Москва - 100,9 FM

«Святые и святость». Светлый вечер с прот. Игорем Фоминым

* Поделиться
прот. Игорь Фомин

прот. Игорь Фомин

У нас в гостях был настоятель храма святого благоверного князя Александра Невского при МГИМО протоиерей Игорь Фомин.

Разговор шел о том, кто такие святые, почему им молятся, и как появилась церковная традиция почитания святых.

Ведущий: Александр Ананьев


А. Ананьев 

 Добрый вечер, дорогие друзья. Вы слушаете светлое радио, радио «Вера». Меня зовут Александр Ананьев, и вновь я выступаю в роли неофита. Эта роль абсолютно естественна для меня – менее года назад я крестился, и до сих пор у меня много вопросов. И я счастлив, что могу задавать эти вопросы особенным людям, гостям в студии светлого радио. Сегодня у меня в гостях настоятель храма святого благоверного князя Александра Невского, протоиерей Игорь Фомин. Добрый вечер, отец Игорь. 

Протоиерей Игорь 

– Добрый вечер радиослушатели, дорогой Александр. Могу радиослушателей уверить сразу, что эти вопросы будут только увеличиваться, возрастать. И вообще я считаю, что человек жив до тех пор, пока он задает вопросы. И первый вопрос: почему? Пока «почемучки» живут в тебе, то ты, в общем-то, живой человек. Так что, дорогие радиослушатели, наша программа будет выходить очень долго 

А. Ананьев 

– Дай Бог. И из чего я делаю вывод, отец Игорь, что у вас, наверное, тоже немало вопросов.  

Протоиерей Игорь 

– Да. Но, знаете, это уже нового порядка вопросы, вопросы к самому себе. И их становится все больше и больше. 

А. Ананьев 

– А про устройство мира, про то, как все устроено вокруг нас – нет?  

Протоиерей Игорь 

– Нет, конечно, есть, я говорю, но все-таки более звонко звучат вопросы к самому себе. 

А. Ананьев 

– Сегодня мне хочется поговорить на тему, которая насколько сложная для меня, что я к ней долгое время не мог подступиться. И вот только после праздников нашел в себе силы попытаться хотя бы сформулировать ее. Делая первые шаги в храме, я слышал сплошь и рядом, да слышу и сейчас: вот случилось то – пойди и помолись тому святому, случилось это – помолись этому. И особенно на каком-то начальном этапе, да и сейчас тоже это вызывало недоумение. Молиться-то ведь нужно все-таки Господу, а не каким-то очень хорошим, но реальным людям, жившим в прошлом. И вот у нас, перед нами вот эта анфилада вот этих вот великих людей действительно, известных своими великими делами, своей жизнью, и почему мы должны обращаться к ним? Казалось бы, через них мы обращаемся к Богу, но получается, что, таким образом, в нашем богообщении появляются посредники. И для чего нам нужны эти посредники? Другими словами сегодня я хочу разобраться с тем, кто такие святые, разобраться с историей святых и получить ответ на все многочисленные вопросы, с ними связанные. Отец Игорь, давайте начнем с самого начала. Кто такие святые? 

Протоиерей Игорь 

– Святые в Православной Церкви это те люди, которые поставлены Богом через Церковь, Матерь нашу Церковь для нашего примера и назидания в деле нашего спасения, то есть в деле жизни здесь, на земле. 

А. Ананьев 

– Поставлены Богом. 

Протоиерей Игорь 

– Да, поставлены Богом нам в пример. То есть это люди, которые прожили эту жизнь и прожили, видно, как-то особенно. А как это, видно, особенно – это мы видим из житий святых, из их жизнеописания, что подражая им, мы можем более верно приблизиться к Богу. Ну назовем так: это те учителя, которые дают нам возможность применить определенные знания, которые они сами получили и восприняли для того, чтобы познать Бога.  

А. Ананьев 

– И вот здесь мой внутренний неофит, он начинает так недоумевать, брови так поднимать с удивлением, говорит: так, отец Игорь сказал, поставлены Богом. Как христианин я говорю: да, поставлены Богом. А как неофит я: так, секунду, но подождите, канонизируют же людей люди, и есть какой-то процесс канонизации, и он ведь довольно формальный, насколько я понимаю: есть какая-то специальная комиссия, есть какой-то специальный алгоритм, по которому живущие и уже почившие люди подвергаются такому анализу, вся их жизнь. И если там есть что-то, и если там чего-то нету, то они причисляются к лику святых. Давайте сначала: что такое лик святых? 

Протоиерей Игорь 

– Лик святых – это те люди, которых мы считаем святыми. Ну я почему подчеркиваю, которых мы считаем святыми, потому что есть сонм, множество других людей, которые естественно, стяжали благодать у Бога, но они у Бога, но нам неизвестны их имена. Здесь и известные люди, здесь и неизвестные люди. Но те люди, которые вошли в лик святых, они нужны нам для назидания. 

А. Ананьев 

– В какой-то момент, анализируя вот это явление, само наличие святых, я пришел к какому-то осторожному выводу, что вот эта вот канонизация, вот это вот причисление к лику святых – это, по сути, награда человеку за вот так прожитую жизнь. А потом подумал: ну зачем ему может быть нужна награда? Он ведь уже он уже там и так, и зачем это? 

Протоиерей Игорь 

– Я бы так был осторожен со словом «награда». Это же не просто награда, это такое ярмо, нести бремя... 

А. Ананьев 

– Ярмо? 

Протоиерей Игорь 

– Других людей, с ними общаться, с ними как-то, помогать им – ну если мы так образно говорим. Давайте вообще разбираться, кто такие святые и вообще, зачем они нужны. Вы же задали очень замечательный и правильный вопрос: надо молиться Богу, и только Господь исполняет, в общем-то, те наши прошения, ну назовем так желания, если они нам угодны. Но молимся-то мы там другим святым – в путешествии там, еще там подобное. Давайте вернемся к аптеке той, о которой вы говорили: тот святой тому помогает. Да, конечно, это очень смешно и весело звучит, что вот есть, мол, какие-то департаменты, отделы, комиссии из святых, да, точнее святые, которые возглавляют, и вот они помогают там в болезни, в жилищных вопросах и так далее. 

А. Ананьев 

– Или, например, в дипломатии. Мы вот не так давно с супругой рассуждали, мне стало интересно: а почему храм Александра Невского именно под покровительством Александра Невского? Она говорит: ну как же, ну он же отвечает за дипломатию. 

Протоиерей Игорь 

– Отвечает за дипломатию – очень хороший академический ответ, да, действительно это очень интересно звучит. Но все-таки давайте разберемся, почему мы так это мыслим. Ну во-первых, мыслим, потому что чисто по-человечески нам так удобнее, скажем так, образно представлять. А если брать глубинную какую-то составляющую, то мы здесь многие факторы должны с вами учитывать. Мы открываем книгу Иова и видим очень интересное описание, как рождаются святые. Вот если так вкратце пересказать: был праведник, Иов, и он, имея все, по ветхозаветным понятиям, он был благословлен Богом. У него был материальный достаток полный, во всем – в детях, в хозяйстве, ну и так далее и тому подобное. И вдруг в одночасье все это теряет. В одночасье теряет, и садится на гноище, у него проказа – страшная болезнь, редко излечимая, в общем, а в древнем мире и подавно. И очень красивое описание, как он себя скребет горшечными осколками, от горшка эти осколки, так все у него зудит, чешется, гной течет, все это гниет. И к нему приходят совершенно три потрясающих друга – назовем их религиозными догматиками. Они говорят все очень правильно, они говорят все очень логично: это тебе за то-то, это тебе за это. Ну как мы очень часто привыкли там это решать, вот вопросы не только в жизни другого человека, но и в своей жизни: ой, мне это послано за то, что я убил там тогда-то комара, а здесь я вот не перевел там человека через дорогу и так далее – причинно-следственная связь. А заканчивается книга тем, что Иов, требуя встречи с Богом, он ее вдруг получает. И не только он, но получают и его друзья, эти религиозные догматики, которых осуждает Господь. Он говорит: «Вас не послушаю. Если вы будете возносить молитвы ко Мне, то не услышу ваших молитв. Но если хотите, чтобы были исполнены прошения ваши, попросите об этом друга Моего Иова, который за вас заступится, и Я исполню ваши прошения по его ходатайству». Проказа проходит после этого разговора с Богом, и Иов опять становится наполненной чашей, в общем-то, в своей жизни. И, в общем-то, в нем мы именно видим образ того святого, с кем общается Господь, как становится человек, в общем-то, святым на самом деле, что в нем происходит. Он мог очень просто открыть учебник по догматике, то есть своих друзей и начать выполнять и потом сказать: Господи, я не убил, я не украл, я там не сделал того-то, не сделал сего-то, я выполнил Твои заповеди. Господь скажет: нет. Причем скажет интеллигентно. Мы бы сказали по-другому бы, да: фиг тебе, да. А Господь скажет очень интеллигентно, Он скажет: нет. Потому что Мои заповеди – не делай, мои заповеди – люби. Вот если ты без этого все выполняешь, Мои заповеди, о какой святости может идти речь? Вот что такое любовь в очах Божиих? Любовь – это то, что нас делает похожими на Бога. Бог есть любовь. И любовь наша внутренняя делает похожими нас на Самого Бога. Вот у Иова это прослеживается очень хорошо. Так что вот здесь есть еще некоторые такие факторы, о которых можно говорить, но вот святой человек это тот, кого послушает Господь. Поэтому мы просим: святителю отче Николае, помоги нам! Не только в путешествии, не только заключенным, но помоги разобраться с собой. Помоги мне по-настоящему начать любить своего ближнего, помоги мне в том-то, сем-то и так далее. То есть здесь нет никакой преграды у человека верующего в том, что вот святитель Николай, его иконочку надо обязательно взять с собой в путешествие. Ну не обязательно, вот поверьте. Значит, в чем здесь такая изюминка, я хотел бы ее подчеркнуть. После книги Иова, рассказав после книги Иова. Человек, обращающийся к тому или иному святому, декларирует свое смирение, декларирует свое недостоинство пред Богом, и это очень важный такой аспект. 

А. Ананьев 

– Правильно ли я понимаю, что обращение к Богу через святого – это то самое, вот те самые наши ничтожные усилия, умноженные на бесконечность... 

Протоиерей Игорь 

– Если мы становимся друзьями этого святого – то да, конечно.  

А. Ананьев 

– Не могу не спросить, как стать другом святого, в таком случае? 

Протоиерей Игорь 

– Вы знаете, это настолько сложно-простой... ну не вопрос, а ответ должен быть, что... 

А. Ананьев 

– Вот у меня сейчас всегда с собой иконка святителя Николая. И когда мы берем машину в аренду, я ее ставлю перед собой, и мне хорошо от этого. Я друг святого? 

Протоиерей Игорь 

– Вы знаете, мы становится друзьями святого, когда начинаем с ним общаться, когда начинаем ему подражать, когда у нас появляется общий язык взаимоотношений. То есть я имею в виду не английский, французский или тот язык, где жил тот или иной святой, а тот, наверное, ангельский язык, на котором, в общем-то, любой святой разговаривает. Мы с вами прекрасно понимаем, что бывают очень замечательные друзья, с которыми не о чем поговорить, нет точек пересечения. Вот ты с ними встречаешься, они хотят к тебе прийти, а ты – ну да, и односложно отвечаешь на какие-то вопросы – тебе стало с ними неинтересно. Они как были там вот друзьями, ну не друзьями, наверное, а вот знакомыми, они так и остались знакомыми – с кем ты учишься в школе там, в институте, работаешь, ну и так далее и тому подобное. Но если тебе интересно с другим человеком, если ты вдруг находишь какие-то точки взаимоотношений, то тогда он становится, наверное, твоим другом. Кто-то такие друзья? Друзья – это те, с кем мы с удовольствием вспоминаем наше прошлое. Это тоже очень важный момент в нашем взаимоотношении с родными святыми. Очень большой пласт духовенства до 90-го года, у них у всех был очень один замечательный друг святой – преподобный Сергий Радонежский. Потому что все учились в Троице-Сергиевой Лавре, так или иначе к нему приходили, лили там слезы и так далее и тому подобное. Сейчас семинарий стало много, и уже Сергий Радонежский не для всех становится тем другом, с которым можно вспомнить прошлое. Когда ты берешь иконочку святителя Николая, ты наверняка можешь там пережить какое-то: слушай, вот я помню, отче Николае, такое чудное избавление меня там от чего-то. Слушай, это было классно, это было круто! Понимаете, вот друг – это именно тот, с кем приятно провести время. Если мне приятно провести время с угодником Божиим, ну давайте там любого мученика возьмем, благоверного князя Александра Невского, не потому что это мой начальник, я вот настоятель храма святого благоверного князя Александра Невского, да, при МГИМО. Вот с начальником всегда так заискивающе и делаешь вид, что тебе интересно. Если земного начальника еще можно, скажем так, обмануть, то небесного совершенно невозможно обмануть. Если мне с ним неинтересно, то бедный, несчастный я человек, не является он моим другом. 

А. Ананьев 

– Как верно заметила одна моя хорошая знакомая, дружба это не тогда, когда ты готов прийти на помощь в трудной ситуации. А тогда, когда ты хочешь и можешь разделить радость с человеком.  

Протоиерей Игорь 

– Ну это мы да, всегда можем радость разделить с человеком, но прийти на помощь тоже надо. Вы знаете, вот вы, кстати, очень интересную тему сейчас затронули: прийти на помощь. Как мы к святому можем прийти на помощь? Вы знаете, можем. На самом деле можем. Те усмешки, те какие-то, в общем-то, вещи, которые недостойны, чтобы нашего друга как-либо оскорбляли, мы встаем на защиту. И здесь, конечно, дружба проявляется очень ярко. 

А. Ананьев 

– Вы слушаете светлое радио, радио «Вера». Меня зовут Александр Ананьев. И сегодня мы разбираемся с тем, кто такие святые, разбираемся с историей святых и получаем ответы на все многочисленные вопросы, с ними связанные. В студии светлого радио настоятель храма святого благоверного князя Александра Невского, протоиерей Игорь Фомин. И вот вы сказали, отец Игорь, только что, что святой благоверный князь Александр Невский, он не только ваш друг, но еще и начальник. Мне стало любопытно. Вот если с другом – я понимаю, как это сложно и это еще можно разобраться. А каковы ваши отношения с ним как с начальником, какова ваша ответственность перед ним как пред начальником?  

Протоиерей Игорь 

– Ну наверное, очень простая. Значит, ну точнее, она пять же простая и сложная одновременно. Вы знаете, если я буду украшать храм, посвященный в честь его имени или икону в честь его имени, буду как-то величественно воспевать проповеди в честь Александра Невского, я думаю, что в глазах своего начальника, Александра Невского, я буду выглядеть ну как бы, знаете: ну хорошо, давай, попой, поговори и тому подобное – то есть я не буду соответствовать и его устремлениям, его, в общем-то, предназначению, наверное, здесь. Для того, чтобы, скажем так, соответствовать тем устремлениям и предназначениям, которые от нас ожидают наши начальники, я говорю со стороны как и настоятеля, со стороны как человека, семья которого находится вот под покровительством Александра Невского – это наш любимый, один из любимых святых, – то тогда я должен, наверное, как и он в своей жизни увидеть тот замысел Божий, то есть то, что от меня хочет Господь, то что от меня хочет именно Тот, ради Которого, благодаря Которому и для Кого мы, в общем-то, здесь живем. Значит, что хочет от меня Господь? Мы уже в первой части нашей программы сказали, что если я буду соблюдать какие-то видимые вещи и не буду к этому прикладывать внутреннего состояния, то значит, все это будет ерунда. Но если я буду прикладывать любовь к украшательству, любовь там к порядку, любовь, я не знаю, еще к чему-то, благолепию богослужений, наверное, там хора и тому подобное, то, наверное, я тоже не очень буду так интересен и я не смогу, в общем-то, выстроить тех взаимоотношений, которые будут действительно интересны. Кто интересен для начальника из подчиненных? Наверное, не только тот или в первую очередь не тот, кто выполняет все его, скажем так, постановления, но кто выполняет их, наверное, с каким-то огоньком, энтузиазмом, который имеет свою инициативу в выполнении тех или иных вещей. И вот в этом-то я и вижу, в общем-то, свою такую задачу. Да, я вижу, что моя задача не стать единоличным другом Александра Невского, а собрать как можно больше друзей вокруг вот его имени. Чтобы как можно больше друзей могли через какое-то время, допустим, если это касается воскресной школы, что дети там вырастут, закончат институты, появятся свои семьи. И вдруг в какой-то момент вспомнят: слушай, я забыл про друга, надо позвонить. Жена скажет: точно. Он: нет, давай сразу поедем в гости, собирай детей. Сели в машину. И куда мы едем – к моему другу. Приезжают – а это храм Александра Невского. Не обязательно при МГИМО, любой храм. И вот понимаете, вот в этом я и считаю свою задачу как настоятеля, как гордо себя называю другом Александра Невского, я считаю свою задачу, чтобы как можно больше людей было привлечено к имени Божиему, чтобы как можно больше друзей собралось вокруг Христа. 

А. Ананьев 

– Каждый раз, когда я захожу в храм Александра Невского, я в первую очередь подхожу к его иконе, это же мой небесный тоже покровитель. И я недавно обратил внимание, что икона изменилась. Это связано с вот этим обновлением храма?  

Протоиерей Игорь 

– Ну наверное, это связано...  

А. Ананьев 

– Она прекрасна, кстати, новая икона. Чудесная совершенно. 

Протоиерей Игорь 

– Да это связано именно с тем, что было какое-то внутреннее смущение, неудовлетворение прежней иконой, чисто в эстетическом плане.  

А. Ананьев 

– Ну я ее тоже очень любил. Я не знаю, обращали вы внимание или нет, но когда во второй половине дня летом солнце заходит, там вот эта вот полоска света, она проходит так прямо по лику святого и там дальше в сторону. И я все время счастлив, когда мне удается застать этот момент, это очень красиво. Но вот смотрите, какой вопрос. Я был крещен... Как правильно говорить, кстати: с именем Александра Невского?  

Протоиерей Игорь 

– Можно сказать: с именем, можно сказать: в честь. 

А. Ананьев 

– В честь Александра Невского, да. И у меня, казалось бы, вопросов с тем, кто мой небесный покровитель нет. При этом я знаю очень много людей, которые на вопрос: а вот кто твой небесный покровитель? Скажут: да я даже не знаю. И я скорее сейчас задаю вопрос для них, и мне вообще тоже это интересно: как это происходит? Небесный покровитель – это тот, в честь которого ты крещен или тот, к кому ты больше испытываешь какой-то душевной близости и родства? Другими словами, ты его выбираешь или тебе его назначают свыше? 

Протоиерей Игорь 

– Да. Вы так: назначают свыше – навязывают, да? 

А. Ананьев 

– Не навязывают, а ну вот...  

Протоиерей Игорь 

– Ну да, назначают. 

А. Ананьев 

– Ты тогда-то в день такого-то святого и отныне твой небесный покровитель... 

Протоиерей Игорь 

– Да. Чисто русская традиция, когда человек крестится в честь того или иного святого, с именем того или иного святого – это чисто русская традиция. В какой-нибудь другой Церкви, допустим, там в Сербской, человек родился – увидели, что он такой весь пушистый, у него вот волосики просвечивают солнышком, светом, и назвали его Солнышком. И покрестили его с именем Солнышко. И ничего в этом для них такого зазорного, страшного нет. Но наше православие, русское православие, оно такое очень серьезное, суровое, ну и так далее, если так можно, в общем-то, назвать. Но в честь того или иного святого мы называем детей. Причем у Иоанна Златоуста можно найти, в честь кого надо называть детей: в честь людей, которые или благочестиво пожили, или в честь благочестивых людей ныне живущих, или в честь, как он говорит, мучеников – martyrion, или в честь тех мучеников, которые прославили своей смертью Бога. Вот, наверное, оттуда это берет начало на самом деле, называть в честь того или иного святого. Но здесь важно совсем другое. Здесь важно, наверное, то что Русская Православная Церковь призывает людей, крестившихся в честь того или иного святого, не просто знать житие этого святого, но подражать этому житию. И подражание этому житию, оно дает возможность человеку просто собраться, просто сделать правильные шаги в начале своего духовного пути, скажем так, не просто на ощупь, а твердой поступью, обращаясь к нему с просьбой в молитве, обращаясь к нему, к его житию, как к примеру для своего бытия – вот святой, в общем-то, скажем так, и выбирается, и назначается. По поводу выбора святого. Есть определенная традиция, чтобы как бы вот регламентация, очень много таких регламентаций есть: вот ближайший к твоему дню рождения или в день рождения, вот традиционно. У нас, допустим, дети названы, вот как они родились, так мы их, в общем-то, и назвали, в честь тех святых, день памяти которых, в общем, по календарю. 

А. Ананьев 

– А я просто уточню: вот в году 365 дней – на каждый день есть свой святой? 

Протоиерей Игорь 

– И не один. Только ну кроме исключительных дней, ну допустим, Рождество Христово – вот там не попадает ни один святой. Но у нас дети бунтовали очень часто, особенно старшая: у всех, говорит, два раза в году дарят подарки...  

А. Ананьев 

– На именины и день рождения. 

Протоиерей Игорь 

– На день рождения и именины, а вы, говорит, на нас сэкономили. Ну это они уже когда постарше стали, поняли, в общем-то.  

А. Ананьев 

– А ты скажи спасибо, что не родился 23 февраля.  

Протоиерей Игорь 

– Один из них родился 23 февраля. 

А. Ананьев 

– Серьезно? Вот какая экономия на подарках! 

Протоиерей Игорь 

– Не то слово. Ну еще больше, если бы 29 февраля был бы, конечно, день рождения. 

А. Ананьев 

– А на 29-е есть тоже какой-то святой, получается? 

Протоиерей Игорь 

– Да, там переносится святой. Да, есть. Но на самом деле здесь мы вот с вами так беседуем очень мило, хорошо, мы должны с вами прекрасно понимать, что святой, имя которого ты носишь, он как бы сразу тебе вручается в друзья. Он как бы вот сразу говорит: слушай, ты можешь стать моим другом, у тебя есть все подсознательные шансы на это. Вот поэтому традиция русская, она просто великолепна. 

А. Ананьев 

– Вот у меня так и получилось ведь. У меня вообще вопросов не было насчет Александра Невского, очень давно уже у меня связана с ним моя жизнь и история. И мне казалось, может быть, мне так повезло. А оказывается, наверное, это так оно и устроено вообще все.  

Протоиерей Игорь 

– Да. 

А. Ананьев 

– Спасибо. Мы продолжим разговор ровно через минуту. 

А. Ананьев 

– Вы слушаете светлое радио, радио «Вера». Меня зовут Александр Ананьев. В гостях в студии настоятель храма святого благоверного князя Александра Невского, протоиерей Игорь Фомин. Еще раз добрый вечер, отец Игорь. 

Протоиерей Игорь 

– Добрый вечер. 

А. Ананьев 

– Я продолжаю мучить вас своими вопросами неофита. И сегодня мы говорим о святых. Буквально на днях у меня с супругой возник разговор, как раз мы обсуждали святых. Я говорю: слушай, а отца Александра Меня причислили к лику святых? Она говорит: нет. А почему? Он же был великий человек. А я знаю лично очень много и священников, и просто людей, которые даже не восхищаются им, они поклоняются ему, они благодарны ему за все то, что он сделал. И у меня где-то глубоко внутри, я просто немало читал о нем, глубоко внутри есть убеждение, что так ну обязательно надо. И я так понимаю, что есть люди, которые решают, надо или не надо. И я сейчас хочу поговорить о канонизации, о процессе. Что должно случиться, чтобы человека официально причислили к лику святых? 

Протоиерей Игорь 

– Да, есть несколько факторов для того, чтобы человека причислили к лику святых. Естественно, это почитание, то о чем вот, допустим, вы говорите, ну на местном уровне, да, хотя...  

А. Ананьев 

– Возвращаясь к Александру Меню – его же почитают? 

Протоиерей Игорь 

– Ну не все. 

А. Ананьев 

– Не все.  

Протоиерей Игорь 

– Да, не все, конечно, почитают. Кто-то почитает, кто-то нет. Наша семья лично была знакома с отцом Александром Менем. У нас нет книг дома Александра Меня. Хотя вот мне одна его книга, в общем-то, очень нравится – «История религий», первый том – он очень прекрасно доказывает единобожие. Вот тогда это было очень интересно об этом читать, ну и сейчас это тоже актуально, в свете того неоязычества, которое, в общем-то, возрождается. Он как представитель такой семитской, в общем-то, расы, он прекрасно доказывает единобожие. Вот что должно, в общем-то, случиться? Должно, как минимум, пройти 30 лет после смерти человека. Здесь вот как раз, если говорить об отце Александре, так оно и случилось – 87-й год смерти, если я не ошибаюсь, да, и причем убиение его, был убит. И ну это самое маленькое, что должно, в общем-то, свершиться. Самое важное, что должно свершиться – это чудеса, которые должны быть засвидетельствованы от там, не знаю, изображений, могилы ну и так далее. 

А. Ананьев 

– Не могу не спросить, отец Игорь, сразу. А как можно засвидетельствовать чудеса? То есть чудеса произошли – куда звонить? Другими словами. 

Протоиерей Игорь 

– Ну вот давайте разберем на примере блаженной Матроны. Очень, кстати, интересный такой факт прославления блаженной Матроны. Когда готовился материал к канонизации блаженной Матроны, то параллельно готовился материал к прославлению еще одной юродивой, тоже примерно этого же времени, это Макария такая. Она жила в Подмосковье, ну тоже такая, в общем, не простая, интересная, в общем-то, женщина. Тоже вот мне довелось как бы быть свидетелем каких-то общений, в общем-то, с ней. И житие у них было примерно одинаковое, и я вот тоже читал, и блаженной Матроны, и блаженной Макарии, и они обе шли как бы на канонизацию. Но одну канонизировали, а другую нет. Все было параллельно, вот все. Но завершающая точка ставится все-таки Святым Духом. И вот соборное принятие в Церкви о деле канонизации – это мы исповедуем, веруем и говорим об этом открыто, что это все-таки Святой Дух приводит человека к прославлению. Было принято решение, что вот блаженная Матрона, она имеет эту благодать от Господа, чтобы быть, скажем так, примером и образцом для почитания и назидания окружающих людей. А, ни в коем случае не умаляя святость и не исторгая из Царствия Небесного, Макарию, ее, в общем-то, как-то не приняли именно к подражанию и прославлению. Что здесь происходит? Давайте здесь вот как-то прикроем наше пытливое сердце и просто включим веру, что Церковь, она действительно водима не человеческим разумом, не человеческим какими-то прихотями и обстоятельствами, а Духом Святым. Интересный момент, допустим, канонизации Царской Семьи в Русской Православной Церкви. Она была давным-давно канонизирована, Царская Семья я имею в виду, в Зарубежной Церкви. И я помню в 80-е годы иконочки, которые привозились из-за рубежа, маленькие такие, распечатанные, Царской Семьи. Ну почитание среди, скажем так, людей верующих, в общем-то, было. Но самое интересное, что большинство иерархов Русской Православной Церкви было против канонизации Царской Семьи. 

А. Ананьев 

– Почему? 

Протоиерей Игорь 

– Ну вот как-то не признавали. Может быть, следовали еще за теми, скажем так, речами, наверное, и какими-то воспоминаниями людей, которые были еще при жизни, наверное, со страстотерпцем Николаем не согласны, там с его политикой ну и так далее там и тому подобное. То есть много вот таких каких-то жизненных обстоятельств, которые, в общем-то, ну просто ну не давало людям возможности почувствовать его святость. И это не стало помехой для его канонизации. То есть решает не иерархия Церкви, решает Дух Святый. Посмотрите, какая волна почитания, скажем так, восхищения по поводу Григория Распутина или там Иоанна Грозного – но нет никакой канонизации. Мы должны с вами четко понимать, что это не человеческое желание, не человеческая воля: ах, какой был прекрасный отец Александр Мень! – да, наверное. Никто, в общем-то, с этим не спорит. Действительно, очень активный, деятельный проповедник, миссионер и так далее и тому подобное. А видите, не канонизируют его. В чем проблема, что такое? Или какие восхищения Львом Толстом, да, но еретик еретиком. И вот все соберутся и начнут, в общем-то, его пытаться канонизировать – ничего не получится.  

А. Ананьев 

– В принятии решения о канонизации того или иного праведника есть момент какого-то голосования или учитывания общественного мнения? 

Протоиерей Игорь 

– Учитывание общественного мнения только в том плане, что он должен почитаться, как я уже сказал, святым, у него должны быть чудеса и праведная жизнь. При Русской Православной Церкви есть комиссия по канонизации святых. И я не участвовал в ней, в общем-то, но мне просто рассказывали, насколько это сложный процесс принятия того или иного решения. Сколько приходится перелопатить документов, сколько приходится рассмотреть обращений, встретиться с людьми и так далее и тому подобное. То есть это не просто такое вот, знаете: о, слушайте, симпатично, что мы его канонизируем. Нет, это не так действует. И на этом пути свершается куча, скажем так, чудес, куча всяких явлений, посылов, которые говорят людям: да, действительно надо канонизировать. Пропадают документы, куда-то заваливается вся эта работа, откладывается и так далее. То есть люди не только, скажем так, ориентируются на документ, хотя и этого очень много, но и на те обстоятельства, которые вокруг, в общем-то, складываются не по воле человеческой. А это очень серьезный такой признак. 

А. Ананьев 

– Я обратил внимание вот на какой момент. Часто или не часто, иногда к лику святых причисляются не отдельные личности, а простите мне это определение, коллективно. Ну вот например как Царственная Семья или сорок Кизических мучеников. А в чем разница? 

Протоиерей Игорь 

– Девять Кизических. 

А. Ананьев 

– Да, девять, да. 

Протоиерей Игорь 

– Сорок Севастийских. Соединили. 

А. Ананьев 

– Сорок Севастийских, да. Я провел Рождество в храме Сорока Севастийских мучеников, они соединились в моем сознании. Ну это лишь подчеркивает мое неофитство. А в чем разница между канонизацией вот коллективной, если можно это так сказать, и персональной? 

Протоиерей Игорь 

– Ну коллективная и персональная канонизация – здесь вы перечислили людей, которые являют определенный чин святости – это мученичество. И все-таки коллективная вот такая канонизация, она в большей степени присуща именно мученическому лику, мученическому чину. Почему, потому что финал, конец жизни – пострадали за Христа. Вместе пострадали, прославили Его имя, не отказались от Христа и, в общем-то, именно таким образом вошли в Царство Небесное. Совместное прославление, допустим, там преподобных – ну я, в общем-то, честно говоря, на память сейчас привести не могу. Может быть, кто-то из наших радиослушателей нам напишет, но вот...  

А. Ананьев 

– Чтобы не мученики, но были канонизированы вместе.  

Протоиерей Игорь 

– Да, допустим, чин преподобных или праведных, вот так совместно, соборно. Ну наверное, это только вот сейчас приходят на память Петр и Феврония – они в один день умерли, они вместе были канонизированы. Но это действительно здесь можно говорить, что это все равно одного человека канонизировали, потому что муж и жена... 

А. Ананьев 

– И будете едина плоть. 

Протоиерей Игорь 

– Да, едина плоть, нулевая степень родства – здесь, в общем-то, очень хороший и посыл и семьям идет, и нам. Смысл все-таки канонизации групп людей именно в том, что они своей смертью прославили Христа. 

А. Ананьев 

– Я очень рад, что вы заговорили о чине святости. Каша в голове у меня полная на сей счет. Мученики, новомученики – я выписал, – великомученики, благоверные, страстотерпцы, преподобные, блаженные, праведные. Единственное, в чем я не сомневаюсь, в том, что я это знаю, что превыше всех святых находится Пресвятая Дева Мария.  

Протоиерей Игорь 

– Да. 

А. Ананьев 

– А дальше – непонятно. Расскажите, пожалуйста, о системе, об иерархии святых вот в этом лике. 

Протоиерей Игорь 

– Об иерархии святых, наверное, на самом деле очень трудно говорить, в том плане, что вот это так и не иначе. Мы знаем, что Бог есть Бог порядка, и из этого следует, в общем-то, все Священное Писание. Мы знаем прекрасную работу о иерархии ангельского чина, да, – Ангелы, Архангелы и так далее, девять чинов ангельских ну и так далее. Мы понимаем, что эта иерархия, она, в общем-то, и в жизни так соблюдается: Бог, человек, другой, в общем-то, тварный мир. В человеке: дух, душа и тело – я вот так по значимости именно перечисляю. И вот следуя всему этому порядку, мы можем с вами говорить и о человеческом, я хочу это подчеркнуть, человеческом стремлении к такому, в общем-то, порядку, иерархии, что, допустим, выше ставим святительский чин, мученический чин, потом идет там преподобный чин. То есть святители, которые всю свою жизнь посвятили служению Богу и стали, в общем-то, святыми – это не значит, что любой священнослужитель автоматически становится святым, это не так. Хотя в католической Церкви папа становится автоматически святым, если уж совсем не накосячит, да, очень там сильно. Каждый вот этот чин – святительский, мученический, преподобнический – он, естественно, отдельный чин. Он, естественно, внутри себя несет какое-то ну осознание. Допустим, там преподобный – человек, который жил в сане священника и так, в общем-то, прожил эту жизнь, что действительно является примером для нас с вами. Амвросий Оптинский, Сергий Радонежский, Серафим Саровский и так далее, Мученический лик – здесь мы видим, мы понимаем, что человек мог жить всю жизнь жить праведно и закончить жизнь мученически. А может и наоборот. Допустим, Вонифатий. Ну очень так скептически мы можем отнестись к его жизни до мученичества, да, как пишет житие, что немножечко и разгульно это все было, и как-то так свободолюбиво в плане мирском это было, а закончил жизнь, в общем-то, мученически прославляя Христа, на арене был и казнен, и львы его там потерзали и так далее. То есть для чего это сделано – для того, чтобы мы с вами кратко и понятно понимали, о ком идет речь. Святой благоверный князь Александр Невский – мы сразу понимаем: раз он благоверный князь, значит, его правление было таковым, что результатом его жизни стала святость. То есть во время его земной жизни он прожил это так, что стало святость. Ну к примеру, я вам могу сказать, что среди князей, которые возглавляли Московское княжество первопрестольное, да, только два святых мы с вами, в общем-то, можем на самом деле найти – Дмитрий Донской и Даниил Московский – все, больше никого. Ни Юрия Долгорукого не прославили. И разговоры о том, что это чисто политический такой момент, что вот благоверных князей прославляют – нет. То что, допустим, мы знаем историков, которые наезжают на Александра Невского – да, на святых очень часто, скажем, ими недовольны отдельные личности. 

А. Ананьев 

– Может быть, не на святых, а на исторических личностей? 

Протоиерей Игорь 

– Ну все равно, раз он уже стал святым, значит, все, уже этот отблеск на всю его жизнь. Потому что если ты даже жил как там мученик Вонифатий, это не значит, что этим умаляется его святость. Этим подчеркивается его святость, это подчеркивается его величие – он нашел в себе силы покаяться, он нашел в себе силы, скажем так, умереть. Помните этот замечательный рассказ из книги «Несвятые святые» владыки Тихона Шевкунова, где пришли красноармейцы в какой-то городок, а там всем был известный такой монастырь, где, в общем-то, монахи были нерадивыми и тому подобное. И вот красноармеец, выведя на площадь этих монахов, собрав, в общем-то, жителей, сказал: дорогие там граждане, сейчас мы вам предъявим, как вас обманывали и тому подобное, как эти кровопийцы на теле рабоче-крестьянских масс себя, в общем-то, вели. Положили перед ними крест и Евангелие. И сказали: те, кто, плюнет, потопчет ногами крест и Евангелие из вас, монахов, тех мы, в общем-то, отпустим – идите, трудитесь. А тех, кто этого не сделает, тех расстреляем или там зарубим шашками. И сейчас вы увидите, что как они вас обманывали. И настоятель выходит и говорит, обращается к своей братии, говорит: братие, говорит, жили, как свиньи, так умрем как христиане. И всех их порубили шашками, понимаете. Вот найти силу перестать что-либо делать – в этом и есть подвиг, в этом и есть какая-то святость. 

А. Ананьев 

– Вы слушаете светлое радио, радио «Вера». Меня зовут Александр Ананьев. Я продолжаю вместе с нашим дорогим гостем, настоятелем храма святого благоверного князя Александра Невского, протоиереем Игорем Фоминым, говорить о святых. Разговор невероятно масштабный, и одного часа, конечно же, мало для того, чтобы найти ответы на все вопросы, которые у меня есть. Тем не менее у меня есть еще несколько вопросов, на которые у нас осталось буквально четверть часа. Отец Игорь, иногда говорят: Марфа Степановна, ты святая женщина. Святость – это качественная или абсолютная какая-то характеристика? Можно ли быть немножко святым? Или если ты святой – ты святой, если не святой – то о чем мы можем здесь говорить? 

Протоиерей Игорь 

– Ну так как жизнь наша течет и развивается и, наоборот, деградирует, то, естественно, наверное, мы можем говорить о качественном состоянии святости: в этот период жизни я был свят, а вот в остальные, к сожалению, нет.  

А. Ананьев 

– Не про себя, а... 

Протоиерей Игорь 

– И про другого можно сказать там четко: моя матушка, Анна Владиславовна Фомина, является святым человеком. Не потому что она этого хочет, потому что жизненные обстоятельства ее свели со мной, и мы в этой, она по принуждению... 

А. Ананьев 

– В ваших глазах она может быть святой. 

Протоиерей Игорь 

– Вы знаете, не может быть, она является святой в моих глазах. То есть почитание начинается с низов. Я как бы это так вот говорю очень весело, шутя, но на самом деле в этом есть доля очень большой правды. Наше поведение, наши жизненные обстоятельства, то есть святыми в одночасье становятся только мученики, а все остальные, да, ну на это, в общем-то, не надо надеяться, что это вот так вот просто: ты жил разгульно и тому подобно, а потом – раз, покрестился и – опа, – в общем-то, покаялся, и ты там святой. Обычно те, кто считают, что ничего страшного, согрешу, потом покаюсь, умирают внезапной смертью, не успевают, в общем-то, покаяться. Вот люди, которые знают про святость, люди, которые знают Христа, люди, которые стремятся к Богу, они потихонечку начинают, так называется, осаливаться солью. Святые, как сказано в Священном Писании, это соль земли, которая сохраняет, то есть она консервирует, соль, да, она продлевает жизнь, ну наверное, может быть, не в каком-то там физическом плане, да, а жизнь именно духовную она умножает, преодолевает, здесь, на земле дарует определенный вкус жизни. То есть святость, можно говорить, именно о качественном состоянии, когда человек потихонечку начинает восходить от силы в силу. И это восхождение приводит его к определенным жизненным устоям, глядя на которые, мы можем сказать: слушайте, ну это святой человек. 

А. Ананьев 

– А я часто думаю вот о чем. Нам на жизненном пути часто встречаются удивительные люди. И вот ты смотришь на него и думаешь: а может быть, однажды он будет причислен к лику святых. Это можно как-то, я все время думаю, это можно почувствовать? Это можно как-то заранее увидеть или узнать? Вот вы можете это почувствовать, увидеть или узнать?  

Протоиерей Игорь 

– Ну не надо к моей персоне, в общем-то, это так прилагать. Это может почувствовать и увидеть каждый. 

А. Ананьев 

– Каждый. 

Протоиерей Игорь 

– На самом деле. Потому что каждая душа христианка, и каждая душа вышла от Бога. И она знает, в ком живет Господь, она это чувствует, она стремится к этому источнику благодати, в котором живет Господь. Наши радиослушатели во множестве своем наверняка испытывали то состояние, когда рядом с каким-то человеком особо хорошо. Вот он может с тобой не заниматься, он может с тобой в данный момент не общаться, но тебе рядом с ним, в общем-то, прекрасно. А если еще есть и молитва, то, естественно, этот человек молится, то и естественно, ты особо переживаешь это, в общем-то, особое состояние такого, знаете, назовем счастье. Счастье, когда, в общем-то, человек по-настоящему такой богоустремленный, по-настоящему боговдохновленный – вот назовем так, или Богом переполненный человек. Поэтому, конечно, можно, скажем так, увидеть в человеке эту святость. Но есть еще очень интересное качество, когда мы подчеркиванием каких-либо положительных качеств в другом человеке делаем, даем ему возможность стать святым. «Слушай, дорогой, у тебя же, смотри, какое есть замечательно качество – вот ты каждое утро чистишь зубы!» – вот ребенку так скажи, он так вдохновится, что будет это делать с таким усилием, что вам придется еще останавливать, дабы эмаль не была попорчена, да. Или в другом человеке ты можешь подчеркнуть его особую любовь к правде. Он тебя где-то там своей правдой подставил, а ты его этой правдой подчеркнешь, и в нем это качество закрепится. И ты будешь счастлив, и он будет счастлив потом в своей жизни. Это тоже в нашей власти сделать из человека святого. Ну не только мученика, конечно, да, это мы все, в общем, можем быть такими творцами святых, если говорить о мученическом лике, да, но и других, праведников мы тоже можем, в общем-то, сотворить. 

А. Ананьев 

– Это довольно известный факт. Это, как известно, чем чаще ты делаешь комплименты своей жене, тем более у тебя жена красивая становится с каждым днем. И чем чаще ты делаешь ей комплименты за то, какая она удивительная хозяйка, тем чище у тебя дома становится. Это, правда, так оно всегда и бывает. 

Протоиерей Игорь 

– Ну да. 

А. Ананьев 

– А как вы наши обязанности... Вот нехорошее слово «обязанности». Просто я знаю, что там надо знать тропарь своего святого. А что еще нужно знать православному вот в отношении своего покровителя небесного? 

Протоиерей Игорь 

– Если ты знаешь его житие, если ты выстроил все-таки дружбу с ним, как мы уже с вами говорили, если у тебя есть определенное какое-то молитвенное предстояние перед этим святым, то тогда, конечно, было был замечательно, если бы ты пошел бы чуть-чуть дальше, ну это правда не обязательно, выучил бы тропарь. Да, это самое последнее, наверное, что мы должны с вами, в общем-то, сделать. Знание наизусть каких-то богослужебных текстов – это хорошо, но не обязательно. Обязательно жить во Христе, обязательно жить по Евангелию, обязательно подражать своему святому – вот это как бы обязательные вещи для нашей с вами жизни. Причем подражание святому – это не какое-то актерское такое, знаете, вхождение в образ, да. То есть наши радиослушатели, к сожалению, этого не видят, но я здесь совершенно без лат, без шлема, без меча и щита – я имею в виду, не в духовном плане, в общем-то, а в плане таком физическом, материальном, – вот не гремлю здесь, перед микрофоном всякими железными вещами. И это, в общем-то, нам и не надо. Нам надо совсем в другом подражать нашим святым. Нам надо подражать нашим покровителям, нашим начальникам, нашим любимым святым в том, как они достигли этой святости, как они достигли богообщения. Увидеть, как они смогли увидеть про себя, а точнее о себе волю Божию. Вот в этом мы должны их теребить, трясти и говорить: слушай, помоги! Помоги, дорогой Александр Невский! Причем вы знаете, такое благоговейное склонение главы и кроткая смиренная вот молитва елейным таким голоском – он не всегда приемлем. Иногда нужна молитва и требовательная: помоги! я кричу к тебе! – топнуть ножкой или ногой, в общем-то, да, и прямо потребовать от святого помощи этой.  

А. Ананьев 

– Я благодарю за удивительную беседу настоятеля храма святого благоверного князя Александра Невского, протоиерея Игоря Фомина. Отец Игорь, спасибо вам большое. 

Протоиерей Игорь 

– Вам спасибо. 

А. Ананьев 

– И до следующих встреч в нашей студии. И спасибо вам за то, что провели этот час вместе с нами. Меня зовут Александр Ананьев. До новых встреч. 

Протоиерей Игорь 

– До свидания. 

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Пересказки
Пересказки
Программа основана на материале сказок народов мира. Пересказ ведётся с учётом повестки дня современного человека и отражает христианскую систему ценностей.
Храмы моего города
Храмы моего города
Древние храмы Москвы и церкви в спальных районах — именно православные храмы издревле определяют архитектурный облик Столицы. Совершить прогулку по старинным и новым, знаменитым и малоизвестным церквям предлагает Дмитрий Серебряков в программе «Храмы моего города»
Места и люди
Места и люди

В мире немало мест, которые хотелось бы посетить, и множество людей, с которыми хотелось бы пообщаться. С этими людьми и общаются наши корреспонденты в программе «Места и люди». Отдаленный монастырь или школа в соседнем дворе – мы открываем двери, а наши собеседники делятся с нами опытом своей жизни.

Беседы о Вере
Беседы о Вере
Митрополит Волоколамский Иларион – современный богослов, мыслитель и композитор. В программе «Беседы о вере» он рассказывает о ключевых понятиях христианства, рассуждает о добре и зле, о предназначении человека. Круг вопросов, обсуждаемых в программе, очень широк – от сотворения мира, до отношений с коллегами по работе.

Также рекомендуем