Поделиться
«Когда я приехал, мне сразу рассказали о последнем омском дореволюционном архиерее Сильвестре, что его распяли на полу... и похоронили в общей могиле. А оказалось, что добрые люди его в соборе потихоньку от властей захоронили, облачив в архиерейские одежды», — так рассказывал митрополит Омский и Тарский Феодосий об обретении мощей святого Сильвестра, архиепископа Омского и Павлодарского, жестоко убитого большевиками в феврале 1920-го года.
Мирское имя архиепископа Сильвестра — Иустин Львович Ольшевский. Окончив Киевскую духовную семинарию и получив степень кандидата богословия в Киевской духовной академии, он работал учителем церковно-приходской школы, а затем был назначен преподавателем Закона Божия в местечко Шпола Киевского уезда.
В этой местности был сильно распространён штундизм — движение протестантского толка, которое возникло в Германии в 18-ом веке, а в Россию было занесено в начале 19-го века немецкими колонистами. К 80-м годам оно охватило не только юг, но и центральные районы России. Постепенно штундисты объединились в одну секту с баптистами. В качестве источника богопознания они признавали только Священное Писание, не признавая таинства Православной Церкви, почитание икон и мощей, почитание святых и поминовение усопших.
Иустин Львович основательно изучил особенности секты и пришёл к выводу, что для проповеди православия среди её последователей нужен светский миссионер, а не представитель духовенства, поскольку штундисты любыми способами стремились унизить священнослужителей и подвергали сомнению их проповеди, не желая признавать учение Православной церкви.
Его доводы были приняты, и в марте 1889-го года Ольшевский стал миссионером Киевской епархии и учителем церковно-приходской школы Свято-Владимирского братства. На протяжении двадцати лет миссионерской деятельности Иустин Львович Ольшевский активно противостоял распространению баптизма и был убеждён, что «отступники, штунда разных наименований, суть изменники и враги святой Церкви... и всего славянства».
Сан священника он принял в 1892-ом году. Написал несколько работ, в том числе «Обличение штунды в библейских текстах» — очень ценное пособие для миссионеров, которое неоднократно переиздавалось.
В 1919-ом году, будучи уже в сане архиепископа с именем Сильвестр, он организовал распространение воззваний, разъясняющих антихристианскую суть большевизма.
В конце этого же года, согласно одной версии, его арестовали и два месяца подвергали истязаниям, требуя, чтобы он покаялся, но архиепископ Сильвестр остался непреклонен и погиб от жестоких пыток. По другой версии, по требованию горожан владыку отпустили, после чего он поселился в доме настоятеля Успенского кафедрального собора Феодора Чемагина. Впоследствии архиепископ тяжело заболел и скончался 10 марта 1920 года.
На остановке
Поделиться
Фото: Jana Shnipelson / Unsplash
Привычный маршрут встречает мелкой моросью в лобовое стекло. Небо серое. Еду на работу. На перекрёстке скопились машины — красный свет, останавливаюсь.
Взгляд падает на автобусную остановку на другой стороне улицы. Там стоит пожилая пара. Невысокая женщина в бежевом плаще и светло-бордовой косынке слегка опирается на сумку-тележку. Рядом с ней сухощавый спутник в брюках, серой болоньевой куртке и с чёрной матерчатой сумкой для продуктов. Он делает к женщине шаг и аккуратно заправляет торчащий кончик косынки под воротник плаща. Мужчина делает это бережно, не спеша. Когда он заканчивает, то женщина поворачивается к нему, и её лицо меняется в улыбке, будто молодеет на глазах.
Они продолжают просто стоять рядом, а я чувствую тихую радость. И как-то светлее всё становится вокруг, будто-то потеплело за окном.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Добродушный великан
Поделиться
Фото: Bruno Kraler / Pexels
Однажды моё рабочее утро на автомобильной заправочной станции началось со знакомства с огромным псом. Видимо, он забрёл к нам — подальше от дороги.
Это был метис крупных пород: сенбернара, кавказской овчарки, а возможно и московской сторожевой. Как он здесь оказался — никто из коллег не знал. Он улёгся на лужайке возле пожарного щита и, кажется, не собирался никуда идти.
Я решил подойти к нему не с пустыми руками. Миска с гречкой, перемешанной с тушёнкой, стала залогом нашего успешного знакомства. Через 10 минут я уже гладил собаку.
Рассвет — так мы с коллегами назвали этого «четвероногого странника» — теперь живёт на заправке. У него есть свой вольер с будкой и лежанка. Не знаю почему, но теперь, когда моё рабочее утро начинается с заботы об этом добродушном великане, на душе у меня становится теплее. Для этого я прихожу пораньше и отношу ему миску с едой, а взамен получаю звонкий лай.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Имбирный нокаут
Поделиться
Фото: Gundula Vogel / Pexels
Я работаю тренером по боксу. И как-то, возвращаясь после соревнований из другого города, прилетел в Москву рано утром. По пути из аэропорта заехал в магазин — жена приболела и попросила купить лимонов. И вот стою во фруктовом отделе, выбираю цитрусы, и вижу рядом в лотке с имбирём необычное корневище. По форме оно напоминало человечка. Причём весёлого: руки были направлены вверх, а ноги будто согнуты перед прыжком, голова слегка наклонена набок. Он будто танцевал...
Я не собирался покупать имбирь, но тут сообразил, что чай с имбирём и лимоном — это двойной удар по простуде. Но я немного ошибся. В моём случае удар был даже не двойным. Корень в виде танцующего человечка вызвал такую радость у супруги, что её самочувствие тут же улучшилось.
— Да, — подумал я. — Пожалуй, утро, которое начинается с улыбки и имбирно-лимонного чая, вполне может отправить простуду в нокаут.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
