Поделиться
В мае 1898 года в итальянском городе Турине, в соборе святого Иоанна Крестителя выставили для поклонения одну их главных христианских святынь – плащаницу Христову. Так называется полотно, в которое после казни было завернуто тело Иисуса Христа. На плащанице отчетливо видно изображение мужчины, лежащего со сложенными руками. Можно различить черты лица, бороду, волосы, пальцы. Христиане верят, что это изображение Самого Спасителя.
Приближалось 400-летие собора и 50-летие конституционного закона, так называемого Альбертинского статута. Два юбилея решили отмечать вместе, устроив грандиозный праздник. Плащаницу, хранящуюся в ковчеге над алтарем, поначалу демонстрировать не собирались. Древнее полотно берегли, как зеницу ока. Два художника получили задание нарисовать для публичного показа копии святыни. Но внезапно король Италии Умберто Первый дал разрешение выставить саму реликвию. Это событие стало настоящей сенсацией, и местные власти пожелали запечатлеть его на фотографии.
Нам, гражданам цифрового века, не понять насколько исключительным было в те времена приглашение фотографа. Достаточно сказать, что на весь город не нашлось хорошего профессионала и просить пришлось любителя. Так 43-летний юрист Секондо Пиа стал первым человеком, сфотографировавшим святыню.
В конце XIX века вместо фотоплёнки использовались фотопластины. Ночью проявляя фотографическую пластину, Секондо чуть не выронил её из рук от неожиданности. Изображение на пластине было четким и ярким, как на настоящей фотографии. Так Секондо Пиа сделал сенсационное открытие: оказывается, на Туринской плащанице запечатлено негативное изображение. Позитивный образ Иисуса Христа можно получить, сделав негатив с Туринской плащаницы.
С этого момента святыня приковала к себе пристальное внимание научного сообщества. Рассказывает преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии священник Дмитрий Барицкий.
Комментарий эксперта:
Наверное, многие представляют себе старые аналоговые фотоаппараты, в которые заправляется рулончик плёнки. Такие фотоаппараты существуют и сейчас. Плёнка, на которую они снимают, имеет специальный фоточувствительный слой. Человек нажимает на аппарате кнопку, створки объектива разъезжаются и на плёнку попадает свет, неся информацию обо всём, что располагается перед объективом. Дома, закрывшись в темном помещении и включив красную лампу, плёнку вынимают из аппарата и в специальном бачке проявляют при помощи реактивов. Изображения, которые в результате получаются, и являются негативами: тёмное на них становится светлым, светлое – тёмным. Чтобы получить фотокарточки, требуется обратный процесс. Плёнку-негатив заряжают в увеличитель с линзой и лампой и с помощью света этой лампы переносят на бумагу. На ней изображение снова становится позитивным: тёмное выглядит как тёмное, светлое как светлое. Фотографии проявляют химикатами в ванночках и вывешивают с помощью прищепок сушиться на верёвках. Во времена Секондо Пиа вместо плёнки использовали пластины, но сам процесс был абсолютно таким же. Сфотографированное позитивное изображение на пластине превращалось в негативное. А вот с плащаницей вышло наоборот: Пиа сфотографировал негатив, который на проявленной пластине превратился в позитив.
Итальянские газеты, напечатавшие новость об открытии Секондо Пиа, породили лавину откликов. Естественно, нашлось немало людей, которые не поверили туринскому фотографу и обвинили его в преднамеренной фальсификации. Тридцать три года Секондо Пиа был вынужден отбиваться от упрёков и обвинений. В 1931 году Джузеппе Энрие повторно сфотографировал святыню и доказал всему миру правоту своего предшественника. Секондо Пиа было уже 76. Но он не только дожил до этого момента, но и лично посетил выставку, где демонстрировалась фотография Энрие.
Комментарий эксперта:
В том, что плащаница негатив, а не рисунок, сегодня уже никто не сомневается. Исследования показали, что образ на плащанице не является результатом внесения в ткань каких-либо красителей. Кроме того, французские биологи Поль Виньон и профессор Ив Делаж еще в 1902 году обратили внимание на то, что изображение тела на плащанице абсолютно безупречно с точки зрения анатомии. В древности люди просто не обладали такими знаниями о строении человека, ведь вскрытия были запрещены.
Как был получен этот негативный отпечаток, мы по-прежнему не знаем. Есть огромное количество гипотез. Дело в том, что все ученые, изучающие святыню, делятся на тех, кто уверен в ее подлинности, и тех, кто считает ее средневековой подделкой. Отсюда и принципиальное расхождение в версиях. Например, доктор Николас Аллен из ЮАР предположил, что в средние века люди владели примитивной техникой фотографии. А ученые Клайв Принс и Линн Пикетт из Великобритании пытались доказать, что автор плащаницы – Леонардо да Винчи, овладевший фотографическим способом нанесения изображения. Но что это был за способ? На этот вопрос никто ответить не может. В 2009 году итальянское общество атеистов и агностиков профинансировало опыты с целью получения аналогичной картинки. Проводили их химики одного из старейших итальянских университетов в городе Павия. Никаких убедительных результатов эти опыты не дали.
Туринская плащаница в течение пяти лет изучалась специалистами из Итальянского национального агентства по новым технологиям, энергии и устойчивому экономическому развитию. Вот что говорится в их официальном заключении: «Изображение человека, которое просматривается на льняной ткани Туринской плащаницы, обладает необычными характеристиками, которые невозможно воспроизвести в лабораторных условиях. Общая мощность ультрафиолетовой радиации, необходимой для мгновенного окрашивания льняной ткани, равна тридцати четырем миллиардам ватт, а такую мощность не способен произвести ни один из существующих ныне источников ультрафиолетового излучения».
Таков вердикт ученых. Впрочем, многие из них давно уже пришли к выводу, что разгадка Туринской реликвии лежит за пределами науки. Ведь эта ткань не только приняла тело распятого Спасителя, но и присутствовала при Его воскресении. А в эту великую тайну наука проникнуть не может.
31 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kacper G/Unsplash
Дорогие друзья, завершая наши мартовские этюды о младенчестве, обратимся с молитвой к Спасителю мiра:
«О Богомладенче Иисусе, в пречистых и непорочных теле и душе Которого обитает полнота Божества! Ты обнимаешь Своим всевидящим и премилостивым взором всех младенцев под небесами, уже рождённых и только чающих увидеть свет Божий! Сохрани их всемощной Десницей Своей, соблюди от бесовской неприязни и от злобы человеческой; сподоби их дара Духа Твоего Святого в Таинстве крещения в лоне Апостольской Церкви Твоей, да прославляется в них и чрез них Твоя неистощимая благость во веки веков! Аминь».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Потоп. Ольга Кутанина
Поделиться
Однажды, когда я укладывала годовалого младенца на дневной сон, четырёхлетний сын Коля ворвался в спальню и сообщил: «Мама, на кухне с потолка вода капает!»
Я не сразу поняла, что происходит. Но Коля был так взволнован, что пришлось поспешить на кухню. Там я увидела младшую дочь Нину с тряпкой в руке.
Вода с потолка лилась уже струёй через отверстие для люстры, хотя прошло не более пяти минут. Я только успевала менять ёмкости. И вспоминала, куда же надо звонить в таком случае? Позвонила самому надёжному для меня человеку — мужу. Спросила, как обесточить квартиру, ведь провода проходят как раз по потолку.
Супруг вызвал аварийную службу и сам тоже срочно поехал с работы домой.
Прошло минут десять. Струи ржавой тёплой воды потекли в коридоре, в одной детской, в другой, со всех люстр, по стенам. Дети бегали из комнаты в комнату и сообщали о новых подтёках, а я спешила найти тряпки, полотенца, тазы, выливала воду из наполнившихся ёмкостей. Мысленно благодарила Бога, что вода не горячая, а теплая, ведь струйки пробивали потолок и он уже походил на душ, который брызгал нам на головы, куда бы мы ни прятались. После Коля сказал, что у нас в квартире открылся потолок и пошёл дождь.
На кухне она текла уже с такой силой, что чудом не обвалился подвесной потолок.
Прошло полчаса. Приехала аварийная служба. Оказалось, что на чердаке прорвало трубу отопления. А наш этаж как раз верхний. Трубу перекрыли, но вода не останавливалась. Приехали муж, старший сын, старшая и средняя дочери. Теперь мы трудились все вместе.
Моя душа тогда была похожа на стороннего наблюдателя. Ещё одна комната, кровать, шкаф... Что же останется? Господи, только бы не красный угол! Накрыла полки с иконами, но вода чудесным образом даже не тронула эту часть комнаты. Только бы не пианино! Мы отодвинули инструмент от стены, по которой текли струйки. И не шкаф с книгами! Ведь мы так долго собирали по крупицам нашу библиотеку! Но в комнату с библиотекой и пианино вода не пошла.
А что же в спальне? Младшие дети теперь сидели там в углу большой кровати и печально смотрели как на её середину, на простыню и одеяло, с люстры течёт вода. Я поставила тазик и сюда.
Уже поздно вечером, когда с потолка лишь капало то там, то тут, мы сели ужинать при свечах. Электричество-то отключили. И, как ни странно, после таких событий, нам было особенно тепло и радостно благодарить Бога за трапезу, за то, что все целы и невредимы, что есть сухой стол в одной из комнат, а на нём — еда, что в сохранности остались иконы, пианино и книги...
Мне вспомнилось наставление преподобного Алексия Зосимовского: «Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир, вы будете счастливы...».
Иногда я так сильно привыкаю к тому, что имею, к самой жизни, к её радостям и даже удобствам, что не думаю о том, как легко можно всего этого лишиться. Кажется, что материальный мир вокруг меня надолго, на века. Но в день потопа я увидела, как за пятнадцать минут можно потерять имущество.
И все же, несмотря на пережитое в этот день, а может, и благодаря этому, в моей душе был мир. Будто сам Бог через потоп помог увидеть главное и оттого почувствовать радость.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
Милостыня
Поделиться
Фото: Maxim Titov / Pedels
Выхожу за пределы церковной ограды после утренней службы, под ногами легонько поскрипывает снег. День будний, на площади, что перед храмом, почти никого. Все людские пути пролегают поодаль. Там и метро, и автобусы. А здесь — тишь и мороз.
На тротуаре недалеко от калитки сидит человек в затёртой, старой одежде. Перед ним, на асфальте, бумажный стаканчик для милостыни. Нащупываю в кармане мелочь и пару некрупных купюр. «Пропьёт?» — как сквозняк проскальзывает в голове мысль.
И тут же чувствую укол совести. Я, не задумываясь, отдаю эти деньги за кофе или бутерброд в кафе. А тут... Как же превозносится моя самость над несчастной жизнью этого человека. Как так вышло, что я уже и вердикт ему вынес. Ведь я ничего о нём не знаю...
«Прости меня, Господи!», — мысленно прошу я и протягиваю деньги бедняге.
— Во Славу Божию! — говорю.
— Спаси тебя, Господь! — отвечает мужчина и крестится.
Всё ещё с понурой от стыда головой иду к машине, припаркованной неподалёку. Краем глаза вижу, что мужчина взял свои скромные пожитки и направляется в сторону трапезной, что на площади перед храмом.
«Прости, Господи!» — снова мысленно повторяю я и чувствую, как что-то горячее разливается в области сердца.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
