Послание к Колоссянам святого апостола Павла

Поделиться

Кол., 259 зач., III, 17 — IV, 1.

Глава 3.

¹⁷ И всё, что вы делаете, словом или делом, всё делайте во имя Господа Иисуса Христа, благодаря через Него Бога и Отца.

¹⁸ Жены, повинуйтесь мужьям своим, как прилично в Господе.

¹⁹ Мужья, любите своих жен и не будьте к ним суровы.

²⁰ Дети, будьте послушны родителям вашим во всем, ибо это благоугодно Господу.

²¹ Отцы, не раздражайте детей ваших, дабы они не унывали.

²² Рабы, во всем повинуйтесь господам вашим по плоти, не в глазах только служа им, как человекоугодники, но в простоте сердца, боясь Бога.

²³ И всё, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков,

²⁴ зная, что в воздаяние от Господа получите наследие, ибо вы служите Господу Христу.

²⁵ А кто неправо поступит, тот получит по своей неправде, у Него нет лицеприятия.

Глава 4.

¹ Господа, оказывайте рабам должное и справедливое, зная, что и вы имеете Господа на небесах.

Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.

С точки зрения современных людей слова апостола Павла звучат довольно странно, ведь он никак не порицает существовавшее в его время положение вещей, его не смущает рабство, он не пишет о том, что каждому человеку Богом дана свобода, а потому рабство — отвратительное общественное явление, с которым нужно всеми силами бороться. Ничего этого нет в его посланиях. Более того, обращаясь к хозяевам рабов, он не пишет, что они должны увидеть в них равных им самим людей и с извинениями отпустить их на свободу. Неужели апостол Павел не понимал, насколько недопустимо рабство? Понимал. Но почему же он никак не восстает против него? Ведь достаточно ему было написать буквально несколько слов и многие бы его послушали, и не только в Колоссах, его слово с распространением христианства помогло бы и в других местах изжить рабство. Но он промолчал.

Можно предположить, что Павел был сыном своей эпохи и просто не мог представить, что возможно какое-то иное общественное устройство. Но такое предположение кажется маловероятным, ведь апостол Павел умел быть независимым от господствовавших тенденций и обычаев.

Дело совсем в ином. Апостол верил в то, что физический мир искажен грехом, что в нем невозможно реализовать в полной мере справедливое общественное устройство, а потому об этом не стоит и думать, не стоит тратить свои силы на исправление недостатков общества, силы человека должны быть направлены на исправление себя самого, необходимо сосредоточиться на том, чтобы земная жизнь стала началом благой вечной участи, а это не имеет никакой связи с тем, каков социальный статус человека. Можно быть рабом и спастись. Можно быть свободным и погибнуть. А можно и наоборот. Какой смысл быть свободным, если статус свободного человека уводит от Бога? Христова Благая весть универсальна, она обращена ко всем, но она не ставит условием спасения то или иное место, занимаемое человеком в обществе. Она обращена не к внешнему, а ко внутреннему, следовательно, христианин должен быть сосредоточен не на окружающем его обществе, а на себе самом, на своей нравственности и своей вере.

Конечно, верующий во Христа человек не может не ощущать общественной несправедливости. И естественно, что он не может с ней не бороться. Но какими средствами это делать? Апостол Павел отвечает на этот вопрос своим обращением к свободным людям: «Господа́, оказывайте рабам должное и справедливое, зная, что и вы имеете Господа на небесах». То есть, иными словами, относитесь к ним, как к равным, не притесняйте их, не издевайтесь над ними, будьте милосердны, забудьте от той бездне, которая вас разделяет. Этот призыв апостола имеет универсальный характер. Современное общество совершенно иное, в нем нет рабов и нет господ, но в нем есть социальное неравенство, которое в своей сути непреодолимо, оно было и есть в любом обществе, только, конечно, оно имеет различные проявления. Что с этим делать? Бороться? Идти по пути революции? Или же принять существующий порядок вещей и быть в отношении каждого человека последователем Христа? Апостол Павел предлагает идти по второму пути, несмотря на то, что этот путь никогда не был и никогда не будет популярным.