Поделиться
К.С. Станиславский и М.П. Лилина. Спектакль "Вишнёвый сад".
Долгий брак и творческий союз Константина Станиславского и Марии Лилиной по сей день вызывают восхищение. Они прожили вместе 50 лет. Что у них было главным: театр или семья? На этот непростой вопрос они отвечали так: семья и театр.
Юной Маше Перевощиковой никто не прочил актёрскую карьеру. Девушка из интеллигентной московской семьи училась в институте благородных девиц и по его окончании стала учительницей. Но это было время, когда многие в России увлекались любительским театром. Машу тоже манили подмостки. Взяв себе псевдоним Лилина, она вышла на сцену и так провела свой дебют, что о ней заговорила пресса. Псевдоним не помог: Машу узнало начальство института, в котором она работала. С местом пришлось попрощаться. Служебная неприятность компенсировалась обстоятельством, которое определило всю дальнейшую жизнь Маши. В том самом спектакле она играла вместе со Станиславским.
Он к тому времени уже был известным актёром-любителем, что огорчало его родных. Константин Алексеев – это настоящая фамилия Станиславского – должен был продолжить семейное дело. Алексеевы владели фабриками по производству золотых и серебряных нитей. Но в дело вмешалась четвертинка французской крови – бабушка Константина когда-то была парижской актрисой. Увлечение Кости театром родные пытались пресечь, назначив его управляющим фабрикой. На какое-то время это подействовало. А потом до родственников стали доходить слухи, что на подмостках появился актёр, очень похожий на их Кокосю, но с фамилией Станиславский. Пришлось домашним смириться и с актёрством наследника.
А он играл всё больше и больше. И всё чаще в паре с Лилиной. О том, что они влюблены друг в друга молодые люди и не подозревали. Константин Сергеевич писал: «Нам сказали об этом из публики. Мы слишком естественно целовались в спектакле». Через год Станиславский и Лилина обвенчались. Вскоре у них родилась дочь. Она прожила всего два месяца. Спустя ещё год Станиславский отправил другу письмо: «Вчера Бог послал нам дочку. Имя ей Кира Константиновна».
После Киры родился сын Игорь. Станиславский считал, что детей нужно приобщать к искусству, обязательно учить помогать бедным и входить в нужды других людей. Занимаясь воспитанием дочери и сына, Станиславский и Лилина увлечённо воспитывали и перевоспитывали друг друга. Лилина, не имея возможности выходить на сцену, отчаянно ревновала мужа к театру. Станиславский же упрекал Лилину в том, что она «охлаждает его неинтересными разговорами о хозяйстве». Впрочем, стоило только ей уехать в Харьков к брату, как Станиславский помчался следом. «В разлуке не могу даже думать о театре», - писал он жене.
Когда открылся МХАТ Лилину загрузили работой. Не только актёрской, хотя ролей у неё всегда было много. Она ещё и шила костюмы для спектаклей. Вкус у неё был изумительный, руки золотые. Несмотря на положение «первой леди» театра Лилина никогда ничего не требовала для себя. Даже завистникам было не к чему придраться. Больше всех это ценил Константин Сергеевич. «Ни секунды не сомневаюсь, что без тебя мне не прожить на этом свете», - говорил он жене. Она была единственной и главной женщиной в его жизни. Даже знаменитая танцОвщица Айседора Дункан, которая увлеклась Станиславским, потерпела полное фиаско. На её предложение станцевать для Константина Сергеевича обнажённой, он предложил позвать и Марию Петровну.
Революция 1917 года стала для Станиславского и Лилиной настоящей драмой. Один за другим погибали родные, мучил страх за детей. От былого богатства и независимости ничего не осталось. Новые хозяева жизни беспокоили даже по ночам. Однажды с проверкой неожиданно нагрянул уполномоченный. Снять верхнюю одежду он даже не подумал. А когда Константин Сергеевич попросил его снять хотя бы шляпу, ответил: «Нешто у вас здесь иконы?». Иконы в доме были. В комнате Марии Петровны находился киот. Там же хранились венчальные свечи. Спасение от ужасных реалий Станиславский и Лилина находили в любви друг к другу и в театре.
В 1928 году МХАТ праздновал 30-тилетний юбилей. Со сцены Станиславский ушёл с инфарктом. Больше он никогда не играл. Много преподавал и писал книги. Свой главный труд «Работа актёра над собой» Константин Сергеевич посвятил Лилиной – своей лучшей ученице, любимой артистке и преданной жене.
А Мария Петровна в своих воспоминаниях писала так: «Станиславский был человеком с большой буквы, а я с маленькой». Коллеги не соглашались с этим. Говорили, что она могла стать великой актрисой, но предпочла быть вторым человеком при великом первом. Это был её добровольный выбор. Может быть, в нём и крылся главный секрет их долгой и счастливой семейной жизни.
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
Рим., 81 зач. II, 10-16
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Иногда апостол Павел в своих посланиях был вынужден тщательно проговаривать довольно очевидные вещи. К примеру, в звучащем сегодня во время литургии в православных храмах отрывке из 2-й главы Послания к Римлянам апостол Павел упомянул об отсутствии лицеприятия у Бога и о том, что нравственный закон вложен Богом в каждого человека, следовательно, нам всем придётся дать ответ за свои поступки. Давайте послушаем эти слова святого апостола, ведь они, несмотря на свою простоту и очевидность, никогда не утратят актуальности.
Глава 2.
10 Напротив, слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, Иудею, потом и Еллину!
11 Ибо нет лицеприятия у Бога.
12 Те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся
13 (потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут,
14 ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон:
15 они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую)
16 в день, когда, по благовествованию моему, Бог будет судить тайные дела человеков через Иисуса Христа.
Читая Священное Писание, мы неоднократно сталкиваемся с упоминанием разделения человечества на две неравные части: на тех, кто знает закон, то есть на евреев, и на всех прочих — на тех, кто не знает и не живёт по данному Богом через Моисея закону. Это разделение — своего рода «красная нить» всей Библии.
Библия предлагает нам смотреть на мир глазами людей, знающих закон. Такой взгляд предполагает, что закон ставит человека в особенные отношения с Богом, из чего вытекает и то, что знание закона возвышает человека, делает его лучше того, кто закона не знает. Если первое следствие можно подтвердить словами Священного Писания, то подтверждение второго мы в Библии не найдём, потому что, сказав об особом отношении к знающим и исполняющим закон людям, Бог ничего не сказал о том, что такие люди лучше всех прочих.
Но, как мы понимаем, очень непросто найти человека, который не чувствовал бы своей исключительности. Поэтому апостол Павел был вынужден напомнить, что у Бога нет лицеприятия, а потому знание библейского закона и жизнь по нему никого не делают человеком высшего порядка, но накладывают ответственность.
Человек, знающий закон Божий, должен — и по мысли святого апостола, и по мысли всей Библии — становиться проводником Божией воли для всех людей. Такой человек не имеет права не быть миссионером: вся его жизнь должна быть возвещением благости, премудрости и благодати нашего Творца. К этому нас призывает Бог.
Если же человек живёт вне знания библейского закона, то к нему у Бога совсем иные требования, с такими людьми у Бога иной диалог, и не стоит думать, будто бы они окончательно отвержены от Бога.
Своими словами апостол Павел призывает нас задуматься о том, что всякий раз, когда мы говорим о себе как о христианах, нам стоит вспоминать не о собственном величии и не об особенных отношениях с Богом, а об ответственности, которую накладывает Бог на всех знающих Его. Если мы христиане, значит, мы Христовы, а потому должны являть образ Христов всей нашей жизнью. Пусть же Господь Всемилостивый поможет нам в этом!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 22. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Чаще всего мы думаем о Боге как о каком-то далёком от нас Существе. Есть мы — здесь, и есть Он — где-то там, не в нашем мире. Бог зачастую представляется человеку непонятным и даже в какой-то степени опасным, ведь Он может покарать за грехи, может внезапно умертвить, а то и вовсе отправить на вечное мучение в преисподнюю. Псалтирь предлагает нам совсем иной взгляд на Бога, а ещё она говорит о том, каким образом Бог из далёкого и чужого становится для человека своим и близким. Обо всём этом мы можем узнать из звучащего сегодня во время богослужения в православных храмах 22-го псалма. Давайте его послушаем.
Псалом 22.
Псалом Давида.
1 Господь — Пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться:
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим,
3 Подкрепляет душу мою, направляет меня на стезИ правды ради имени Своего.
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.
6 Так, благость и милость Твоя да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.
Прозвучавший только что псалом вышел далеко за пределы библейского мира, он стал достоянием европейской культуры; великие композиторы — к примеру, Бах и Шуберт — были настолько им вдохновлены, что положили слова псалма на музыку. И в самом деле, 22-м псалмом сложно не вдохновиться, ведь уже первая его строка рисует перед нами тот образ, на который не может не откликнуться сердце: «Господь — Пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться» (Пс. 22:1). Эта строка говорит о близости Бога к нам и о том, что мы все под Его защитой точно так же, как овцы под защитой заботящегося о них пастуха.
Однако вот что любопытно: говоря о Боге, эта строка псалма говорит о Нём как о ком-то внешнем. Мы слышим, что псалом, упоминая Бога, произносит слово «Он». Да, Бог заботится, Бог рядом, но с Ним нет прямого диалога. И вот происходит перелом: «Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной» (Пс. 22:4). Оказавшись в опасной ситуации, псалмопевец уже не говорит о Боге отстранённые, возвышенные, добрые слова — Бог из «Он» превращается в «Ты», начинается диалог с Богом, то есть начинается процесс познания Бога.
Действительно, зачастую для того, чтобы перейти от богословских рассуждений к богообщению, нам необходима серьёзная встряска. У каждого она своя: кто-то вдруг начинает видеть и болезненно переживать свои грехи, кто-то скорбит из-за потери близких, кто-то оказывается в опасной, безвыходной ситуации. Вариантов — масса, но все они ведут человека к тому, чтобы начать разговор с Богом.
Почему же нам нужна такая встряска? Почему мы не можем без неё? Вернее, так: почему почти нет людей, способных войти в общение с Богом без каких-либо потрясений? Почему для устранения дистанции между нами и Богом нам, как правило, необходимо пройти «долиной смертной тени»?
Вряд ли мы сумеем найти внятные ответы на эти вопросы. Но мы можем сделать другое — мы можем запомнить основную мысль прозвучавшего сегодня псалма: печальные и мрачные периоды нашей жизни способны обрести высший смысл в том случае, если они помогут устранить дистанцию между нами и Богом. Если это произойдёт, то Бог поистине станет нашим Пастырем, под водительством Которого мы обретём жизнь вечную.
Псалом 22. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 22. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 22. На струнах Псалтири
Поделиться
Псалом Давида
1 Господь — Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться.
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим.
3 Подкрепляет душу мою; направляет меня на стези правды ради имени Своего.
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла,
потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.
6 Так, благость и милость (Твоя) да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.
