«Вера и дела». Светлый вечер с прот. Вячеславом Перевезенцевым - Радио ВЕРА
Москва - 100,9 FM

«Вера и дела». Светлый вечер с прот. Вячеславом Перевезенцевым

* Поделиться

У нас в гостях был настоятель храма святителя Николая Чудотворца в селе Макарово Московской области протоиерей Вячеслав Перевезенцев.

Мы говорили о значении милости и милосердия в жизни христианина.

Ведущий: Александр Ананьев


А.Ананьев

- Здравствуйте! Меня зовут Александр Ананьев. 

Завтра, 27 ноября – не просто вторник, а «Щедрый вторник». И радио «Вера» призывает отметить Международный День Благотворительности, и присоединиться к благотворительному движению «Радио «Вера» – в каждый дом».  

Можно будет отправить смс-сообщение на короткий номер 7715 со словом «вера», пробелом и суммой перевода. Можно будет сделать пожертвование через наше мобильное приложение, или на нашем сайте radiovera.ru.  

Ну, а накануне «Щедрого вторника» я решил поговорить именно о благотворительности, к которой у каждого новоиспечённого неофита – того, кто делает первые шаги в церковной жизни – есть немало вопросов. 

Во всём пробуем разобраться сегодня с моим дорогим гостем – протоиереем Вячеславом Перевезенцевым, настоятелем храма святителя Николая в деревне Макарово Московской области. 

Добрый вечер, отец Вячеслав! 

О.Вячеслав

- Добрый вечер! 

А.Ананьев

- Правильно ли я догадываюсь, что благотворительность, милосердие, пожертвование, милостыня – это не простой вопрос. 

О.Вячеслав

- Ну… я думаю – да. Это, очевидно, очень важный вопрос. А раз он важный, то он не может быть каким-то банальным, простым, поверхностным. Он – очень глубокий, и связан, в каком-то смысле, с очень существенным пониманием каждым христианином того, чем для него является его вера. 

А.Ананьев

- И его жертва. 

О.Вячеслав

- И его любовь. И его отношения со Христом. 

А.Ананьев

- Я, может быть, полгода только нахожусь в Церкви и делаю шаги, но я уже догадываюсь, что жертва – это один из краеугольных камней, на котором   стоит Церковь. 

О.Вячеслав

- Конечно. 

А.Ананьев

- Но… если бы всё было так просто! Позвольте поделиться с вами личной историей, которая случилась, буквально, пару дней назад. 

Я встречал жену на Ленинградском вокзале. Ну – вы понимаете – вечер, ноябрь, поздняя осень, и совершенно предсказуемая картина – на входе нищий с коробочкой, внутри сразу же подходит какая-то женщина с грустными глазами и говорит, что она не может уехать в свою Рязань. Дальше – девушки в каких-то синих футболках с какой-то символикой, которые тоже пытаются тебя остановить и о чём-то рассказать. На перроне – какой-то мутный мужчина, который подходит и говорит: «Извините… а можно с Вами поговорить?» – и ты уже догадываешься, к чему это ведёт.  

Ну, я… как-то вот… аккуратно говорю: «Всё. Ничего не будет», встречаю жену, сажусь в машину и думаю: «А вот – что я такое сделал? А вот – прав ли я? Как мне надо было – не как хмурому Александру, который встречает свою жену, а как христианину – поступить тем ноябрьским вечером на Ленинградском вокзале? 

О.Вячеслав

- Я думаю, что тот вопрос, который сейчас Вы здесь озвучили, и который терзает Вас потому, что это не какой-то абстрактный вопрос, а он – очень жизненный. И, наверное, та история, которой Вы поделились, так или иначе не просто бывала в жизни многих, если не всех наших слушателей, а просто происходит очень часто. И наверняка многие из них задавали этот вопрос и самим себе, и своим духовникам, или каким-то другим людям.  

И я, конечно же, здесь – не исключение. Я могу сказать, что я и встречался с такими ситуациями, и думал над этим очень много, и, в данном случае, могу сказать лишь вот какую-то свою точку зрения, как, наверное, и каждый из нас в этой ситуации. 

Насколько я понимаю… вот, по крайней мере, на сегодняшний день, для меня здесь нет какого-то однозначного правильного ответа. 

А.Ананьев

- По итогам программы, я мечтал бы, чтобы мы выработали какую-то очень понятную формулу, в которую бы входило: «Александр, у тебя есть такая-то сумма, есть – такой-то человек, и вот такой-то процент такой-то суммы ты должен – или не должен – положить ему в коробку». Такой формулы не будет, я так понимаю? 

О.Вячеслав

- Смотрите… она может быть для Вас, но, наверное, она должна родиться не в результате нашего сегодняшнего разговора и не в результате вот этой программы, да? А в результате Вашего разговора с духовником. И, в общем-то, наверное, это хорошо, чтобы у каждого было какое-то ясное понимание того, как ему поступать конкретно вот в такой или иной ситуации. 

Я думаю, что духовник может взять на себя какую-то ответственность и посоветовать, что нужно делать. Причём, и здесь мы не должны удивляться, что одному он может посоветовать одно, а другому – нечто другое. 

А.Ананьев

- Или тебе в разных ситуациях просто – разное? 

О.Вячеслав

- Или тебе в разных ситуациях – разное. 

Смотрите, в чём здесь некая сложность. Конечно же, для нас – и здесь мы не можем как-то… ну… не знаю… много по этому поводу сомневаться – то есть, вообще не должны сомневаться – любым источником поиска ответов на наши вопрошания должно быть Священное Писание. А именно – Евангелие и слова Спасителя. 

И вот, если мы внимательно вспомним, что говорит Господь именно по этому поводу – а Он говорит по этому поводу, конечно же, потому, что мы с вами уже сказали, насколько важна эта тема милостыни и жертвы, и поэтому Он много по этому поводу говорит – и, в данном случае, есть совершенно конкретные Его слова. Он говорит: «Просящему у тебя – дай». И здесь нет какого-то… мы не можем  эти слова  Его истолковать, если, конечно же, мы не будем дерзать что-то поправлять или домысливать, что – вот, так сказать, на самом деле, Он имел в виду вот это… если просящий – вот такой-то… если просящий знает, что с этим сделать… если от просящего хорошо пахнет… ну, и так далее. Он этого ничего не говорил! Потому, что если бы это было так, Он бы обязательно это сказал. Он просто говорит: «Просящему у тебя – дай. И даже тот, кто у тебя просит взаймы – дай ему, не ожидая получить назад». И здесь у нас нет никаких оснований – ещё раз повторяю – ну… как-то сомневаться. 

И всё же – я сказал, что этот вопрос непростой, и на него могут быть разные… какие-то вот такие… ответы. В том же Священном Писании, но уже в Ветхом Завете – и здесь, конечно, мы понимаем всю разницу в авторитете каких-то текстов ветхозаветных и слов самих Спасителя, но всё же – для нас это Священное Писание – есть такие слова: «Пусть милостыня твоя вспотеет в твоём кулаке, прежде  чем ты его разожмёшь». 

А.Ананьев

- Вспотеет? 

О.Вячеслав

- Вспотеет. 

А.Ананьев

- Как это понимать? 

О.Вячеслав

- А вот как. Когда ты держишь что-нибудь в кулаке, ты его не сразу разжимай, когда кто-то просит, а ты вот много-много подумай, прежде, чем разжать кулак. 

А.Ананьев

- То есть, не просто то, что имеешь, дай, а… 

О.Вячеслав

- Да. То есть, мы видим здесь как бы некое… нечто противоположное. И нам может показаться, что здесь, и правда, некое такое противоречие. 

Но, понимаете, жизнь вообще так устроена, что она очень часто, особенно вот, опять же, в таких каких-то своих глубочайших, фундаментальных основаниях… ну…вот… её нельзя свести к каким-то формулам, которые вот… ну… и Вы хотите, и я хотел бы, наверное, получить, потому, что нам так легче жить. Да? 

А.Ананьев

- Особенно по неофитству.  

О.Вячеслав

- Ну… конечно… 

А.Ананьев

- Неофиты, вообще, любят упрощать свою жизнь… 

О.Вячеслав

- И это – правильно. Потому, что такие упрощения необходимы и они – нужны, но просто нужно понимать, что… вот… не всё туда влезет, так сказать, в это прокрустово ложе наших упрощений. И где-то, на каком-то этапе, мы должны понимать, что – правда, жизнь вот так вот сложней и глубже, и иногда вот… и правда… такое вот противоречие. 

В чём же, собственно, это противоречие есть? Почему… я не помню, к сожалению, в какой книге Ветхого Завета есть вот эти слова, и кому они принадлежат, но я понимаю, что за этим стоит, какой смысл стоит за этой фразой из Священного Писания: «Пусть милостыня твоя вспотеет в твоём кулаке, прежде, чем ты его разожмёшь». 

А стоит, как раз, именно то понимание, которое каждому из нас хорошо знакомо. Я хочу сделать добро или зло?  Я хочу помочь человеку или от него отделаться? Ведь это – совершенно не праздный вопрос. Потому, что жертвой можно и отделаться. Можно – не помочь. И даже – можно навредить! 

А.Ананьев

- Ну, и ещё – не хочется стать жертвой откровенных манипуляций. 

О.Вячеслав

- Конечно! А можно – попасть, и это тоже, на самом деле, в каком-то смысле – вред, да? Потому, что тем самым невольно, или не желая о том думать, мы участвуем в каких-то не очень хороших делах. 

Я вам расскажу свою историю. У нас в городе, где я живу, в Черноголовке, почти нету нищих, которые могли бы стоять где-то и просить подаяние. То есть, иногда встречаются, и, как правило даже – это жители, мы про них знаем – где они, откуда, что с ними случилось… 

А.Ананьев

- Кстати, да – удивительно чистый, уютный такой, обжитой город. 

О.Вячеслав

- Ну… 

А.Ананьев

- Такой маленький и очень красивый. 

О.Вячеслав

- … просто он очень маленький, да. И понятно, что это – одна история. А вот мне приходится часто бывать в нашем районном центре, городе Ногинске ( или Богородске, я очень надеюсь, что это историческое имя скоро будет возвращено этому городу ). Там у нас собор, где наш благочинный – в общем, там часто я бываю. И вот там много вот таких вот стоит нищих – и недалеко от храма, и где-то ещё. 

Я проходил мимо одной такой женщины – ну, бабушки, можно сказать, – которая просила подаяния, и я достал какие-то небольшие деньги, чтобы пожертвовать ей, и она мне сказала: «Батюшка, не делайте этого. Потому, что вот сейчас подойдёт человек – Вы даже можете посмотреть – он у меня всё возьмёт. Потому, что мы все здесь стоим потому, что нас здесь расставили, и у нас всё отнимают. Нам ничего почти не достаётся – нас просто кормят».  

Вот, почему она именно мне это так сказала? Ну, вот, как-то ей, видимо, было неловко, что, может быть, священник, там… и, так сказать… как-то ей… но это – история известная. Как раз, потом я поделился со своим другом, тоже священником, и он сказал, что он как-то видел, как раз, эту картину, когда… 

А.Ананьев

- А с этим можно что-то сделать? 

О.Вячеслав

- Ну, с этим должны делать, Вы знаете, кто… у нас есть специальные службы, которые следят за порядком, и за мошенниками… 

А.Ананьев

- А… служба должна быть в курсе, да? 

О.Вячеслав

- Она в курсе, я думаю. Мы не будем, наверное, об этих грустных делах нашей реальности говорить. Я не думаю, что полицейские не понимают, как всё это устроено. Но, видно, почему-то… это всё остаётся так, как есть. 

Но! Смотрите, опять же – отменяет ли это слова Спасителя? «Просящему – дай»? Вот, я Вам честно скажу – я не знаю. И поэтому, я всегда, когда мне такой вот вопрос, подобно тому, как Вы мне сейчас задали и спросили, а как поступать – вот, в этих конкретных случаях, когда даже мы знаем, что это, в общем-то вот… ну, знаем или… скажем так… почти уверены, что за этим что-то нехорошее стоит, может быть, какое-то мошенничество, я всегда говорю: «Ну, прислушайся к своему сердцу!»  

Если совесть ваша смущена потому, что вы даёте – не делайте то, что смущает вашу совесть. Найдите возможность – только обязательно найдите возможность – чтобы эту жертву, эту милостыню обязательно, может быть, в этот же день, совершить как-то иначе. А если ваша совесть смущается потому, что вы проходите мимо просящего – не смущайте свою совесть, не проходите мимо просящего, даже если вы знаете, что вот как-то здесь всё…  не так хорошо. Сделайте то, что подсказывает Вам – именно сейчас – Ваша совесть. Может быть, помолившись  в этот момент, или просто выходя на улицы города, и зная, что могут быть вот такие встречи, попросите, чтобы Господь вас просветил и умудрил, как вам сейчас – вот сегодня – поступить: откликнуться на каждую нужду, или, там, как-то иначе… но, в любом случае, мне кажется, это – очень важный какой-то внутренний критерий. Потому, что внешнего здесь быть, с одной стороны… не может… 

А.Ананьев

- Но у нас – два внутренних критерия. То есть, по сути, мы сейчас говорим о противостоянии нашей совести – и нашей головы. Голова понимает: «Вот, дашь ты ему сейчас 500 рублей – ты ему навредишь». Навредишь как в малом, так и в великом. Потому, что ты просто подкормишь ту порочную, преступную, по большому счёту, систему, которая противна твоей душе. А совесть будет говорить: «Ну… есть же у тебя 500 рублей, ну… у тебя больше есть в кошельке! Ну, что – тебе трудно, что ли, дать? Ну, спокойнее же тебе будет…» 

О.Вячеслав

- Ну, вот, смотрите… если Вы у меня спрашиваете, то я свой ответ уже озвучил. В данном случае надо слушать совесть. Надо слушать совесть… 

А.Ананьев

- И не слушать голову? 

О.Вячеслав

- Ну, понимаете… наш разум и наша совесть – они очень связаны. И я думаю, что если Ваш разум настойчиво убеждён в правоте одного и неправоте другого решения, то совесть как-то будет с ним согласована. Критерий здесь – вот именно какое-то вот внутреннее состояние. Может быть, даже на этот момент… вот, данный момент.  

То есть, вы можете сегодня поступить так, а завтра – иначе, и... Но ещё раз повторяю: даже если вы проходите мимо – вот, здесь очень важно, мне кажется, и я не случайно это сказал – потому, что вам кажется… ну, вот… Господь всё равно постучал в ваше сердце. Через, может быть, этого «профессионального» попрошайку – Он постучал в ваше сердце!  

И если почему-то ваша совесть смущается вот именно ему подать – ну, найдите возможность, как можно подать Господу через другую протянутую руку. А вы обязательно её встретите, если вот будет расположение в вашей душе… обязательно. Ещё солнце не зайдёт – ну, если вы и правда будете этого хотеть и об этом думать – вы найдёте возможность, как помочь или другому человеку, или – как-то иначе, но откликнуться, и сделать то, что я сказал. 

Есть не просто какое-то хорошее или доброе дело, и даже – не просто исполнить заповедь Божию ( а это – заповедь Божия ), а на самом деле – реализовать свою веру. 

Вот, понимаете… может быть, мы об этом немножко сегодня скажем – мне кажется, это очень важно: понимать, что когда мы откликаемся на какую-то просьбу кого-то, когда мы кому-то помогаем, когда мы благотворим, то есть, делаем доброе дело, или проявляем милосердие или милость к кому-то, что это и есть, на самом деле,  проявление нашей веры.  

Потому, что известны слова апостола Иакова – она без дел мертва. Вера без дел мертва. И вера, как и любовь – она должна быть видима. Она не может быть просто «в душе», как… знаете… многие любят рассуждать, и очень убеждены, что это…  как-то… очень благочестиво и серьёзно, что вот «Бог – в душе», «вера моя – в душе». Ну, прекрасно, и я даже понимаю, что они имеют в виду порою под этим – ну, конечно, а где же она ещё будет? Вера рождается в сердце, и Бог приходит в наше сердце. Но если, на самом деле, никто не видит, кроме вас, что Он у вас в душе, если этот Бог, который у вас в душе ( или вера в душе ) не проявляется вовне – через ваши слова, вашу улыбку, дела ваших рук, через то, куда вы ходите, то есть, направляете свои стопы, то я вас… боюсь огорчить – это мёртвая вера. И это – мёртвая любовь. И нет в ней никакой пользы. 

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА» 

А.Ананьев

- Этим светлым вечером на светлом радио мы с протоиереем Вячеславом Перевезенцевым, настоятелем храма святителя Николая в деревне Макарово, Московской области, говорим на тему, которая, при ближайшем рассмотрении, кажется глубже, чем я даже подозревал. Мы говорим о благотворительности и милосердии. 

Я напомню вам, почему мы выбрали эту тему. Ежегодно, в последний вторник ноября в мире отмечается Международный день благотворительности, и радио «Вера» предлагает каждому стать частью общего дела – принять участие в благотворительном движении «Радио «Вера» – в каждый дом». Завтра, 27 ноября, во вторник, у вас будет возможность отправить смс-сообщение на короткий номер 7715 со словом «вера», пробелом и суммой перевода, сделать пожертвование через наше мобильное приложение или на нашем сайте radiovera.ru – обо всём мы подробно расскажем завтра. 

И, по большому счёту, сегодня одна из задач, которая передо мною стоит, отец Вячеслав, дать ответ на вопрос какого-то нашего слушателя, который услышал о том, что завтра будет вот эта акция, и он хочет стать частью общего дела – у него есть пластиковая карточка, на карточке есть какие-то деньги, и он думает: «Так, надо перевести деньги будет…» – вот, сколько?  

С одной стороны, «всё, что имеешь – отдай», но это же не правильно? А сколько – правильно? 200 рублей – ну, смешно! Чашка кофе стоит 260 в Москве. 300? Вот, мы начинаем уже торговаться… и опять в душе смущение, и опять я чувствую, что иду против совести. Однако, мы об этом поговорим чуть позже.  

Мне очень показалось важным то, что Вы рассказали о связи веры и благотворительности. Нет ли ощущения, что вопрос благотворительности должен оставаться в стенах храма, в стенах Церкви? А в одном из моих любимых храмов настоятель прямо говорит: «Друзья, за стенами нашего храма есть нищие. Они просят у вас деньги. Как настоятель, я прошу вас – не давать им. У нас есть ящик для пожертвований – это наша организация, которая может накормить, обеспечить одеждой, билетами, документами и лечением. Тот мужчина, который сейчас стоит за стенами храма, их пропьёт». Может быть, так правильно? 

О.Вячеслав

- Ну, смотрите, мы опять возвращаемся к этому трудному и, всё-таки, неразрешимому вопросу: как конкретно поступить? 

Я думаю, что если настоятель этого храма так говорит, он понимает, что он говорит. И он отвечает за свои слова. И это, правда, один из путей, одна из возможностей помочь людям как-то сориентироваться и проявить своё добро, проявить своё какое-то милосердие максимально… ну… не очень хорошее слово, не люблю я его… эффективно. Но, всё-таки… 

А.Ананьев

- А почему? Что же в этом слове плохого? Быть эффективным – это не плохо. 

О.Вячеслав

- Ну, потому что… нет-нет-нет… когда мы говорим о любви и о милосердии – это не те слова… 

А.Ананьев

- У меня есть прекрасный пример на сей счёт – напомните, я Вам сейчас его приведу! Простите, перебил… 

О.Вячеслав

- Хорошо. И опять же, смотрите. Если другой настоятель скажет совсем другие слова: «Дорогие братья и сестры! Вот, вы знаете, что у нас в храме есть люди, которые занимаются помощью обездоленным, больным, престарелым – вот, у нас в храме есть такие люди, и у нас в храме есть ящики для пожертвований для этих целей – для больных, или для заключённых – мы им помогаем, окормляем 9 колоний в Ивановской области… 

А.Ананьев

- Это – Ваш храм? 9 колоний… 

О.Вячеслав

- Наш храм, да, 9 колоний – уже много лет. Ну, то есть… и вещи присылаем, и  какие-то подарки, переписываемся с ними, потому, что иногда нужно просто какое-то слово доброе сказать – оно не менее важно, чем какая-то посылка. И я скажу: «Вот, вы знаете, всё это у нас есть, и мы очень рады и благодарны вам, если вы делитесь своими возможностями, своими какими-то материальными средствами для того, чтобы мы могли реализовывать эту помощь. Но! Если вы посчитаете для себя нужным помочь кому-то как-то иначе – потому, что в вашем подъезде есть какой-то человек, который в этом нуждается, или у вас есть друзья, которые… ну, и так далее… или, может быть, да – это будет вот тот случайный нищий, который будет стоять за порогом нашего храма – прекрасно, делайте и это тоже, и только так!» Потому, что – опять же, я бы здесь вспомнил, и это – самое главное – каждая протянутая рука – это рука Христова. 

Вот, я вам сказал, и, наверное, правда, эта вещь… эта мысль – мы к ней будем возвращаться постоянно сегодня. 

А.Ананьев

- Постоянно – потому, что у меня нет такого, что: «О, отец Вячеслав, Вы сказали – и я пойду»? Я не пойду! А что, если это Федька, которого мы уже знаем много лет? Ну, алкоголик он – зачем ему давать? Ну, убьём его этими 500 рублями, может быть… 

О.Вячеслав

- Может быть. Пути Господни – неисповедимы. А может быть – спасём. 

А.Ананьев

- А почему – спасём?  Он же их пропьёт. Я же знаю! 

О.Вячеслав

- Нет, Вы не знаете. 

А.Ананьев

- Не знаю? 

О.Вячеслав

- Вы даже про себя не знаете, что с Вами будет через полчаса. 

А.Ананьев

- Это – правда. 

О.Вячеслав

- А уж, тем более, Вы не знаете про другого человека. Но это – удивительно! Если бы это было не так, мир был бы страшен! Но мир – таинственный, но не страшный. И в нём действует не только человек и наши знания, в нём ещё и действует Бог! 

Я, например, вспоминаю историю великого святого древней Церкви святителя Григория Двоеслова. Он был епископом Рима, Папой Римским. И он, будучи епископом, он был и начальником – то есть, и за городом следил, и за церковью, и за всем, как-то вот, старался. 

И вот, в его житии есть такая история. Он служит Литургию… а вы знаете, что когда священник служит Литургию, то что бы ни случилось, он не может отвлечься. Ну, даже если, там, не знаю… обвалилась крыша храма, то – и то, он должен… как-то взять Святые Дары, перенести их в другое место, и закончить Божественную Литургию – там, может быть, спустя какое-то время. То есть, должно случиться очень что-то такое серьёзное, чтобы он прервал. И вот, он служит Литургию, и доходит до него вещь, что там, на пороге храма умер нищий. Он умер – на пороге их храма. И он останавливает Литургию. И он идёт к этому нищему, и он плачет над ним. Он говорит своим братьям и сёстрам, которые вместе с ним молились: «Я не могу сейчас служить – потому, что это Христос умер, Христос умирает… Наверное, мы не смогли что-то сделать, чтобы этот человек и Христос не умер на нашем пороге!»  

Потом он возвращается в храм, заканчивает Литургию, но вот само это видение мира – вот, оно такое. Видение, которое основывается, как раз, на самом деле, не на каких-то гуманистических фантазиях, как может кому-то показаться, а основывается именно на Евангелии. 

В притче о Страшном Суде, которую мы все так хорошо знаем – хотя бы, просто потому, что перед началом Великого Поста именно она звучит в наших храмах – именно она, и именно о Страшном Суде…  

 А что нам с вами нужно ещё более важного узнать, чем то, на какие вопросы мы будем отвечать на Страшном Суде? Вот, представьте, студент готовится к экзамену, и он не знает вопросов. Как ему пройти это испытание? Да он с ума сойдёт: «А что, что будут спрашивать? Это или это?» И ему дают вопросы, и дают ответы. И он как-то готовится, и тогда у него есть надежда, что он это испытание пройдёт достойно, если потрудится выучить и так далее. 

И Господь прекрасно понимает, что мы тоже будем проходить через это испытание – каждый из нас ответит за то, как мы эту жизнь прожили, что мы делали, и что мы не делали, на что мы потратили то время, которое нам не принадлежало – потому, что это Бог нам его вручил, это время, и какие-то наши способности, таланты, и поставил нас в те или иные обстоятельства – не  просто так! Он что-то ждёт от нас. А чего? И вот, эту притчу Господь говорит. И говорит так предельно просто, что голова может закружиться от этой ясности. Он говорит:  

- Если вы напоили Меня, когда я жаждал, то вы – благословенны Отцом Моим, накормили Меня, когда я был голоден, вы – благословенны, посетили Меня в больнице или когда Я был в заключении, или одели Меня, когда я был наг – вы благословенны!   

- А когда же мы это сделали? Мы Тебя и не видели!  

- Но если вы это сделали меньшим Моим братьям ( и Он не говорит: меньшим Моим хорошим братьям ) - вы сделали это Мне.  

И наоборот: 

- Если вы не сделали – то есть, прошли мимо этого брата, то вы прошли мимо Меня. Вот, собственно, и всё. Вот это видение – оно многое меняет. Да?  

Мы видим женщину, мужчину, мы видим возраст, мы видим, как… или слышим, или чувствуем, как от него пахнет, и, даже зная, что с ним будет, и куда он понесёт эти… – это одно видение. И мы от него никуда не денемся! Потому, что… ну, как… это – опыт нашей жизни. А вера в нас – она видит человека иначе. Вот, иначе видит! Совсем по-другому, если мы живём верой. 

Вот, я про что Вам и говорю, что милость – это и есть проявление веры. Человек верующий – он видит Христа, и поступает, как поступил бы Христос. И, в общем, для нас, конечно же, это – суд, понимаете? Над нашей верой, над нашей жизнью. Нам бы хотелось, чтобы было, конечно, всё проще. Мы бы и не прочь помогать, но только бы не ошибиться… мы бы… ну, и так далее. Всё вот – разложить по полочкам.  

А знаете, как ещё бывает? Там, многие говорят: «Ну, а почему я? Куда смотрит государство? Оно должно этим заниматься! Не должно быть нищих на наших улицах, должны быть хорошие Дома престарелых, приюты, социальные работники работать…» – и это очень правильно, и это – хорошее государство, в котором всё это есть! Но смотрите, какая здесь тоже есть опасность. 

Представим себе некий такой город будущего, где этого ничего нету… 

А.Ананьев

- Что далеко ходить? В Норвегии вот был… 

О.Вячеслав

- Ну, какая-нибудь Норвегия, там, или Швеция… хотя, там, всё равно всё… ну… в общем, не так там гладко… но – да, там, в этом смысле – да. Огромные платят люди налоги, и они идут на дело, там всё это… и правда, на самом деле. По крайней мере, я вот разговаривал с одной… ну, правда, немкой, христианкой, и она говорила, что эта проблема существует, что… 

А.Ананьев

- Проблема неимущих? 

О.Вячеслав

- Проблема некоего такого… христианского делания. Потому, что у них такая уже установка, что, собственно, зачем же нам это делать – мы платим налоги, и есть специальные люди, которые сделают это профессионально. 

Но получается одна очень серьёзная вещь: а что с твоим сердцем? а что с твоей верой? 

А.Ананьев

- Действие сердца попало под действие нормативных документов? 

О.Вячеслав

- Да! Ты всё сделал, и… как бы… всё, и – спокоен. И ты, как бы… 

А.Ананьев

- «Я всё сделал – вот справка!» 

О.Вячеслав

- … удовлетворён, да. Принёс все положенные справки, и всё хорошо… но научился ли ты вот этой жертве, это милости? Помните, да, слова пророка, которые Господь повторял не раз: «Милости хочу, а не жертвы»?  

Ну вот,  в этом смысле… иногда люди очень эту фразу буквально толкуют – и это толкование очень верное – ну, в смысле каких-то там языческих жертвоприношений. «Вот, не это Я хочу, чтобы вы – переводя на наш современный язык, – возжигали свечи, а чтобы сердце ваше было милостивым».  

Но я бы даже её несколько расширительно понял. Я думаю, что я не погрешу против мысли Спасителя здесь. «Милости хочу, а не жертвы»: «Мне важно, чтобы не только вы чем-то делились, и даже делали какие-то добрые дела, и  что-то от себя отнимали, но чтобы это – было следствием вашего милующего сердца! ( Милосердие – это сердце милующее )». 

Или, скажем так: «Чтобы это рождало в вас какую-то милость». А если это рождает самодовольство, самоуспокоенность, если это рождает, может быть, даже какое-то тщеславие и гордыню, то результаты совсем могут быть иные, и не этого бы хотел Господь. 

А.Ананьев

- Отец Вячеслав, спасибо! Мы вернёмся к разговору о благотворительности, милостыне, пожертвовании – ровно через минуту. Слушайте радио «Вера»! 

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР НА РАДИО «ВЕРА» 

А.Ананьев

- Вы слушаете светлое радио – это радио «Вера», «Светлый вечер». 

Меня зовут Александр Ананьев. И я хочу напомнить вам о том, что уже совсем скоро – завтра – грандиозная благотворительная акция «Щедрый вторник», к которой мы здесь, на радио «Вера», долго готовились.  

В Международный День благотворительности у каждого слушателя радио «Вера», во всех городах страны, будет возможность принять участие в общем благотворительном движении «Радио «Вера» –  в каждый дом!»  Это – ваш хороший шанс принять посильное участие в общем деле. Все подробности также на нашем сайте radiovera.ru.  

А сегодня, накануне этой акции, в понедельник вечером мы с протоиереем Вячеславом Перевезенцевым, настоятелем Храма святителя Николая в деревне Макарово, Московской области, говорим, как раз, о благотворительности. И в нашем разговоре мы дошли до того, что я определил как эффективность, и, тем самым, если я правильно понял, отец Вячеслав, вызвал какую-то негативную реакцию с Вашей стороны! 

О.Вячеслав

- Нет… ну, не негативную, а недоуменную. 

А.Ананьев

- Недоуменную. Хорошо. Тем не менее, есть прекрасный пример!  

Я не знаю, Вы были вот на этом форуме активных мирян «Фавор», который прошёл недавно? 

О.Вячеслав

- Нет, я не был, но… 

А.Ананьев

- Прекрасный был форум! Он был прекрасен тем, что он был, как раз, в том, современном, формате, который вот, в голове большинства, как-то не вяжется с Православием. 

Это были современные… Владимир Романович избегает слова «спикеры», но, тем не менее, это были спикеры, с головными микрофонами, современные экраны, и очень хорошие люди делились очень хорошими случаями из жизни, как это говорится на современном языке – кейсами. 

Один из успешных бизнесменов рассказывал о том, что, вместо того, чтобы пожертвовать миллион, который у него был, он поступил иначе. Он сделал несколько очень важных звонков, свёл вместе несколько очень важных людей, соединил вместе несколько организаций, назначил там какую-то… подписал какую-то бумажку, и тот благотворительный фонд, который наждался в деньгах на лечение каких-то конкретных детей, получил не один миллион, а – десять. А мог, вместо этого, например, кормить супом больных – кому от этого было бы хорошо? 

То есть, вопрос эффективности – на мой взгляд, он не праздный. 

О.Вячеслав

- Смотрите. Очень важно не путать разные вещи. То, о чём Вы говорите, очень важно. И в любой сфере – в любой сфере – на самом деле, очень важно, чтобы люди были профессионалами. И сфера социального служения, сфера благотворительности, сфера, там, фандрайзинга, сбора помощи – это совершенно определённые сферы жизни и деятельности, где есть свои законы, где есть опыт и ошибок, и опыт каких-то прорывов. И странно было бы махнуть на это рукой и сказать, что это нам не интересно, не важно, а мы должны просто… нет. 

Люди, которые этим занимаются – то есть, профессионально этим занимаются – для них очень важно про это думать. Посмотрите, это было же и в жизни! Например, Иоанн Кронштадтский, который был… вообще… может быть, самым…  одним из великих благотворителей предреволюционной Церкви. Потому, что, по каким-то свидетельствам, иногда он в год тратил по 60000 рублей – это огромные суммы! Я сейчас не знаю, сколько, там, это… огромные суммы. И, первоначально, он просто – всё, что у него было, отдавал. Вот, он выходил иногда из дома – возвращался без сапог, потому, что надо было кому-то – увидел, снял сапоги и отдал. Потом, во-первых, у него становилось и средств этих больше, и стало понятно, что можно иначе это тратить – и он построил в Кронштадте Дом трудолюбия. Это не просто дом, где могли жить люди, которым было негде жить – они могли там трудиться, первоначально просто делая какую-то элементарную работу, потому, что они ничего не умели. И он тоже понял, что это – неэффективно, что нужно их учить. Ну, и так далее.  

И так поступали очень многие. И, в этом смысле, здесь не о чем спорить.  Это совершенно… 

А.Ананьев

- Это просто – другое. 

О.Вячеслав

- Да… это – именно так.  Меня немножко покоробило в этом… 

А.Ананьев

- В кейсе? 

О.Вячеслав

- Нет, не в кейсе. В кейсе – всё замечательно. Это, правда… на самом деле, очень важное такое свидетельство, и очень важный опыт для очень многих – очевидно совершенно. Можно вспомнить такую, уже заезженную, может быть, мудрость, что если ты хочешь помочь голодному, ты должен дать ему не рыбку, а научить пользоваться удочкой. Не просто даже – удочку, а – научить пользоваться удочкой. И это совершенно очевидно. Если есть такая возможность, конечно же, именно это и нужно делать.  

И, как раз, вот такого рода деятельность – благотворительность – она вполне, и даже с необходимостью, должна оцениваться эффективностью – своими последствиями. Не то, что случилось вот сегодня, а то, что будет с этими людьми завтра. Это очень… 

А.Ананьев

- Ну, вот – о чём мы и говорили… 

О.Вячеслав

- … да… это очень важно.  

А.Ананьев

- Это – важно! 

О.Вячеслав

- Но это – одна история. А другая история – когда я… ну… как бы… отношу это к себе. Понимаете? К себе, и к проявлениям какого-то своего желания помочь, своего милосердия, своего сострадания. 

И, уж извините, ещё одна… тоже, может быть, такая притча. Может быть, просто я пытаюсь уловить свою мысль и… как-то… её сконцентрировать, донести её. Некий человек видит мальчика на берегу океана. И, видно, был какой-то шторм, или ещё чего-то… в общем, весь берег океана усеян морскими звёздами. Их… ну… несметное количество. И мальчик ходит по этому берегу – они живые, но они сейчас умрут,  потому, что вода отошла от берега – и он берёт и бросает их в воду – одну, вторую, третью… и вот так вот – 10 минут, час, уже несколько часов. Свидетель этой сцены за ним наблюдает, и он удивлён. В конце концов, он не выдерживает, и говорит: «Ну, зачем ты это делаешь? Разве ты можешь помочь всем?» Он говорит: «Нет, всем я не помогу, но вот этой звезде – я помогу», – и бросает её в воду. 

И вот это – очень важно.  Даже то, что Вы говорите – вот, он мог, этот человек, купить, там… обеды какие-то. Ну, хорошо! Наверное, если бы у него был какой-то опыт и люди грамотные – они бы подсказали, как можно более эффективно… но если он, хотя бы, купил им обеды, они уже, хотя бы, сегодня не были бы голодны, и это уже - хорошо. 

И, в этом смысле, мне кажется, любовь не должна мериться вот какими-то такими… измерениями. Можешь помочь – помоги. Есть возможность подумать, как это сделать… 

А.Ананьев

- Эффективнее? 

О.Вячеслав

- … более эффективно, более серьёзно и глубоко – ну, подумай, сделай, посоветуйся! Если ты чувствуешь, что у тебя, вообще, к этому есть тяга – ну, так, замечательно! Значит, ты знакомься с этим опытом, с этими людьми, которые этим занимаются – этому же всему тоже должно учиться, а не просто… а у кого-то, может быть, нет – ну, и замечательно! Пусть каждый – на своём месте! Очевидно совершенно – ещё раз повторю эту простую мысль, – что в любом случае вот без этого нельзя! Без того, чтобы ежедневно от тебя хоть кому-то была хоть какая-то польза. 

Вот, я иногда говорю простую вещь. Вот, там, люди говорят: «Как провести пост?» Ну, понятно, мы знаем, есть правила поста, они – замечательные, они как-то, более-менее, известны, даже в церковных календарях пишут, что можно кушать, а чего нельзя кушать, и так далее, люди знают, что, может быть, имеет смысл постом получше помолиться – это всё не отменяется, это, как бы, некий такой фундамент. 

Но я иногда говорю простую вещь – особенно, как раз, когда идёт Великий Пост.  Вы просто для себя отметьте: вот этот день – и вот, он прошёл, мы встаём на вечернюю молитву. Подумайте, окиньте своим взором этот ушедший день – кому от вас, от того, что вы делали, от того, что вы были сейчас, прожили этот день – стало легче?  

Бывает очень страшно, когда ты на это смотришь, а… вроде бы ты и… а – никому! А, может быть, ты, на самом деле, просто кому-то улыбнулся. А, может быть, кого-то вспомнил, посетил, кому-то позвонил. А кому-то, вправду, помог, потому что ты… но это – очень важно! Очень важно, чтобы мы свидетельствовали о том, что мы – живые, тем, что… вот… мы как-то соучаствуем в жизни других людей. И, уж тем более, свидетельствовали о том, что мы – верующие, через проявление этой нашей веры в заботе о других людях. 

Вот, мне хочется просто немножко откликнуться на вот эту акцию, которая предстоит завтра, которую радио «Вера» устраивает… и Вы вот произносили несколько раз, что это – общее дело.  

Вот, знаете, что тоже очень важно? Каждый человек, каждый христианин призван к тому, чтобы его вера была не мёртвая, чтобы она действовала, как говорит апостол Павел, любовью. Иначе – это не вера. Вот, просто –не вера.  

Если я верю, что Бог есть, но никак это не связано с моей жизнью, то это не вера – я просто даю Ему быть. Ну, есть Бог. Он – на своём месте, я – на своём. Мы никак не связаны. 

Вера – это не знание о том, что Бог есть, что Он существует, вера – это определённые отношения с Богом: отношения доверия, верности и служения Богу. А как можно служить Богу?  

Священник служит Литургию – ну, хорошо. А я – не священник. Да и священник – его жизнь и его вера не сводятся к служению Литургии. Служить Богу можно так, как Он нам сам сказал: накорми, напои, одень, сделай, поддержи, прости и так далее – вот это и есть служение Богу. Хотя, вроде бы, где Бог, и где – вот эти люди. Но это – именно так и есть. 

И это служение должно быть у каждого человека в его личной, индивидуальной жизни. И его не надо выставлять напоказ – тоже Господь об этом много говорил: «Пусть твоя правая рука не знает, что делает левая рука». Понимаете? Потому, что если вы это сделали и прокричали всем, то многие, наверное, услышали, и даже вам принесли цветы или аплодисменты, но Бог это не увидел. Это парадоксально, как устроен мир! Вот – увидели люди, и похвалили вас, а Божьей награды вы лишились. Сделали так, что как-то это вот стало сокрыто от людей – Вы получили Божью награду. И вы даже удивитесь, какая будет эта награда – совсем это может быть неожиданно! Но это – обязательно будет. Тайная милость – она обязательно будет вознаграждена. 

Но как у каждого человека есть вот это его личное служение, так и у общины церковной должно быть её служение! Приход, община – именно у них, как у некоего сообщества людей, которые знают друг друга, которые объединены заботой и об этом храме, объединены какой-то территорией, и у них нет этого служения Богу через… значит, что-то… это какой-то мёртвый приход.  

И у Церкви целиком если этого нету… Но мы знаем, что есть, слава Богу, и в нашей Церкви, и… я надеюсь, у всех приходов это… И то, что вы предлагаете сейчас возможность людям тоже вместе поучаствовать в добром деле – пусть по-разному:  кто-то, кто может сделать это эффективно – Бог ему в помощь, кто-то, кто может отдать последнее… 

А.Ананьев

- Неужели благословите – отдать последнее? 

О.Вячеслав

- Нет, я здесь не поставлен, чтобы благословлять или не благословлять – Господь благословит. И мы все знаем… 

А.Ананьев

- А вот… а как духовник? 

О.Вячеслав

- Придёт ко мне человек, я на него посмотрю – мы с ним примем то или иное решение. Потому, что опять это всё – разное…  

А.Ананьев

- Всё – индивидуально… 

О.Вячеслав

- Вот, понимаете, придёт человек, и хочет отдать последнее, а, может быть, он… ну, понимаете, мне очень важно понять – почему, какие мотивы его? Ведь это же могут быть очень, извините, искусительные мотивы. 

А другой вот, может быть, там… те же 200 рублей – ну, и слава Богу! Сегодня 200 рублей, а завтра, там… Ну, у меня есть знакомые, которые занимаются такой вот деятельностью – фонд у них вот… и я просто знаю, что деятельность этих фондов не всегда состоит из того, что вот кто-то, там, даёт миллионы. Иногда – есть случаи, вот, те же, как Вы говорите, кейсы, когда собирают миллионы, но собирают по копейкам. И значит каждая эта копейка, на самом деле, важна. 

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА» 

А.Ананьев

- Вы слушаете радио «Вера». 

Это – «Светлый вечер». Меня зовут Александр Ананьев, и мой собеседник – протоиерей Вячеслав Перевезенцев, настоятель храма святителя Николая в деревне Макарово, Московской области, пытается расставить все точки над «и» в моей никчемной голове в отношении благотворительности и милостыни, пожертвования. 

У меня вопросов – море! У меня есть много моих личных вопросов, однако, Вы знаете, я не могу обойти вниманием вопрос, который прислала нам наша слушательница. Её зовут Светлана. Это – очень конкретная, светлая девушка, очень хорошая.  

«В отношении денег, - пишет Светлана, - вот какая штука. Каким образом наиболее точно можно определить сумму пожертвования, когда видишь, например, пост в Инстаграмм (деятельность организации запрещена в Российской Федерации), где просят помощи умирающим от рака детям, взрослым? И суммы – немалые, и ты всем сердцем желаешь им помочь, а постов таких – много, а зарплата – не очень-то уж и большая. 

Или вот, например, в метро «Домодедовская» около месяца подаю милостыню одному нищему, цыгану – я не хвастаюсь, просто этот вопрос действительно меня заботит. Каждое утро я порадую его – то денежкой, то сладким, то яблочком – ну, не могу смотреть, как он сидит, никому не нужный, и там мёрзнет. Недавно собирали для него мужские вещи, чтобы просто помочь. А шла на днях – ни копеечки не оказалось, чтобы ему подать. И сразу совесть грызёт! То есть, чувствуешь уже перед ним некую ответственность за то, что – приручил, и подвёл сегодня. 

А вот, стояла дважды к мощам Спиридона в октябре, и попрошайкам ( здесь очень хочется употребить именно такое определение ), которые просто не умолкали своими «подайте, ради Христа, на операцию»… действительно, вроде как, видишь, что им нужна эта милостыня, но вот сердце – не хочет им помогать. Чувствую некий бизнес в их лице. Хотя, безусловно, не от хорошей жизни они этим занимаются. И примеров таких – множество. 

Я, как человек совестливый, всегда стараюсь откликнуться на такие публикации, на такие посты, на таких людей, но как понять грань, или конкретную сумму, которую ты должен или хочешь пожертвовать? 

Вот, простой пример: такси до моего храма стоит 170 рублей, а требы в храме – 100 рублей. И, всякий раз, на такси до храма туда и обратно – 400, а в храме оставляешь – 100-200 рублей. Вот тебе и деньги, а потом – заснуть не могу». 

О.Вячеслав

- Ну, я надеюсь, Вы не ожидаете от меня, что я буду сейчас цифрами какими-то оперировать… 

А.Ананьев

- Формула, понимание, алгоритм… 

О.Вячеслав

- Из всего того, что мы сегодня пытались с Вами понять, как-то обсудить, что-то нащупать, я думаю, что… ну… каждый человек для себя что-то из этого вынесет. 

Вы понимаете, что здесь важно. Важно… вот… к чему – стремиться, на что – настраиваться, да? На то, что, в принципе, это – необходимо. И не только, когда завтра наступит «Щедрый вторник», а потом – какая-нибудь ещё акция, или ещё что-то. На каждый день мы должны настраивать своё сердце – на щедрость. Мы должны… вот… как-то… входить в этот мир, желая не только что-то получить ( а это – совершенно естественно, мы, конечно, хотим получить – и ласку от своих ближних, и… даже, чтобы погода была хорошая, чтоб солнышко светило, чтоб начальник сегодня был не такой привередливый, и дети – не такие капризные, это – нормально совершенно ), но нужно настраивать своё сердце и на то, чтобы – дать. Вот – дать! 

И сколько – здесь, опять, это может быть совершенно по-разному. Но: если уж ждать каких-то конкретных таких установок – мы знаем о десятине церковной. То есть, есть некий доход у человека – заработная ли это плата, или это доход, который состоит из многих каких-нибудь… случаев, но он,  примерно, понимает, что из себя представляет… что он получает, скажем так, извне в свой кошелёк. И вот эту десятину он может для себя определить как некую, не ему принадлежащую. Как он ею распорядится – по копеечке каждому нищему, который стоит у метро, у подъезда его дома, у храма, там, и так далее, или он отдаст всю эту сумму один раз в месяц, вот – в «Щедрый вторник», или на какую-то операцию, о которой он в фэйс-буке или в Инстраграмме услышит, или  в какой-то фонд – здесь он может даже проявить творческое такое вот… некое усилие! Наверное, есть люди, которым он доверяет, и которые этим делом занимаются. Доверяет потому, что он знает, что они занимаются им профессионально. Или, например, почему-то ему хочется помогать именно этим детям – такие же бывают случаи – вот с этими заболеваниями, или в такой вот трудной ситуации. Или он хочет помогать не детям, а старикам. Ну, неважно, понимаете? Не бойтесь этого, ищите этого! И… потому, что, если вы здесь совпадёте с чем-то, то у вас будет не просто формальное… как бы: «Ну, вот, всё… я сделал дело», а вы будете чувствовать в этом внутреннее удовлетворение – вы, правда, делаете нечто такое, что, правда, ваше сердце чувствует. 

Потому, что – вот, вы этих детей как-то по-особому понимаете. Может быть, вы найдёте время и придёте к ним в больничную палату – просто придёте и принесёте им яблоки, или цветы поставите им на стол, и тогда это всё будет – по-другому! Ваше вот это вот «фэйсбучное» пожертвование – оно будет соотноситься с конкретными лицами. Вот здесь мы должны быть… очень… по-разному… вот.  

Поэтому вот такая – десятина.  Но кто-то, может быть, не может эту десятину… я бы не хотел, как бы… вот… сказать, что – страшный грех, если ты, там… пусть человек сам для себя решает – грех это, не грех, или выясняет это со своим духовником. Для меня – самое главное, может быть, и очень важное, чего бы мне хотелось от нашего разговора – вот это понимание, что… Понимаете, всё сейчас больше… что вот есть, там, благотворительность, дела милосердия, а есть – вера, и это как бы вот… ну, какие-то…  Вот – мы верим, и мы ходим по воскресеньям в храм, мы Причащаемся, мы утром молимся, мы постимся – это вера, а добрые дела – это только… нет! Вот, у христианина это – не так! 

Вера наша проявляется и в том, что мы встаём на молитву, в том, что – как же ты веришь, если ты не хочешь общаться с Тем, в Кого ты веришь? Вера наша проявляется и в том, как мы относимся к людям – а именно с этим милосердием, с желанием помочь. Вера наша проявляется и в том, как мы относимся к самим себе, к своим желаниям – умеем ли мы их ограничивать, умеем ли мы говорить себе «нет», или нет?  

В каком-то смысле, вот эти три вещи – молитва, милостыня и пост – это и есть фундамент, вообще, нашей веры. Эта вера состоит из этих вещей. Если чего-то одного нету – значит, большая проблема, беда. Значит, что-то уже изуродовано. Если человек не молится, или не постится ( ну, вот в этом смысле – не умеет себя ограничивать ), или, тем более – не милосердный – ну, неверующий он человек. Не надо себя обманывать. 

А.Ананьев

- А Вы говорили – не можете дать конкретный, однозначный ответ на мой вопрос! Вы понимаете, что сейчас прозвучало? Конкретный и очень точно сформулированный ответ на мой вопрос. 

О.Вячеслав

- Ну, если кому-то нужна конкретика, он её услышит. 

А.Ананьев

- Да. 

О.Вячеслав

- Я знаю просто людей, которые немножко даже шарахаются от конкретики. Им легче, когда у них есть простор для… Есть такие люди, и есть – такие, и пусть каждые найдут для себя что-то важное. Главное – делать то, что ждёт от нас Господь. 

А.Ананьев

- Хотел сказать: «Главное – не свалиться в крайности». Я сейчас поясню. 

Благодаря Фёдору Михайловичу Достоевскому, я сформулировал то, что я назвал синдромом Алёши Карамазова. Помните: «Алёше казалось даже странным и невозможным жить по-прежнему. Ведь сказано: «Раздай всё, и иди за Мной, если хочешь быть совершенен». Алёша и сказал себе: «Не могу я отдать, вместо всего, два рубля! А вместо «иди за Мной» ходить лишь к обедне». 

О.Вячеслав

- Да, прекрасные… совершенно замечательные слова… 

А.Ананьев

- Но это же – крайность? 

Или – у меня есть хорошая знакомая. Она отказывает себе в ресторанах по той причине, что дети в Африке – голодают. 

О.Вячеслав

- Когда я был маленький, папа, если видел, что я что-то не доел, он подходил ко мне и очень серьёзно говорил: «Если ты сейчас этого не съешь… как ты можешь, вообще, оставлять что-то на тарелке, когда в Сомали ( начало 70-х – там были какие-то беды ) дети голодают?» 

Смотрите…  Во-первых, не надо бояться крайностей! Если кто-то способен на эту крайность, как, например, преподобный Антоний Великий, который именно услышав эти слова, зайдя в храм… получив богатое наследство, и мучившись совестью, что же с ним делать, услышал эти слова: «Раздай всё,  если хочешь быть совершенным», – и он так и поступил, и из него родился великий преподобный – ну и замечательно!  

Если мы не можем раздать всё – раздай, что можешь. У отца Иоанна Крестьянкина когда-то была замечательная проповедь – она потом ходила как-то так вот… и… она известная – «О пользе малых добрых дел». Вот, понимаете, здесь есть некое, и правда, искушение, что «если мы не можем раздать всего – не дадим ничего», да ещё и будем сидеть с чувством вины, ну… и так далее… и плакать о том, какие мы…. Сделай хоть что-то! 

У моего друга, замечательного поэта и музыканта Алексея Колодицкого, есть такая песня, которая называется «300 шагов». И там – такие слова, что если мы сделаем хотя бы маленький шаг навстречу Христу, Он, навстречу нам, сделает 300 шагов. Сделай этот маленький шаг! 

И мы не знаем, опять же, возвращаясь к нашему разговору, что будет последствием этого маленького шага,  но его нужно делать. И его нужно делать – ещё раз повторяю – каждый день! Вот, что важно. Это должно быть содержанием нашей жизни, если мы хотим жить! 

На одном кладбище, на могильном памятнике были написаны замечательные слова: «Неважно, сколько дней было в твоей жизни, важно, сколько жизни было в твоих днях!» 

И вот, живём мы только тогда, когда мы отдаём. Вот и всё.  

Потому, что если мы не отдаём, если мы только собираем, если мы – только ради себя, о себе, ну… или… о своих, мы не способны выйти за вот эти пределы хоть чуть-чуть, то, на самом деле – это не жизнь. Ну, хорошо, назовём это – существованием. И только тогда, когда мы раскрываем себя, когда выходим… – вот, мы начинаем, собственно, оживать! Мы начинаем становиться – кем? Людьми! 

Когда мы видим вокруг себя ближних, и когда мы понимаем, что он, собственно, потому и наш ближний, что мы можем быть с ним как-то связаны взаимной заботой. 

Это – наше свидетельство. И уж, тем более, христиане, да? «По тому все узнают, что вы – Мои ученики, если будете иметь любовь…» – и между собою, и, вообще – любовь. А любовь – это тоже… это не просто эмоция. Любовь – это глагол, это действие, это – проявление вовне. 

Мне кажется, мы живём в очень сложном, очень непростом, порою – трагичном мире, но – мире удивительном  и прекрасном! Потому, что каждый день этот мир даёт нам возможность проявить свою любовь, своё милосердие, свою заботу, а значит – стать христианином, стать человеком. 

А.Ананьев

- Завтра, во вторник, 27 ноября, в Международный День благотворительности, у вас есть возможность – это не единственная возможность, у вас может быть много таких возможностей, и это – одна из возможностей – принять участие в «Щедром вторнике», в специальной акции радиостанции «Вера», которая называется «Радио «Вера» – в каждый дом!» 

Не оставайтесь в стороне, станьте частью общего дела ( как мы о том говорили с отцом Вячеславом ), и – слушайте радио «Вера»! 

Я благодарю Вас, отец Вячеслав! Сегодня я получил свои ответы!  

Я очень надеюсь, что наши слушатели тоже услышали то, что для них будет полезным – и наша слушательница Светлана, и все остальные. 

Сегодня о благотворительности мы беседовали с протоиереем Вячеславом Перевезенцевым, настоятелем храма святителя Николая в деревне Макарово в Московской области. Спасибо Вам! 

О.Вячеслав

- Храни всех Господь! И Бог – в помощь! 

А.Ананьев

- Я – Александр Ананьев. Всего вам доброго! До новых встреч! 

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка, а также смотрите наши программы на Youtube канале Радио ВЕРА.

Мы в соцсетях
****
Другие программы
Материнский капитал
Материнский капитал
Дети - большие и подросшие – как с ними общаться, как их воспитывать и чему мы можем у них научиться? В программе «Материнский капитал» Софья Бакалеева и ее гости рассуждают о главном капитале любой мамы – о наших любимых детях.
ПроСтранствия
ПроСтранствия
Православные храмы в Гонгконге и Антарктиде. Пасха в Японии и в Лапландии. Это и множество других удивительных мест планеты представлены глазами православного путешественника в совместном проекте Радио ВЕРА и журнала «Православный паломник».
Псалтирь
Псалтирь
Андрей Борисович – увлеченный своим делом человек. А дело всей жизни нашего героя – это изучение Псалтыри, библейской книги царя Давида. Вместе с Андреем Борисовичем мы попадаем в различные житейские ситуации, которые для нашего героя становятся очередным поводом поговорить о любимой книге.
Моя Сибирь
Моя Сибирь
В середине XVIII века Ломоносов сказал: "Российское могущество прирастать будет Сибирью…». Можно только добавить, что и в духовном могуществе России Сибирь занимает далеко не последнее место. О её православных святынях, о подвижниках веры и  благотворительности, о её истории и будущем вы сможете узнать из программы «Моя Сибирь».

Также рекомендуем