

К. Мацан

– Георгий Сафонов, регент праздничного мужского хора Московского Свято-Данилова монастыря и игумен Гермоген (Ананьев), насельник Свято-Данилова монастыря, сегодня с нами в программе «Светлый вечер». Давайте расскажем о концерте предстоящем хора, 15 мая...

Игумен Гермоген

– А можно, я закончу мысль? А то у меня, получается, я начал мысль, не закончил просто...

К. Мацан

– А давайте, да.

Игумен Гермоген

– Потому что вот я говорил, вообще как бы о советских песнях. И хочу сказать, что особое все-таки место занимают песни войны. Потому что как раз в военных песнях раскрывается не просто тоска человека по дому, а раскрывается его вся душа. И поэтому, вот как раз почему я сказал, что вы ни в одной народной песне не найдете упоминания о любви к родине, да там, – Россия, я тебя люблю, – но они все пронизаны этой любовью. Все – и мелос, и слова, которые могут рассказывать какую-то совершенно абстрактную бытовую историю, но все пропитано этой любовью к родине. И надо сказать, это относится к советским военным песням. В них мы ничего не услышим о Боге. Но человек, который каждый день встречается со смертью, как вот мы, например, слышим в песне «Землянка», на самом деле вот через какие-то вот эти незатейливые слова, обращение к своей жене, к своим близким раскрывается душа человека. И, может, здесь как раз искра Божия, она светит значительно более ярко, чем в каких-нибудь других песнях, где там постоянно будет употребляться слово «Бог». И здесь мы как раз вот это, может даже эта песня, она может человека привести к Богу на самом деле. Хотя в ней ни слова нет о Боге, но в ней есть искреннее ощущение жизни, жизни и смерти, поиска истинных ценностей, к которым мы стремимся, что может в результате привести человека к Богу. Вот и поэтому как раз песни военных лет, очень многие песни, они писались людьми – композиторами, и авторы текстов многих сами были в окопах или даже если они сами не воевали, но они переживали на себе тоже все трудности, лишения военного времени и очень хорошо знали то, о чем они пишут. И вот это пребывание на грани жизни и смерти как раз и рассуждение об этом, которое мы слышим в этих песнях, не такое вот нарочитое какое-то, назидательное что-то, а именно очень искреннее, живое, это очень часто как раз является истинным свидетельством о Боге. И поэтому вот в этом плане могу сказать, что советские песни военного периода как раз очень подходят для исполнения хоров. И кстати, как ни странно, первые вот как раз советские песни, которые стали петь, это именно песни военного времени.

К. Мацан

– Ну вот давайте обратимся к концерту, который 15 мая в Кремлевском дворце пройдет. Это концерт юбилейный праздничного мужского хора, о котором мы сегодня говорим, там, наверное, тоже будут эти песни.

Г. Сафонов

– Ну там будет целый военный блок. Начиная от песен эмиграции, которые мы очень любим. Одна из песен, точнее будем говорить, даже романс такой, городской романс, который с большим успехом пели в свое время и Александр Вертинский, и Петр Лещенко, и Анастасия Вяльцева, многие любили, этот романс стал чуть ли не гимном русской эмиграции: «Замело тебя снегом, Россия», который был написан советским композитором, автором и слов, и текста, Филаретом Черновым, которого очень долго держали в небытии, то есть не знали, кто это написал. Потому что он жил здесь, в Советском Союзе, и раскрывать себя нельзя было. А романс рассказывает о революционном перевороте, в общем-то, в России. И вот с этого революционного переворота мы плавно перейдем к военным песням, песням военного блока так называемым, в котором мы исполним и песни о любви к своей семье – «Темная ночь», и песни, исполненные любви к своей девушке, которая ждет – «Катюша» знаменитая. Опять-таки ассоциации: «Катюша» и оружие возмездия, да, как говорят, «катюши» это один из таких мощных орудий Второй мировой войны. И, конечно же, мы обратимся к общему такому песенному творчеству, это к казачьим песням. Притом мы решили взять для военного блока из казачьих песен ту, которую мы театрально разыгрываем. Как будто бы казачье войско участвует в каком-то бою, и вот казаки выходят, готовятся к бою, идет перекличка – у нас она будет на сцене, потом они скачут, сражаются со своими противниками, кто-то погибает. Они уставшие все, опять перекличка. И вот здесь как раз на первый план выходит боец, который погиб, и вот его голос – о первой пуле, о второй пуле и так далее. Потом мы включили в эту же песню еще и дьякона, который читает «Во блаженном успении». Мы не поем «Вечную память», но мы поем «Любо, братцы, любо» на фоне вот этого вот провозглашения – это очень оригинальный такой момент. И значит, и, конечно же, финал, где мы поем «с нашим атаманом любо голову сложить». И после этого мы будем петь казачью «Молитву», которая такая является обобщающей «На горе стоял казак, он Богу молился... ». «Ой-ся, ты ой-ся...» – это знаменитая казачья песня. И все это будет сопровождаться чтением замечательных стихов русских и российских поэтов, которые вместе с нами будут воспроизводить замечательные актеры театра и кино – Мария Голубкина, Андрей Финягин, Наталья Романова, Роман Кириллов. Вот это такая вот замечательная группа представителей, значит, нашего кинотеатрального мира согласилась с нами эту композицию воспроизвести для нашей публики. Ну это только одна часть, которая вот так разыграна. Все остальные части тоже это будет такой спектакль. Особенно первое действие, в котором мы будем рассказывать о происхождении певческого искусства через призму слова «хор». Конечно же, мы не будем много говорить о хоре Данилова монастыря, но мы обязательно исполним тропарь Даниилу Московскому, чтобы обозначить, что именно этот святой является нашим небесным покровителем, и именно с Данилова монастыря началось пение здесь, в Московской Руси – давно, с 1282 года. Ну а возрождение его произошло в 1989 году, поэтому вот 30-е – это наш юбилей. И вот первое действо будет рассказывать о происхождении певческого искусства, откуда оно пришло, о его развитии, как наши предки создавали великие произведения, которыми мы сейчас гордимся и которые мы исполняем. И будем переводить нашу публику – от Пасхи обратно возвращать, в Страсти Христовы, и обратно из Страстей показывать, обратно в пасхальную радость – через духовные стихи, в которых нам будут помогать музыканты группы «Ихтис» и замечательный ансамбль древнерусской музыки «Сирин». В котором как раз и вот батюшка Гермоген тоже в свое время был участником этого ансамбля.

Игумен Гермоген

– Да, какой-то период времени.

Г. Сафонов

– И затем, это в первом отделении, первое отделение будет завершаться таким торжеством православия. «Нашу веру» мы будем исполнять сербскую, которую уже очень многие наши слушатели любят. А второе отделение, помимо военной вот этой вот композиции, будет еще блок народных песен. Особенно интересно, когда откроется занавес на втором отделении, это будет песня «Россия» Новикова, на стихи Ошанина. Там будет про кремлевские звезды, но как раз я счел нужным поставить ее, потому что в Кремле поем...

К. Мацан

– Конечно.

Г. Сафонов

– Поэтому о кремлевских звездах надо обязательно петь.

Игумен Гермоген

– Это часть нашей истории, в конце концов.

Г. Сафонов

– Да, а там песня совершенно замечательная – «где найдешь людей могучих...» – и, в общем, вот просто там и о войне говорится, и о героях, и о кремлевских звездах, обо всем. И там же нам будут помогать исполнители на народных инструментах, ансамбль народных инструментов «Московский фестиваль» и детский оркестр русских народных инструментов «Русский сувенир». И, конечно же, мы пригласили детей, потому что ну без детей какой праздник. Все наши торжественные большие концерты всегда либо начинались, либо завершались детьми. И завершаться будет наш концерт, конечно же, с участием дружественного нам Большого детского хора имени Виктора Сергеевича Попова, который исполнит с нами такие песни как «Беловежская пуща», потом такое произведение, которое полюбилось уже многим православным и другим людям. «Всего-то навсего» называется этот духовный стих, который написала монахиня Иулиания – Свято-Елизаветинский монастырь города Минска. И закончим мы все, конечно же, очень будем просить зал петь с нами, в программках будут напечатаны слова – «Прощание славянки».

К. Мацан

– Ну давайте мы вот всех секретов концерта раскрывать не будем, чтобы осталась интрига у тех, кто соберется прийти. А кстати, если человек заинтересовался, где искать билеты?

Г. Сафонов

– Ну на сайте Кремля, конечно же, в кремлевских кассах. Ну и потом можно к нам на сайт – http://www.danilovhor.ru/ – задать вопрос, мы направим. И в Благотворительный фонд Олега Ефремова, который милостиво помогает нам своими административными ресурсами, помогает нам все это соединить.

К. Мацан

– Какой песней мы завершим наш сегодняшний разговор?

Г. Сафонов

– Ну это будет знаменитая песня замечательного композитора Василия Павловича Соловьева-Седова, которая была написана в конце войны как раз, «Друзья-однополчане». Она будет как раз соответствовать нашему времени: «Майскими короткими ночами...».

К. Мацан

– Исполняет праздничный мужской хор Московского Свято-Данилова монастыря. Регент этого хора Георгий Сафонов сегодня был с нами в программе «Светлый вечер». И также игумен Гермоген (Ананьев), насельник Свято-Данилова монастыря, делился с нами своими размышлениями о войне, Церкви и военных песнях. Спасибо огромное за эту беседу. Еще раз с Днем Победы. Слушаем песню «Друзья-однополчане». Это был «Светлый вечер». До свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Закладка Павла Крючкова
Закладка Павла Крючкова
Заместитель главного редактора журнала «Новый мир» Павел Крючков представляет свои неформальные размышления о знаковых творениях в современной литературе. В программе звучат уникальные записи — редкие голоса авторов.
Ларец слов
Ларец слов

Священник Антоний Борисов – знаток и ценитель Церковно-славянского языка, на котором совершается богослужение в Русской Православной Церкви. Он достает из своего ларца слова, которые могут быть непонятны современному человеку, объясняет их – и это слово уже нем вызывает затруднения. От «живота» до «василиска»!

Богослужебные песнопения
Богослужебные песнопения
Программа о богослужебной жизни Церкви раскрывает историю, смысл и богослужебный контекст песнопений, которые звучат в православном храме.
Материнский капитал
Материнский капитал
Дети - большие и подросшие – как с ними общаться, как их воспитывать и чему мы можем у них научиться? В программе «Материнский капитал» Софья Бакалеева и ее гости рассуждают о главном капитале любой мамы – о наших любимых детях.

Также рекомендуем