Поделиться
Фото: David Rodrigo/Unsplash
Главным храмом Православной Церкви является храм Воскресения Господня в Иерусалиме. Под его крышей находятся наиболее значимые для христианина места: Голгофа, где был распят Спаситель, пещера Его погребения и воскресения, над которой построена теперь особая часовня — Кувуклия.
Храм Воскресения был сооружен в 4 веке. В те времена христиане были едины. Хранительницей храма была тогда назначена Иерусалимская Церковь. Все было благополучно, но через несколько веков произошли печальные события. На Иерусалим и Святую Землю обрушилось арабское нашествие.
Первоначальный храм Воскресения был разрушен. В Церкви также шли неприятные процессы. Сначала от православия отпали копты и многие сирийцы. Потом, в 11 веке, это сделали католики.
Как раз руками католических рыцарей-крестоносцев в 12 веке Святая земля была ненадолго отвоевана у мусульман. В период своего господства в Иерусалиме католики фактически заново отстроили храм Воскресения. В таком, почти не изменившемся виде, храм существует до наших дней.
Когда Святая земля вновь оказалась в руках у мусульман, султан не стал разрушать храм Воскресения и разрешил христианам пользоваться им. Право собственности на храм было возвращено Иерусалимской Церкви. Но это право было сильно ограниченно.
Дело в том, что претензии на храм были предъявлены, в частности, Римско-Католической церковью. Совершать богослужение в храм также выразили желание армяне, копты, эфиопы и сирийцы. В итоге, султан распорядился дать шести упомянутым Церквам право молиться в храме и совершать там богослужение. Имущество храма также было между христианами распределено.
Право общего владения, повторюсь, осталось за Иерусалимской Церковью. А вот ключи от храма достались во владение мусульманской семье Джудей. Это было сделано, чтобы уравнять христиан в правах, а греков как собственников избавить от зависти соседей. Так, на протяжении восьми веков ежедневно главный христианский храм утром открывает, а вечером закрывает мусульманин. Вот только не из упомянутого рода Джудей, а из семьи Нуйсебе.
Дело в том, что восемь веков назад Джудеи носили тюрбаны, то есть были высокого социального положения. Они посчитали ниже своего достоинства быть привратниками храма, а потому наняли Нуйсебе для исполнения своих обязанностей.
Приходится только сожалеть, что ключи от главной христианской святыни христианам не принадлежат, но в ситуации, когда за восемь веков ничего не изменилось и на Святой земле христианские церкви живут рядом друг с другом совсем не мирно, может это и к лучшему.
Все выпуски программы Вселенная православия
«Пробка»
Поделиться
Фото: 84LENS / Pexels
Начало восьмого утра, а я уже в пробке. Минут двадцать стоим без движения. Сегодня на работе важная встреча, опаздывать ну никак нельзя! В сердцах давлю на кнопку сигнала. Так, всё, надо успокоиться. Включаю радио и натыкаюсь на программу о больных детях. Интервью с мамой малыша, которому нужна сложная и дорогая операция: женщина говорит спокойно, без всякого надрыва. Слушаю её, и самому даже стыдно стало: у человека действительно беда, а тут — двадцать минут в пробке, а в какую панику впадаешь! Называют номер для сообщений с пожертвованием. Пока стоим, как раз можно отправить! На экране телефона всплывает уведомление: пожертвование доставлено. Понимаю, что то, что отправил — сущие копейки, но пробка длинная и таких как я наверняка много. Что-то подсказывает, что нужная сумма обязательно наберётся и все вместе малыша спасём. Он будет расти и радоваться жизни. Невольно ощутил улыбку на собственном лице. Ну вот. Теперь уже мне сзади сигналят — можно ехать! На следующем светофоре опять встанем. Но почему-то на душе стало гораздо спокойней и возникает такое ощущение, что этим утром я сделал самое важное на сегодня дело и теперь всё будет хорошо. С добрым утром!
Текст Анна Покровская читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
«Трофей»
Поделиться
Фото: Lum3n / Pexels
Пять утра. Выбрались с другом на рыбалку. Воздух ещё холодный, на пруду тишина. Лишь изредка вспорхнёт или перекликнется с кем-то в глубине соседнего леса птица. Туман стелется над неподвижной гладью воды. Его крупные завитки неспешно поднимаются и растворяются в воздухе.
Забросил удочку, смотрю на поплавок. Внезапный всплеск воды заставляет повернуться в сторону, где рыбачит друг. По его движениям и изгибу спиннинга понимаю — попалась. Через несколько минут друг показывает трофей — щука! Зубастая красавица в его руках вызывает восхищение.
Достаю из чехла спиннинг. Откладываю удочку. Снова и снова закидываю блесну, но безрезультатно. В сердце закрадывается зависть. Она обжигает и портит настроение. С досадой кручу ручку катушки.
Совесть напоминает предыдущие рыбалки, когда я сам был успешнее, и друг только добродушно шутил. Самому становится стыдно, как можно было позавидовать? Это же здорово, что сегодня ему сопутствует успех!
Сердце успокаивается. Смотрю на красоту холмов вокруг пруда, на молодые сосенки там и тут обрамляющие склоны, что уходят в воду. Благодать. Хорошо-то как!
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
«Чашка кофе»
Поделиться
Фото: Arun Thomas / Pexels
Какое холодное сегодня утро! Ветер, дождь то и дело моросит. Настроение просто из рук вон плохое. Да ещё на полчаса раньше на работу приехал — офис закрыт... Не мокнуть же под дождём — зайду в новое кафе — недавно рядом открылось. Нет, сегодня явно не мой день: кажется, нет свободных мест. Хотя одно есть — рядом с пожилой женщиной в шляпке. Ну что ж, лучше, чем ничего. Сажусь, заказываю эспрессо. Достаю телефон — почитать новости. Мельком смотрю на соседку. Лицо у женщины болезненно бледное.
— Простите, вам помочь? — спрашиваю. — Может быть, чашку кофе?
Женщина с трудом улыбается и кивает.
Официант приносит кофе. Я пододвигаю его к соседке. Она выпивает чашку, и лицо её оживляется.
— Знаете, вы меня сейчас просто спасли, — с благодарностью говорит она. — У меня давление резко понизилось. А таблетки дома оставила. Зашла сюда, думала, кофе купить — он помогает. И представляете, смотрю — кошелёк тоже забыла! А тут вдруг — вы... Мне уже намного лучше. Спасибо!
Женщина ушла. А я неожиданно почувствовал прилив радости. Мне тоже стало лучше — без всякого кофе.
Текст Анна Покровская читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
