В культурном наследии разных народов важное место занимают так называемые сезонные произведения. Обычно это песни, приуроченные к посеву или, наоборот, сбору урожая. В Библии есть текст, написанный для поддержания доброго настроя людей в дни сельскохозяйственных работ. Это псалом 8-й, что читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Псалом 8.
1 Начальнику хора. На Гефском орудии. Псалом Давида.
2 Господи, Боже наш! как величественно имя Твоё по всей земле! Слава Твоя простирается превыше небес!
3 Из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу, ради врагов Твоих, дабы сделать безмолвным врага и мстителя.
4 Когда взираю я на небеса Твои — дело Твоих перстов, на луну и звёзды, которые Ты поставил,
5 то что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?
6 Не много Ты умалил его пред Ангелами: славою и честью увенчал его;
7 поставил его владыкою над делами рук Твоих; всё положил под ноги его:
8 овец и волов всех, и также полевых зверей,
9 птиц небесных и рыб морских, всё, преходящее морскими стезями.
10 Господи, Боже наш! Как величественно имя Твоё по всей земле!
Псалом 8-й — одно из ранних произведений царя и пророка Давида. Составлено было произведение в дни сбора винограда, о чём свидетельствует надписание (то есть аннотация) ко псалму, сохранившаяся в еврейском варианте Ветхого Завета. Видимо, юный ещё Давид помогал отцу и другим родственникам в сборе урожая, вдохновился общим трудом, вкусом созревших плодов и решил прославить Бога, написав произведение, которое впоследствии стали исполнять и во время богослужения, и во время полевых работ.
Начинается псалом с прославления Господа. Давид восхищается миром, который Бог создал. Он пишет: «Господи, Боже наш! как величественно имя Твоё по всей земле! Слава Твоя простирается превыше небес! Из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу, ради врагов Твоих, дабы сделать безмолвным врага и мстителя». Давид поэтично описывает неразборчивую речь и чистый смех маленьких детей как гимн, обращённый к Богу. Эти слова окажутся пророческими. Их вспомнят, когда Христос войдёт торжественно в Иерусалим и Его там будут встречать, в том числе, радостные дети. А недруги Христовы вынужденно замолкнут, не имея возможности сопротивляться чистому детскому восторгу.
Давид восхищается творением Божиим. Он описывает Господа как заботливого художника, бережного скульптора, создающего изящные, радующие глаз вещи. Читаем в псалме: «Когда взираю я на небеса Твои — дело Твоих перстов, на луну и звёзды, которые Ты поставил, то что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?» Тут можно представить себе, как утомлённый сбором винограда юный Давид лежит под ночным небом, созерцает красоту Божьего мира и задаётся вопросом — какое место он, юный пастух, занимает во всём этом удивительном великолепии.
И Давид с дерзновением предполагает — и он сам, и любой другой человек для Бога ценнее всех звёзд вместе взятых. Потому что только люди имеют в себе образ Божий — явственный, но в то же время таинственный по природе своей отпечаток руки Творца на каждом из нас. И будущий царь с восхищением, но уверенно говорит о величии человека, находящегося по природе своей к Богу даже ближе ангелов. Читаем в псалме: «Не много Ты умалил его пред Ангелами: славою и честью увенчал его; поставил его владыкою над делами рук Твоих; всё положил под ноги его: овец и волов всех, и также полевых зверей, птиц небесных и рыб морских, всё, преходящее морскими стезями».
Давида охватывает восторг. И он прославляет величие Божие, благодаря Творца за возможность быть сопричастным этому поразительному великолепию созданного Господом мира: «Господи, Боже наш! Как величественно имя Твоё по всей земле!»
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
На остановке

Фото: Jana Shnipelson / Unsplash
Привычный маршрут встречает мелкой моросью в лобовое стекло. Небо серое. Еду на работу. На перекрёстке скопились машины — красный свет, останавливаюсь.
Взгляд падает на автобусную остановку на другой стороне улицы. Там стоит пожилая пара. Невысокая женщина в бежевом плаще и светло-бордовой косынке слегка опирается на сумку-тележку. Рядом с ней сухощавый спутник в брюках, серой болоньевой куртке и с чёрной матерчатой сумкой для продуктов. Он делает к женщине шаг и аккуратно заправляет торчащий кончик косынки под воротник плаща. Мужчина делает это бережно, не спеша. Когда он заканчивает, то женщина поворачивается к нему, и её лицо меняется в улыбке, будто молодеет на глазах.
Они продолжают просто стоять рядом, а я чувствую тихую радость. И как-то светлее всё становится вокруг, будто-то потеплело за окном.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Добродушный великан

Фото: Bruno Kraler / Pexels
Однажды моё рабочее утро на автомобильной заправочной станции началось со знакомства с огромным псом. Видимо, он забрёл к нам — подальше от дороги.
Это был метис крупных пород: сенбернара, кавказской овчарки, а возможно и московской сторожевой. Как он здесь оказался — никто из коллег не знал. Он улёгся на лужайке возле пожарного щита и, кажется, не собирался никуда идти.
Я решил подойти к нему не с пустыми руками. Миска с гречкой, перемешанной с тушёнкой, стала залогом нашего успешного знакомства. Через 10 минут я уже гладил собаку.
Рассвет — так мы с коллегами назвали этого «четвероногого странника» — теперь живёт на заправке. У него есть свой вольер с будкой и лежанка. Не знаю почему, но теперь, когда моё рабочее утро начинается с заботы об этом добродушном великане, на душе у меня становится теплее. Для этого я прихожу пораньше и отношу ему миску с едой, а взамен получаю звонкий лай.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Имбирный нокаут

Фото: Gundula Vogel / Pexels
Я работаю тренером по боксу. И как-то, возвращаясь после соревнований из другого города, прилетел в Москву рано утром. По пути из аэропорта заехал в магазин — жена приболела и попросила купить лимонов. И вот стою во фруктовом отделе, выбираю цитрусы, и вижу рядом в лотке с имбирём необычное корневище. По форме оно напоминало человечка. Причём весёлого: руки были направлены вверх, а ноги будто согнуты перед прыжком, голова слегка наклонена набок. Он будто танцевал...
Я не собирался покупать имбирь, но тут сообразил, что чай с имбирём и лимоном — это двойной удар по простуде. Но я немного ошибся. В моём случае удар был даже не двойным. Корень в виде танцующего человечка вызвал такую радость у супруги, что её самочувствие тут же улучшилось.
— Да, — подумал я. — Пожалуй, утро, которое начинается с улыбки и имбирно-лимонного чая, вполне может отправить простуду в нокаут.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











