Поделиться
С самого нежного возраста я испытывала острую жалость ко всем страдающим существам, особенно к безмолвным. Книга "Белый Бим Черное ухо" долгое время была кошмаром моего детства. Однажды под деревом я увидела маленького нелетающего птенца. Он был такой беспомощный, такой жалкий: вытягивал свою жёлтую шею и небольшие розовые крылышки. Сердце мое защемило, я не смогла остаться в стороне. Я взяла белую тряпицу, осторожно завернула кроху в платок и понесла его домой как величайшую драгоценность.
Что только я не делала, чтобы его выкормить! Сначала я пыталась кормить его хлебом. Птенец слабо попискивал, но хлеб не ел. Затем я ловила мух и пыталась всунуть их в его разинутый жалобно ротик. Мухи вываливались.
Все тогда кончилось очень печально: подобранный мною птенец скончался, я долго о нем горевала, затем похоронила его недалеко от того места, где нашла.
Недавно я вспомнила эту грустную историю, когда мальчишки прибежали с криками, что под деревом валяется беспомощный птенец. Я мысленно поблагодарила Бога, что они сначала мне об этом сообщили, а потом уже кинулись его спасать.
Теперь-то я знаю, что птенцов подбирать ни в коем случае нельзя. Чаще всего это птичьи подростки - слётки, и они совершенно не нуждаются в помощи человека. Они только учатся летать, их родители внимательно за ними следят и продолжают приносить необходимый им корм. Выкормить таких птенцов трудно даже профессионалу, а уж обычным людям практически невозможно. К тому же, даже если удастся утолить их голод (хотя плохо представляю, каким образом кормилец будет пережевывать комаров и мух), как потом такой выкормленный в неволе птенец будет приспосабливаться к обычной жизни в дикой природе?
Поэтому я объяснила мальчикам, что лучше всего пройти мимо такого птенца, каким бы жалким он ни казался. Родители его скорее всего где-то рядом и позаботятся о своем малыше. Единственное, что можно полезного для него сделать - постараться отвлечь от него внимание кошки или собаки, если таковые находятся рядом.
И потом думала, что здесь можно провести аналогию с миром человеческих отношений. Как часто мы стремимся насильно спасти человека, который совсем в этом не нуждается, а если и нуждается, то совсем не в этом! Нередко бывает так, что мы душим и давим его своей любовью и заботой, хотя ему нужен совсем другой вид пищи и заботы для нормального развития. Почему-то наша любовь так отчаянно слепа к любимому человеку: мы не можем его почувствовать, понять его истинные потребности. Особенно часто это бывает с нашими родными детьми. Мы стремимся засунуть слётка обратно в теплое и тесное гнездо, закормить его до полусмерти нашей надоевшей заботой. А потом удивляемся его бунту и попытке освободиться от нас. Он всего лишь пытается стать собой, вырасти, стать взрослым. И мы должны вовремя отстраниться, стать мудрыми, не мешать ему учиться летать.
Новые Вселенные
Поделиться
Фото: ole herman Larsen / Pexels
Работаю таксистом. Особенно люблю своё дело за то, с какими людьми мне удаётся пообщаться. Каждое знакомство — это будто новая Вселенная, полная открытий... Например, сегодня утром подвозил священника и спросил его:
— Батюшка, какое самое большое чудо в своей жизни Вы видели?
Он задумался и ответил:
— Разные случаи бывали, исцеления в последней стадии болезни, чудесные спасения в зоне боевых действий, но всё-таки главные чудеса проявляются в другом... Когда мы становимся свидетелями преображения человека.
И батюшка рассказал о случаях, когда люди полностью менялись. Находясь в шаге от пропасти, отступали и кардинально меняли жизнь, наполняли её светом.
Всю дорогу священник рассказывал чудесные, но реальные истории преображения. И я получил заряд вдохновения. Да, я люблю свою работу. Именно за то, что иногда пассажиры приоткрывают мне новые Вселенные.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
30 марта. О телесных и духовных сторонах поста
Поделиться
О телесных и духовных сторонах поста — клирик московского храма Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой священник Вадим Бондаренко.
Сегодня понедельник ваий или последняя неделя Великого поста. Совсем скоро этот период закончится, и на смену ему придут особые дни, воспоминания воскрешения Лазаря, Входа Господня в Иерусалим и Страстей Христовых.
И уже послезавтра в храме на шестом часе можно будет услышать знаменитую 58-ю главу из книги пророка Исаии, грозное обличение Бога, Который говорит, что для Него не только не имеют значения, но и противны внешние проявления поста и ритуальных празднований верующих.
Это поразительно, но тем не менее, вместо исполнения религиозных практик Бог даёт прямое указание: «Убери несправедливость из своей жизни, облегчи ношу зависящих от тебя людей, помоги тому, кому труднее, чем тебе».
Мы слышим эти слова не в начале поста, а практически в его конце. Сколько времени, усилий, забот ушло на то, чтобы соблюдать внешний ритуал. На фоне этих попечений Господь обнуляет нашу систему координат и загружает туда более совершенную прошивку служения Ему.
Все выпуски программы Актуальная тема:
30 марта. О творчестве Франциско Гойи
Поделиться
Сегодня 30 марта. В этот день в 1746 году родился испанский художник Франциско Гойя. О его творчестве — исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Путь Гойи в религиозной живописи начался с новаторства. В 1771 году в Сарагосе, в базилике, он расписывает купол фреской «Поклонение имени Бога». Вместо традиционных образов он создаёт иллюзию прорыва небес. Ангелы буквально врываются в пространство храма, устремляясь к сияющему символу Творца. Для православной традиции это изображение кажется странным и, более того, недопустимым.
Но главный шедевр ждал Мадрид. В 1798 году уже оглохший после болезни художник расписывает купол небольшой церкви Сан-Антонио-де-ла-Флорида. Сюжет — «Чудо святого Антония, воскрешающего убитого». Однако вместо благочестивой процессии Гойя изображает шумную мадридскую толпу. Святой и мертвец окружены простолюдинами, зеваками, детьми, карабкающимися на ограду, чтобы лучше видеть. Художник словно говорит: «Чудо происходит не в заоблачных далях, а здесь и сейчас, среди нас».
Его кисти принадлежит и классическое распятие 1780 года, написанное в традициях Веласкеса, где Христос предстаёт не столько страдающим Богом, сколько одиноким человеком.
Пройдя через ужасы войны и разочарования, Гойя навсегда остался художником контрастов. Он умел видеть святость в грешной земной плоти, а божественный свет — в самой гуще жизни. И сегодня его фрески в мадридской часовне, где в итоге упокоился сам мастер, остаются гимном вере, понятной через сердце и глаза своего времени.
Все выпуски программы Актуальная тема:
