Поделиться
Гонения на верующих во Христа, волнами проходившие по Римской империи, на время прекратились в 260 году, при императоре Галлиене. Правитель объявил христиан свободными, возвратил им молитвенные дома и конфискованное имущество. Период затишья длился сорок лет, за это время выросло поколение, только по рассказам знавшее о муках, принимаемых во имя Христово. Один из таких молодых христиан, финикийский священник Анания, часто задумывался о том, как бы он сам повел себя в минуту смертельной опасности. Претерпевая сомнения в собственной стойкости, он горячо обращался к Богу.
— Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий! Перед тем, как добровольно взойти на Крест, Ты в кровавом поту молился Отцу о том, что если возможно — да минет Тебя чаша сия. О том и я прошу Тебя, Спаситель мой. Не дай мне стать предателем Твоим, избавь меня от испытаний, которых я не смогу перенести. А если есть воля Твоя на то, чтобы я принял мучение — укрепи меня, позволь прославить Имя Твоё святое!
Правление императора Диоклетиана не предвещало новых гонений. В течение двадцати лет он не ущемлял права христиан, было известно, что его жена и дочь сочувствовали Церкви. Но в 303 году правитель выпускает несколько указов, предписывающих христианские собрания запретить, храмы разрушить, священные книги повсеместно изъять и сжечь. Через год Диоклетиан подписывает еще один эдикт, по своей жестокости превосходящий все антихристианские законы, издаваемые ранее. Император повелел подвергать всех верующих мучениям, заставляя отречься от Христа. Настало время гонения, которое историки позднее назовут Великим.
Спасаясь от властей, финикийские христиане бежали в горы, устраивали в скалах целые города с пещерными храмами. Анания, помолившись, принял решение остаться в своем доме. Он осознавал, что, вероятнее всего, не избежит ареста, но полностью вверил свою жизнь в руки Божии. И вскоре в его дверь постучали три легионера. Священника провели через весь арсенал пыток, чтобы принудить к вероотступничеству. После суток истязаний отец Анания очнулся в одиночной камере. Первое, что он произнёс запёкшимися губами, были слова молитвы.
— Господи, Иисусе Христе, благодарю Тебя, что не оставил меня сегодня!
Священник с трудом смог подняться и, стоя на коленях, молился Спасителю, явственно ощущая Его присутствие рядом. Силы постепенно возвращались к мученику, и необъяснимая радость наполняла сердце. Молитву неожиданно прервал лязг дверного засова.
— Кто позволил тебе жечь огонь в темнице?
Темничный страж Пётр сердито и в то же время растерянно смотрел на узника.
— Я ничего не жёг, добрый человек! Если бы я и захотел разогнать тюремный сумрак и сырость, мне нечем запалить огонь.
— И правда, кроме лохмотьев, у тебя ничего нет. Но я явственно видел свет через дверную решетку! И не только я, ещё семь охранников были свидетелями сияния. Оно было таким ярким, что я испугался, что ты сожжёшь тюрьму! А с кем это ты разговаривал, когда я вошёл?
Анания правдиво отвечал на вопросы стражника. Тот стоял, опершись на копье, и слушал рассказ мученика о Христе и христианах, о молитвенных собраниях, на которых в Преломлении хлеба людям даруется Причастие вечной жизни, о радости, которую у верующего не может отнять никто. Постепенно лицо старого воина меняло выражение. В нем проступала сердечность, которую Петр привык прятать под маской суровости. Когда Анания замолчал, стражник смущённо спросил.
— А если я обращусь ко Христу, неужели и меня он услышит?
Анания предложил помолиться вместе. Он возобновил прерванные славословия. И Пётр вновь увидел, как темничная камера наполнилась необычайным светом, и пахло в ней теперь не сыростью, а цветами, орошёнными дождем в летний полдень. Он шевелил губами, повторяя за священником слова молитв, и думал, что до сих пор не знал, что такое настоящая жизнь. А в дверной проем на этот странный молебен с изумлением смотрели семь воинов.
На следующий день, приведя Ананию к палачу, Пётр и семеро его сослуживцев объявили себя христианами. Их вера была испытана в горниле пыток. Все девять мучеников не отреклись от Христа и были утоплены. Последнее погружение в море стало крещальной купелью для воинов, вдохновлённых на подвиг примером христианского священника.
Псалом 143. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Человек, впервые взявший в руки Библию, неизбежно удивится: чаще всего мы априори полагаем, что Библия — это книга, повествующая о Боге и о нравственности, на деле же оказывается, что едва ли не большая часть исторических книг Священного Писания — это рассказ о войнах, которые вели израильтяне. Выходит, что вместо рассказа о Боге мы получаем военную хронику, за которой далеко не всегда можно увидеть Бога. Однако сами израильтяне умели это делать. Так, говоря о битве и брани, автор звучащего сегодня во время богослужения в православных храмах 143-го псалма, говорит и об отношении Бога к человеку, от созерцания довольно печальной окружающей реальности он восходит к созерцанию Бога. Давайте послушаем этот псалом.
Псалом 143.
Давида. [Против Голиафа.]
1 Благословен Господь, твердыня моя, научающий руки мои битве и персты мои брани,
2 Милость моя и ограждение моё, прибежище моё и Избавитель мой, щит мой, — и я на Него уповаю; Он подчиняет мне народ мой.
3 Господи! что есть человек, что Ты знаешь о нём, и сын человеческий, что обращаешь на него внимание?
4 Человек подобен дуновению; дни его — как уклоняющаяся тень.
5 Господи! Приклони небеса Твои и сойди́; коснись гор, и воздымятся;
6 Блесни молниею и рассей их; пусти стрелы Твои и расстрой их;
7 Простри с высоты руку Твою, избавь меня и спаси меня от вод многих, от руки сынов иноплеменных,
8 Которых уста говорят суетное и которых десница — десница лжи.
9 Боже! новую песнь воспою Тебе, на десятиструнной псалтири воспою Тебе,
10 Дарующему спасение царям и избавляющему Давида, раба Твоего, от лютого меча.
11 Избавь меня и спаси меня от руки сынов иноплеменных, которых уста говорят суетное и которых десница — десница лжи.
12 Да будут сыновья наши, как разросшиеся растения в их молодости; дочери наши — как искусно изваянные столпы в чертогах.
13 Да будут житницы наши полны, обильны всяким хлебом; да плодятся овцы наши тысячами и тьмами на пажитях наших;
14 да будут волы наши тучны; да не будет ни расхищения, ни пропажи, ни воплей на улицах наших.
15 Блажен народ, у которого это есть. Блажен народ, у которого Господь есть Бог.
Библия — это не книга из какого-то идеального мира, а потому она повествует о том, без чего немыслима человеческая история — как личная, так и общественная. Увы, но войны — это часть нашей истории. В случае с Древним Израилем некоторые войны были прямым повелением Божиим. К примеру, Бог никогда не говорил, что потомки Иакова, придя из Египта, смогут просто поселиться в Земле обетованной, нет, Бог отдал им эту землю, но её нужно было взять, то есть необходимо было её завоевать. Вообще, жизнь в окружении языческих племён подразумевала едва ли не постоянные боевые столкновения.
Только что прозвучавший псалом, как следует из его надписания, был составлен царём Давидом в связи с его битвой с Голиафом. И здесь мы видим очень пронзительное осмысление человека: «Человек подобен дуновению; дни его — как уклоняющаяся тень» (Пс. 143:4). Действительно, в масштабах вселенной человек с его делами, словами, мыслями, мечтаниями — это ничто, это что-то предельно малое, существующее лишь краткий миг, а потом исчезающее безвозвратно. Здесь Давид не сказал ничего нового, и все мы прекрасно понимаем собственную вселенскую незначительность. Однако далее Давид перешёл от осмысления грустной судьбы человека к размышлениям о Боге, и оказалось, что ничтожность человека совершенно устраняется его соотнесённостью с Богом. Если человек отказывается от собственной автономии и возвращается к Богу, то всё меняется, человек перестаёт быть подобен дуновению и тени, такой человек обретает то, что мы сегодня назвали бы субъектностью. Эта мысль в псалме выражена такими словами: «Боже! новую песнь воспою Тебе, на десятиструнной псалтири воспою Тебе, дарующему спасение царям и избавляющему Давида, раба Твоего, от лютого меча» (Пс. 143:9–10). Бог видит праведника, Бог ему помогает, а значит такой человек уже не песчинка, он центр творения Божия, он не случаен, и он сам творец истории.
Иной раз для осознания того, о чём сказал Давид в 143-м псалме, человеку нужны экстремальные обстоятельства, и в состоянии тотального благополучия и всестороннего спокойствия человек оказывается попросту не способен осознать самого себя, увидеть своё истинное предназначение и познать Бога. Библия подсказывает, что в таких случаях Бог попускает войны. Следовательно, чтобы они прекратились, они должны достичь свой цели. Цель же их в том, чтобы мы, как и Давид, осознали свою зависимость от Бога и научились жить в Его присутствии.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Основные темы размышлений блаженного Августина». Священник Александр Сатомский
Поделиться
У нас в студии был настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский.
Отец Александр поделился своими размышлениями касательно основных тем, затрагиваемых в «Исповеди» блаженного Августина, в частности, о том, что значит встретиться с собой и почему это подразумевает большой труд, как соотносятся встреча с собой и встреча с Богом, а также что такое счастье и в чем оно может состоять.
Этой беседой мы продолжаем цикл из пяти программ, посвященных книге «Исповедь» блаженного Августина.
Первая беседа с Константином Антоновым была посвящена истории религиозного обращения блаженного Августина (эфир 16.03.2026)
Вторая беседа с Владимиром Легойдой была посвящена личному восприятию нашим гостем этого произведения (эфир 17.03.2026)
Третья беседа с протоиереем Павлом Великановым была посвящена ключевым темам этого произведения (эфир 18.03.2026)
Ведущий: Константин Мацан
Все выпуски программы Светлый вечер
«Великий пост, работа, досуг». Алексей Коровин
Поделиться
Гость рубрики «Вера и дело» — финансист, инвестор и ментор Алексей. Разговор посвящён Великому посту и тому, как человек, живущий в напряжённом рабочем ритме, может провести это время с внутренней пользой.
Алексей Коровин признаётся, что не склонен воспринимать пост как время особого подъёма или вдохновения. Скорее, он говорит о нём как о возможности остановиться и переосмыслить происходящее. При этом Великий пост он воспринимает как время внутренней «пересборки» — когда можно пересмотреть свою жизнь и заново выстроить её ритм. В беседе он объясняет, почему не хочет превращать пост в систему целей, и говорит о том, что для него важнее не набор запретов, а создание правильной среды — через богослужения, паломничества, чтение и более бережное отношение ко времени.
Отдельно обсуждают, как пост влияет на рабочую жизнь, почему важно различать круги ответственности и не распыляться на всё сразу, а также что помогает сохранять радость в это время. Во второй части программы речь идёт о книгах, которые Алексей читает постом, о его встрече с митрополитом Антонием Сурожским и о работе благотворительного фонда «Правмир», в том числе о новой программе «Ассистент здоровья», которая помогает людям с диагнозом сориентироваться в лечении и получить необходимую поддержку.
Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова
Все выпуски программы Вера и дело
