Монашеский постриг. Елена Тулисова

Поделиться

Признаюсь — в начале своего воцерковления я думала о принятии монашества. Потому что, наломав немало дров за свою тридцатилетнюю жизнь без Церкви, полагала, что лично мне принести покаяние следует именно в монастыре. Ведь монашество — это высокий удел и, несомненно, спасительная стезя. Правда, Господь определил мне другой путь — кстати, тоже спасительный — и послал православного мужа.

Но особо благоговейное отношение к монашеству у меня, конечно, осталось. И мне очень хотелось своими глазами увидеть постриг. Вот это желание исполнилось, причём неожиданно.

Накануне дня памяти великомученицы Варвары выбегаю после работы из телецентра. Смотрю на часы. Нет, в свой храм на службу уже не успеваю. А так хочется помолиться одной из любимых святых! Значит, пойду в храм Живоначальной Троицы. Вон он, совсем рядом с телецентром.

Поверить не могу своему счастью — служит старец, отец Илий. Приехал из Оптиной пустыни, ведь этот храм — её подворье.

Служба закончилась, а народ не расходится. Все хотят получить благословение у старца? Похоже, дело не только в этом. Из разговора прихожанок понимаю, что сейчас будет... монашеский постриг!

Именно таким я его и представляла. Таинственным, трогательным, торжественным и строгим. Время то ли остановилось, то ли стало вечностью...

В полумраке храма монахи ведут постригаемого, укрывая его чёрными крыльями своих мантий. Нет, её... Как? Это женщина? Но ведь Оптина — мужская обитель?

Вместе со всеми вздрагиваю, когда отец Илий произносит имя новой монахини— Василисса! Хотя еще не понимаю, почему на него так отреагировал весь храм. После пострига узнаю, что по-другому и быть не могло. Василием звали в монашестве сына новопостриженной, Игоря Рослякова.

18 апреля 1993 года, в ночь на Пасху Христову, в Оптиной пустыни приняли смерть от сатаниста три насельника этого монастыря — иеромонах Василий, инок Ферапонт и инок Трофим. Они ещё не канонизированы, но православный люд называет их оптинскими новомучениками. Молится им и получает помощь. О любви к убиенным «братикам» свидетельствует множество верующих, которые, приехав в Оптину и поклонившись преподобным старцам, спешат в часовню над могилками мучеников.

В тот вечер я тоже словно помолилась в дивной пустыни. Перенеслась в родные козельские леса — в одной из местных деревень родились мои отец и мать. Стремящиеся к небу сосны раступились, открыв внутреннему взору благословенную Оптину. Её храмы с раками святых старцев. Часовню над могилами трёх новомучеников. А в сердце зазвучал пасхальный колокольный звон и радостное «Христос воскресе!».

Мама убиенного иеромонаха Василия пришла к вере на восьмом десятке лет, стала монахиней Василиссой, преставилась ко Господу в 101 год и погребена в Оптиной пустыни. Одному Богу известно, какой путь для нас спасительный и в каком возрасте мы на него встанем.

Автор: Елена Тулисова

Все выпуски программы Частное мнение

• Страсть приобретения. Ольга Шушкова
• Правильные слова правильно. Алёна Боголюбова
• Почему в храме нельзя разговаривать. Алёна Боголюбова