Поделиться
Татьяна Любомирская
Однажды мне захотелось написать письмо Богу. ...
Возможно, оно было бы таким:
Дорогой Господь!
Надеюсь, Ты не возражаешь, что я обращаюсь к Тебе с помощью письма. Я часто говорю с Тобой, но знаешь, иногда в письме можно сказать то, что никогда не выскажешь словами. В разговорах мы описываем внешние события и почти не касаемся наших чувств. Стесняемся, наверно. А ведь это самое главное.
Ты скажешь: я и так знаю твои чувства, дочка, я вижу твое сердце, в котором перемешано хорошее и плохое. Ты часто огорчаешь меня. Иногда Я испытываю боль, когда вижу, что ты, мое дорогое дитя, осознанно причиняешь себе вред. Я так хотел, чтобы ты жила счастливо, делала много добра, любила и была любима. Я хотел, чтобы ты продолжала мое дело и творила свет вместе со мной. Разве ты не хочешь того же самого, дочка? Почему же ты не слушаешь меня? Разве ты до сих пор не убедилась, что Мой закон ‒ это единственный закон на свете, который сделает твою жизнь наполненной, цельной, радостной?
Господи, а может быть, Ты скажешь что-то совсем другое. Может быть, Ты обрадуешься моему письму. Мои молитвы скучны, я часто прихожу к тебе только из чувства долга. Тарабаню как попугай заученные слова, порой даже не сознавая их смысла. Ну какой интерес выслушивать такие молитвы? Ничуть не обижусь, Господи, если ты в это время занимаешься чем-то более приятным. Почему-то я искренне говорю с Тобой, только когда мое сердце переполнено болью. И очень редко благодарю за радость. Я не самый близкий Тебе ребенок, Господи, правда? Но я знаю: Ты любишь меня несмотря ни на что. Ты дал мне очень-очень много, Господи. Ты продолжаешь давать, хотя я не сделала ничего, чтобы заслужить это. Твои руки никогда не оскудеют.
Дорогой Господь, я всё время говорю, жалуюсь на жизнь, а ведь я никогда не спрашивала: а как поживаешь Ты, Господи? Может быть, Ты тоже хотел бы что-то мне рассказать? Иногда мне кажется, что я слышу Твой голос. Иногда я даже уверена в этом, но делаю вид, что это иллюзия. Знаешь, как в детстве, когда мама кричала мне из окна, чтобы я надела шапку, а я притворялась, будто не слышу. Мне казалось, что без шапки я буду выглядеть красивой и взрослой. И я щеголяла по улице с красными, замерзшими ушами, а потом валялась в постели с жесточайшей простудой. Вполне возможно, что я ничуть не поумнела с тех пор, Господи.
Я не хочу превращать это письмо в очередной монолог. Ты всё знаешь про меня, а я почти ничего не знаю про Тебя. Кроме самого главного. Я знаю, что Ты любишь меня, Ты помнишь меня, Ты никогда меня не оставишь. И я благодарю Тебя за Твою непрекращающуюся любовь, Господи. Иначе мне было бы очень горько.
Я запечатываю конверт и отправляю Тебе это письмо по FM-волнам. Прости, что так редко говорю с Тобой, Господи. Я знаю, однажды мы увидимся, и как я хочу, чтобы эта встреча была радостной! И как я боюсь, что могу всё испортить...
Но пока, пока я скажу в подписи то, что хочу сказать, и то, что, я надеюсь, всегда будет в моем сердце. Вот эти слова:
С любовью, Твоя Таня
Автор: Татьяна Любомирская
Все выпуски программы Частное мнение
Псалом 29. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Человеческому настроению бывают свойственны два основных направления: оптимизм и пессимизм. Но какой же больше подходит для христиан? Ответить на этот вопрос помогает 29-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 29.
1 Псалом Давида; песнь при обновлении дома.
2 Превознесу Тебя, Господи, что Ты поднял меня и не дал моим врагам восторжествовать надо мною.
3 Господи, Боже мой! я воззвал к Тебе, и Ты исцелил меня.
4 Господи! Ты вывел из ада душу мою и оживил меня, чтобы я не сошёл в могилу.
5 Пойте Господу, святые Его, славьте память святыни Его,
6 ибо на мгновение гнев Его, на всю жизнь благоволение Его: вечером водворяется плач, а на утро радость.
7 И я говорил в благоденствии моём: «не поколеблюсь вовек».
8 По благоволению Твоему, Господи, Ты укрепил гору мою; но Ты сокрыл лицо Твоё, и я смутился.
9 Тогда к Тебе, Господи, взывал я, и Господа моего умолял:
10 «что пользы в крови моей, когда я сойду в могилу? будет ли прах славить Тебя? будет ли возвещать истину Твою?
11 услышь, Господи, и помилуй меня; Господи! будь мне помощником».
12 И Ты обратил сетование моё в ликование, снял с меня вретище и препоясал меня веселием,
13 да славит Тебя душа моя и да не умолкает. Господи, Боже мой! буду славить Тебя вечно.
Недавно один мой знакомый, человек, давно живущий церковной жизнью, обратился ко мне с вопросом. Он сказал: «Ты знаешь, это выглядит странно, но я как будто бы запутался. Я вижу в Церкви множество разных направлений: есть люди, включённые в жизнь мира, есть бегущие из него, есть спокойные, есть алармисты, наконец все они оптимисты или пессимисты. Я не понимаю, кем мне быть. Как они существуют параллельно и почему создаётся впечатление, что не слышат аргументов друг друга?» Задумавшись над ответом на этот вопрос, я в первую очередь вспомнил, что при разговорах с верующими людьми не раз замечал, что подобные вещи могут уживаться в сознании даже одного человека. Каждый из нас в течение дня может испытывать разные состояния, в которых мы то печалимся, то радуемся, ведь существуем параллельно в самых разных сферах: семейной, гражданской, рабочей, церковной, и каждая ситуация складывается по-разному. В то же время я был убеждён тогда и продолжаю считать сейчас, что помимо всех эмоциональных качелей, должен существовать какой-то общий, глобальный ответ на вопрос моего знакомого... И это ответ не просто про пессимизм и оптимизм, но ответ на вопрос, есть ли у нас какая-то твёрдая почва для выбора между пессимизмом и оптимизмом и, если есть, в чём или в ком мы можем её обрести?
Псалом 29-й, который мы сейчас услышали, позволяет нам сделать два вывода. Первый заключается в том, что ни мы сами для себя, ни другой человек для нас такой точкой опоры стать не может. Люди изменчивы, слабы и ненадёжны. Второй же в том, что такой твёрдой опорой может быть Божье отношение к нам, ведь Господь сотворил наш мир не потому, что ему было скучно, но для того, чтобы дать нам приобщиться к своей Божественной жизни в ту меру, в которую это возможно.
При чтении 29-го псалма может показаться, что псалмопевец как будто бы переживает конфликт между этими двумя идеями. С одной стороны, он видит, что в его жизни масса проблем, что его самоуверенность мимолётна, так как в спокойный и благоприятный день он может сказать: «Я не поколеблюсь», а потом под вечер смутиться и снова начать унывать. Однако конфликта на самом деле нет, ведь автор не мечется между собой и Богом. Он выбирает Творца и в глобальном смысле успокаивается. Причём не потому, что он стал совершенным, что все проблемы решены, но потому, что несмотря на его собственную непрочность, несмотря на временные нападения и трудности, в его жизни есть Тот, в Ком он может никогда не сомневаться. По поводу себя христианин может быть пессимистом, в этом нет проблемы, ведь мы действительно существа слабые и неустойчивые, но, задумываясь о Боге, мы можем быть только оптимистами, ведь любой, кто обратится к Нему в надежде на спасение, будет Им с любовью принят в общение.
Послание к Евреям святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
Евр., 329 зач., XI, 17-23, 27-31.
Комментирует священник Антоний Борисов.
Что отличает стороннего наблюдателя от реального участника события? Конечно же, непосредственное погружение в процесс. Но что делать, если ты объективно не можешь проникнуть в гущу событий просто потому, что они, например, произошли давным-давно? Об этом рассуждает в отрывке из 11-й главы своего послания к Евреям апостол Павел. Данный текст читается сегодня утром в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 11.
17 Верою Авраам, будучи искушаем, принес в жертву Исаака и, имея обетование, принес единородного,
18 о котором было сказано: в Исааке наречется тебе семя.
19 Ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить, почему и получил его в предзнаменование.
20 Верою в будущее Исаак благословил Иакова и Исава.
21 Верою Иаков, умирая, благословил каждого сына Иосифова и поклонился на верх жезла своего.
22 Верою Иосиф, при кончине, напоминал об исходе сынов Израилевых и завещал о костях своих.
23 Верою Моисей по рождении три месяца скрываем был родителями своими, ибо видели они, что дитя прекрасно, и не устрашились царского повеления.
27 Верою оставил он Египет, не убоявшись гнева царского, ибо он, как бы видя Невидимого, был тверд.
28 Верою совершил он Пасху и пролитие крови, дабы истребитель первенцев не коснулся их.
29 Верою перешли они Чермное море, как по суше, на что покусившись, Египтяне потонули.
30 Верою пали стены Иерихонские, по семидневном обхождении.
31 Верою Раав блудница, с миром приняв соглядатаев (и проводив их другим путем), не погибла с неверными.
Послание к Евреям было написано апостолом Павлом преимущественно для христиан древнего Иерусалима, этнически принадлежавших к народу еврейскому. Но это не значит, что темы, которые поднимаются в послании, иных национальностей не касаются. Вовсе нет. Апостол затрагивает тут вполне универсальные по своему значению вопросы. Например, какое значение имеют для христиан подвиги ветхозаветных праведников?
Современные Павлу иудеи рассуждали в данном отношении очень просто. Они указывали на кровное родство, на национальные связи, изнутри соединяющие различные поколения народа еврейского. Но апостол Павел призывает взглянуть на ситуацию под иным углом, заодно напоминая, что далеко не все праведники Ветхого Завета были евреями. Не имели отношения к народу избранному Мелхиседек, Раав-блудница, спасшая соглядатаев Иисуса Навина в Иерихоне, праведная Руфь. Перечислять можно и дальше. Но уже приведённых примеров хватает, чтобы констатировать — значение национального родства отрицать нельзя, но оно всё же играло второстепенную роль.
На главных же позициях пребывала вера. Именно вера определяла поступки ветхозаветных праведников. Тут речь идёт о вере в нескольких её проявлениях: как преданности Богу, как доверии Ему и как сопротивлении логике мира сего. Да. Вера, оказывается, понятие многогранное. Перечисленные в прозвучавшем послании ветхозаветные святые Богу полностью доверяли, были ему верны вплоть до смерти, а также не поддавались искушениям и давлению внешних обстоятельств. Например, пророк Моисей не сдался и не утратил надежды, когда вместе с евреями, ушедшими из Египта, буквально упёрся в берег Красного моря. Он начал молиться, и воды расступились, позволив народу Божию пройти по дну.
Иисус Навин не пал духом, но опираясь на веру, смог покорить неприступный Иерихон. И блудница Раав, обитавшая в Иерихоне, выжила тоже благодаря вере, которая в её случае стала точкой опоры для удивительного нравственного перерождения. Вот ещё вчера перед нами была дама лёгкого поведения, а сегодня она изменилась до неузнаваемости, не только стала праведницей, но, что поражает больше всего, вошла в число предков Господа Иисуса по Его человечеству!
Всё это стало возможным не благодаря каким-то кровным связям, а благодаря вере. И с помощью веры христианин имеет, по мнению апостола Павла, реальную возможность стать сопричастником поразительных событий библейской истории. Потому что речь идёт не об индивидуальных достижениях, а о свидетельстве Бога о Себе, Его помощи, адресованной Его народу. И народом этим теперь, благодаря Христу, стала Церковь, внутри которой уже нет ни эллина, ни иудея, но новое творение. Во Христе национальная самозамкнутость Ветхого Завета была преодолена. И мостиком для каждого из нас в плане достижения этого удивительного и возвышенного единства в Сыне Божием является, безусловно, вера, на практике проявляющая себя как преданность, доверие и искреннее служение Христу через милосердное служение людям.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Историк И.Е. Забелин». Татьяна Агейчева
Поделиться
Гостьей программы «Исторический час» была кандидат исторических наук Татьяна Агейчева. Разговор шел о судьбе и трудах известного русского историка второй половины XIX века Ивана Егоровича Забелина, о его удивительном пути от воспитанника сиротского училища до признанного ученого.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
- «Историк И.Е. Забелин». Татьяна Агейчева
- «Казаки в Париже». Дмитрий Володихин
- «Роман «Авиатор» — исторический контекст». Анастасия Чернова
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
