Москва - 100,9 FM

Светлый вечер с Юлией Теуниковой (03.10.2018)

* Поделиться

У нас в гостях была певица, музыкант Юлия Теуникова.
Мы говорили с нашей гостьей о музыке, творчестве и вере.


А. Пичугин

— Здравствуйте, дорогие друзья! «Светлый вечер» на светлом радио. Меня зовут Алексей Пичугин, и я с удовольствием представляю нашу гостью — сегодня этот «Светлый вечер», ближайший час вместе с нами и с вами, проведет певица Юлия Теуникова — лидер группы «КоМПОзит». Юлия, добрый вечер.

Ю. Теуникова

— Добрый вечер всем.

А. Пичугин

— Юлия уже была гостем нашей программы в декабре 2014 года, когда вся наша история со «Светлыми вечерами» только начиналась — начали мы в октябре, и как раз вы стали одной из первых гостей нашей программы. Ну, времени прошло 4 года с тех пор... Вот мы сейчас вспоминали и концерты какие-то, которые были, и альбомы выходили — в частности, мы тогда не встретились в нашей студии, а жаль, когда только вышел альбом «Russian сказки» («Русские сказки») — а это был замечательный альбом, кстати, всем рекомендую, мы сегодня тоже что-то из него послушаем. Это уже было почти полтора года назад, тем не менее, я думаю, что мы сегодня поговорим про этот альбом как относительно новый, тем более, что это ваша последняя работа.

Ю. Теуникова

— Да, совершенно верно.

А. Пичугин

— Мы представляем вас как Юлию Теуникову и группу «КоМПОзит», а вот здесь на альбоме — «Теуникова & Sound Russia». Что такое «Soundrussia»?

Ю. Теуникова

— «Soundrussia» — это независимый лейбл. Я постараюсь вкратце рассказать, как вообще это все произошло... Есть такой человек — Саша Ординарцев, вот у него возникла идея завести собственный лейбл, на котором он бы пропагандировал отчасти творчество симпатичных ему, близких ему авторов-исполнителей, и с другой стороны, soundrussia.ru — это сайт, где выходят различные интервью, статьи аналитические, новости и прочее. То есть, это такая, скажем, «локальная движуха»...

А. Пичугин

— А как у нас с независимыми лейблами вообще сейчас в России? Потому что, если посмотреть на мировую ситуацию, то за океаном, в США, например, независимых лейблов, их не просто более чем достаточно — их какое-то астрономическое количество. В Европе, наоборот, как мне кажется — сейчас, наверное, люди, которые хорошо (по крайней мере, лучше меня) знают ситуацию с музыкой у нас в России, могут меня поправить — у нас не так много; в Европе тоже не так много. У нас, когда говорят «независимый лейбл», в первую очередь как-то представляют себе, наверное, рэп, или что-то в этом роде, в этом направлении, что сейчас развивается — и вот здесь каких-то лейблов много, их называют независимыми... Но вот что такое «независимый лейбл», для начала?

Ю. Теуникова

— Да, вот у рэперов, действительно, полно этих «независимых лейблов», я даже не слежу за ними — хотя я стараюсь следить, что происходит в, скажем так, независимой музыке. Но вот в нашем сегменте есть два действительно независимых лейбла — это «Отделение ВЫХОД» и «Выргород»...

А. Пичугин

— Да, да, кстати...

Ю. Теуникова

— На «Выргороде», кстати, именно на нем вышла бумажная, точнее, вещественная версия диска «Russian сказки», несмотря на то, что диск позиционировался изначально как «Теуникова & Soundrussia».

А. Пичугин

— Вы говорите «в нашем направлении». Что такое — ваше направление?

Ю. Теуникова

— Наше направление — ну, это, не знаю... независимая рок-музыка — такая, какая она сформировалась за последние 20-30 лет. Русскоязычная.

А. Пичугин

— Сформировалась? Кого вы записываете себе в соратники, в сторонники — с кем вы идете вот так по жизни в этой музыке?

Ю. Теуникова

— Ну, на самом деле это очень много людей. Я для начала скажу, что на том же «Выргороде» издавалось несколько альбомов Егора Летова...

А. Пичугин

— Ну, это я помню, да, это было еще при его жизни, по-моему...

Ю. Теуникова

— Да, на том же «Отделении ВЫХОД» тоже, соответственно, много чего издается — от «Умки» и группы «Ковчег» до, не знаю... до Мамонова... Я точно не помню, кто там издается... «АукцЫон»... В общем, на самом деле корни в русском роке.

А. Пичугин

— Вы пытаетесь обособиться от всего того, что сейчас у нас на больших афишах? С того момента, когда мы с вами в последний раз встречались в 2014 году — давайте возьмем это за такую точку отсчета — все-таки довольно много произошло в русской музыке всяких событий, мимо которых нельзя пройти. Это и совершенно новые стили, которые до этого только формировались — вроде бы, эти ребята в 2014 году уже были, но года с 2016 они резко вышли на поверхность: это группа «Аигел», это девочка по имени «Монеточка», о которой сейчас так много говорят — но с другой стороны, тоже вот явление... Мне вот не очень близка ее музыка, но, тем не менее, она настолько вдруг сейчас захватила пространство, что не говорить о ней нельзя... Это не ваши люди?

Ю. Теуникова

— Мне это как раз гораздо ближе, чем, например, «рокопопс» наш радийный, честно скажу. Например, Айгель Гайсина — она вообще как бы моя поклонница (Смеется.) в прошлом, но, естественно, что она развивалась совершенно самостоятельно, и они с Ильей Барамия в какой-то момент создали «Аигел», который действительно «выстрелил». Видимо, назрела потребность именно в такой музыке, в каком-то объективизированном социальном высказывании, я бы так сказала. Причем, что интересно, женщины тут играют не последнюю роль.

А. Пичугин

— «Аигел» выстрелил. Причем я был на их концерте... Столько народу совершенно разного я давно не видел: когда приходят 15-летние, 14-летние школьники, которым это интересно с точки зрения музыки как социального явления, какого-то протеста; приходят люди, которым это интересно с точки зрения поэзии; приходят ребята, которым важна в первую очередь электронная или музыкальная составляющая — это тот случай, когда они бы наверняка не встретились раньше на каких-то других площадках...

Ю. Теуникова

— Да, все правильно. И мне лично это близко, потому что «Russian сказки» — это фактически о том же, просто это решено другими эстетическими средствами... Но я просто человек другого поколения немножко, я старше.

А. Пичугин

— А у вас была похожая работа вместе с...

Ю. Теуникова

— С группой «Барто».

А. Пичугин

— С «Барто», да... «Московские стройки», например...

Ю. Теуникова

— Да, «Барто» — ровно туда же... «Московские стройки», кстати («Московская стройка» оригинальное название) переписаны для альбома «Russian сказки» в такой... рок-фанк-версии.

А. Пичугин

— А нет желания попробовать сделать какую-то большую работу именно в этом нынче модном направлении... полуэлектронном — поэзия и электронный формат?

Ю. Теуникова

— Ну, дело в том, что даже когда я работала над альбомом «Таймер», я уже тогда делала различные электронные вставки в свой альбом, просто это не носило такой радикальный характер. У меня несколько свой взгляд на тот саунд, который я желала бы реализовать. Поэтому, если что-то и будет (а вполне может что-то быть), я бы хотела сделать что-то более... не знаю... индивидуального характера.

А. Пичугин

— А что в данном случае первично — вот уже не в первый раз говорится слово «саунд», а что первичнее: саунд, музыкальная составляющая или слово — для вас?

Ю. Теуникова

— Это неразрывно связанные вещи.

А. Пичугин

— Потому что обычно все отвечают как-то однозначно: либо это, либо то.

Ю. Теуникова

— Для меня первична песня, а песня имеет какое-то обрамление определенное. Сейчас это называется словом «саунд». Дело в том что... что такое саунд — это, скажем так, звуковое воплощение эмоционального состояния, характеризующее определенный тип восприятия. То есть это очень сильно завязано на «поколенческие дела», поэтому саунд меняется каждые 10-20 лет. Например, вот этот саунд «Russian сказок» сделан намерено архаичным...

А. Пичугин

— Архаичным?

Ю. Теуникова

— Да, он именно архаичен, потому что сейчас уже для людей, которые воспитаны на современной музыке, так не играют и не записываются. То есть, сейчас записываются так только люди моего возраста — это от 35 лет и дальше. От 40 даже. Мы все — старички! (Смеется.)

А. Пичугин

— У меня, видимо, тоже, когда я слушаю «Russian сказки», не возникает какого-то впечатления анахронизмов, но... Ведь мы с вами как-то в «Фейсбуке» даже обсуждали, я помню, и «Аигел», и «Монеточку», и все, что с этим связано...

Ю. Теуникова

— Да, да, да...

А. Пичугин

— И вот все это направление — вы делились своими впечатлениями, я помню какие-то там безумные дискуссии в комментариях, но... Это значит, что, несмотря на увлечение, как вы говорите, таким старым, «олдовым», извините, «саундом», все равно есть же понимание и интерес к тому, что сейчас происходит и выходит. Потому что кто-то просто вот ставит такие заборы трёхрядные и говорит: «Не, не, не, вот я 30 лет это играл, я 30 лет это слушаю, и мне, пожалуйста, ничего этого нового, никаких „Аигелов“ не надо сюда».

Ю. Теуникова

— Конечно, в основном люди именно такие, поэтому это очень сильно «поколенческая» история. Вообще любая популярная музыка... срок ее бытования очень короткий. Она перестает быть интересной тем, кто идет следом.

А. Пичугин

— Мы хотим представить вам новую песню Юлии Теуниковой — это премьера, а песня сама... буквально пару недель назад, наверное, вы в «Фейсбуке» ее анонсировали, и, насколько я понимаю, она еще нигде не была публично выложена, не исполнялась и в радиоротации тоже не попадала.

Ю. Теуникова

— Ну, разве что вчера я ее выложила все-таки — клип выложила в «Фейсбук» и «ВКонтакте».

А. Пичугин

— Ну, на радио, по крайней мере, ее не было, и мы с радостью на радио «Вера» устраиваем премьеру.

Ю. Теуникова

— В студийной версии действительно премьера.

А. Пичугин

— И поэтому, если можно, в двух словах расскажите, пожалуйста, про нее.

Ю. Теуникова

— Эта песня была написана в 2015 году, связана она с тем, что... ну, это немножко личная история. В общем, мы продали дом, в котором жили мои поколения предков, в Южном Бутово — была такая деревня в Южном Бутово... И кстати говоря, это отдельная история. Дело в том, что земли в Южном Бутово, как вы знаете, захвачены различными представителями холдингов под коммерческую застройку. Вот с нами произошла та же самая история, половину земли у нас просто отобрали (15 соток), а другую половину нам удалось продать. И когда мы всё и все эти вещи вывозили, я вспоминала свое детство, вспоминала тот мир, которого больше не будет, который сейчас разрушен... Я ходила по этой разрушенной деревне, которую я с детства помнила, в которой я в детстве бегала...

А. Пичугин

— Еще не было этого гигантского Южного Бутово...

Ю. Теуникова

— Да, которая теперь окружена была домами, коттеджами, совершенно другой жизнью... Там люди с совершенно другим, не знаю... мышлением, и они ничего не знают про то, что было... здесь когда-то. И вот, одним из таких мощнейших толчков к написанию этой песни был именно вот этот факт.

А. Пичугин

— Я правильно понимаю, что... я просто видел клип, и если уж вы его выложили, значит, любой наш слушатель может зайти в интернет и его найти там — кинохроника любительская такая, снятая в дачном доме — это как раз и есть тот самый настоящий дом, о котором вы говорите?

Ю. Теуникова

— Нет, это другой дом и это отдельная история. Это дачный поселок «Сходня», бывшие циковские дачи, которые мы очень долго снимали... И это тоже история утраты дома, хоть как бы он никогда нашим не был, но мы тоже долго его снимали. Все это находилось в лесу, это замечательные домики, в которых жили многие мои друзья, а потом, соответственно, все они закрылись, как аварийные, и сейчас они уже не сдаются, вот с этого года... В общем, тема утраченного дома в моей жизни неоднократно повторялась...

А. Пичугин

— Ну, давайте послушаем песню — премьера песни Юлии Теуниковой и группы «КомпозИТ». Напомню: сама Юлия сегодня у нас в гостях, и песня «Дом, где цветет каштан».

(Звучит песня.)

А. Пичугин

— Я напомню, дорогие слушатели, что это «Светлый вечер» на светлом радио, и сегодня в гостях у нас — Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит», певица, и мы говорим о музыке. Последний альбом, я напомню, который выходил у Юлии Теуниковой — правда, не с группой «КоМПОзит» — называется он «Russian сказки»...

Ю. Теуникова

— Это называется «сайд-проект».

А. Пичугин

— Что такое «сайд-проект»? Потому что я постоянно общаюсь с разными музыкантами и представляю, что это такое, но вдруг кто-то не знает — поясните, пожалуйста.

Ю. Теуникова

— Это побочный проект, помимо основного, так сказать — немножко отход в сторону, обозначенный отдельно. То есть, это отдельный проект, который выражается в том, что это не вполне характерное для меня высказывание, не вполне характерный для меня «sound», по сравнению с тем, что я делала до этого и тем, что я делаю сейчас.

А. Пичугин

— А почему это нельзя реализовать в рамках того коллектива, с которым вы все время играете? Здесь не хватает музыкантов, или они не хотят так играть, или, может быть, не могут? Или, может, уже есть какое-то сложившееся отношение к творчеству коллектива, которое нельзя менять, чтобы не потерять слушателя — почему?

Ю. Теуникова

— Ну, дело в том, что мы все-таки сыграли этот альбом, от начала и до конца. Это произошло как раз на презентации в 2017 году в «Китайском летчике», и надо сказать, что все получили от этого большое удовольствие, потому что этот альбом в музыкальном смысле является пародией на определенную культуру, на «поп-рок». Там очень много всяких чисто музыкальных штампов. Например, «Доктор Быков» — это...

А. Пичугин

— Знаменитый персонаж сериала «Интерны» в исполнении Охлобыстина...

Ю. Теуникова

— Да, это аллюзия на песню «I can’t dance» группы «Genesis», точнее, не «Genesis», а Фила Коллинза. В общем, короче говоря, там таких реминисценций достаточно много. Мы все это играли, и сыграть это оказалось легче, чем основной мой материал... Там такой нюанс есть, что этот альбом можно играть только целиком, поскольку, если его играть по частям, за исключением некоторых песен, которые там и так уже существовали, такие как «Московская стройка», «Письмо другу за границу» (она же «Карта москвича»), за исключением пары-тройки песен его по отдельности играть совершенно невозможно. Его надо играть целиком, цельной программой.

А. Пичугин

— Соответственно, если кому-то нравятся песни из этого вашего альбома, и он идет на концерт в ожидании услышать их, то получится это вряд ли, потому что целиком и полностью вы этот альбом не сыграете.

Ю. Теуникова

— Вряд ли, потому что у этого альбома четко заданное настроение, и если основные вещи перебивать вещами из альбома, получится не «гуд». То есть это отдельная программа, и ее надо играть к определенному случаю. То есть я не исключаю такую возможность, что мы повторим это, но не в ближайшее время.

А. Пичугин

— А как вы формируете программу, которую на концерте будете исполнять?

Ю. Теуникова

— Она сама собой формируется, то есть есть какие-то песни, сочиненные в последние несколько лет, вот половина песен этих в основном играется, где-то к ним добавляются старые какие-то песни, подходящие по случаю — например, летом может быть песня «Август». Где-то это могут быть даже «кавера», например... Зимой 2018 года мы устраивали такой «ривайвл» группы «Город Макондо» и играли, например, «Евангелие от Егора» и «Шарманку».

А. Пичугин

— Это, напомним, песня Егора Летова, которая вошла в «Трибьют» «Гражданской обороны» еще при жизни Летова.

Ю. Теуникова

— Да, прижизненный трибьют, а «Шарманка» — это «кавер» на группу «Пикник».

А. Пичугин

— Да, точно, точно... А в чем принципиальная разница между коллективами?

Ю. Теуникова

— Принципиальная разница между какими коллективами?

А. Пичугин

— Между теми, которые были у вас — между «КоМПОзитом», «Городом Макондо»?

Ю. Теуникова

— Принципиальная разница, наверное, в концепции... ну, в подходе к звуку, может быть. Потом, разница на самом деле еще и временная, то есть, «Город Макондо» — это группа молодых людей, которые играют «Чистый спирт», например... Кстати, «Чистый спирт» мы недавно опять вспомнили, опять начали играть на концертах — до этого он не игрался лет 15, наверное. В общем, это, наверное, разница «поколенческая».

А. Пичугин

— Потому что многие застолбили за собой название коллектива, с которым стали известны, и дальше уже просто используют его — ну, в хорошем смысле слова используют — меняются музыканты... У нас в мировой музыке я даже не вспомню достаточного количества таких примеров, когда большие группы играли в одном составе. Ну, пожалуй, может быть, «U2», «Depeche Mode» и еще какие-то — ну, по пальцам пересчитать. А все остальные зачастую распускали составы, собирали их... Вот в «Аквариуме» уже не осталось, практически, кроме Бориса Борисовича, никого, кто с ним еще 15 лет назад играл...

Ю. Теуникова

— Ну да, это процесс такой живой, все течет, все меняется...

А. Пичугин

— Я к тому, что «Аквариум»-то название осталось, все равно так оно и есть на афишах. И я это к тому спрашиваю, что не проще ли оставить «Город Макондо», но уже другая программа, может быть, более зрелая... Может, даже дело не в зрелости, а просто другая музыка, время которой пришло...

Ю. Теуникова

— Дело в том что, как бы почему «Город Макондо» не остался... Мы когда развалились, я, можно сказать, начинала все с нуля, заново. То есть психологически для меня это был новый совершенно этап, мы как раз тогда познакомились с Петей Акимовым, и «КоМПОзит» начался с него, и вся концепция музыкально-философская была задана именно этим дуэтом. Потом уже к нему начали добавляться люди, и потом это все разрослось опять до группы, естественно, поэтому...

А. Пичугин

— А поначалу даже и не планировалось?

Ю. Теуникова

— Поначалу не планировалось, да. Ну, то есть, как не планировалось — планировалось, потому что «Таймер» так и записывался, в расчете на группу. Я сочиняла аранжировки для группового исполнения. Но это был процесс именно постепенный, небыстрый, это происходило между рождением и воспитанием детей, поэтому полноценный, так сказать, состав возник в конце 2015 года.

А. Пичугин

— Ну, давайте мы перейдем к музыке. Сейчас прозвучит песня, которая для меня имеет довольно важное значение, я ее часто переслушиваю, она называется... я, честно говоря, ее знаю как «Станция Ржевская» (или «Каланчевская»), на альбоме «Russian сказки» она значится как «Гопническая поминальная», вот такое у нее название... Даже текст, мне кажется, чуть-чуть изменен по сравнению с тем, что на концертах, по крайней мере, слышим, нет?

Ю. Теуникова

— Нет, текст тот же, все то же...

А. Пичугин

— Для меня это важно, потому что здесь у вас, я так понимаю, вспоминаются ушедшие друзья. Для меня — я вас сейчас спрошу, вы расскажете, я просто свою историю быстро сюда вставлю — для меня, выросшего, в общем, на даче в подмосковном Климовске и все детство проездившего на электричках до станции «Каланчевская» от станции «Гривна» — для меня это связано с бабушками, с дедушками, которых уже тоже давно нет, к сожалению, но которые возили меня маленького в Москву на этих электричках «Львовская-Каланчевская». И когда я ее услышал, вот именно в этом контексте ушедших людей, она как-то стала мне очень близкой. Я так понимаю, что у вас примерно тот же смысл в нее заложен.

Ю. Теуникова

— Да, у меня личная история. Мы ехали на запись в Климовск — как раз в Климовске находится студия лидера группы «Джин-Тоник» Кирилла Кухаренко, у которого мы и записались, и который саранжировал большую часть вещей из альбома «Russian сказки». И когда мы ехали, я узнала... мне написали смс-ку, что один мой друг умер. А друг, он из города Чехова...

А. Пичугин

— То же направление... Сразу за Климовском...

Ю. Теуникова

— То же направление... И у меня сразу же возникла в голове эта песня, я ее быстренько записала на мобильничек, мы приехали в студию, и прямо там я ее акапелла напела, и Кирилл подложил под это аккордеон... баян.

А. Пичугин

— То есть, вот тот вариант, который есть в альбоме... Мы сейчас, сразу оговорюсь, послушаем песню в живом исполнении под гитару, а вот тот вариант, который на альбоме — он самый ранний, то есть, соответственно, как вы и написали, тут же, в тот же день и был текст записан, голос...

Ю. Теуникова

— Да, да, голос, текст — вот как раз тот случай, когда все родилось одновременно.

А. Пичугин

— А мы давайте вживую послушаем эту песню.

(Звучит песня)

А. Пичугин

— Я напомню, дорогие слушатели, что в гостях у светлого радио сегодня Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит», и Алексей Пичугин. Мы вернемся в эту студию буквально через минуту, после небольшого перерыва.

А. Пичугин

— Я напомню, дорогие слушатели, что в гостях у светлого радио сегодня — музыкант, лидер группы «КоМПОзит» Юлия Теуникова. Мы в прошлой части программы говорили о том, что для вас важнее все-таки, наверное, сочетание и музыки, и слова (текстов, стихов). Потому что я не очень люблю это выражение — «русский рок»... Но, тем не менее, многие из тех, кто себя причисляют к этому движению, еще раньше говорили (в 90-е годы, я помню) о том, что, конечно, если на западе — музыка, если мы вряд ли так сыграем, как «The Cure», как «U2», тем не менее, нам важнее здесь, в России — это подчеркивается нашей вековой поэтической культурой — нам важнее слово. Вы с этим, я так понимаю, не совсем согласны.

Ю. Теуникова

— Ну, я не согласна, во-первых, потому, что очень серьезная недооценка западной поэтической культуры в этом сквозит. То есть, когда так говорится: вот, у нас такая культура литературная... Но ведь и на западе тоже, в американской и в британской рок-музыке очень важна также — не менее, чем у нас — текстовая составляющая...

А. Пичугин

— Ну, Джим Моррисон — большой парень, очень большой...

Ю. Теуникова

— Да, Джим Моррисон или Боб Дилан...

А. Пичугин

— Нобелевская премия...

Ю. Теуникова

— Например, да... И можно очень много перечислять, и тексты даже (подстрочники) читать очень интересно — не менее интересно, чем наши тексты. Я уж не говорю о том, что очень много заимствований в нашем роке чисто текстовых — у того же Гребенщикова...

А. Пичугин

— Ну, и музыкальных тоже немало...

Ю. Теуникова

— Музыкальных немало, да. Но тут уж так сложилось, нам просто не очень повезло. поэтому, когда люди пытаются говорить, что у нас, вот, дескать, тексты такие зато... Ну, это не «зато», это не оправдание.

А. Пичугин

— Почему?

Ю. Теуникова

— Я считаю, что нам есть, что сказать в музыке — очень много. Просто нам не очень повезло по ряду причин.

А. Пичугин

— А что значит не повезло, и по каким причинам?

Ю. Теуникова

— Русский рок умер, не успев родиться... на мой взгляд.

А. Пичугин

— А почему мы все время говорим «рок»? Сейчас, тем более, мне кажется, в 2018 году, вообще само понятие какого-то определенного музыкального стиля настолько сместилось в сторону смешения всего, что выделить, где здесь рок, где здесь фанк, где здесь... ну, можно, наверно, но все это будет очень искусственно.

Ю. Теуникова

— Все это называется простым словом «поп-музыка». Просто под поп-музыкой у нас принято подразумевать какую-нибудь совсем уже откровенную попсу, а это ведь не так. Рок — это тоже часть поп-музыки.

А. Пичугин

— Мировой популярной культуры...

Ю. Теуникова

— Да... Но другое дело, что это не только «поп-музыка». Потому что что-то уже... например, Башлачёв — это никакая не «поп-музыка», или «Вежливый отказ» — тоже не «поп-музыка», с другой стороны...

А. Пичугин

— Да, Башлачёв... Ну, он и не играл, его и музыкантом в прямом смысле слова сложно назвать, наверное...

Ю. Теуникова

— Ну, он бард... это называется бард, наверное, или сингер-сонграйтер, как у нас принято это называть. В общем, на мой взгляд, у нас очень много интересного могло бы случиться в нашей музыке, но... Во-первых, он достаточно поздно дошел до нас — ну, из-за пресловутого «железного занавеса», а когда все это стало развиваться, его просто съела коммерциализация.

А. Пичугин

— Ну, мы знаем «Машину времени», которая с 1969 начала; а были «Россияне», «Санкт-Петербург», который даже сейчас есть и который еще раньше начал — а это вот самый разгар того же самого рока у них там, на западе — и в Америке, и в Великобритании...

Ю. Теуникова

— У них это все уже двадцатилетие до этого культивировалось, накапливалось и выплеснулось. А у нас в 80-е годы произошел выплеск накопления. И как только это произошло, так, в общем-то, империя разрушилась, и случились уже совсем другие реалии, к которым многие готовы просто не были, и вот пошла эта коммерциализация, причем в самой грубой, самой неинтересной и пошлой форме, в которой только можно было. И поэтому все самое лучшее естественным образом просто оказалось внизу, погребено, и о нем никто не знает и не узнает уже. То есть это такой процесс печальный, но он естественный... Такая отрицательная селекция.

А. Пичугин

— Я начал спрашивать про важность именно самой музыки для вас, потому что вы часто просто под одну гитару выступаете — или сейчас уже, может быть, реже, но я помню период, когда Юлия Теуникова и гитара — это была основная составляющая выступлений...

Ю. Теуникова

— Было такое, а сейчас действительно редко играю, по крайней мере, если уж и случается такое, какие-то выездные концерты невозможные с группой, я стараюсь с собой Петю брать, и еще кого-нибудь стараюсь...

А. Пичугин

— Петр Акимов — ваш супруг, а нашим слушателям он еще и известен, как... Ну, Петр Акимов переиграл с огромным количеством артистов, тут сложно их всех перечислить, но с группой «Ихтис» он играет постоянно, с которой мы очень тесно общаемся и дружим (мы — радио «Вера»).

Ю. Теуникова

— Да, в общем, я как раз сейчас больше интересуюсь группой, воплощением групповым... А раньше это было, наверное, связано с тем, что, ну... от идеи до ее реализации должно было пройти какое-то время, и пока невозможно было это реализовать в групповом исполнении — а кстати, этого же хотел и Башлачёв, с этого же начинал и Цой, и многие-многие с этого начинали — пока невозможно было это реализовать, приходилось играть вот так вот...

А. Пичугин

— А Башлачёв, вы думаете, если бы пожил еще и, может быть, жив был бы в наше время, он отошел бы от образа парня с гитарой?

Ю. Теуникова

— Я думаю, он точно бы стремился к образу... аудиального воплощения своих вещей, более расширенного. И он хотел этого, он где-то в каких-то интервью об этом говорил, что он хотел ту музыку...

А. Пичугин

— Просто мне кажется сейчас, действительно, образ парня с гитарой, девушки с гитарой — это уже что-то такое в большей степени маргинальное или возрастное... Но очень мало у нас, действительно — ну, если мы не берем какие-то величины, Юлия Кима, например — людей, которые активно выступали с гитарами еще 15 лет назад, просто — ты и гитара — этого всего уже практически не осталось...

Ю. Теуникова

— А с другой стороны, есть Эд Ширан, который два раза подряд собрал стадион, который к нам приедет и будет выступать на какой-то крупной площадке, чуть ли не на стадионе каком-то. Эд Ширан — молодой парень, 90-х годов рождения, с одной единственной гитарой... То есть этот жанр — это уже классика. У нас, например, есть такой человек, как Бранимир, который вообще, я считаю, в таком жанре сингер-сонграйтерства — номер один сейчас. Он тоже совершенно сознательно выступает один.

А. Пичугин

— Мимо меня прошло — я слышал что-то из него, но как-то почему-то мимо прошло. Надо повнимательнее просто послушать, наверное.

Ю. Теуникова

— Ну да, я понимаю, что все в этом мире — на любителя, но степень владения темой и инструментом, и голосом, я считаю, у него просто на высоте. Ну, то есть много их на Западе, и у нас тоже много...

А. Пичугин

— Кстати, про выступление — ваш концерт же скоро будет?

Ю. Теуникова

— Да, наш концерт состоится 13 октября в клубе «Массолит».

А. Пичугин

— «Массолит» — это на Сухаревке где-то?

Ю. Теуникова

— Да, «Массолит» — это на «Сухаревской»... адрес не помню.

А. Пичугин

— Это Юлия Теуникова и группа «КоМПОзит», все правильно, да?

Ю. Теуникова

— Да, все правильно. Сольный концерт группы «Теуникова и «КоМПОзит», 13 октября в клубе «Массолит» на «Сухаревской».

А. Пичугин

— Замечательно, друзья, всех Юлия Теуникова будет ждать. Сейчас мы перейдем к песне, это как раз песня из альбома «Russian сказки», она называется «Трёхмерная кисть». Ну и, по традиции, пару слов о ней.

Ю. Теуникова

— Да, кстати, песня это не моя, это песня Алексея Кулаева. Кроме всего прочего, этот альбом — еще и опыт сотрудничества с другим автором, что для меня вообще уникальная вещь. И здесь две песни, принадлежащие его перу. Первая песня — «Купи мне, мама, интернет» — я написала музыку на текст Кулаева, а вторая песня — это как раз «Трёхмерная кисть», которая полностью принадлежит Кулаеву — и текст, и музыка — я ее просто исполнила.

(Звучит песня)

А. Пичугин

— Напомню, что в гостях у радио «Вера» сегодня в программе «Светлый вечер» — музыкант, лидер группы «КоМПОзит» Юлия Теуникова. Вы говорите, что песня, которую мы сейчас послушали... Я думаю, что примерную музыкальную составляющую альбома «Russian сказки» — сложно, конечно, судить по одной композиции, мы еще потом послушаем чуть позже — но все-таки в общих чертах как-то представить можно. Вы говорили о том, что аранжировки в данном случае принадлежат не вам, а разным людям.

Ю. Теуникова

— Большинство аранжировок в этом альбоме принадлежат Кириллу Кухаренко. Но здесь я должна оговориться, что, все-таки, когда я прописывала ему какие-то темки, я там где-то какие-то мелодические партии наигрывала (напевала), где-то я более какие-то функциональные болванки представляла... Поэтому мое участие как аранжировщика в какой-то мере здесь тоже присутствует... как генератора музыкальных идей....

А. Пичугин

— Как вообще у вас в группе реализовано это право — право голоса? Кто всем занимается? Я понимаю, что вы, что Петр Акимов... Но все ли участники группы могут как-то высказывать свои пожелания, пытаться что-то аранжировать, представлять какие-то свои варианты и видение?

Ю. Теуникова

— Сейчас даже не Петр Акимов, сейчас даже больше Боря Долматов — это человек, с которым мы играли еще в группе «Город Макондо», и основные идеи в «Городе Макондо» были как раз его. И вот сейчас в «КоМПОзите» очень много идей как раз Боря приносит. Я должна сказать, что я уже хорошо себе представляю, чего я хочу от себя и от группы, и какие-то вещи я делаю самостоятельно, или которые уже были сделаны, как например, вещи с альбома «Таймер» — я приношу и прошу их сыграть ровно так, как они были записаны, ну, может быть с небольшой разницей. А есть вещи, которые я приношу, и они свежие, и в них уже заложен какой-то стиль, который вытаскивается путем работы «ритм-секций», путем каких-то обрамлений клавишно-виолончельных... То есть в последнее время это в гораздо большей степени коллективная работа.

А. Пичугин

— Ваш супруг, Петр Акимов, я уже только что об этом говорил, играет в группе «Ихтис». А в группе «Ихтис» основная творческая составляющая — все-таки духовные песни, в основном не богослужебные, естественно, не песнопения церковные, но, так или иначе, духовное наследие, в том числе греческих, славянских, балканских народов, русское народное творчество — но оно объединено общей темой христианства. И я знаю, и во многих интервью вы это часто подчеркиваете, что тема христианства для вас практически с детства очень близка, и вы — человек верующий... Как-то на вашем творчестве это отражается?

Ю. Теуникова

— Не с детства, а скорее, наверное, с какого-то подросткового возраста... Я крестилась в 16 лет, и примерно несколько лет у меня ушло на то, чтобы вообще начать понимать свои взаимоотношения с верой. Естественно, все это с того момента как раз и стало отражаться в песнях, и я не помню такого времени, когда эта тема меня бы не волновала, скажем так. И сейчас мы живем так, что стараемся ходить в храм более-менее регулярно, у нас дети в воскресную школу ходят — то есть, это наше мировоззрение, можно так сказать. И естественно, все это на музыке отражается. Хотя, конечно, сказать, что я какая-то примерная верующая, я такого про себя сказать не могу.

А. Пичугин

— Мне вспоминается, как один священник мне сказал очень спорную вещь, с которой я в корне не согласен. Я думаю, что он и сам, может быть, со временем пересмотрел свою точку зрения, но тогда так довольно резко прозвучало: «Ну, вот посмотрите, Алексей: есть поэты, которые до своего прихода в Церковь писали действительно талантливые, хорошие стихи, а вот в Церковь они пришли, воцерковились, стали людьми верующими, христианами — и это не лучшим образом сказалось на их творчестве, посмотрите, ничего хорошего они не написали...». Ну, и дальше делался вывод, что значит, все творчество — оно не от Бога.

Ю. Теуникова

— Творчество — не от Бога?

А. Пичугин

— Все творчество — в смысле поэзии, литературы...

Ю. Теуникова

— Во-первых, мне сложно судить о том, насколько хорошо я это делаю (Смеется.) — может быть, я это делаю недостаточно хорошо. А потом, еще... я знаю очень многие примеры, когда все совершенно наоборот. И я думаю, что многие настоящие поэты, музыканты, они питались именно этим духом, то есть я в этом просто уверена. Более того, все мои любимые артисты, все, кого я люблю — они, так или иначе... вопрос веры для них не пустой.

А. Пичугин

— Вот я как раз поэтому и спрашиваю вас, потому что тогда я резко не согласился (в общем, не согласен до сих пор), но этот вопрос часто всплывает в разговорах с теми людьми, которые сами пишут стихи, пишут музыку или поют. Каждый раз, когда я слушаю вашу музыку, она мне кажется очень московской, я ощущаю какую-то свою Москву, которая мне очень близка. Такие маркеры разных поэтов, музыкантов часто встречаются. Вот есть замечательный совершенно поэт — Олег Чухонцев. Мне совершенно не близки его последние стихи, по времени написания уже последних 5-6 лет... Эта поэзия — действительно большая поэзия, но вот это не мое, в отличие от его ранних стихов. Но вот у него в этом позднем стихотворении, длинном очень, которое мне непонятно, вдруг откуда-то выезжает трамвай в Лефортово — и все становится на свои места... Вот так же у меня есть ощущение от разных тоже музыкантов, поэтов, у которых вот этим маркером проходит Москва. Я заранее прошу прощения у людей, которые нас слушают в других городах, но... Наверно, Немецкой слободой навеяло, в которой мы сейчас находимся... Я так понимаю, Москва — тоже для вас не пустой звук? «Московские стройки»... Везде красной нитью наш город проходит...

Ю. Теуникова

— Она не пустой звук, собственно, потому что я коренная москвичка, я в Москве родилась, и поколения моих предков здесь жили, то есть практически все мои предки по материнской и отчасти по отцовской линии — коренные москвичи. Поэтому, естественно, о чем мне еще писать, как не о Москве? Дух Москвы — он естественным образом во все это вплетается. Вообще я человек, который очень любит ездить по разным городам — я и Питер люблю, и юг России люблю, и по средней полосе очень люблю ездить; но когда я в Москву возвращаюсь, я каждый раз по ней хожу и понимаю, насколько это все-таки красивый и многогранный город...

А. Пичугин

— От которого иногда устаешь, но при этом все время возвращаешься и понимаешь: Господи, какая же она красивая...

Ю. Теуникова

— И при этом там есть такие уникальные уголки... Я, например, обожаю улицу Живописную, Новикова-Прибоя и «Серебряный бор».

А. Пичугин

— Север?

Ю. Теуникова

— Ну, это северо-запад. Я обожаю поселок Северный, где мы живем — это исторический поселок, он за МКАДом, но он принадлежит именно Москве, вообще уникальнейшее место...

А. Пичугин

— А у меня бабушка с дедушкой жили в поселке Восточный, который ту же функцию выполнял...

Ю. Теуникова

— Новокурьяново, да?

А. Пичугин

— Нет, это за Щелковской...

Ю. Теуникова

— За Щелковской, да...

А. Пичугин

— Чуть-чуть ниже по МКАДу, получается, и где тоже часть моего детства прошла... Я хорошо представляю такие места...

Ю. Теуникова

— Да, немецкие такие домики старые...

А. Пичугин

— Да-да-да...

Ю. Теуникова

— То есть, Москва настолько многогранна... Она, наверное, в ней... В Москве есть что-то от каждого города России...

А. Пичугин

— Будем заканчивать... Последняя песня называется «Дождь» (или «дожь», если говорить правильно, по-московски тоже в какой-то мере...). Расскажите, что это за песня?

Ю. Теуникова

— Это трасса из Москвы в Петербург...

А. Пичугин

— А, вот — вот и мостик перекинули... Спасибо большое. Юлия Теуникова, лидер группы «КоМПОзит», была с нами здесь, в этой студии, программа «Светлый вечер» и я, Алексей Пичугин. Мы прощаемся, всего хорошего и до новых встреч.

Ю. Теуникова

— Спасибо, счастливо всем.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Часть речи
Часть речи
Чем отличается кадило от паникадила, а насельник от местоблюстителя? Множество интересных слов церковного происхождения находят объяснение в программе «Часть речи».
Фрески
Фрески
Фрески – это очень короткие прозаические произведения, написанные интересно, порою забавно, простым и лёгким слогом, с юмором. Фрески раскрывают яркие моменты жизни, глубокие чувства, переживания человека, его действия, его восприятие окружающего мира. Порою даже через, казалось бы, чисто бытовые зарисовки просвечивает бытие, вечность.
Мудрость Святой Горы
Мудрость Святой Горы
В программе представлены короткие высказывания монахов-подвижников Святой Горы Афон о жизни человека, о познании его собственной души, о его отношениях другими людьми, с природой, с Богом.
Апостольские чтения
Апостольские чтения
Апостольские послания и книга Деяний святых апостолов – это часть Нового Завета. В этих книгах содержится христианская мудрость, актуальная во все времена. В программе Апостольские чтения можно услышать толкование из новозаветного чтения, которое звучит в этот день в Православных храмах.

Также рекомендуем