Поделиться
В нашей студии был настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин.
Мы говорили о смыслах и значении праздника Рождества Христова и Рождественского поста как подготовки к нему. Отец Федор рассказал об особенностях богослужений во время поста, о зародившейся традиции в Новый Год служить ночную Литургию, и о том, как за суетными приготовлениями к одному из важнейших христианских праздников не упустить главное. Наш гость поделился своим мнением, почему так важны молитвенные труды и аскетика не только для монахов, но и для каждого христианина.
Ведущие: Алексей Пичугин, Марина Борисова
А.Пичугин:
— Дорогие слушатели, здравствуйте!
Это — «Светлый вечер» на светлом радио.
Здесь, в этой студии, приветствуем вас мы: я — Алексей Пичугин...
М.Борисова:
— ... и Марина Борисова.
А.Пичугин:
— Вместе с нами и с вами ближайший час — эту часть «Светлого вечера» — проведёт протоиерей Фёдор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке.
Здравствуйте!
О.Фёдор:
— Добрый день! Здравствуйте!
М.Борисова:
— Батюшка, мы встречаемся в канун Рождественского поста, и об этом часто и много говорится и по радио, и пишется статей, и говорится проповедей, но, всё равно, остаётся ощущение, что смысл Рождественского поста так и остаётся для многих за скобками. Уж слишком много в это время суеты, слишком много подготовки к праздникам — и к главному празднику Рождества Христова. И, в то же время, есть ощущение какой-то недосказанности, недоделанности, в отличие от Великого поста, который весь выстроен в одну... такую... драматургическую цепь, и мы, шаг за шагом, внутренне собираясь, с помощью Богослужений, чтения, молитвы, покаяния, подходим всё ближе и ближе к переживанию Страстной седмицы, как к личному событию, и, естественно, Воскресению Христову.
С Рождественским постом такого, практически, не происходит. И, очень часто... тут ещё Новый год вклинивается... и Рождество само — оно как-то очень сумбурно возникает в нашей жизни, так неожиданно: ну, вот, да — ещё и Рождество.
Что мы потеряли с годами? Что ушло из нашего понимания, чтобы праздник Рождества Христова стал для нас такой же вехой в нашей духовной жизни, как праздник Пасхи?
О.Фёдор:
— Да, Марина... спасибо за такие слова.
Действительно, Богослужение Рождественского поста остаётся почти полностью обычным. И, если Великим постом Богослужения уникальные, такие... пронзительные, глубокие, по которым, как по ступеням, мы, действительно, можем восходить к Пасхе, погружаясь в эти дивные глубокие смыслы, то в Рождество этого, как бы, нету. Есть неделя Праотец, неделя Отец, ну... там... поются ирмосы Рождественские — за какое-то время до Рождества начинаются, отсылая нас у этому смыслу, но помощь Богослужебная — она, как бы, утрачена.
Хотя, это есть нарушение Устава. И в Уставе есть, по-моему, 11 покаянных служб, где присутствуют те элементы, которые мы привыкли встречать Великим постом. Присутствуют... там... молитва Ефрема Сирина, например, с поклонами. Вот, этого ничего сейчас в Богослужебной практике приходской, к сожалению, нету.
М.Борисова:
— Причём, одна из этих служб приходится, как раз, на 1 января.
О.Фёдор:
— Да.
Вы знаете, и очень интересно, что, в противовес вот этому всему буйству перво-январскому, в противовес оливье и салютам, очень распространяется сейчас практика служения Божественной Литургии ночью 1 января.
То есть, люди, большинство из которых, всё равно, не заснёт, потому, что будут хлопать петарды, будут кричать соседи под окнами — люди просто идут на службу и Причащаются в этот день. В Москве — всё больше и больше храмов осваивают эту новую традицию служить Утреню и Литургию 1 января ночью.
А.Пичугин:
— Может быть, когда-нибудь я пойму эту традицию, но пока... вот... что-то... я её никак не могу принять, хотя уже всё больше и больше, Вы правы, действительно, моих знакомых священников и близких мне людей ходят и служат эту службу.
М.Борисова:
— На самом деле, ощущение — совершенно поразительное. Мне доводилось быть на этой службе в храме Ильи Пророка в Обыденском переулке — это самый центр, и там, как раз, вот эти все праздничные гуляния, машины, клаксоны, петарды — всё это в полном объёме присутствует. Но ещё там есть один элемент — батюшка не благословляет зажигать большое паникадило. Поэтому, в храме освещение... такое вот... немножечко, как бы, сумеречное — больше свечей, чем электричества...
О.Фёдор:
— Как было в древности, да...
М.Борисова:
— ... да.
Ощущение — феерическое! Такое ощущение, что ты — в катакомбной Церкви. Что там — бушует мир, и что-то даже уже взрывается, и, может быть, там уже какая-то перестрелка, а вот здесь — собрались те немногие верные, которые видят смысл жизни совсем в другом.
О.Фёдор:
— Причём, удивительно, что память святого мученика Вонифатия 1 января — того святого мученика, которому молятся об избавлении от недуга...
М.Борисова:
— ... пьянства.
О.Фёдор:
— ... пьянства — в самый пьяный день в году!
А.Пичугин:
— Мы почему-то считаем, что это должен быть самый пьяный день в году! Я, вот... для меня он никогда не был самым пьяным. У меня, просто, Новый год... как мы сразу с Рождественского поста в Новый год перешли... для меня Новый год всегда — это был семейный праздник, это была возможность тихо, спокойно, без всяких... там... я не знаю... разгулов каких-то особых посидеть с родными, близкими, любимыми людьми.
О.Фёдор:
— Да, в этом смысле — он хорош.
М.Борисова:
— Рождество и Рождественский пост, мне кажется, таит такую опасность для человека верующего: он очень стал открыточным — этот пост, и этот Праздник.
Я не знаю, может быть, это — влияние католической традиции, может быть, это — последствие нескольких десятилетий абсолютно безрелигиозной жизни в стране...
А.Пичугин:
— Ох, нет! Посмотрите наборы замечательные дореволюционных Рождественских открыток!
М.Борисова:
— Возможно, но дело в том, что в каждом Евангельском событии, на мой взгляд, есть элемент трагизма, и без этого — без сильного переживания — очень трудно отрешиться от привычной... такой вот... кутерьмы и обрамления Праздника, и внутренне пережить событие Праздника.
Событие это, ведь, в общем-то, достаточно понятное, как раз, в наше время, мне кажется. Ведь, что такое Вифлеем в тот год, когда, из-за переписи, туда потянулось огромное количество пришлых людей. А — кто такие пришлые люди? Ну... те же самые беженцы, те же мигранты — мы же знаем, какое отношение к мигрантам и у нас, и, вообще, в, так называемом, цивилизованном мире. Ну, и, точно так же, и Иосиф Обручник с Марией оказались в ситуации, когда, кроме как в какой-то пещере с животными, больше и приткнуться-то было некуда. Это же, ведь — катастрофа! Это же, на самом деле, такое одиночество, о котором... вот... митрополит Антоний Сурожский писал: «Одиночество страшное, жгучее, убийственное одиночество, которое снедает сердца стольких людей, было долей Пречистой Девы Богородицы, Иосифа Обручника и только что родившегося Христа».
О.Фёдор:
— Ну... Вы знаете, нам просто надо, действительно, вернуться к принятию в себя смысла Рождества. И тогда весь пост освятится дивным совершенно ожиданием и удивительной глубиной.
Через вот эту, как Вы говорите, лубочность, через шопинг, который в расхристанной европейской культуре ( и, частично, нашей ) стал уже символом и синонимом Рождества, пробиться к тому, что происходит... что происходит... да.
В Вифлееме рождается Царь Царей. Тот, Кто сотворил всё — и Вифлеем, и нас, и время, и пространство, и материю.
Зачем это происходит? Почему? Какова причина?
Понимаете, причина... для того, чтобы её понять, надо сначала стать одиноким. Надо понять, что ты — один. Что ты... и любовь твоя, как Соломон говорит, и радость твоя — всё исчезнет и забудется. Что в этой Вселенной есть несколько человек, которые тебя любят, но это — пройдёт, это — кончится, и ваша любовь забудется, и тебя забудут родственники. Может быть, имя останется в помяннике... там... через сколько-то десятилетий...
А.Пичугин:
— Да так и жить не захочется, если всё время думать...
О.Фёдор:
— Да... да... и ты несчастен, в общем-то. И из тех Заповедей Божиих, которые ты любишь, и которые ты хочешь соблюдать — у тебя почти ничего не получается соблюдать. И, вот, ты — такой. После долгих лет даже церковной жизни, ты приходишь к тому, что ты — сокрушён. И, вопреки этому, Рождество возвещает нам, что ты, всё равно, любим!
Понимаете? Вот, это — важно.
Ты любим, потому, что Он пришёл в эти ясли, Он пришёл умирать на Кресте только по одной причине — потому, что Он тебя любит. Лично. Меня, тебя, тебя... И это уже — вот этот свет, вот эта заря будущей Пасхи, Воскресения — она озаряет всё совершенно другим смыслом.
И тогда становится понятно, что тебе надо просто Рождественский пост посвящать внутреннему труду подготовки к этой Встрече.
И здесь нам может очень сильно помочь опыт праведников дорождественских, Ветхого Завета — тех, как раз, к памяти которых возвращает нас Церковь в недели Праотец и Отец.
М.Борисова:
— Но и на протяжении всего поста, ведь, вспоминаются почти все ветхозаветные пророки.
О.Фёдор:
— Да.
Мы перестаём читать и углубляться в Ветхий Завет, прочитав его, может быть, единожды — это неправильно. Ветхий Завет — это пример того, как человек строит свой путь пред очами Божиими.
Вот — жизнь Авраама. Почему, вдруг, кончается описание мировых событий, и начинается описание жизни одного человека? Потому, что это пишется — для нас, в Книге Бытия.
Как Авраам шёл к Богу? Это — уникальный путь, но он имеет отражение в жизни каждого человека. Заново прочитать пророчества, заново прочитать жизнеописания этих людей — и тогда мы подойдём к встрече Рождества совершенно по-другому.
Я бы мог один совет дать. Есть авторы, современные нам, которые помогают очень глубоко всмотреться и вчитаться в тексты Ветхого Завета. Это — отец Олег Стеняев и покойный Евгений Авдеенко. Для того, чтобы раскрылось Священное Писание Ветхого Завета, и, по крайней мере, мы, не во всём соглашаясь с последним, могли бы понять, как глубоко туда можно смотреть, я бы посоветовал 2 его аудиокурса. Это «Жизнь Авраама» и «Толкование на Книгу Бытия».
А.Пичугин:
— Я напомню, что сегодня в программе «Светлый вечер» — протоиерей Фёдор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке.
Я бы только чуть-чуть вернулся к утверждению про «расхристанные гуляния». Я несколько лет назад был в небольшом католическом городе в Европе — маленький совсем городок и время «адвент» — то есть, вот эти приготовительные дни перед Рождеством. И не было никаких... ну... ладно... На самом деле, это был маленький город в Хорватии, и, в те же дни, я был и в Загребе, я помню, и вот это всё — подготовительный период, и не было никакого там разгульного шопинга, не было никакого вот этого — ну... то, о чём мы говорили. Это было такое тихое, спокойное... Рождественские ярмарки, снег, всё красиво... но, вот, не было никакого, вообще, разгула!
О.Фёдор:
— Ну, чем меньше город, тем меньше разгула.
А.Пичугин:
— Ну... Загреб — я бы не сказал, что это маленький город. Столица государства с огромными торговыми центрами!
О.Фёдор:
— Хорошо, что я ошибаюсь. Я там не был просто!
М.Борисова:
— Ну... на самом деле, Загреб, конечно — это патриархальная... такая... провинциальная Европа. Это — не Вена, не Милан, не Рим, не...
О.Фёдор:
— Но то, что происходит на улицах Москвы ночью — это печально. Потому, что пришёл Христос, а нужно... огромному количеству крещёных людей — нужно что-то совершенно другое... это просто повод, чтобы повеселиться.
Вот, например, у нас, несколько лет назад... по-моему, два года назад... мы встречали Пасху, и в ресторане, через перекрёсток, включили громко музыку. Мы открывали окна — было достаточно тепло, чтобы проветривать, потому, что много народу, и душно. И, вот, эта музыка нам мешала, и они отказывались её выключать. И вот — этот Величайший День, в течение года, которого мы ждём, к которому мы приходим — и люди, которым это совершенно не нужно, большинство из которых крещёные. То есть, на них стоит печать Духа Святаго, они — возрождены, и им дана власть «брать Царствие Небесное», как мы читаем в Чине Крещения — вот, они даже не думают об этом.
Вот, этот контраст — он тяжёл, но он — не главный. Понимаете, схождение в Пещеру Рождества — это схождение, которое — там, внутри, в клети твоего сердца. Ты должен добиться тишины — для этого нужен Рождественский пост. Потому, что эта радость — она из этой тишины, из этого созерцания рождается. Вот эта Встреча со Христом. Как у пастухов, которые оказались достойны этого — простецы, которые просто выполняли свою работу.
М.Борисова:
— Но, ведь... о чём мы думаем, когда подходим к Великому посту? О покаянии и молитве. Об этом, собственно говоря, нас подвигают думать все чтения, все проповеди, всё, что мы читаем в подготовительных беседах. И это для нас... такой вот... очень нужный стимулирующий фактор.
Когда мы подходим к Рождественскому посту, ничего подобного мы не встречаем. Кроме, разве что, у таких авторов, как митрополит Антоний Сурожский, которого я бесконечно перечитываю, и всё время стараюсь напомнить радиослушателям, что это — удивительный автор. И потому, что он, кроме всего прочего, ещё и очень современный автор, очень близкий нам по ощущению того, что происходит вокруг.
Так, вот, он пишет, что: «Мы почти не способны распахнуть благодати своё сердце. Решимость воли — изменяет нам. У нас не хватает смелости идти тем путём, который мы сами избрали. Сейчас наступает время поста и собранности, которое приведёт нас и поставит лицом к лицу перед Богом, пришедшим во плоти, чтобы спасти нас». И дальше он пишет: «Пост — не означает, что нужно ещё настойчивее, чем обычно, попрошайничать у Бога. Пост — это время, когда мы должны встать перед лицом Суда Божия, вслушаться в голос своей совести. Как мы относимся к другим, к себе, к Богу? Как мы учимся у Церкви молитве, покаянию и послушанию Божиим Заповедям?»
Вот, об этом мы меньше всего думаем, когда, даже внутри собственного сознания, произносится слово «Рождество». «Рождество» — это праздник, это ёлка, подарки и весь тот антураж, который заслоняет вот эту суть.
О.Фёдор:
— Ну... да, если мы — люди Церкви, то этот антураж не сильно от нас, конечно, должен заслонять рождающегося Спасителя. Проблема в том, что суета — внутри. Поэтому — 40 дней поста. Потому, что «Царствие Божие силою берётся, и употребляющие усилие входят в него».
То есть, для того, чтобы улеглось вот это всё — шумное, маетное, заслоняющее от нас Христа — нам нужно потрудиться в посте. И — что об этом говорить, если любой взрослый христианин уже давно это знает?
Мне кажется, что сейчас проблема очень многих уже давно воцерковлённых людей — у нас постепенно их в Церкви становится большинство, в противовес 90-м, когда подавляющее большинство было неофитами — это, как раз, некоторое охлаждение и отвержение постной культуры, как части жизни. Что: «Вот, мы постились, мы потрудились, на самом деле, без этого можно. А вот — есть много добрых людей, которые вообще никогда не постятся, и — зачем уповать на свои какие-то добродетели?» — вот, мне кажется, этот крен — он тоже опасен очень.
Потому, что нет никакого христианства неаскетичного. Христианство — аскетично в принципе. Потому, что надо преодолеть диктатуру плоти над духом. Надо, чтобы жизнь духа стала главной.
Как апостол Павел говорит? Плоть хочет одного, дух хочет другого — они друг с другом воюют. И время поста — это когда я ослабляю противника духа для того, чтобы жизнь духа ( то есть, присутствие Божие ) стало главным.
Вот, поэтому, конечно, нужна аскетика, нужно воздержание, нужна усиленная молитва, и... вообще, пора нам всем, давно уже, полюбить молитву, и, в усиленной молитве, умноженной молитве находить сладость, радость и утешение. Понимаете? А то мы воспринимаем это, как какую-то надбавку труду, которую мы берём на себя за послушание, и ( почему-то ) мы это тянем. Ну, как это так? Это же — радость!
Я вам расскажу удивительные слова одного, уже покойного давно, священника, который служил в Елоховском соборе — такой был там отец Геннадий, замечательный совершенно, который рассказывал о своём детстве.
А.Пичугин:
— Помню его.
О.Фёдор:
— Да. Он рассказывал о своём детстве. Его воспитывала, как я помню, старшая сестра, по-моему. Многодетная семья, где... оставшись сиротам, если я не ошибаюсь... я сейчас плохо помню... такой рассказ — через третьи руки.
И — наказание было такое. Его ставили в угол — на молитву, если он что-то бедокурил, там. И, вот, вон говорит: «А я удивлялся — это что ж за наказание такое? Это же радость — лишнего помолиться!» — понимаете? А мы вот это утеряли. А, вот, пришёл пост, когда вся Церковь — а это тоже важно, что мы все — мы община, одна, хоть и в разных епархиях и храмах, и Церквах — мы все усиливаем молитвенную и аскетическую жизнь, потому, что мы готовимся к встрече Христа.
Как только мы усилим эту жизнь, как только мы сконцентрируемся на молитвенном труде, на чтении Священного Писания Ветхого Завета, на изучении его, на возвращении к этим смыслам, мы... буквально, там... полторы-две недели — и молитва расцветает в человеке! Ведь, Господь же — Он откликается! «Господь, дающий молитву молящемуся» — сказано в Священном Писании. Видя молитвенный труд человека, почти всегда, если только человек не делает это по гордости, Господь выходит на этот разговор — и начинается радость! Вот он — Рождественский пост!
Там — пусть стреляют хлопушки, пусть там веселятся — хорошие люди, благослови их Бог! Мы их не осуждаем. Но у нас есть что-то — мы готовимся, у нас есть приближающийся этот тихий, ненавязчивый свет, невидный миру в этой какой-то Богом забытой провинции, как кажется современникам, где, вообще, ничего нормального быть не может, а, на самом деле, происходит самое главное.
М.Борисова:
— Но, ведь... вот, Вы говорите о том, что ощущение большинства православных верующих, живущих церковной жизнью, сейчас такое — устоявшейся традиционной... ну... если можно такое слово употребить... рутины, что ли.
Но, ведь... вспомним слова Иоанна Предтечи — они же были обращены к иудеям, которые, вообще, в принципе, считали себя народом Божьим, и, уж вот уж, казалось бы, настолько традиционные, и настолько верующие по традиции! Он же говорил о чём? О том, что: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!»
Но, ведь, вот... абсолютно то же самое можно сказать нам самим, да? То есть, без этого ощущения необходимости покаяния, которое у нас просыпается только Великим постом обострённо, как почувствовать, что приблизилось Царство Небесное? Что, вот, наступит Рождество — и это Царство Небесное придёт к нам... во плоти?
О.Фёдор:
— Я Вам хочу сказать, что мы, конечно, все — плохие христиане, на самом деле, начиная с меня.
Дело в том, что когда начинаешь читать труды святых аскетов, святых отцов — например, вопросы-ответы Варсонофия и Иоанна, или вот этого круга, то ты понимаешь, что для них было совершенно естественным чувствовать присутствие Духа Святаго, или то, что Он покинул человека. То есть, они об этом говорят так, как мы бы говорили о том, что «ну, вы же видите, что солнце зашло, и — вот, уже вечер...», или «вот, пошёл снег»...
То есть, жизнь человека, когда она аскетична не только Великим постом и молитвенна, а когда они аскетична и молитвенна всегда — а так и должен жить христианин, — то эта жизнь просто сильнее напрягается во время поста — для того, чтобы получить больше даров. Вот... как бы... так, понимаете?
И... хороший вопрос Вы задали, спасибо... я хотел бы сказать, какой ответ я для себя нашёл.
Действительно, я много лет — как, думаю, и существенная часть наших слушателей, — чувствовал великую благодать и... такую... оттепель в душе во время Великого поста, и потом, после Пасхи, постепенную её потерю.
Однажды, когда я читал Книгу Правил... там... в очередной раз ( я её периодически читаю и всем советую — потому, что это книга, из которой ты понимаешь, как Церковь относится сама к себе, где она видит свои границы и законы своего существования, что для нас очень важно, на самом деле )... так, вот, я увидел, что у Церкви одинаковое отношение к Великому посту, к средам и пятницам. Не в смысле строгости, а в смысле, видимо, внутреннего напряжения и внутреннего самоощущения, мы должны сделать среды и пятницы — окошками в Великий пост.
Вот, давайте, вспомним, какое у нас настроение, допустим, во вторник на Первой седмице — всё замолчало, мы зашторили все окна, через которые что-то видно, мы погрузились внутрь, и мы ищем Христа. Да?
Вот, это же можно делать в среду — потому, что мы предали Христа, как Его предали тогда. А мы Его предаём. Это можно сделать в пятницу — потому, что Он распинается и за наши грехи.
И, вот, если мы будем держать этот ритм, совершенно не случайно выбранный Церковью — не только как ограничение в пище и просто перемену меню, что почти всегда и почти у всех, — а будем держать его как внутреннее напряжение, то тогда в нас обретение Бога, обретение плодов покаяния — оно будет происходить молниеносно. Понимаете?
То есть, Вы встали на молитву, и, если Вы всё время поддерживаете в себе молитвенный огонь, Вам не нужно полчаса собирать себя, или... там... в течение всего правила, так и не собрать. А... у Вас просто вспыхивает... у Вас... угли-то у Вас — разжжены! У Вас сразу вспыхивает огонь.
А.Пичугин:
— А Вы в себе это ощущаете?
О.Фёдор:
— Когда я... иногда мне удаётся возвращаться к молитве в течение дня... не только в утренних и вечерних молитвах, а ещё и днём, то — да. Я думаю, что все в себе это ощущают.
Знаете, как, вот... как... Если Вы... у нас был такой эпизод, когда шёл проливной дождь в нашем байдарочном походе приходском, и ребята... часть ребят... захотели отдельно посидеть — юноши и девушки — и попеть песни. Костёр они никак не могли развести. Тогда один из них взял просто лопатой угли из общего костра, где готовилась пища, перенёс, накидал туда мокрых поленьев — и они загорелись. Понимаете?
Вот, задача христианина — это чтобы угли всегда были. Для этого надо молиться не только утром и вечером, но ещё и «седмерицею днем хвалих Тя» — это известно. То есть, нужны островки молитвенные. И вот это ощущение взрослый христианин должен в себе беречь.
Взрослый христианин — это человек, который любит и жаждет Причастия. Это — первое. Который хранит в себе сокрушение сердечное всегда — это второе. Который любит молитву и бережёт её в себе. И — который видит, как грех разрушает его душу. Вот, эти характеристики — а давайте попробуем, как раз, вот этим постом, в себе их собрать! Ведь, это же — прекрасное задание!
А.Пичугин:
— У нас — перерыв. Буквально, минута.
Напомню, что в этой студии — протоиерей Фёдор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке, и мы, ваши ведущие — Марина Борисова и я — Алексей Пичугин.
А.Пичугин:
— Возвращаемся в студию светлого радио.
Напомню, что протоиерей Фёдор Бородин — наш гость. Отец Фёдор — настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке.
Марина Борисова и я, Алексей Пичугин — ваши ведущие.
М.Борисова:
— В канун Рождества будет читаться притча, хорошо знакомая большинству православных верующих, живущих церковной жизнью, поскольку она, по разным поводам, часто читается в храме — это притча о людях, которых звали на брачный пир, и которые, по разным причинам, отказались туда прийти, несмотря на то, что, казалось бы, испытывали к жениху самые добрые чувства.
Вот, там перечисляется масса причин, почему они отказывались. Это читается, как раз, тогда, когда нам уже почти не оставляется времени, чтобы что-то исправить в себе. Почему она не читается в начале поста, когда у нас ещё впереди, казалось бы, 40 дней, чтобы избежать их участи?
О.Фёдор:
— Ну, Церковь считает, что мы знаем наизусть эту притчу!
Но в этой притче есть очень страшные слова — они по-славянски особенно страшны. Вот, те, как Вы сказали, отмазки — они звучат: «Имей мя отречена», — то есть: «Я — отрекаюсь!» — буквально. Понимаете? То есть: «Я отрекаюсь от того пира, который — в устах проповедующего Христа — есть символ Царства Божьего, для человека — открытого, созданного, накрытого. Это, конечно, страшно, в себе когда мы находим. Когда мне что-то важнее, интереснее и нужнее, чем Христос.
Но, с другой стороны, есть в этой притче и то, что, наверное, можно назвать поводом для великой, светлой и радостной надежды. Потому, что в ней есть противоречие.
Званые и избранные предполагают, что есть актор, и есть пассивные какие-то объекты, из которых он кого-то зовёт и — выбирает. Вот, избранные. Как Христос говорит: «Не вы Меня избрали, но Я вас избрал» в апостольство. А, согласно смыслу притчи, получается, что званые — все, много. А стать избранным, или не стать избранным — решает не призывающий, а решает человек, который откликается, который говорит: «Мне это важно. Я вот это всё — оставлю, и я буду с Тобой, Господи!» Поэтому, дело — за нами. Дело — в нас.
Мне кажется, что её надо читать вместе с притчей о труде в винограднике. Если Вас так пугает, Марина, то, что она читается в конце Рождественского поста, чтобы не унывать, напомните себе, что и в 11-й час позванные и потрудившиеся получают такую же награду. Почему — такую же? Потому, что награда Царства Божия — она не заработана, не заслужена, и она превосходит всё, что может заработать человек. Поэтому, бессмысленно её делить на какие-то... побольше для тех, кто пораньше трудился... то есть, это — так много, что об этом говорить просто... неприлично. Понимаете? И это всё может быть дано человеку, который и совсем немного потрудился.
М.Борисова:
— Но там же есть ещё такая опасность — прийти на этот пир без брачной одежды. Вроде, как, ты и от всей души, а тебя — взашей!
О.Фёдор:
— Парадокс в том, что те, которые лежали по канавам и халугам, которых позвали на этот пир — они тоже не могли иметь брачную одежду. Они были грязны и оборваны. Конечно, это — символ состояния души человека, который не готов быть там. Потому, что ты можешь сидеть на брачном пире так же, как ты можешь стоять на Божественной Литургии, а думать о чём-то совершенно другом, и мысли твои могут быть — где-то. И только иногда возвращаешься.
Часто бывает так, например, что пытаясь провести опрос в Воскресной школе, какое Евангелие сегодня читали на Воскресной Литургии, ты натыкаешься на детей, которые не запомнили. А потом ты делаешь такой опрос среди взрослых, и оказывается, что и они тоже слушали в это время что-то совершенно другое в себе. Понимаете?
Вот это, видимо, и есть... когда для тебя это не Праздник — Царство Божие. И поэтому ты... как бы... там — чужой.
М.Борисова:
— Но, ведь, помимо трудов, и помимо какой-то подготовки... Вообще... мне однажды сказал достаточно уважаемый мною человек: «В духовной жизни —строем не ходят». То есть, насколько человек в состоянии что-то вместить — это сугубо индивидуально.
Иногда есть люди с великим духовным дарованием, и мы можем на них смотреть, мы можем, если повезёт, с ними общаться, но мы никогда такими не станем, как мы не станем никогда Пушкиным.
Но, вот, есть дары, которые — разные у всех, и некоторым просто не вместить то, что легко вмещается другими.
О.Фёдор:
— Ну, наверное, Господь спрашивает, согласно другой притче, с того человека, который получил много талантов, много ли он их преумножил, а с того, кто мало — меньше спрашивает. Понимаете? Ведь, источник даров — Господь. Поэтому, если мало... да... ну, не получается...
Я, например, помню... когда я поступил в Семинарию, я помню, что у нас были люди, которые... вот... кажется, что — молитвенники, от чрева матери просто монашествующие, которым всё это даётся... вот... так, как будто они просто дышат, а не молятся. А есть люди, которым это трудно. А бывают — периоды разные.
Если мы почитаем, допустим, преподобного Силуана Афонского, мы увидим, что 10 лет он плакал от того, что Господь не слышит его молитву, и, между ним и иконой — как это... выражалась в этом разорванность связи — он видел демона. Понимаете? И это — преподобный Силуан.
А.Пичугин:
— А Вы говорите, что у каждого христианина... каждый христианин должен себя подвигать к тому, чтобы для него встать на молитву — это было... абсолютно... таким вот... рядовым действием — подбрасывать угли. А если мы на примере святых...
О.Фёдор:
— Ну... разрешите... давайте, мы поговорим об этом. В рамках именно Рождественского поста.
Потому, что... вот, Марина правильно сказала, что «строем не ходят» — это, действительно, так. Может быть, строем ходят первые годы, когда нам нужно научиться дисциплине, перенять какой-то опыт... универсальный опыт Церкви, который — для всех более-менее важен. А потом, конечно, мы должны вспомнить о том, что духовная жизнь, и молитва, как центральная часть духовной жизни, это — наука из наук, искусство из искусств. Понимаете? Одно дело — Билибин, другое дело — Шагал. И тот, и тот — великолепны, да? Одно дело — Дюрер, другое — я не знаю... там... Эль Греко. Все по-разному пишут Христа, рисуют Матерь Божию, и мы не должны этого пугаться — это нормально. Но, для того, чтобы стать художником, нужно работать денно и нощно. Как говорил Микельанджело: «Из всего, что я создал, пять процентов — это талант, и девяносто пять — это трудолюбие».
Вот, это трудолюбие, этот молитвенный труд — какой он будет? Ты подумай сам. Пожалуйста. Это — вопрос твоего творчества. И прекрасно — этим Рождественским постом приступить к этому творчеству. Но есть определённая мера. И если ты отступаешь за неё, то твой костёр молитвы — он затухает.
Я бы посоветовал очень тем нашим слушателям, которые хотят результата, хотят, чтобы этот костёр горел, чтобы молитва была в радость — я бы посоветовал попробовать выполнить вот эти слова, услышать их, как совет пророка Давида: «Седмерицею днем хвалих Тя». То есть, семь раз в день.
Там... утренние и вечерние молитвы — это два. Ещё где-то встать... вот, моешь посуду — почитай Иисусову молитву. Есть перерыв, ушли на работе твои коллеги покурить на 5 минут, а ты — идёшь и читаешь Иисусову молитву 5 минут. Вот, пусть будут эти, зажигающие этот костёр, труды твои.
Чем это важно? Это важно, что если, допустим, ты молился утром и... там... 3 раза днём останавливался, вечером ты приходишь на вечернюю службу в храм, и твоя молитва — внимательная, вспыхивает молниеносно. Потому, что она опирается, вот, как на эти опоры... как мост на эти опоры в болоте, понимаете? Она опирается на вот этот труд.
И дальше — что происходит? Господь выходит. Господь выходит на диалог с тобой. Потому, что состоявшаяся молитва — это молитва-диалог.
И тогда — дальше читаем уже Давида: «Быша словеса Твоя паче меда устом моим...» И дальше — вообще страшные слова, в 103 псалме: «Да усладится Ему беседа моя...» — то есть, Давид говорит о том, что и Богу сладка может быть беседа с человеком. Только надо потрудиться, нужно умножить молитвенный труд.
Давайте, Рождественским постом напряжёмся! Я вас уверяю, что Господь ждёт этого от каждого. Мы потрудимся, пройдёт чуть-чуть, и мы схватимся за голову и будем думать: «Как же я этим не жил?! Почему это было от меня скрыто? Как я мог это пропустить?»
Я бы, может быть, последнее, что на эту тему сказал — мне недавно попались удивительные слова преподобного Макария Великого. В наставлениях о молитве братии — в одном из наставлений — он говорит, что: «Вы начинайте молиться, вы начинайте трудиться — и тогда вы узнаете много того, о чём я сейчас с вами говорить пока не могу — потому, что вы не начали». То есть, вопросы о молитве, опыт — он возникнет тогда, когда начнётся молитвенный труд. Буквально. А сейчас пока, — он говорит, — обсуждать с вами это бессмысленно, вы меня не поймёте. Вот... вот — такое, понимаете?
Поэтому, если мы этим Рождественским постом одну из целей поставим себе — хорошо потрудиться в молитве, я вас уверяю, что это будет совершенно другое Рождество. Это будет — сладость, это будет — радость, мы будем убегать, и уходить, и ждать этой молитвы, и она, конечно, будет награждена присутствием Божиим.
М.Борисова:
— А насколько важны традиции... ну, вот... бытовые, что ли, соблюдения поста? Об этом сейчас, периодически, начинают спорить, в особенности, в соцсетях. И даже среди духовенства нету единомыслия.
Важно соблюдать то, что у нас привычно, как-то, вписывается в стереотип постовой жизни, или это — не самое важное, суть от этого не зависит... или зависит... вот, насколько важен этот антураж?
О.Фёдор:
— Ну... Вы знаете... он, опять-таки, совершенно по-другому рассматривается, если человек совершает молитвенный труд.
Вот, у преподобного Серафима Саровского есть такие слова. Он в одну из бесед говорит: «Если ты наелся, ты даже не думай молиться — всё равно, не получится».
Я помню беседу с одним монахом — отцом Иринархом — на берегу Геннисаретского озера, который знает русский язык — грек, который угощал нас мясными котлетами, а сам ел картошку.
И мой друг его спрашивает: «А Вы, вот, можете...» — и он говорит: «Я могу есть мясо, но я потом буду иметь проблемы с плотью — зачем мне это надо?»
Понимаете? То есть, когда человек внимательно — вот, то, что мы говорили про книгу Варсонофия и Иоанна — знает, что вот сейчас Господь с ним, а вот сейчас — Он отошёл, он начинает искать, почему Он отошёл. И он понимает: если я не буду соблюдать телесный пост, то у меня молитва будет значительно тяжелее, а, может быть, она и пропадёт. Если я буду сидеть по полтора часа в день в фейсбуке (деятельность организации запрещена в Российской Федерации), если я буду смотреть сериалы, то потом я приду на молитву, и у меня ничего не получится!
М.Борисова:
— Ну, это такая есть грубоватая поговорка, пришедшая к нас ещё из XIX века: «Сытое брюхо к молитве глухо».
О.Фёдор:
— Да. Ну... вот это опыт... это церковный опыт. Поэтому, когда человек вкушает сладость молитвенного делания — всё становится вокруг плюсом или минусом. Понимаете?
Ты теряешь молитву... если ты что-то пустое в себя запустил... это не антураж, это не формальность... тебе трудно вернуться к молитве. Почему любители молитвы, в конце концов, ушли в пустыню из селений... там... в IV веке? Почему? Чтобы вообще ничего не мешало!
Бедные мы, по сравнению с ними! Они просто ходили по деревне и разговаривали со своими соотечественниками — им это мешало. Знали бы они, в какой ситуации сейчас мы живём — с этими огромными рекламами, с этими средствами связи, экранами — большими, маленькими, — которые у нас в карманах, в сумках!
Как спастись? Как спасти молитву, как разговор с Богом? Не как обязанность, а как разговор с Богом. Всё начинает оцениваться с точки зрения результата. Пропала молитва — я ищу, почему.
Как... вот... мы читаем, допустим, дневники Иоанна Кронштадтского... он там говорит: «Вот, мне подарили митру. Вот, диакон глупый — поставил рядом со свечой — она... там... то ли оплавилась, то ли закоптилась... вот, я его осудил — и Дух Святой отошёл от меня. Окаянный я человек! Для меня митра оказалась дороже Духа Святаго...» Понимаете?
А.Пичугин:
— Ну... мы можем судить по дневникам, что отец Иоанн был достаточно раздражительным человеком.
М.Борисова:
— Но он себя и осуждал за это всю жизнь.
О.Фёдор:
— А характер — это наша данность, с которой мы боремся, да. Есть люди, которых невозможно вывести из себя. А есть люди и святые — «святой» не значит «безгрешный»... да, действительно, есть некая данность наша, которая нам дана для преображения, и в Царствии Божием точно не все строем ходят, если цитировать Марину. Все там — разные. Мы понимаем, что Пётр — один, а апостол Иоанн — он совершенно другой. Павел — третий. И все — разные. Господу не надо всех делать одинаковыми! Надо преобразить каждого неповторимого человека. И, поэтому, молитвенный труд, молитвенное делание — тоже очень индивидуально.
Вот, например, я пришёл к выводу, что, в какой-то момент, очень многие, давно ходящие в храм прихожане — они упираются в то, что привычное правило не работает ( например, утреннее ). И я нашёл такой выход: я прошу их, в течение, допустим, месяца, вместо Утренних молитв читать Благодарственный акафист «Слава Богу за всё», написанный митрополитом Трифоном Туркестановым. Он — неожиданный, он — по-русски написан, но это такая хвала, которая вдруг для людей восстанавливает смысл — того, что день начался, Господи, вот — Ты, вот — я, я стою перед Тобой, вот — мы с Тобой встретились! Вот она — радость! Вот оно — счастье!
И если учесть, что он написан в тюрьме, этот акафист, и помнить об этом, то все твои какие-то современные невзгоды — они рядом с этим, конечно, ничего не стоят.
Вот, человек восстановил молитву. Потом, может быть, что-то ещё. Потом он... там... может быть, Иисусовой молитвой будет... там... полчаса стоять, молиться... да... вот... просто творчеством заняться!
А.Пичугин:
— Напомню, что в гостях у светлого радио протоиерей Фёдор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке в Москве.
М.Борисова:
— Вот, в начале нашей беседы, Алексей упоминал существующий у котоликов... порядок приготовления к Рождеству...
А.Пичугин:
— Адвент-то?
М.Борисова:
— Адвент, да. Четыре недели, которые... как бы... каждая неделя — это... такая... ступень, приближающая к Празднику. Я не думаю, что это — ценный опыт для православных церковных людей, а, вот, для церковных детей — наверное, там можно чему-то поучиться? Потому, что восприятие жизни детское — другое. А, всё-таки, большинство наших радиослушателей — люди семейные. И — проблема, как собственные вот эти попытки молитвенного... какого-то... делания совместить с подготовкой детей к этому Празднику — вот, тут могут быть сложности.
О.Фёдор:
— Да, надо что-то придумывать. Нужен какой-то материал, на основании которого... и интересный материал — мы с детьми разговариваем об этом — есть. Сейчас издаются книги православные, есть замечательный такой автор — Сапрыкина, у которой, как раз, было несколько статей — по-моему, на «Православие.ру» они есть... Как раз, она — многодетная мама, и она собирала свой очень интересный опыт о том, как с детьми проходить Рождественский пост. Это — такой дневник Рождественского поста.
Есть «Дневник Рождественского поста» для взрослых, и «Дневник поста» для детей, изданный издательством «Никея» — это тоже одна из попыток сделать такой опыт православный — детям рассказать.
Да, вот, надо смотреть, надо читать, надо придумывать что-то своё, чтобы для ребёнка это, действительно, было чем-то таким, запоминающимся, преображающим душу. Ну... это, как раз, тоже творчество, прекрасное совершенно.
Мне кажется, что если Господь даёт человеку ребёнка, Он даёт ему благодать и помощь вести этого ребёнка к Нему.
М.Борисова:
— Но, вот, у Вас собственный есть, не книжный, опыт. Всё-таки, детей у Вас — много, и Вы много раз проходили и решали для себя эту задачу. У Вас сложилось какое-то своё собственное ощущение — что работает, а что не работает?
О.Фёдор:
— Вы знаете, мне с этим достаточно сложно — потому, что я не воспитывался в христианстве. Всё-таки, я здесь — ущербный человек, и я понимаю, что если ты вырос в традиционной семье, то ты... как бы... на автомате выдаёшь... вот... все эти вещи.
Отец ушёл от матери, когда мне было 12 лет. И, вообще, всё, что связано с воспитанием старше 12 лет моих старших сыновей, мне приходилось думать и искать.
Вот. То, что касается Рождества, подготовки к нему — чего-то такого особого в нашей семье нету. Мы читаем Евангелие, мы рассуждаем — я задаю вопросы, отвечаем, мы молимся вместе, конечно. И я просто, обычно, рассказывал сказки, в которых мы обсуждали, по поведению героев, какие-то христианские нравственные вопросы. Вот, так вот... я для себя такой нашёл... как бы... способ.
Сейчас я хочу с детьми, с младшими уже, Рождественским постом почитать повнимательнее Книгу Бытие, поразговаривать на эти темы — прямо, начиная с первой главы. Потому, что уже 10 и 12 лет ребятам, и я думаю, что уже можно с ними это обсуждать.
М.Борисова:
— Я... вот... по поводу того, что читать...
Рождественский пост называется Филипповым, поскольку в день заговенья мы чтим память апостола Филиппа, и, в то же время, первый, кого вспоминает Церковь в начале поста — это апостол Матфей.
Вот, из 4-х Евангелий — понятно, что сравнивать их — бессмысленная задача — но, вот, настраивая себя внутренне на Рождество, какое Евангелие нам предпочтительнее читать в первую очередь?
О.Фёдор:
— Ну, мне кажется... для меня я могу ответить — от Луки.
А.Пичугин:
— Но это просто — личное?
О.Фёдор:
— Да, это — личное, безусловно. Я бы, вот, с детьми, поскольку оно наиболее повествовательное, и там — и о Благовещении подробнее, и о Рождестве — и у Матфея, и у Луки, — я бы читал от Луки.
И, мне кажется, я... когда я советую человеку, присматривающемуся к Церкви, и только думающему входить в неё, я всегда советую читать Евангелие от Луки. Вот... это — да, Алексей совершенно прав — это моё.
М.Борисова:
— А какие-то апокрифы — полезны ли они? Ведь, собственно, о жизни Пресвятой Богородицы, непосредственно в Писании, почти ничего нет. И мы можем только черпать какие-то, по преданию, рассказы о том, как это всё происходило. Собственно говоря, и праздники Двунадесятые, посвящённые Матери Божией, тоже, в значительной степени, основаны на том, что сохранило Предание.
О.Фёдор:
— Но есть апокрифы, которые приняты и усвоены Церковью — это не апокрифы Священного Писания, а апокрифические рассказы о Пресвятой Богородице, которые воцерковлены святыми отцами. То есть, они встречаются у конкретных авторов, авторитет которых безусловен для нас. Их мы можем использовать, и, конечно, мы рассказываем детям, и сами признаём авторитет этих рассказов.
М.Борисова:
— И... насколько важно ощущение... вот... живости того, о чём рассказывается, собственно?
Для нас... ну... не знаю... мне трудно самой сформулировать... я, скорее, рискну процитировать одного, тоже очень близкого мне, знакомого священника. Он как-то признался: «Вообще, проблема демифологизации Христа, обострение Его переживания как Человека и Бога — более, чем актуальная тема. Потому, что здесь — сплошная драма, и никакого „Рождественского позитивчика“, а народу хочется „оттянуться“. Для меня самого, Рождество — действительно, какой-то странный праздник по диссонансу сути события и формы празднования».
Вот, у Вас есть такое ощущение своё, личное?
О.Фёдор:
— Ну, есть не только у меня, есть у всей Церкви проблема удержания баланса — о том, что мы должны помнить, и мы чтим Христа как Бога, и как Человека — как Сына Божия и как Сына Человеческого. И очень легко сорваться в такой монофизитский взгляд, и забыть, действительно, о Его Человечестве, Его страданиях, о Его боли, о том, что Он уставал, был голоден...
Я помню, как один автор пишет: «Представляете — буря, лодку швыряет... это как надо устать, по-человечески, чтобы заснуть на корме лодки, которую бьёт волна за волной?» То есть, вот эта усталость — всё это было, понимаете, всё это — есть в нашей памяти и в Евангелиях, об этом нельзя забывать.
Почему это важно? Потому, что... мы... как раз, в Рождество, мы же торжествуем Воплощение, да? «Слово стало плотью, и обитало между нами, полное благодати и истины...» — вот, по этой любви, Он стал таким, как мы, только кроме греха.
А.Пичугин:
— Меня... ну, это тоже моё какое-то личное впечатление... у нас не много времени осталось... но... мы очень много, в течение этого часа, говорили о том, что — вот, нельзя, вот, мы забываем, вот, излишне, вот, ещё что-то... Но Рождество грядущее — мы пока входим только в Рождественский пост, но, как и весь год, это всё пролетает очень быстро, и, вроде бы, он только начался, Великий пост — быстро пролетает, и Рождественский — так же быстро пройдёт, и придёт этот Праздник, замечательный Праздник.
Но, что такое тогда — радость от Праздника? И... может быть, пускай последние какие-то минуты этой программы будут посвящены, действительно, радости и веселью.
О.Фёдор:
— Если мы вспоминаем ветхозаветных праведников... я, обычно, когда думаю о Рождестве, вспоминаю слова из Книги Иова, когда он говорит о том, что «нету посредника между мною и Господом, который положит руку мою на меня и руку мою на Него». Это — такой образ судебного посредника, который был равен тем, кто судится. И знаком этого было то, что он кладёт руку на одно плечо, и на другое плечо.
И, вот, Христос, как раз — этот Посредник. И, поэтому, эти слова Иова — они воспринимаются, как пророчество — как пророчество ожидания. Если хотите, один богослов сказал: «... как постановка перед Богом проблемы...» — вот, так он это обозначил. «Если Ты хочешь нас спасти, нужен Посредник, Господи!» — вот, Он и приходит. Он — и как я, и как Бог. Он — и я, и Бог. Он — и Человек, и Бог. Поэтому, Он может положить руку, и, поэтому, мы можем восстановить связь с Богом.
И — дальше, мы можем вспомнить самое знаменитое пророчество Иова: «Я знаю, Искупитель мой жив, и Он восстановит из праха плоть мою, распадающуюся кожу мою, мои глаза, а не глаза другого, увидят Его». Это — пророчество о Воскресении во плоти, которое станет возможным после того, как во плоти придёт Бог на Землю. «Я знаю, Искупитель мой жив, Он уже есть!» — вот вера Иова.
И, вот, мы — дождались! Иов только прозревал пророчески, а мы — дождались, и вот — Он пришёл! И, ещё раз повторю, для меня самое главное — это то, что нет никакой причины к Его приходу, кроме Его любви ко мне лично. Нету!
М.Борисова:
— По поводу радости... Как-то наш, довольно частый гость на Радио ВЕРА, сказал по поводу, как раз, Рождества, что — главное, что в нём нет избранности. Оно — не для православных, не для католиков, не для христиан, не для взрослых, не для детей — оно, вообще, для всех. В Рождестве ещё нет ничего, что требовало бы от человека определённого выбора. Это — дар всему человечеству. Эта радость — для всех. Хочешь — примешь, не хочешь — не примешь. Радость, которая от тебя не зависит!
То есть, готовиться, конечно, надо, чтобы её воспринять, но, даже если ты к ней не будешь готов, она, всё равно, придёт в мир!
А.Пичугин:
— Спасибо большое! Будем заканчивать нашу программу.
Напомню, что протоиерей Фёдор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке, был гостем программы «Светлый вечер».
Я — Алексей Пичугин...
М.Борисова:
— ... Марина Борисова.
А.Пичугин:
— Прощаемся, всего доброго!
О.Фёдор:
— Спасибо. До свидания!
М.Борисова:
— До свидания!
4 июля. «Распускающиеся июльские розы»
Поделиться
Фото: Reanimated Man / Unsplash
Недаром розу именуют царицей цветов — настолько щедро украсил её Творец чудесным одеянием из девственных лепестков, вобравших в себя и небесную, и земную палитру. Восхищаясь ароматным розаном, постигаешь тайну Всесвятой Приснодевы Марии — совершеннейшей из всех разумных Божиих созданий. Её смирение и любовь, чистота и премудрость и есть красота, спасающая мiр.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 5 июля 2026г.
Поделиться
Неде́ля 5-я по Пятидеся́тнице.
Сщмч. Евсе́вия, еп. Самоса́тского.
Глас 4.
Боже́ственная литурги́я святи́теля Иоа́нна Златоу́стого
Литургия оглашенных:
Диакон: Благослови́ влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н, псало́м 145:
Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н, блаже́нны:
Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Воскресные, глас 4:
Тропарь: Дре́вом Ада́м рая́ бысть изселе́н;/ дре́вом же кре́стным разбо́йник в рай всели́ся./ Ов у́бо вкуш, за́поведь отве́рже Сотво́ршаго;/ ов же сраспина́емь, Бо́га испове́да Тая́щагося,// помяни́ мя, вопия́, во Ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Тропарь: Вознесы́йся на Крест, сме́ртную разруши́вый си́лу,/ и загла́дивый, я́ко Бог, е́же на ны рукописа́ние, Го́споди,/ разбо́йниче покая́ние и нам пода́ждь, Еди́не Человеколю́бче,/ ве́рою служа́щим, Христе́ Бо́же наш, и вопию́щим Ти:// помяни́ и нас во Ца́рствии Твое́м.
На 6 Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Тропарь: Рукописа́ние на́ше на Кресте́ копие́м раздра́л еси́,/ и вмени́вся в ме́ртвых, та́мошняго мучи́теля связа́л еси́,/ изба́вивый всех от уз а́довых воскресе́нием Твои́м,/ и́мже просвети́хомся, Человеколю́бче Го́споди, и вопие́м Ти:// помяни́ и нас во Ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Тропарь: Распны́йся и воскресы́й я́ко Си́лен из гро́ба тридне́вен,/ и первозда́ннаго Ада́ма воскреси́вый, Еди́не Безсме́ртне:/ и мене́ на покая́ние обрати́тися, Го́споди, сподо́би от всего́ се́рдца моего́,/ и те́плою ве́рою при́сно взыва́ти Ти:// помяни́ мя, Спа́се, во Ца́рствии Твое́м.
На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Тропарь: Нас ра́ди, И́же безстра́стен, стра́стный бысть челове́к,/ и во́лею на Кресте́ пригвожде́йся, нас совоскреси́,/ те́мже и сла́вим со Кресто́м страсть и воскресе́ние,/ и́миже возсозда́хомся, и́миже и спаса́емся, взыва́юще:// помяни́ и нас во Ца́рствии Твое́м.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Тропарь: Воскре́сшаго из ме́ртвых, и а́дову держа́ву плени́вшаго,/ и ви́дима жена́ми мироно́сицами, ра́дуйтеся, глаго́лющаго,/ ве́рнии умо́лим, от истле́ния изба́вити ду́ши на́ша,/ зову́ще всегда́ разбо́йника благоразу́мнаго гла́сом к Нему́:// помяни́ и нас во Ца́рствии Твое́м.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Троичен: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ вси единому́дренно ве́рнии славосло́вити досто́йно помо́лимся:/ Еди́нство Божества́, в Трие́х су́щее Ипоста́сех, неслия́нно пребыва́ющее,/ Про́сто, Неразде́льно и Непристу́пно,// И́мже избавля́емся о́гненнаго муче́ния.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Ма́терь Твою́, Христе́,/ пло́тию без се́мене ро́ждшую Тя, и Де́ву вои́стинну,/ и по Рождестве́ пребы́вшу Нетле́нну,/ Сию́ Ти приво́дим в моли́тву, Влады́ко Многоми́лостиве,/ прегреше́ний проще́ние да́руй, всегда́ вопию́щим Ти:// помяни́ и нас во Ца́рствии Твое́м..
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Е́сли храм Госпо́дский:
Тропа́рь воскре́сный, глас 4:
Све́тлую Воскресе́ния про́поведь/ от А́нгела уве́девша Госпо́дни учени́цы/ и пра́деднее осужде́ние отве́ргша,/ апо́столом хва́лящася глаго́лаху:/ испрове́ржеся смерть,/ воскре́се Христо́с Бог,// да́руяй ми́рови ве́лию ми́лость.
Тропа́рь сщмч. Евсе́вия, глас 4:
И нра́вом прича́стник,/ и престо́лом наме́стник апо́столом быв,/ дея́ние обре́л еси́, Богодухнове́нне,/ в виде́ния восхо́д,/ сего́ ра́ди сло́во и́стины исправля́я,/ и ве́ры ра́ди пострада́л еси́ да́же до кро́ве,/ священному́чениче Евсе́вие,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к сщмч. Евсе́вия, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ дне́сь...»:
Благоче́стно во святи́тельстве пожи́в/ и муче́ния пу́ть проше́д,/ и́дольския угаси́л еси́ же́ртвы, святи́телю Евсе́вие,/ но я́ко име́яй дерзнове́ние ко Христу́ Бо́гу,// моли́ спасти́ся душа́м на́шим.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ днесь...»:
Спас и Изба́витель мой/ из гро́ба, я́ко Бог, воскреси́ от уз земноро́дныя,/ и врата́ а́дова сокруши́,/ и я́ко Влады́ка// воскре́се тридне́вен.
Е́сли храм Богоро́дицы:
Тропа́рь воскре́сный, глас 4:
Све́тлую Воскресе́ния про́поведь/ от А́нгела уве́девша Госпо́дни учени́цы/ и пра́деднее осужде́ние отве́ргша,/ апо́столом хва́лящася глаго́лаху:/ испрове́ржеся смерть,/ воскре́се Христо́с Бог,// да́руяй ми́рови ве́лию ми́лость.
Тропа́рь хра́ма.
Тропа́рь сщмч. Евсе́вия, глас 4:
И нра́вом прича́стник,/ и престо́лом наме́стник апо́столом быв,/ дея́ние обре́л еси́, Богодухнове́нне,/ в виде́ния восхо́д,/ сего́ ра́ди сло́во и́стины исправля́я,/ и ве́ры ра́ди пострада́л еси́ да́же до кро́ве,/ священному́чениче Евсе́вие,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
Конда́к воскре́сный, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ днесь...»:
Спас и Изба́витель мой/ из гро́ба, я́ко Бог, воскреси́ от уз земноро́дныя,/ и врата́ а́дова сокруши́,/ и я́ко Влады́ка// воскре́се тридне́вен.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к сщмч. Евсе́вия, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ дне́сь...»:
Благоче́стно во святи́тельстве пожи́в/ и муче́ния пу́ть проше́д,/ и́дольския угаси́л еси́ же́ртвы, святи́телю Евсе́вие,/ но я́ко име́яй дерзнове́ние ко Христу́ Бо́гу,// моли́ спасти́ся душа́м на́шим.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к хра́ма.
Е́сли храм свято́го:
Тропа́рь воскре́сный, глас 4:
Све́тлую Воскресе́ния про́поведь/ от А́нгела уве́девша Госпо́дни учени́цы/ и пра́деднее осужде́ние отве́ргша,/ апо́столом хва́лящася глаго́лаху:/ испрове́ржеся смерть,/ воскре́се Христо́с Бог,// да́руяй ми́рови ве́лию ми́лость.
Тропа́рь хра́ма.
Тропа́рь сщмч. Евсе́вия, глас 4:
И нра́вом прича́стник,/ и престо́лом наме́стник апо́столом быв,/ дея́ние обре́л еси́, Богодухнове́нне,/ в виде́ния восхо́д,/ сего́ ра́ди сло́во и́стины исправля́я,/ и ве́ры ра́ди пострада́л еси́ да́же до кро́ве,/ священному́чениче Евсе́вие,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
Конда́к воскре́сный, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ днесь...»:
Спас и Изба́витель мой/ из гро́ба, я́ко Бог, воскреси́ от уз земноро́дныя,/ и врата́ а́дова сокруши́,/ и я́ко Влады́ка// воскре́се тридне́вен.
Конда́к хра́ма.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к сщмч. Евсе́вия, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ дне́сь...»:
Благоче́стно во святи́тельстве пожи́в/ и муче́ния пу́ть проше́д,/ и́дольския угаси́л еси́ же́ртвы, святи́телю Евсе́вие,/ но я́ко име́яй дерзнове́ние ко Христу́ Бо́гу,// моли́ спасти́ся душа́м на́шим.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Богоро́дицы, глас 6:
Предста́тельство христиа́н непосты́дное,/ хода́тайство ко Творцу́ непрело́жное,/ не пре́зри гре́шных моле́ний гла́сы,/ но предвари́, я́ко Блага́я,/ на по́мощь нас, ве́рно зову́щих Ти;/ ускори́ на моли́тву и потщи́ся на умоле́ние,// предста́тельствующи при́сно, Богоро́дице, чту́щих Тя.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен воскре́сный, глас 4:
Чтец: Проки́мен, глас четве́ртый: Я́ко возвели́чишася дела́ Твоя́, Го́споди,/ вся Прему́дростию сотвори́л еси́.
Хор: Я́ко возвели́чишася дела́ Твоя́, Го́споди,/ вся Прему́дростию сотвори́л еси́.
Чтец: Благослови́ душе́ моя́, Го́спода, Го́споди Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́.
Хор: Я́ко возвели́чишася дела́ Твоя́, Го́споди,/ вся Прему́дростию сотвори́л еси́.
Чтец: Я́ко возвели́чишася дела́ Твоя́, Го́споди,/
Хор: Вся Прему́дростию сотвори́л еси́.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: К Ри́мляном посла́ния свята́го апо́стола Па́вла чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние воскре́сное (Рим., зач.103: гл.10, стт.1-10):
Чтец: Бра́тие, благоволе́ние моего́ се́рдца и моли́тва, я́же к Бо́гу по Изра́или, есть во спасе́ние. Свиде́тельствую бо им, я́ко ре́вность Бо́жию и́мут, но не по ра́зуму. Не разуме́юще бо Бо́жия пра́вды и свою́ пра́вду и́щуще поста́вити, пра́вде Бо́жией не повину́шася. Кончи́на бо зако́на Христо́с, в пра́вду вся́кому ве́рующему. Моисе́й бо пи́шет пра́вду ю́же от зако́на, я́ко сотвори́вый та челове́к жив бу́дет в них. А я́же от ве́ры пра́вда си́це глаго́лет: да не рече́ши в се́рдцы твое́м, кто взы́дет на не́бо, си́речь Христа́ свести́. Или́ кто сни́дет в бе́здну, си́речь Христа́ от ме́ртвых возвести́. Но что глаго́лет Писа́ние? Близ ти глаго́л есть, во усте́х твои́х и в се́рдце твое́м, си́речь глаго́л ве́ры, его́же пропове́даем. Я́ко а́ще испове́си усты́ твои́ми Го́спода Иису́са, и ве́руеши в се́рдце твое́м, я́ко Бог Того́ воздви́же из ме́ртвых, спасе́шися. Се́рдцем бо ве́руется в пра́вду, усты́ же испове́дуется во спасе́ние.
Братия! желание моего сердца и молитва к Богу об Израиле во спасение.
Ибо свидетельствую им, что имеют ревность по Боге, но не по рассуждению.
Ибо, не разумея праведности Божией и усиливаясь поставить собственную праведность, они не покорились праведности Божией,
потому что конец закона — Христос, к праведности всякого верующего.
Моисей пишет о праведности от закона: исполнивший его человек жив будет им.
А праведность от веры так говорит: не говори в сердце твоем: кто взойдет на небо? то есть Христа свести.
Или кто сойдет в бездну? то есть Христа из мертвых возвести.
Но что говорит Писание? Близко к тебе слово, в устах твоих и в сердце твоем, то есть слово веры, которое проповедуем.
Ибо если устами твоими будешь исповедовать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься,
потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий воскре́сный, глас 4:
Чтец: Глас четве́ртый: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Наляцы́, и успева́й, и ца́рствуй и́стины ра́ди, и кро́тости, и пра́вды.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Возлюби́л еси́ пра́вду, и возненави́дел еси́ беззако́ние.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Матфе́я.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Матфе́я, да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: От Матфе́я свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние воскре́сное (Мф., зач.28: гл.8, ст. 28 — гл.9 ст.1):
Диакон: Во вре́мя о́но, прише́дшу Иису́су в страну́ Гергеси́нскую, срето́ста Его́ два бе́сна от гроб исходя́ща, лю́та зело́, я́ко не мощи́ ни кому́ мину́ти путе́м тем. И се возопи́ста глаго́люще: что нам и Тебе́, Иису́се Сы́не Бо́жий? Прише́л еси́ се́мо пре́жде вре́мене му́чити нас. Бя́ше же дале́че от нею́ ста́до свини́й мно́го пасо́мо. Бе́си же моля́ху Его́, глаго́люще: а́ще изго́ниши ны, повели́ нам ити́ в ста́до свино́е. И рече́ им: иди́те. Они́ же изше́дше идо́ша в ста́до свино́е, и се а́бие устреми́ся ста́до все по бре́гу в мо́ре, и утопо́ша в вода́х. Пасу́щии же бежа́ша, и ше́дше во град, возвести́ша вся, и о бесно́ю. И се весь град изы́де в сре́тение Иису́сови, и ви́девше Его́, моли́ша, я́ко дабы́ преше́л от преде́л их. И влез в кора́бль, пре́йде и прии́де во Свой град.
И когда Он прибыл на другой берег в страну Гергесинскую, Его встретили два бесноватые, вышедшие из гробов*, весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путем.
И вот, они закричали: что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? пришел Ты сюда прежде времени мучить нас.
Вдали же от них паслось большое стадо свиней.
И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней.
И Он сказал им: идите. И они, выйдя, пошли в стадо свиное. И вот, всё стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде.
Пастухи же побежали и, придя в город, рассказали обо всем, и о том, что было с бесноватыми.
И вот, весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и о всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных святе́йших патриа́рсех правосла́вных, и созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [1]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́:
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных:
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную/ и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́ и любы́ Бо́га и Отца́ и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице Единосу́щней и Неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Досто́йно есть:
Хор: Досто́йно есть я́ко вои́стинну блажи́ти Тя, Богоро́дицу, Присноблаже́нную и Пренепоро́чную и Ма́терь Бо́га на́шего. Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу Тя велича́ем.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́ и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию и щедро́тами и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят, еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
Прича́стен воскре́сный:
Хор: Хвали́те Го́спода с Небе́с,/ хвали́те Его́ в Вы́шних.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
По́сле Прича́стия:
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся,// Та бо нас спасла́ есть.
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов и Тебе́ сла́ву и благодаре́ние и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, и́же во святы́х...
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 5 июля 2026г.
Поделиться
Неде́ля 5-я по Пятидеся́тнице.
Сщмч. Евсе́вия, еп. Самоса́тского.
Глас 4.
Тре́тий час
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 4:
Све́тлую Воскресе́ния про́поведь/ от А́нгела уве́девша Госпо́дни учени́цы/ и пра́деднее осужде́ние отве́ргша,/ апо́столом хва́лящася глаго́лаху:/ испрове́ржеся смерть,/ воскре́се Христо́с Бог,// да́руяй ми́рови ве́лию ми́лость.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь сщмч. Евсе́вия, глас 4:
И нра́вом прича́стник,/ и престо́лом наме́стник апо́столом быв,/ дея́ние обре́л еси́, Богодухнове́нне,/ в виде́ния восхо́д,/ сего́ ра́ди сло́во и́стины исправля́я,/ и ве́ры ра́ди пострада́л еси́ да́же до кро́ве,/ священному́чениче Евсе́вие,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ днесь...»:
Спас и Изба́витель мой/ из гро́ба, я́ко Бог, воскреси́ от уз земноро́дныя,/ и врата́ а́дова сокруши́,/ и я́ко Влады́ка// воскре́се тридне́вен.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Шесто́й час
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 4:
Све́тлую Воскресе́ния про́поведь/ от А́нгела уве́девша Госпо́дни учени́цы/ и пра́деднее осужде́ние отве́ргша,/ апо́столом хва́лящася глаго́лаху:/ испрове́ржеся смерть,/ воскре́се Христо́с Бог,// да́руяй ми́рови ве́лию ми́лость.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь сщмч. Евсе́вия, глас 4:
И нра́вом прича́стник,/ и престо́лом наме́стник апо́столом быв,/ дея́ние обре́л еси́, Богодухнове́нне,/ в виде́ния восхо́д,/ сего́ ра́ди сло́во и́стины исправля́я,/ и ве́ры ра́ди пострада́л еси́ да́же до кро́ве,/ священному́чениче Евсе́вие,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 4, подо́бен: «Яви́лся еси́ днесь...»:
Спас и Изба́витель мой/ из гро́ба, я́ко Бог, воскреси́ от уз земноро́дныя,/ и врата́ а́дова сокруши́,/ и я́ко Влады́ка// воскре́се тридне́вен.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в, ами́нь.
