Поделиться
Что такое фрески, знают, пожалуй, все. «Роспись по сырой штукатурке» в теории известна нам еще со школьной скамьи. А вот на практике воплотить технику фрески способен лишь по-настоящему большой художник.
Возможно, писатель Максим Яковлев назвал свой сборник рассказов-миниатюр именно «Фрески» потому, что когда-то давно действительно художником был. А по сути, он им и остался, ведь писатель – это тот же художник, только картины пишет не красками, а словами, которые тоже бывают и светлые, и темные, и теплые, и холодные. И подбирать их надо так же тщательно, и смешивать умело, чтобы ложились на бумагу идеальными «мазками».
«Фрески» - как раз образец такого высокого мастерства. В современной литературе аналога этим миниатюрным, в несколько строчек, но наполненным глубокого смысла и красоты рассказам, аналога, пожалуй, не найти. Да и вряд ли вообще их стоит с чем-то сравнивать. Ну а если все же задаться целью и разыскать что-то подобное, то ближе всего, наверное, окажется Тургенев с его стихами в прозе.
Пожалуй, у Максима Яковлева тоже – стихи. Отсутствие рифмы и размера значения не имеет. Вот, например, начало миниатюры под названием «Рань»: «Еще стоит тишина… Первой проснется ворона… потом электричка… Потом соседский петух, собаки, шоссе» - что это, если не поэзия?!
Во «Фресках», прежде всего, поражает истинно поэтическая способность автора чутко уловить и тонко подчеркнуть самые разные грани бытия. Перед нашими глазами проходят семейные сцены, встречи, расставания, маленькие трагедии и тихие радости… И все, о чем читаешь, кажется таким знакомым и родным: увешанный сушками куст орешника посреди леса, и наглый кот с грязными лапами, мирно посиживающий на крылечке, и парочка на заднем сиденье автобуса.
Но главное, эти на первый взгляд незатейливые строчки способны всколыхнуть в душе читателя настоящую бурю эмоций, - от ностальгии и светлой грусти до нечаянной радости и неудержимого восторга.
…Фрески – это особый род живописи, их принято не просто рассматривать, а благоговейно созерцать. Именно такое благоговение, - как перед шедевром, который и прост, и безгранично глубок одновременно, - благоговение, очищающее и побуждающее к осмыслению собственной жизни, непременно испытываешь, читая «Фрески» Максима Яковлева.
Задостойник Рождества Христова
Поделиться
Фото: Myriams Fotos / Pexels
Бывают ли у вас в жизни моменты, когда слова вдруг оказываются слишком простыми и невыразительными? Когда то, что чувствуешь, никак не помещается в обычные фразы. Со мной случилось так однажды на Рождество Христово. Мы всей семьёй стояли у храма после ночной праздничной службы. Разговаривали, любовались новым вертепом, украшенным разноцветными мерцающими огнями. Тихо шёл снег. А моё сердце переполняла радость. Но не только моё. Младший сын Николай неожиданно подошёл к нам с мужем, посмотрел на нас, сияя, и крепко-крепко обнял обоих. И вдруг я поймала себя на мысли, что не могу выразить словами то, насколько большую радость и благодарность я чувствую. Хочется говорить — но любое слово прозвучало бы слишком просто.
И именно в такие моменты особенно понимаешь смысл одного из рождественских песнопений — задостойника Рождества.
Задостойники — особые гимны, воспевающие Богородицу. Они поются в дни больших церковных праздников вместо песнопения «Достойно есть», исполняемого на Литургии, ближе к её завершению, незадолго до молитвы «Отче наш» и причастия.
Давайте поразмышляем над текстом задостойника Рождества Христова и послушаем его отдельными фрагментами в исполнении сестёр храма Табынской иконы Богородицы Орской епархии.
Первая часть песнопения в переводе на русский язык звучит так: «Величай, душа моя, / честью и славой высшую Небесных Воинств Деву Пречистую Богородицу». Вот как звучит эта строчка по-церковнославянски: «Величай, душе моя,/ Честнейшую и Славнейшую Горних воинств, Деву Пречистую, Богородицу...»
Послушаем первую часть задостойника:
Русский текст второй части песнопения такой: «Удобнее нам было бы по страху предпочесть молчание, как дело безопасное, по любви же к Тебе, Дева, составлять стройносложенные песни трудно, но и Ты, Матерь, дай силу (к песням), поскольку есть (у нас) усердие». На церковнославянском языке строчки звучат так: «Любити убо нам, яко безбедное страхом,/ удобее молчание,/ любовию же, Дево,/ песни ткати, спротяженно сложенныя, неудобно есть;// но и, Мати, силу, елико есть произволение, даждь».
Послушаем вторую часть песнопения.
Прозвучавшая молитва построена на удивительном парадоксе: с одной стороны — робость, нежелание говорить слишком громко; с другой — любовь, которая побуждает «песни ткати». Любовь вдохновляет человека на слова, которые он бы иначе не осмелился произнести.
И каждый раз, когда звучит рождественский Задостойник, я вспоминаю тот праздничный вечер — с мерцающим в темноте ночи вертепом, с ощущением мира. И понимаю: порой действительно хорошо молчать. Но когда сердце переполняет любовь, слова всё равно рождаются — пусть тихо, пусть робко. Родились они и у моего сына Николая. Обняв нас с супругом, он сказал: «Ну как же я люблю вас!» А потом взял нас за руки, и мы вместе побрели в сторону дома. Чудесный праздник...
Давайте послушаем задостойник Рождества Христова полностью в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери.
Все выпуски программы: Голоса и гласы
Димитровград. Путешествие по городу
Поделиться
Димитровград расположен на востоке Ульяновской области — там, где в Куйбышевское водохранилище впадают реки Мелекесска и Большой Черемшан. Город основан во второй половине семнадцатого века. Именно тогда здесь по указу царя Алексея Михайловича пролегла линия военных укреплений. Засечная черта была нужна, чтобы защитить Русское государство от набегов воинственных кочевников. Одним из первых селений здесь стала деревенька Мелекесс. По царскому указу сюда переселили крестьян из-под Вятки — современного Кирова. Жители Мелекесса ловили рыбу, охотились, держали скотину, выращивали хлеб. В начале восемнадцатого века близ деревни появилось несколько винокуренных заводов, которые объединились в единое предприятие. Селение стало расти. В середине девятнадцатого века в нём проживало три тысячи жителей. Православные построили церковь во имя Николая Чудотворца, сначала деревянную, а после того, как она сгорела — каменную. Этот храм снесли безбожники, захватившие власть в стране в 1917 году. В советское время Мелекесс получил статус города и новое название — Димитровград. В конце двадцатого века в его историческом центре построили величественный Спасо-Преображенский собор. Сегодня это главный храм Мелекесской епархии. Она была образована в 2012 году с центром Димитровграде.
Радио ВЕРА в Димитровграде можно слушать на частоте 97,1 FM
16 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Johannes Plenio/Unsplash
Каким тяжким и затяжным зачастую бывает наше противостояние дурным, навязчивым помыслам, атакующим ум во время молитвы! Воистину без Господа, мы не можем прибавить себе духовного роста и с пол локтя... Но зато в этих же молитвенных трудах, на первый взгляд, бесплодных, мы незаметно для самих себя смиряемся, познавая свою полную немощь. Благодать, как всегда, приходит нежданно-негаданно, и в пространстве души воцаряется «тишина велия». Это смирение.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
